Философия религии / философия религии лекция 07
.pdfФилософия Бенедикта Спинозы (1632-1677) сформировалась в критике дуализма Декарта и в противопоставлении ему пантеистического рационалистического учения
Свой главный философский труд - «Этику» (1662 -1 674) - Спиноза начинает словами о том, что причиной самой себя ( causa sui) он считает субстанцию, т.е. то, сущность чего заключает в себе существование. Субстанция вечна, т.е. бесконечна в отношении времени и пространства, она неделима и не состоит из частей, и имеет множество атрибутов, из которых каждый выражает вечную и бесконечную сущность. Атрибуты придают субстанции качественное содержание .
Спиноза говорит о том, что субстанция есть или природа, или Бог ( substantia sive natura sive deus). Природу Спиноза рассматривает не как произведенную природу, а как природу творящую, и она - само совершенство, поэтому она и есть Бог.
В отличие от Декарта, который полагал, что есть две субстанции - мыслящая и протяженная, Спиноза считал, что субстанция всего одна. Она есть вещь протяженная и мыслящая одновременно, а мышление - атрибут субстанции. Таким образом, все тела происходят от Бога, потому что Бог есть протяженная реальность, т.е. природа, но Богом как мышлением порождаются и идеи, и, таким образом, мышление - тоже и свойство природы.
Человек - часть природы, представляющая единство души и тела. Он состоит из «модусов мышления» и «модусов протяженности». В противоположность Декарту Спиноза отрицает наличие у человека врожденных идей, но полагает, что человеку прирождена способность к приобретению знаний.
Спиноза видел причину возникновения религии в невежестве и непонимании «порядка природы». Спиноза полагал, что в мире нет места случайности, поскольку у природы существуют законы и все подчинено необходимости, и свобода субстанции определяется ее внутренними причинами, а не внешними.
Свободе противопоставляется не необходимость, а принуждение. В Теолого-политическом трактате (1670) в качестве принуждения рассматривается религия.
Немецкий философ Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646-1716) отверг выдвинутый Декартом в качестве главного критерия истины принцип непосредственной достоверности, то есть ясности и отчетливости идеи, считая такой критерии психологическим, а потому субъективным.
Он считал, что не субъективная очевидность, но логическое доказательство является подтверждением объективности знания и истинности суждений. Лейбниц начинает не с «я» ( самосознания), как Декарт, а с Бога.
Критикуя картезианское понятие протяженной субстанции, он указывает, что у протяженности должно быть начало, и это начало не может быть ни математической точкой ( она не есть нечто реальное), ни чем-то материальным, поскольку сама по себе материя пассивна и не содержит начала, способного к распространению.
В отличие от Спинозы и Декарта, Лейбниц - плюралист. Согласно его метафизике, основаниями существующих явлений служат многочисленные субстанции, или монады (от греч. monados - единица). Бог - монада монад. Он - единая простая первичная монада, все остальные произведены Им. Все монады неделимы и не содержат частей, а все вещи представляют собой «агрегаты монад».
У каждой вещи, или телесного «агрегата монад», есть доминирующая энтелехия.
Взаимодействие тел подчиняется правилам механики, т.е. описывается в терминах деиствующих причин, тогда как души наделены самостоятельностью, и поэтому их действия могут объясняться только целевыми причинами.
Для согласования причинных рядов Лейбниц выдвигает концепцию предустановленной гармонии, в центре которой находится Бог. Главная функция Бога заключается в согласовании деятельности монад. Лейбниц приводит пример: если у различающихся по устройству часов, находящихся в соседних комнатах, синхронизировть маятники, то они будут показывать одинаковое время. Так и душа, следуя своим устремлениям, воспринимает то, что в физическом мире описывается законами механики. Каждая монада воспринимает мир самостоятельно, и ничего из собственных восприятий не может ни у кого позаимствовать (у монады «нет окон»), но воспринимают монады одно и то же целое, и состояния всех монад в один и тот же момент времени гармонизированы. Некоторые монады воспринимают целое более ясно, тогда как другие - смутно и «как бы в тумане», и потому одно восприятие от другого может весьма отличаться, но всякая монада - «живое зеркало универсума».
Работа «Опыты теодицеи о благости Божией, свободе человека и начале зла» (1710) отвечает на вопрос, как Бог, если Он всеблаг допускает существование зла
Задача теодицеи сводится к доказательству двух тезисов.
Во-первых, Бог сотворил наилучший из возможных миров, и,
во-вторых, Он сделал это по собственной воле, а не по принуждению. Бог, рассмотрев все возможные миры, избрал к существованию наилучший, и если бы Он избрал к бытию менее совершенный миp, это противоречило бы Его благой природе.
Таким образом, мир, в котором мы живем, наилучший, разнообразие этого мира максимально возможно и не нуждается в дополнении .
Второй тезис, о свободе Бога, доказывается так: творение осуществляется Богом по склонности, которая следует из преимущества бытия перед небытием. Лейбниц задает вопрос, основываясь на логическом принципе достаточного основания: почему существует что-то, а не ничто? Почему Бог творит мир, ведь не делать этого было бы проще?
Ответ таков: в определение сущности Бога входит Его бытие, а следовательно, наличие совершеннейшего существа Бога и составляет основание для преимущества бытия перед небытием. Бог мог бы и не творить: если бы не нашелся мир, который бы отвечал требованию максимального совершенства, Он бы и вообще отказался от сотворения мира. Таким образом, Бог творит не по необходимости, а в согласии с истиной факта, т.е. в соответствии с собственной волей.
Таким образом, Лейбниц разрабатывал учение о свободе воли, которое, с одной стороны, призвано оправдать свободу Бога, с другой - продемонстрировать свободу, или возможность выбирать наилучшее, для конечных монад.
Возможна ли в мире, сотворенном бесконечным интеллектом, свобода конечного разумного существа, т.е. человека? Ведь замысел Бога может быть недоступен человеку, и тогда, как бы последний ни поступал, u он не сможет предвидеть всех следствии своего поступка.
Во-первых, отвечает Лейбниц: мир сотворен так, что является человеку и в устойчивом и воспроизводящемся виде, и даже если он не понимает всецело божественного замысла, все же способен действовать, руководствуясь знанием порядка феноменов, и эта возможность ориентироваться в мире «хорошо обоснованных феноменов» - повод для выражения благодарности Творцу.
Во-вторых, подобно тому, как в математике мы используем принцип счисления бесконечно малых чисел (что успешно для конечных чисел, успешно также и для бесконечных), так и в сфере принятия решений люди должны руководствоваться собственным yмoм, предвидя бесконечные следствия того или иного поступка.