18. Жанр песни в литературе русского классицизма. Песни а.П. Сумарокова.

В своей поэтической теории и практике Сумароков уделял внимание не только основным, но и отчасти периферийным жанрам эпохи классицизма - и прежде всего элегиям и песнями. Главным требованием к авторам любовной лирики было изображение неподдельных человеческих чувств, что возможно только при наличии собственного, личного опыта поэта: "Коль хочешь ты писать, так прежде ты влюбись". Только живое движение чувств ("и хладно в ней всегда без страсти стихотворство") определяет жанрово-стилевую основу любовной лирики, в которой поэт "восклицает" "едино только то, что сердце говорит", и оттого "плачевной музы глас быстрее проницает".

Песню Сумароков отнес к литературным жанрам. Ведь именно его поэтической работой русская "книжная" песня была совершенно перестроена, превращена в литературный жанр. В основе сюжета – отношения двух любящих, чаще всего сведенных к простейшей ситуации (измена или разлука, или и то и другое вместе), и в этой схеме Сумароков выражает понимание любовного чувства. Любовь не может быть развлечением или игрой; она не подчиняется власти рассудка, человек не в состоянии любить или не любить по собственной воле.

Так, в одной из песен влюбленный юноша, которому изменила любимая, сначала собирается отплатить изменой за измену, забыть прежнюю любовь и все свои страдания, но это оказывается невозможным, потому что возникает неожиданное сдерживающее начало, о котором герой и не подозревал ранее. Чувство оказывается истинной, глубокой и всепокоряющей страстью.

Песня Сумарокова продолжала традицию любовных кантов начала XVIII в. — песенного жанра, получившего особенно широкую популярность в послепетровский период. Ранние песни его еще сохраняют следы воздействия любовной лирики, которую пытался ввести на русской почве Тредиаковский.

Но со временем Сумароков полностью освободился от его влияния, став на путь создания собственной песенной традиции. Принципом сумароковской песни стала простота и естественность в выражении любовного чувства. И в поисках средств выразительности для своих песен Сумароков нередко обращается к фольклору.

Ряд песен Сумарокова предстает прямой стилизацией образцов русской народной лирики. Таковы песни «В роще девки гуляли», «Где ни гуляю ни хожу», «Не грусти, мой свет, мне грустно и самой» и др. Сумароков заимствует сюжетные мотивы народных песен, вводит в текст своих песен традиционные устойчивые формулы фольклорной песенной поэтики, использует отдельные приемы композиционного строения народной хоровой лирики.

В жанровом отношении песня Сумарокова явилась предшественницей песенной лирики сентиментализма. Его метод обработки народных песен послужил основой традиции использования фольклора для поэтов-сентименталистов конца XVIII — начала XIX в. Ю. Нелединского-Мелецкого, И. И. Дмитриева и др.

По своему идейному содержанию песни Сумарокова наряду с его эклогами и идиллиями разрабатывали одну из наиболее распространенных и характерных для поэзии сентиментализма тем: противопоставление разврата городской жизни чистоте и непорочности нравов деревни.

Эклоги и идиллии с описаниями мирной жизни пастухов и пастушек, их любовных радостей и печалей на лоне природы были для Сумарокова средством воспевания условного идеального царства свободы и естественности. В песнях Сумарокова мир идиллий и эклог уступает место выражению непосредственных чувств современников.

Таким образом, в зрелом творчестве Сумароков явился своеобразным предвозвестником двух противоположных направлений в развитии национальной литературы XVIII в. Один путь развития сумароковских традиций вел к нарастанию обличительно-сатирического направления, отмеченного деятельностью Новикова и Фонвизина. Другой путь вел к замкнутости и идеологической отрешенности интимной лирики Хераскова и Муравьева, по-своему подготавливавших художественные искания поэзии сентиментализма.