7.2. Основные положения мфш.

Фонема, согласно МФШ, – это основная единица фонологического яруса языка, линейно нечленима на части, но сложна по своему устройству и включает множество признаков, например, русская фонема т одновременно является глухой, твердой, переднеязычной и т.д.

Московская фонологическая школа – направление в исследовании звукового яруса языка. Она возникла в 30-40-х гг. ХХ в. Её основатели – Аванесов, Кузнецов, Сидоров, Яковлев; основные ее идеи развиваются в работах Реформатского, Панова, Горшковой, Касаткина. Они опирались на идеи Бодуэна де Куртенэ. Основа теории Московской фонологической школы – учение о фонеме. Важнейшее положение - необходимость последовательного применения морфемного критерия при определении фонемного состава языка (в этом главное отличие этой школы от Ленинградской (Петербургской) фонологической школы и от других фонологических школ). Для отнесения разных звуков к одной фонеме необходимо и достаточно, чтобы звуки находились в дополнительном распределении (дистрибуции) в зависимости от фонетических позиций и занимали одно и то же место в одной и той же морфеме, т.е. позиционно чередовались. Фонему представляет весь ряд позиционно чередующихся звуков.  В этот ряд могут входить самые различные звуки: артикуляционно и акустически близкие и далёкие, а также нуль звука. Так, в рус. языке фонема (с) может быть представлена звуками [с] - с отцом, [с°] - с отчимом, [с'] - с сестрой, [з] - с братом, [з'] - с дядей, [ш] - с шурином, [ж] -с женой, [ш'] - с чадом, нулём звука - с щедрым.  Московской фонологической школой выдвинуто положение о параллельных и пересекающихся рядах позиционно чередующихся звуков. Кроме того, эта школа ввела понятие гиперфонемы, которая есть особый случай неполной реализации в отдельных морфемах всего ряда позиционно чередующихся звуков, воплощающих фонему.  Построение фонологической модели языка, в т. ч. определение всех его фонем и их взаимоотношений в разных позициях, с точки зрения Московской фонологической школы, возможно только при учёте всех слов, грамматических форм и морфем данного языка и всех фонетических реализаций фонологических единиц.  Идеи Московской фонологической школы нашли применение в первую очередь в теории письма - графике и орфографии, создании алфавитов, практической транскрипции и транслитерации, в исторической фонетике, диалектологии и лингвистической географии, преподавании неродного языка. 

Принципиальное отличие МФШ от концепций Л.В. Щербы и Н.С. Трубецкого состоит в том, что фонема рассматривается как элемент морфемы, а не словоформы; при этом предполагается, что морфема (точнее морф) имеет постоянный фонемный состав. Например, в слове [вада] первый гласный представляет фонему <о>, так как в сильной позиции (под ударением) в той же морфеме звучит [6] — [воды], а в слове [сады] тот же гласный представляет фонему <а>, так как в сильной позиции (под ударением) звучит [а] — [сат]. В слове кошка ([кбшкъ]) последний гласный является реализацией фонемы <а>, так как под ударением в той же морфеме (окон- чании существительного женского рода первого склонения единственного числа именительного падежа) звучит [а] — [страна], а в слове поле (им. п. ед. ч. [пбл'ь]) — реализацией фонемы <о> ([акнб]).

Морфема может объединять несколько морфов, отличающихся своим фонемным составом, морф — это одна из разновидностей фонемного состава морфемы в определенной словоформе: например, пек- и печ- (в слово- формах пеку — печешь) принадлежат одной и той же морфе- ме как два разных ее морфа

Одно из основных понятий МФШ — звуковое чередование.

Кардинальное различие между морфемой и словоформой с точки зрения фонологического анализа состоит в том, что словоформа является уникальной, неизменной, а морфема может быть фонетически реализована по-разному в зависимости от того, в какое слово она входит

Важнейшее положение школы — необходимость применения морфологического критерия (обращения к морфемному членению) при определении фонемного состава языка. В рамках МФШ разработаны теория фонологических позиций и учение о варьировании фонемы.

Эти исследователи приняли за исходную точку дивергентно – позиционно чередующиеся звуки.

Фонема – подвижный компонент морфемы.

Для отнесения разных звуков к одной фонеме необходимо и достаточно, чтобы эти звуки занимали одно и то же место в одной и той же морфеме и чередовались.

о белом – о синем – о большом

[ ъ ] [ ь ] [ о ]

О фонеме можно говорить только в пределах морфемы.

Одна и та же фонема в зависимости от фонетической позиции (для гласных это положение по отношению к ударению и положение после твердого или мягкого согласного) может быть реализована совершенно разными звуками. Например, фонема <о> может быть реализована вариантами [а], [ы], [и], [ъ], [ь] и даже [у] {ношу [нашу], жена [жына], несу [н'ису], вынос [выньс], вынес [вьш'ьс], по углам [пууглам]); но во всех этих случаях под ударением в той же морфеме произносится [6]: носит, жены, нес, по носу.

7.3. Понятия вариации, варианта и основного вида фонемы.

в русском [и] и [ы] – разновидности одной фонемы, но что же представляет собой основной вид фонемы и что вариацию?

Возьмем такие примеры: мал – мял и мыл – мил. В каждой паре гласная та же, но м в двух случаях твердое (мал, мыл) и в двух – мягкое (мял, мил), л во всех четырех случаях одинаковое – твердое. Предположим, что различие звучания гласных в мал и мял и в мыл и мил обусловлено различием в каждой паре предшествующей согласной: м твердого и м мягкого (так как л везде одинаково и влиять на гласную, следовательно, не может). Устраним этот фактор: отнимем начальную согласную во всех четырех случаях; оказывается, что в мал и в мил оставшаяся часть – реальные случаи: ал (краткое прилагательное от алый) и ил, где а и и звучат так же, как и в мал и мил, значит, твердое м не влияет на звучание а, а мягкое м не влияет на звучание и. Если же отнять начальные согласные у мял и мыл, оставшаяся часть невозможна для русского языка: слова не могут в русском начинаться с [{] (переднее а) и с [ы], – значит, эти звуки могут быть только в определенных позициях: [{] после мягкой согласной, а [ы] после твердой согласной, они зависят от данных позиций и являются следствием действия этих позиций. Следовательно, в паре [а] – [{] основной вид фонемы [а], а [{] – вариация, а в паре [и] – [ы] основной вид фонемы [и], а [ы] – вариация.

В сильной позиции разные фонемы реализованы разными звуками; звук, пред- ставленный в сильной позиции, называется о с н о в н ы м видом фонемы. Звук, в котором совпадают две или более фонемы, называется вариантом этих фонем.

Так, глухие и звонкие шумные согласные в современном русском литературном языке различаются в положении перед гласными (например, плода — плота) и совпадают друг с другом (в глухом варианте) на конце слова (плод = плот = [плот]). Следовательно, для противопоставления глухих/звонких согласных фонем позиция перед гласным является сильной, а позиция конца слова — слабой. С другой стороны, твердые и мягкие согласные в СРЛЯ различаются как перед гласным (например, платя — плота: [плат'а] — [плата]),так и на конце слова (например, плоть — плот: [плот'] — [плот]). Следовательно, для противопоставления твердых/мягких согласных фонем и позиция перед гласным, и позиция конца слова являются сильными. Это означает, что одна и та же позиция для одной и той же фонемы может быть сильной по одному дифференциальному признаку и слабой по другому — например, позиция конца слова в СРЛЯ является сильной по ДП твердость/мягкость и слабой по ДП глухость/звонкость. Таким образом, понятие сильной/слабой позиции связано с дифференциальными признаками фонологических единиц.

В некоторых позициях фонемы противопоставлены другим фонемам по всем своим дифференциальным признакам. Иначе говоря, в этих позициях различаются все фонемы данного класса (гласные или согласные). Позиция, в которой фонемы противопоставлены друг другу одновременно по всем ДП, называется абсолютно сильной позицией. По абсолютно сильной позиции определяется состав фонем конкретного языка — сколько звуковых единиц противопоставлено в этой позиции, столько в данном языке фонем. В русском языке такими позициями, в частности, являются:

• для согласных — положение перед гласным (том — дом — сом—ком— Тема);

• для гласных— позиция под ударением(дам—дом— дым — дум — денди).

7.4. Понятие гиперфонемы.

Гиперфоне́ма — в учении Московской фонологической школы (МФШ): единица фонологического описания, представляющая собой совокупность фонем, противопоставление которых в данной позиции нейтрализовано, и используемая в случаях, когда невозможно найти сигнификативно сильную позицию (позицию различения) для данного сегмента. Ряд звуков, позиционно чередующихся в пределах одной морфемы, но представленных только в слабых позициях.

Гласный [а] в слове собака реализует гиперфонему <о/а> (так как потенциально он может входить как в ряд со звуком [а] в сильной позиции, так и в ряд со звуком [о] в сильной позиции), а гласный [и] в слове песок [п'исок] — гиперфонему <и/е/о/а> (так как в первом предударном слоге после мягких согласных звуком [и] могут быть реализованы фонемы <и>, <е>, <о>, <а>: [п'ишу] ([п'ишьт]), [ч'ишу] ([ч'ешьт]), [н'ису] ([н'ос]), [в'ижу] ([в'ажьт])).

7.5. Пражская лингвистическая школа.

Пражская лингвистическая школа - главное направление европейской ветви структурной лингвистики. Центром деятельности ПЛШ был Пражский лингвистический кружок. Кружок возник как объединение нескольких чешских (В. Матезиус, Б. Трнка и др.) и российских (Р. О. Якобсон, Н. С. Трубецкой, С. О. Карцевский) ученых. Школа была создана в 1926 по инициативе В. Матезиуса и Р.О. Якобсона

ПЛШ была основана на идеях Ф. Де Соссюра. На ее становление и развитие большое влияние оказала русская лингвистическая традиция: идеи Ф. Ф. Фортунатова, Л. В. Щербы и особенно И. А. Бодуэна де Куртенэ. ПЛШ развивала концепцию системной организации языка, в том числе идеи системного подхода к языковой эволюции (языку в диахроническом аспекте) и динамической концепции языка, рассматриваемого в синхронном аспекте.

Наиболее полно и последовательно структурно-функциональная концепция ПЛШ воплотилась в исследованиях звуковой стороны языка. Фундаментальные "Основы фонологии" Н. С. Трубецкого практически создали новый раздел языкознания - фонологию. Были введены такие базовые понятия, как: фонема, оппозиция, классификация оппозиций, маркированность-немаркированность, корреляция, дифференциальный признак, нейтрализация фонем и др.

Самым существенным вкладом ПЛШ в синтаксис стало учение В. Матезиуса об актуальном членении предложения как выявляющем посредством выделения темы и ремы высказывания его функциональную перспективу. Функциональный синтаксис предполагает изучение средств и способов объединения слов в предложение в рамках определенной ситуации языкового общения (коммуникативной ситуации). Актуальное членение предложения выясняет способ его включения в предметный контекст, на базе которого оно возникло.

В рамках ПЛШ возникла теория языковых функций и функциональных стилей, заложен фундамент цивилизованной нормализаторской лингвистической деятельности. С термином "функция" связано представление о назначении языка как особой системы. Анализ целей, которым служит язык, позволяет выявить следующие языковые функции: социальную (обеспечение связи с другими людьми) и экспрессивную (язык выступает как средство выражения мысли безотносительно к слушателю). В свою очередь социальная функция расчленяется на функции общения (говорящий направляет внимание на передачу определенного содержания) и "поэтическую" (внимание говорящего направлено на форму сообщения).

Идеи ПЛШ продолжают оказывать влияние на развитие современных лингвистических концепций.

Были выдвинуты принципы структурного описания языка. В этих тезисах давалось определение языка как системы средств выражения, служащей какой-то определенной цели, как функциональной системы, обладающей целевой направленностью; указывалось на невозможность понять любое явление в языке без учета системы, к которой оно принадлежит. Синхронный анализ современных языков провозглашался лучшим способом для познания сущности и характера языка и распространения системного понимания на изучение прошлых языковых состояний. Подчеркивалась недопустимость жесткого разграничения между методом синхроническим и диахроническим. Признавалась необходимость в сравнительном изучении родственных языков не ограничиваться только генетическими проблемами, но и использовать структуральное сравнение и типологический подход, чтобы системно осмыслить законы конвергенции и дивергенции языков. Исходя из целевой обусловленности фонологических явлений, приоритет отдавался не двигательному, а акустическому образу. Подчеркивалась важность инструментального исследования звуковой стороны языка. К числу задач синхронической фонологии были отнесены: установление состава фонем и выявление связей между ними, определение фонологических корреляций как особого вида значимых различий, регистрация реальных и теоретически возможных в данном языке сочетаний фонем, изучение морфологического использования фонологических различий (морфонологии) и анализ морфонем типа к/ч в комплексе рук/ч: рука, ручной.

Основные черты фонологической концепции Трубецкого: разграничение фонологии и фонетики; разработка критериев выделения и отождествления фонем; выдвижение понятия фонологической оппозиции; указание на разложимость фонемы на одновременно данные, нелинейные различительные признаки и определение фонемы как "пучка" различительных признаков; использование фонетических характеристик при описании дифференциальных признаков; разработка типологии фонологических оппозиций; указание на нейтрализацию фонологических оппозиций в определенных позициях и постулирование архифонемы как единицы, объединяющей свойства нейтрализуемых фонем. Основательно были разработаны функциональная стилистика и теория литературного языка, проведено разграничение понятий норма и кодификация. Оппозиция понималась как лингвистически существенное различие между единицами плана выражения, которому соответствует различие плана содержания (и наоборот), как специфического вида парадигматическое отношение (корреляция). Классические фонологические опыты пражцев получают продолжение в виде построенной позднее, в американский период деятельности Якобсона. Величайший лингвист ХХ в. Якобсон продолжает традиции Пражской лингвистической школы. Он проявлял активный интерес к проблемам многочисленных конкретных языков, теории эволюции языков, теории языковых союзов, типологии языков, теории знака (в том числе и нулевого), общей теории языка. Он разработал метод бинарных оппозиций, создал дихотомическую фонологию, постулирующую наличие универсального для языков мира набора определяемых в акустических терминах различительных признаков.