Философия религии / философия религии лекция 09

В работе «Хозяйственная этика мировых религий» Вебер показал, что проявлениями рационализации в западном обществе были

•развитие научного знания,

•появление бюрократии,

•рост индивидуализма,

•оправдание власти на основе нормативных правил, а не авторитета традиции.

Результатом рационализации стало уменьшение влияния на жизнь индивида так называемых высших ценностей и расколдовывание мира, т.е. «устранение магии как средства спасения».

Стимулом к процессу расколдовывания послужило появление первой монотеистической религии в лице ветхозаветного иудаизма. На смену магическому мироощущению, в котором человек и боги жили и действовали по соседству, пришло разделение вселенной на два существующих параллельно мира.

Магическое отношение к природе уступило место рациональному, трансцендентный Бог ушел из мира людей.

Вебер писал, что в католицизме расколдовывание мира — устранение магии как средства спасения — не было проведено с той последовательностью, которую мы обнаруживаем в пуританском протестантизме, а до него – только в иудейской религии.

Католику, в описании Вебера, предоставлялась возможность обрести благодать, сообщаемую таинствами его церкви, и тем самым преодолеть несовершенство человеческой природы.

Священник был своего рода магом, совершавшим чудо пресуществления, в руках которого была «власть ключей»: к нему мог обратиться верующий, преисполненный раскаяния и готовности к покаянию; священник даровал умиротворение, надежду на спасение, уверенность в прощении и снимал тем самым то невероятное напряжение, которое было неизбежным и ничем не смягчаемым уделом кальвиниста.

Кальвинист не знал этого милосердного человечного утешения и не мог, подобно католику и также лютеранину, надеяться на то, что минуты слабости и легкомыслия будут уравновешены последующей концентрацией доброй воли.

Вебер считал, что протестантизм в такой его форме, как кальвинизм, создал новую, религиозно окрашенную трудовую этику и буржуазный профессиональный этос

(образ жизни).

Этос характеризовался тем, что, заручившись «милостью Божьей и Божьим благословением», буржуазный предприниматель, не преступая границ формальной корректности и нравственных норм, мог и даже был обязан соблюдать деловые интересы.

Вслед за изменением мировоззрения эволюционировала и религиозная деятельность: от управления посредством магии сверхъестественными силами природы, через все более сложную символизацию отношений между человеком и сверхъестественным — к этическим религиям, основу которых, как, например, в иудеохристианской традиции, составляет идея греха и воздаяния.

Одним из социальных последствий этих изменений, по мнению Вебера, стало формирование особой прослойки в обществе — специалистов или бюрократов от религии (жрецов и священнослужителей), монополизировавших в своих руках религиозные знания и полномочия совершать ритуалы.

Таким образом, Вебер показал, что процесс рационализации приводит к изживанию из религиозного сознания элементов магии, а вместе с этим — к

уменьшению эмоциональной насыщенности

религиозных переживаний и расколдовыванию мира, которое достигает своего апогея в мировых религиях спасения.

Однако для Вебера линеарная схема эволюционного развития не всегда была столь прямолинейной. Общая тенденция к рационализации и институционализации не исключала возможности появления пророков.

В работе Вебера «Социология религии (типы религиозных сообществ)» пророк определяется как обладатель личной харизмы, возвещающий религиозное учение или волю Бога. Успех его проповеди определяется не привлекательностью учения, а уверенностью в личном призвании, которое принципиально отличает пророка от священнослужителя (последний основывает свой авторитет на традиции, в то время как первый притязает на этот авторитет в силу дарованного ему откровения). Пророк характеризуется безвозмездностью своего пророчества («типичный пророк несет в мир “идею” ради нее самой, а не ради вознаграждения»). Его религиозная миссия не была ему никем делегирована («пророки узурпируют свою власть в силу божественного откровения и для религиозных целей»). Кроме того, актуальная и эмоциональная проповедь пророка окрашена этически, она возвещает истину и дарует спасение.

Вебер выделял два типа пророков.

Тип Будды, который своим личным примером открывает путь к спасению и предлагает всем им следовать, получил распространение в Индии и Китае — регионе, где традиционно отсутствовала идея личного, надмирного, этического Бога.

Тип Заратустры-Мухаммеда, где пророк призван Богом возвещать людям волю Божью, получил распространение в Передней Азии.

Но возродив живое эмоциональное начало, пророки не смогли защитить свои учения от общей участи — процесса рутинизации и институционализации.

Вебер выделял два типа аскезы.

Аскеза первого типа — «отвергающая мир». Она требует от человека «полного отрешения от “мира”, разрыва социальных и душевных уз семьи, отказа от имущества, от политических, экономических, художественных, эротических, вообще от всех тварных интересов».

Аскеза второго типа — мирская. В этом случае «мир становится “обязанностью”, возложенной на религиозного виртуоза. Иногда в том смысле, что ему надлежит преобразовать мир в соответствии с аскетическими идеалами». Именно мирская аскеза, по мнению Вебера, предоставила в распоряжение буржуазного предпринимателя «трезвых, добросовестных, чрезвычайно трудолюбивых рабочих, рассматривавших свою деятельность как угодную Богу цель жизни».