3. Восток в Новейшее время

В ХХ веке роль Востока меняется. Он перестает быть объектом экспансии и становится субъектом мировой политики.

1. Пробуждение Азии (начало ХХ века) Русско-японская война (1904–1905) и революции в Иране, Турции, Китае показали начало кризиса колониальной системы и попытки модернизации Востока по западному образцу.

2. Модели модернизации Восток продемонстрировал, что вестернизация — не единственный путь развития.

Японская модель: Успешный синтез западных технологий и традиционных японских ценностей (корпоративизм, патернализм). Япония первой доказала, что «восточная страна» может стать индустриальной сверхдержавой.

Социалистическая модель (КНР, Вьетнам, КНДР): Попытка форсированного развития через мобилизационную экономику и марксистскую идеологию, адаптированную к местным условиям (маоизм).

Модель «Тигров» (НИС): Экспортоориентированная экономика под жестким контролем государства.

3. Деколонизация и Движение неприсоединения После Второй мировой войны распад колониальной системы привел к появлению «Третьего мира». Восток стал ареной борьбы двух сверхдержав, но также пытался сформулировать свою повестку (Бандунгская конференция 1955 г.).

4. Современный этап: «Возвращение Азии»

В конце ХХ – начале XXI века маятник истории качнулся обратно.

Экономический сдвиг: Центр мировой экономической активности смещается из Евро-Атлантики в Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР). Китай, Индия, АСЕАН демонстрируют темпы роста, превышающие западные.

Цивилизационная идентичность: Страны Востока отказываются от слепого копирования западных политических институтов (либеральной демократии), предлагая свои модели управления (китайский «социализм с китайской спецификой», «азиатские ценности» Ли Куан Ю, исламский путь развития).

Глобальные проблемы: Без участия Востока невозможно решение глобальных проблем (экология, ядерное сдерживание, пандемии).

Место Востока во всемирно-историческом процессе не было постоянным. От роли локомотива цивилизации в Древности и Средневековье Восток перешел к роли зависимой периферии в Новое время. В Новейшее время происходит процесс «Великой конвергенции» (сближения) уровней развития. Современный Восток неоднороден (Япония — часть «глобального Севера», Афганистан — «глобального Юга»), но он окончательно преодолел инерцию колониального периода и сейчас выступает как один из ключевых центров формирования будущего миропорядка.

45) Турция на современном этапе. Усиление роли ислама в политическая борьба в стране.

Для многих политических деятелей Турции и европейских аналитиков результаты внеочередных выборов 1995 года были неожиданными. Состоявшиеся в декабре парламентские выборы принесли ошеломляющий успех исламской Партии благоденствия или «Рефах», которая получила 21,1% голосов и 158 мест в парламенте. Места остальных политических партий распределились соответственно — Партия отечества — 19,7% голосов и 138 мест в парламенте, Партия верного пути — 19,4% голосов и 132 места в парламенте, Демократическая левая партия — 14,5% голосов и 75 мест в парламенте, Народно- республиканская партия — 10,5% голосов и 50 мест в парламенте. Успех партии «Рефах» следует рассматривать как реакцию турецкого общества на затянувшиеся реформы тотальной «вестернизации», не принесшей ожидаемых результатов для основной массы турецкого народа. Десятилетиями находившиеся у власти радикальные светские реформаторы не смогли создать Турции достойного места в -западном мире. Экономика Тур сии, по-прежнему, в сравнении с европейскими государствами, оставалась отсталой. В стране настойчиво усиливалось мнение, что только возвращение Турции на путь истинного ислама поможет ей решить насущные проблемы. Обещания лидера «Рефах» Эрбакана «создать новый мир и новый исламский союз», который объединит 1,5 млрд мусульман, впечатлили большую массу верующих. Выступая против крупного капитала, против «вестернизации» и вхождения Турции в систему ЕС, турецкие исламисты намеревались отвергнуть принципы Ататюрка и ликвидировать светскую республику, чтобы создать государство, опирающееся на шариат.

Несомненный успех исламистов на выборах 1995 года если и был неожиданностью для политиков, то результаты их имели вполне закономерный характер. Светские властители не сумели практически доказать превосходство европейских методов ведения хозяйства, а насаждение западной культуры в ущерб развитию национальной лишь усиливало критику оппозиционеров западного образа жизни. Приспособление экономики к потребностям ТНК, которые фактически диктовали цены на импортные и экспортные виды продукции, вызывало огромное недовольство со стороны основной массы населения. В условиях либерализации и открытости турецкой экономики транснациональные корпорации стали занимать ведущие позиции в экономике страны. Создано множество филиалов иностранных компаний и смешанных предприятий, развернувших деятельность в промышленности и сфере услуг. «Вестернизация», сопровождавшаяся ломкой традиционных духовных ценностей и норм, вызывала естественный внутренний протест и сопротивление властям, допускавшим европеизацию и американизацию основ турецкого общества. Выборы 1995 года стали отражением этого протеста значительной части турецкого общества. Итоги парламентских выборов стали началом радикального изменения расстановки политических сил в стране. В основном политическая борьба ранее определялась противостоянием социал-демократического и либерально-центристского направлений, которые имели явно прозападную ориентацию. Теперь полюс противоречий сместился в сторону борьбы сторонников европеизации (какими бы ни были их разногласия с «Рефах», выступавшей за интеграцию с исламским миром). Это противоречие стало основным на рубеже вхождения Турции в новый XXI век.

Рост влияния исламистов вызвал острый правительственный кризис, который продолжался до марта 1996 года. В сложившихся условиях правительство Тансу Чиллер и президент С. Демюрель делали все от них зависящее, чтобы поставить заслон исламским политическим деятелям, прежде всего, не допустить к власти лидера исламистов Н. Эрбакана. Забыв о прежних противоречиях, Партия отечества (М. Йылмаз) и Партия верного пути (Т. Чиллер) договорились о создании коалиционного кабинета. Но этот союз не преодолел правительственного кризиса, соперничество продолжалось, и вскоре коалиция полностью развалилась. Главный удар по слабому альянсу нанесли выборы в местные органы власти, на которых партия «Рефах» получила 33 процентов голосов. Это внесло полную растерянность в среду вождей антиисламистов. Поиски нахождения компромиссов привели к созданию соглашения между Н. Эрбаканом и Т. Чиллер о попеременном руководстве правительством, что фактически означало функционирование в стране двух кабинетов. На основе договоренностей первые два года пост премьер-министра занимал Н. Эрбакан, а Т. Чиллер заняла посты заместителя премьера и министра иностранных дел. Но создание правительственной коалиции не ослабило политической напряженности в стране и не ликвидировало политический правительственный кризис. Правительство Н. Эрбакана круто развернуло страну в сторону ее исламизации. С приходом к власти Партии благоденствия («Рефах») для деятельности всех исламских партий открылись большие возможности. Широкую политическую деятельность развернула незаконная исламская организация «Нурджулар», особую активность проявляла экстремистская исламская организация «Хезболлах» (партия Аллаха). Их деятельность распространялась далеко за пределы турецкого государства, в том числе в Чечню и другие республики России и СНГ. Лидерам исламистов показалось явно недостаточным вхождение Турции в международную Организацию исламской конференции (ОИК), и в 1996 году премьер-министр Н. Эрбакан приложил усилия по созданию мусульманской «восьмерки», в которую вошли Турция, Египет, Иран, Пакистан, Бангладеш, Индонезия, Малайзия и Нигерия. Организация создавалась в противовес европейской «семерке». В Турции стали широко обсуждать проекты образования «исламского общего рынка», образование нового военного союза. Обсуждение носило явно антизападную направленность. Это было фактическим вызовом процессам турецкой «вестернизации» и всему западному миру. В Турции в 1997 году открыто прозвучали призывы к трансформации страны в исламское государство, что не могло не насторожить все политические силы, следовавшие принципам лаицизма.

В такой обстановке президент С. Демюрель обратился к армии. Правительству был предъявлен ультиматум, и по требованию верховного командования армии Н. Эрбакан был смещен с поста главы правительства. Армия решительно настаивала на отказе властей от исламистского курса и потребовала осуществления светской политики. В 1998 году по решению Конституционного суда Партия благоденствия была запрещена, а Н. Зрбакана, которому к тому времени было уже 70, лишили права заниматься политической деятельностью в течение пяти лет. Однако ПБ возникла под другой вывеской. Исламистская партия Турции уже меняла свое название, и на этот раз она стала называться Партией добродетели («Фазилет»), Партия добродетели, преемница ПБ, не разорвала связи с Н. Эрбаканом, продолжала считать его духовным лидером. Правительство имело весомые основания, чтобы позже запретить и эту политическую партию. Как только Н. Эрбакан заявил о сложении полномочий, президент, по настоянию военных, поручил формирование правительства М. Йылмазу, лидеру Партии отечества, который и стал премьером нового кабинета. Фактически правительство получило мандат на осуществление антиисламской чистки. Последовала серия мер и запретов, которые были направлены на устранение исламских организаций от политической жизни общества. В 1999 году признаны незаконными и запрещены деятельность «Нурджулар» и ряд других исламистских организаций.

Хотя события в июне 1997 года не называют военным переворотом, однако совершенно ясно, что армия пришла на помощь президенту, вмешалась в развитие событий и приостановила захват исламистами политической власти. Вмешательство военных происходило с соблюдением необходимых «демократических» процедур. Армия по-прежнему имела особое положение в турецком обществе, и все попытки исполнительной власти подчинить генеральный штаб, контролирующий армию, заканчивались безрезультатно. В обществе уже привыкли, что в трудных, критических ситуациях в стране в политическую деятельность вступают военные. Все говорило о неустойчивом положении правительства во второй половине 90-х годов. Вполне можно было говорить и о системном кризисе. Новые выборы должны были убрать или ослабить политическое напряжение в стране.

По итогам парламентских выборов 2000 года ведущее место заняла Демократическая левая партия (ДЛП) во главе с Бюлентом Эджевитом. Портфели в правительстве теперь распределили партии светского направления. Насторожило, что значительно увеличила число голосов и заняла второе место Партия националистического движения, известная в турецком обществе под названием «Серые волки». Это говорило о том, что национализм в Турции пустил глубокие корни.

В 2000 году вынужден уйти с поста президента политический патриарх Турции Сулейман Демюрель, отдавший политике сорок лет. На основе новых выборов президентом страны был избран Ахмед Неждет Сезер. Нажим на исламистские партии продолжался. В 2000 г. последовал запрет партии «Хезболлах». На несколько месяцев приговорен к тюремному заключению ближайший сподвижник Н. Эрбакана и его заместитель по партии Р. Эрдоган. Партия добродетели оказалась последней партией, легально представлявшей в стране политический ислам. Конституционный суд Турции в 2001 году запретил деятельность ПД, угрожавшей светскому порядку в стране. Политическая борьба приобрела достаточно жесткий характер. Лидеры Партии добродетели не смогли найти общего языка по вопросам дальнейшей политической деятельности, и партия раскололась. Бывшие члены ПД сгруппировались по двум направлениям: «традиционалисты» создали партию «Счастье», а «обновители» образовали Партию справедливости и развития (ПСР) во главе с лидером Р. Т. Эрдоганом.

Новая ПСР, известная своими исламскими корнями, сделала соответствующие выводы из событий правления исламистов из «Рефах» в течение 1996-1997 гг. В те годы исламисты не учли опыта европеизации прошлых десятилетий. Провозглашенный Кемалем Ататюрком в 20-е годы принцип светского государства (лаицизм) в последующем рассматривался как главное условие модернизации и европеизации общества. Сторонники лаицизма жестко следили за неукоснительным исполнением светскости в государственной политике. За предыдущие годы было запрещено более сорока политических партий и брошены за решетку тысячи политических деятелей из рядов оппозиции. Поэтому программа новых исламистов, создавших nGP, не содержала открытых требований ликвидации светской власти в стране и делала попытку легализовать свою политическую деятельность под новыми, «мирными» знаменами.

Партия исламистов во главе с Р. Т. Эрдоганом меняла тактику в политической борьбе и пыталась избегать исламистских лозунгов и исламистской риторики. Программа объявила о создании в Турции демократического, светского, социально-правового государства. Лидеры ПРС заявляли о том, что партия будет действовать в полном соответствии с конституцией страны и существующим законодательством Турции. Программными тезисами партии стали объединение общества и его демократизация. Намерения пересмотра конституции и многих законодательных актов были представлены как ориентация на демократизацию общества. Вместе с тем, государство, отмечает программа, должно остаться нейтральным в отношении религиозных верований и религиозной идеологии. Светскость понималась партией как «фундамент религиозной свободы и свободы совести». Основные лозунги умеренного лидера партии Н. Эрдогана выгодно отличались от требований остальных исламистов.

Новым политическим сюрпризом для страны оказались выборы 3 ноября 2002 года, которые завершились большим успехом исламистской Партии справедливости и развития. ПСР получила более половины мест в парламенте (363 из 550), что позволило ей не вступать в какие-либо коалиции и дало право сформировать однопартийное правительство. Ближайший соперник ПСР, левая Республиканская народная партия набрала лишь 19,4% голосов. Ни одна другая партия, не преодолела барьер 10% голосов избирателей, необходимых для вхождения в парламент. Партия Б. Эджевита, только вчера входившая в правящие структуры, получила всего 1% голосов. Б. Эджевит, подавая в отставку, заявил, что больше никогда не вернется к политической деятельности. ПСР не хватило всего нескольких голосов для того, чтобы получить в парламенте большинство в две трети, требуемое для изменения конституции страны. Произошло радикальное изменение соотношения сил. С политического поля исчезли четыре главных партии, в том числе Демократическая левая партия Б. Эджевита, за бортом политической борьбы оказались Партия верного пути, (Т. Чиллер), Партия отечества (М. Йылмаз).

В декабре 2002 года представитель умеренной части крыла Партии справедливости и развития Абдалла Гуль заменил на посту премьер-министра Б. Эджевита. Ее лидер Р. Т. Эрдоган не смог занять пост главы кабинета, поскольку ранее был судим за разжигание межрелигиозной розни. Согласно положениям конституции, осужденным за анархистскую и идеологическую пропаганду запрещало занимать государственные посты. Вместо него пост премьер-министра занял его заместитель А. Гуль. После некоторых политических ходов парламент изменил конституцию, что позволило Р. Т. Эрдогану принять участие в довыборах и стать парламентарием. Абдалла Гуль подал в отставку, чтобы освободить место для лидера правящей партии. В январе 2003 года место премьер-министра Турции занял 49-летний Релжеп Тайип Эрдоган.

Р. Т. Эрдоган родился в 1954 году в многодетной рабочей семье. В ходе предвыборных кампаний любил подчеркнуть, что он в детстве на улицах Стамбула торговал водой, бубликами и лимонами. Занимался в исламской школе, присоединился к турецкому исламскому движению и в этом плане добился многого. Он стал лидером исламских политических партий, был заместителем Н. Эрбакана в Партии благоденствия. В 1984 году он стал мэром Стамбула, и в этот период им были осуществлены социальные программы в пользу беднейших слоев. На этом посту получил большую популярность, прослыв некоррумпированным политическим деятелем. Большинству турецких мусульман импонируют его исламские взгляды. В 1998 году Эрдоган был осужден на 10 месяцев тюремного заключения за пропаганду и разжигание межрелигиозной розни, но отпущен через четыре. Судимость не позволяла ему определенный период заниматься политической деятельностью. Выйдя из тюрьмы, Р. Т. Эрдоган пересмотрел свои политические позиции. Он вышел из «Рефах», создал новую политическую партию, которая сформировала однопартийное правительство в 2002 г. Р. Т. Эрдоган вряд ли смог полностью отказаться от исламистских взглядов, однако, став лидером ПСР, он не употреблял жестких исламистских лозунгов. Лидера ПСР на Западе называли умеренным исламистом. Главным программным лозунгом Р. Т. Эрдоган объявил намерение отстаивать демократические свободы и права человека, никому нельзя навязывать исламские нормы жизни. Он уже не настаивал на выходе Турции из НАТО и считал необходимым членство Турции в Европейском союзе. Премьер заявил о том, что он является сторонником дальнейшей европеизации турецкого государства. Партия Р. Т. Эрдогана выступила с решительной защитой светской политической ориентации. В то же время выборы показали, что основная масса турецкого народа считает возможным участие еэ власти умеренных религиозных политиков, каким, несомненно, является нынешний лидер Турции. Своей деятельностью Р. Т. Эрдоган демонстрирует, что ислам и развитие демократии не противоречат друг другу.

Правительство Р. Эрдогана приступило к выполнению задач политических и экономических преобразований в очень сложных условиях. Начало нового века не было для Турции благоприятным. Кризис 2001 года сделал практически неизбежным провал «Программы построения сильной Турции», которая была принята в начале того же года. Немаловажной проблемой в начале века стала необходимость изменения структуры турецкой экономики. Без решения этой проблемы вряд ли возможно говорить о вхождении Турции в систему мирового и европейского рынка. В отличие от западных развитых стран доля машиностроительной продукции Турции чрезвычайно скромна. Половина всего экспорта приходится на текстильные товары, 20 процентов экспорта составляют продукция сельского хозяйства и изделия из кожи. Никак не обойти Р. Эрдогану проблему внешней задолженности. Его оппоненты имеют полное основание утверждать, что Турция окутана сетями экономической задолженности гораздо сильнее, чем когда-то Османская империя. Запад получает большие возможности для воздействия на правительство умеренных исламистов. Внешняя задолженность страны с 1980 года выросла с 11,4 млрд долларов до 73 млрд долларов в начале XXI века. Государственный бюджет почти полностью был подчинен цели обслуживания государственного долга. Порочный круг постоянно увеличивающихся займов и долгов прочно держал в тисках всю экономику Турции. Правительство не отказалось от новых источников займов, а МВФ не собирается замораживать процесс предоставления Турции кредитов.

Не менее острыми для правительства Р. Эрдогана оказались социальные проблемы. Основой «вестернизации» турецкого государства всегда была мощная прослойка торгово-промышленной буржуазии, особенно в крупнейших городах Турции, которая делала крупный бизнес на торгово- экспортных операциях с западными компаниями. Основу экономики Турции составляют крупные холдинги, конгломераты Сабанджи, Коч, Доган, Зорлу, Чукурова. После проведенных реформ по либерализации экономики значительную свободу получило частное предпринимательство, которое превратилось во влиятельную политическую силу. С ростом экономики выросла интеллигенция, увеличилась численность рабочего класса. Однако доходы основной массы населения продолжают оставаться очень низкими, особенно в сравнении с западными странами. Доля ВНП к началу нового века составляла около трех тысяч долларов в год, что, несомненно, несколько выше, чем в других странах азиатского континента, но для стран ЕС Турция остается отсталой в экономическом и социальном смысле страной. Высокая степень безработицы обостряет политическую напряженность в стране.

Важнейшая задача современного этапа для правительства Р. Эрдогана состоит в сохранении единства турецкого общества в условиях продолжения курса европеизации общества, который вызвал неоднозначную реакцию турецких граждан. Обеспечивая единство народа, в Турции со времен Ататюрка действовала формула — «единая религия, единый народ, единая нация». Главный упор делался на националистическую идеологию и религиозные рычаги воздействия на обеспечение национального единства. Это имело непосредственное отношение к нетурецкому, мусульманскому населению курдов, арабов, туркмен, выходцев с Кавказа и Крыма. Р. Эрдоган заявлял, что предпримет меры, которые разрешат давнюю курдскую проблему. Европейские государства и США уже давно подчеркивают нарушение прав человека в Турции, указывая на курдский вопрос.

Серьезной проблемой, которая потребовала пересмотра социальной политики, явилась борьба с терроризмом. Террористические акты в ноябре 2003 и в 2004 гг. в Турции вызвали сильный резонанс. Впервые Турция столкнулась с непредсказуемым терроризмом внутри страны. Никогда еще эти проблемы не стояли в Турции так остро. Реакция правительства на теракты была достаточно жесткой. Правоохранительным органам в 2003 году были предоставлены чрезвычайные полномочия. В заявлениях политических лидеров это прозвучало как шаг на пути к созданию так называемой «диктатуры демократии». Как показывают факты, к деятельности Усамы бен Ладена причастны турецкие граждане. Известна их деятельность за рубежом, в том числе и в Западной Европе. Кроме того, Р. Эрдоган и его политическое окружение прекрасно понимают, что борьба с терроризмом поможет Турции завоевать новые дивиденды, особенно в глазах своего главного союзника — США.

В политико-идеологическом плане социальная структура общества разделяется и группируется на основе различных взглядов на пути развития турецкого общества и государства. Все больше сторонников приобретает политика «международной интеграции Турции», в то же время немало сторонников «особого пути» развития турецкого общества, выступающих за создание сильного на международной арене турецкого государства. Эти в определенной степени разные политические направления вступили в острые противоречия с политическими группировками, для которых Турция всегда являлась лидером исламского мира. Поэтому одна из основных задач современной Турции состоит в необходимости нахождения политического компромисса и выработки общего курса для различных слоев турецкого общества. Р. Т. Эрдоган, занимая пост премьер-министра, взял на себя осуществление этой миссии. Успехи умеренных исламистов стали зависеть от решения многих экономических и социальных вопросов. Политическая борьба входит совершенно в новую фазу, которая характеризуется обострением исламистского и реформаторско-ататюркистского направлений в турецком государстве.