Вопрос 18: Образ князя в «Слове о полку Игореве»: идеальное и негативное.

ГГ и его сподвижники изображ как мужественные войны, их отвага не знает границ (поведение брата Игоря Буй-тура Всеволода – прозвище как сравнение с быком; «Куда ты, Тур, поскачешь, посвечивая своим золотым шлемом, там лежат поганые половецкие головы», «..голыми руками бился, так как и оружья по его руке не нашлось»). В «золотом слове» Святослав Киевский не только укоряет И и В, но и признает их отвагу: «ваши сердца из крепкого булата выкованы и в отваге закалены». Автор относится к Игорю с симпатией, но и осуждает его недальновидность (ведь жажда славы приводят героя к трагическим переменам – из золотого/княжеск седла он пересаживается в рабское)

Большое место в «Слове» отводится изображению поступков Игоря и Всеволода. Автор симпатизирует своим героям и видит в них лучших представителей современного ему поколения князей.

Игоря отличает необычайное мужество и храбрость. Он доблестный воин, который решил постоять за Русскую землю. Ради блага своей земли он готов на любые жертвы и испытания.

Свою вдохновенную речь Игорь произносит в момент солнечного затмения («лучше убитым быть чем плененным быть»). Грозное пред­знаменование природы не в силах поколебать страстного желания и решимости князя «искусити Дону великого», постоять за землю Русскую, стремления к славе.

«Слово» не показывает Игоря в битве на Каяле, но говорит о его мужестве и благородстве, когда он заворачивает полки, жалея брата Всеволода.

Доблестным воином является и Всеволод. Он неотделим от своих верных опытных воинов. Доблесть и мужество, проявленные им в бою на Каяле, беспримерны. Подробно русским былинным богатырям, буй-тур Все­волод «прьнцет» на врага своими стрелами, гремит «о шеломы мечи хармужными». Своим златым шеломом посвечивая, скачет он по полю брани, поражая врагов. Он весь поглощен и увлечен боем, в пылу сражения забывает и о своих ранах, и об отцовском золотом столе, и о ласках милой красавицы —жены Глебовны. Изображая гиперболически поведение Всеволода в бою, перенося на него подвиг дружины, автор «Слова» следует художественным принципам фольклора.

Прославлению князей служат и образы-символы «солнца», «света», «соколов», которые даны в резком контрасте с «тьмой», «тучами», «галками», «черным вороном» — символами врагов-половцев.

Деятельность князей в «Слове» оценивается с народных позиций. Игорь и Всеволод осуждаются за жажду личной славы. Они рано «начали Половецкую землю мечи цвелити» (терзать), т. е. не до­ждавшись коалиционного похода, который организовывал Святослав киевский. Они свели на нет результаты предыдущего успешного похода князей. (золотое слово)

Автор «Слова» подчеркивает, что поражение русских войск на Каяле принесло огромный ущерб не только северским князьям, но и всей Русской земле, обратив «на ниче ся годины». Поэтому Игоря, пересевшего из золотого седла в седло раба, и проклинают немцы и веницианцы, греки и моравы.

За стремление к личной славе автор «Слова» осуждает Игоря и Всеволода. Обуреваемые жаждой личной славы, они сказали: «Помужествуем сами: мы и прежнюю славу поддержим, а нынешнюю меж собой разде-лим» Нельзя ставить личную княжескую честь и славу выше чести и славы Русской земли, говорит поэт-гражданин. Поэтому он и заставляет бежавшего из плена Игоря идти сразу в Киев, т. е. признать свою вину перед Русской землей. Всем ходом изложения событий, их оценкой автор призывает князей к неукоснительному исполнению своих вассальных обязательств перед великим киевским князем, в котором воплощается честь и слава всей Русской земли.

В то же время автор глубоко сочувствует северским князьям. Вместе с русской природой, русскими женами, Ярославной поэт выражает свои чувства жалости и скорби по поводу поражения Игоря, Всеволода и их храбрых полков. Вместе с киевским князем Святославом автор не может допустить, чтобы находящийся «в мытех» сокол дал свое гнездо в обиду, и для поэта-гражданина «раны Игоревы» становятся символом сплочения всех сил Русской земли для борьбы с внешними врагами.

В Святославе «великом, грозном киевском» автор «Слова» не отражает черты реальной исторической личности, а воплощает свой идеал мудрого, могущественного правителя Русской земли, хранителя ее чести и славы. Образ Святослава в «Слове» идеализирован. Согласно историческим данным, Святослав Всеволодович не играл существен­ной роли в политической жизни Руси того времени. Являясь ставлен­ником более могущественного и деятельного князя Рюрика Ростиславича, он владел только Киевом, и власть его подчас носила чисто номинальный характер.

«Слово» прославляет победу, одержанную Святославом над полов­цами в 1184 г., её прославляют и воспевают немцы, венецианцы, греки и моравы, так как эта победа обеспечила безопасность торговых путей Руси с юго-западной Европой.

Образ Святослава раскрывается в «Слове» в его «мутном» сне и «золотом слове». Здесь перед нами мудрый правитель, скорбящий о своих безрассудных вассалах - «сыновцах», горько сокрушающийся по поводу того, что князья-вассалы не помогают ему, своему сюзерену. «Золотое слово» Святослава наполнено гражданской скорбью по по­воду розни между князьями, отсутствия между ними единства, а главное, по поводу забвения ими своих обязанностей по отношению к «отню злату столу», Русской земле. Это и дает возможность автору «Слова» легко переключить «золотое слово» в публицистически стра­стный призыв, обращенный к наиболее могущественным князьям Руси выступить «за землю Рускую, за раны Игоревы, буего Святъславлича!»

Трезво оценивая политическую обстановку своего времени, автор «Слова» обращается к тем князьям, от которых зависит судьба родины. Это, прежде всего князь владимиро-суздальский Всеволод Большое Гнездо. Могущественный князь, он только что совершил удачный поход против камских булгар, дружина его может Волгу «веслы раскропити, а Дон шеломы выльяти!». Если же Всеволод и «не мыслит» «прилететь» в Киев, то у него, подчеркивает автор, есть возможность «посуху живыми шериширы стреляти, удалыми сыны Глебовы». Он может послать против половцев своих вассалов — «живые копья» — рязанских князей и выполнить свой долг перед «отним златым столом».

Учитывая заинтересованность в делах Киева и южной Руси князя Рюрика Ростиславича и его брата Давыда Смоленского, храбрость их воинов автор «Слова» к этим князьям обращается с прямым при­зывом выступить в поход — вступить «в злата стремена за обиду сего времени, за землю Рускую, за раны Игоревы, буего Святъславлича!»

Трезво оценивается в «Слове» и могущество галицкого князя Ярослава Осмомысла. Он закрывает путь на Русь венгерскому королю, его войска принимают участие в крестовых походах. Могуще­ство его простирается далеко на юго-запад вплоть до Дуная, даже Киев находится в зависимости от галицкого князя, и он открывает ему ворота. Автору «Слова» хорошо известно, что Ярослав всю свою жизнь пробыл в Галиче и не принимал непосредственного участия ни в одном военном походе, поэтому он и просит Ярослава послать свои войска против Кончака, а не самого выступить в поход.

Обращается автор и к князю Роману Мстиславичу Волынскому, прославившемуся своей храбростью и мужеством, с призывом прийти на помощь родине и вместе с князьями луцкими и пересопницкими Ингварем и Всеволодом загородить «полю ворота».

Так автор «Слова» в своем обращении к князьям оценивает воз­можности каждого княжества и, призывая князей сплотить свои силы вокруг Киева и Русской земли, вовсе не выдвигает задачи создания централизованного государства, а лишь стоит за строгое соблюдение уже утраченных норм феодальных отношений, верности вассалов своему сюзерену — великому князю киевскому. А к чему приводит нарушение этих обязанностей, автор показывает на исторических примерах Олега Гориславлича и Всеслава Полоцкого, на горестной судьбе «нынешняго Игоря».

Значительной художественной победой автора «Слова» является созданный им обаятельный образ русской женщины — верной подруги своего мужа, Ярославны. В ее образе обобщены лучшие черты харак­тера древнерусской женщины. Автору чужд религиозно-аскетический взгляд на женщину. Нет, женщина не «сосуд дьявола», не источник всех бед и несчастий мужчины, как учила церковь, а верная и преданная помощница, горячо любящая своего «ладу» и силой своей любви помогающая ему вернуться из плена. В своем лирическом плаче-за­клинании, своеобразном заговоре, языческой молитве, Ярославна обращает думы свои не только к мужу, но и к его воинам. Ее скорбь о поражении Игоря — это скорбь всех жен и матерей русских, обоб­щенных в едином образе.Вопрос 19: Проблема автора «Слова о полку Игореве».

Кто был автором "Слова о полку Игореве"? Установить имя создателя гениального произведения до сих пор не удалось, хотя автор постоянно заявляет о себе в "Слове", он хорошо знаком с теми местами, о которых пишет. Вероятно, он и сам был оттуда происхождением, ведь сквозь строки прощупывается его искренняя любовь к Киевской земле, четко высказывает свои политические симпатии и антипатии, обнаруживает широкую осведомленность в событиях своего времени и прошлого, говорит о своих эстетических представлениях. В поисках автора, во всех предположениях и отождествлениях мы прежде всего должны руководствоваться самой поэмой, отразившей миропонимание автора, его взгляды на прошлое и настоящее Руси. Автор заполняет собою все произведение от начала до конца. Голос его отчетливо слышен везде: в каждом эпизоде, едва ли не в каждой фразе. Именно он, автор, вносит в «Слово о полку Игореве» и ту лирическую стихию, и тот горячий общественно – политический пафос, которые так характерны для этого произведения. Из текста видно и то, что автор осведомлен о деталях похода, знает о деятельности и характере князей. Относительно автора поэмы учеными выдвигалось и выдвигается огромное количество гипотез, предположений, догадок. Однако эти предположения и гипотезы не подкрепляются достаточным количеством фактического материала, поскольку "Слово" дошло до нас в единственном списке, да и тот не уцелел. Концепция А. Боброва предполагает, что автор- монах К. Белозерского монастыря.

Принадлежность автора «Слова о полку Игореве» к дружинному слою никогда не вызывала у исследователей сомнений. Автор не только знает весь ассортимент оружия и доспехов, но, как тонкий знаток иноземного снаряжения, может различить «шеломы латинские»,«сулицы ляцкие». Многое говорит за то, что автор «Слова о полку Игореве» был не простым воином, а принадлежал к старшей дружине, то есть к боярству.В пользу этого прежде всего свидетельствует его свобода в обращениях к князьям – современникам и к их предкам. Эта мысль подкрепляется целым рядом соображений: отсутствие подобострастия и критика княжеских действий, широкая образованность и начитанность, прекрасное знание взаимных отношений всех княжеских домов во всех уголках России, тонкое знание военного дела, русского и иноземного оружия, независимая позиция не только по отношению к князьям, но и к церкви. Все это обрисовывает нам не просто члена княжеской дружины, и боярина, близкого к князьям и привыкшего давать им мудрые советы.

В числе предполагаемых авторов "Слова о полку Игореве" назывались галицкий премудрый книжник, галицкий монах Тимофей. В 1945 году поэт Алексей Югов предложил в авторы «Слова о полку Игореве» «словутьного певца Митусу», упоминаемого Галицкой летописью под 1241 годом. Возрастной критерий действует и здесь: в 1185 году, за 56 лет до летописного упоминания, певец Митуса должен был быть совсем молодым человеком. Также называются: слуга великого князя – Качкай, тысяцкий Рагуил, певец Ходына, летописец Петр Бориславич и даже сам князь Игорь, а также великий киевский князь Святослав Всеволодович. С. Тарасов предложил в авторы «Слова…» Кочкаря, «милостника» князя Святослава Всеволодовича. О Кочкаре мы знаем только то, что в 1180 году Святослав замыслил захват Давыда Вышгородского во время охоты на Днепре «с Кочкарем, милостником своим». Однако данных о литературном таланте, начитанности или даже о простой грамотности этого княжьего слуги у нас нет. Косвенно об этом же говорит и прекрасное знание им такой аристократической забавы, как соколиная охота. Автор сам был, очевидно, большим любителем охоты с соколами, так как через всю поэму пронес целую систему соколиной символики. Игра на гуслях – соколиная охота на лебедей; русские всадники в степи – соколы; пленные князья – опутанные соколы с подрезанными крыльями; киевский великий князь – сокол, защищающий свое гнездо и так далее. Автор «Слова о полку Игореве» все время как бы приподнимает своих читателей над землей, позволяя им взглянуть на события с высоты птичьего полета, соколиного полета. Итак, наиболее вероятно, что автор «Слова о полку Игореве» был видным боярином. При уточнении биографических черт начинаются разногласия: одни утверждают, что он был придворным певцом Игоря, другие видят в нем приближенного Святослава Всеволодовича, третьи считают его выходцем из Галича, попавшим на восток в свите Евфросиньи Ярославны или ее брата. Есть даже мнение о том, что на киевском юге – это «залетная птица», прилетевшая с севера. Среди этих многочисленных гипотез наиболее аргументированной представляется гипотеза Б. А. Рыбакова, подкрепляемая лингвистическим анализом текста летописи Петра Бориславича и "Слова о полку Игореве". Лихачев считал, что произведение остается анонимным. Ряд интересных соображений об авторе "Слова" был высказан Д. С. Лихачевым в статье "Размышления об авторе "Слова о полку Игореве". Исследователь предполагает, что автор участвовал в походе Игоря, изложил историю этого похода в летописи, передав заветные думы князя и одновременно, будучи певцом, создал "Слово о полку Игореве" и сам записал его текст. Новая гипотеза об имени автора «Слова» возникла в 1938 году. Писатель Иван Новиков также исходит из предполагаемой близости автора к Игорю. Он считает, что «Слово» могло быть написано только лицом, знавшим Игоря по половецкому плену, и из четырех упоминаемых летописью лиц (Овлур, сын тясяцкого, конюший, поп) Новиков выбирает сына тясяцкого.Таким образом, вопрос об имени автора "Слова о полку Игореве" до сих пор остается открытым и ждет своего решения.