11. Фонетические изменения в истории древнерусского языка: утрата носовых, вторичное смягчение согласных.

Носовые гласные утратились в диалектах восточных славян, изменившись соответственно * р > [и ], *е > [á] (открытый гласный переднего ряда). Указанное направление в изменении *е восстанавливается на основе предположения о более ранней утрате носовых гласных в сравнении со вторичным смягчением согласных перед гласными переднего ряда. Последовательное смягчение согласных перед звуком, развившимся из *е (ср. совр. [р’ады] < *г&áу, [м’ат'1 < *тф), и позволяет предполагать, что он первоначально изменялся в гласный передней зоны образования. Схематически этот процесс можно представить так: *t% > *t d > *t’a (например, *г%àъ > *г аáъ > *г'аáъ). Носовые гласные утратились до появления старейших (из сохранившихся) текстов. Поэтому уже в древнейших восточнославянских памятниках, переписанных со старославянских оригиналов (где употреблялись буквы я и а для обозначения носовых гласных), начиная с «Юстромнрова евангелия», обычна мена букв &/оу (гл./ю), а/сь и и. В дальнейшем буквы я, пк перестали употребляться, а использование букв а, м, а стало регламентироваться уже нормами древнерусской орфографии: и — в начале слова н слога (шо люм), а — после парных смягченных согласных (јіадк, ліасо), а — после непарных мягких (жаря, каіш). Исторические свидетельства позволяют уточнить время утраты носовых и отнести его к периоду до IX в. В сочинении Константина Багрянородного «О народах» приведены названия днепровских порогов на языке восточных славян. Эти названия даны в греческой транслитерации: рерои£т), veacriT. Первое слово передает древнерусскую словоформу вьроучи — причастие настоящего времени от глагола ѳьръти, второе — древнерусское неясыть, вероятно, «пеликан»; в старославянском — Бьрлштн, несмыть. Если это верно, то восточные славяне, от которых в первой половине X в. были услышаны эти названия, уже носовых гласных не произносили.

Наиболее важным фонетическим процессом начального периода обособленного развития восточнославянских диалектов было так называемое вторичное смягчение согласных — изменение полумягких согласных перед гласными переднего ряда в мягкие. С точки зрения артикуляционной этот процесс означал завершение аккомодации согласного гласным переднего ряда в слоге. Важность этого процесса заключается в его фонологических последствиях, что и привлекает к нему особое внимание историков русского языка.

Судя по данным поздних восточнославянских диалектов, смягчение согласных перед [е] могло происходить не во всех диалектах. Это зависело от качества звуков, реализующих фонему (е). Если гласный [е] был дифтонгоидом, т. е. имел ^-образный призвук, перед ним последовательно происходило смягчение. При тембрально однородном [е] степень смягчения предшествующего согласного оставалась незначительной и вторичное смягчение не осуществлялось. В результате вторичного смягчения значительно расширилось число смягченных согласных, в частности появились смягченные губные ([р’, Ь’, ш ’, v’]) и з\бные согласные ([t\ сЛ): ^golub'b < *golub'b, *Ь'їји < *Ь'їји> *p'as'fb < *p-0s-i b> *р'їји < *р'їји , *m'aso < *m-asot *т'і1ъ < *т'і1ъ, * á'ěіо < *á-ě1о, *gos't'b < *gos t-b. Значительно расширился круг слов со смягченными [s’, ъ \ г’, Г, п’], так как вторично смягченные соответствующие согласные совпали с исконно смягченными; ср.: *v'bs'a — *sVm’a *къп',аг'ь — *z'ima(.

Результаты вторичного смягчения были значительны не только для состава согласных звуков, но и для структуры слога и для фонологической системы древнерусского языка. Слог стал характеризоваться еще большим сближением тембра согласных и гласных, четкое противопоставление гласных по передней и непередней зоне образования привело к контрастированию передних и непередних слогов типа: *t'i ~ *ty, *fii ~ *tu, *t'e ~ *to, * t'e ~ *io, *t'b ~ *?à ~ *ta. Подобная слоговая структура слова предполагает, что гласные типа [ù, е, ь, á] были дифтонгоидами, т. е. между смягченным согласным и основной частью гласного были переходные элементы, более узкие, чем основной гласный. Описанная слоговая структура восточнославянского слова стала о с н о е о й для выдвижения гипотезы о силлабеме как новой фонологической единице, которая характеризовала фонологическую систему древнерусского языка после вторичного смягчения согласных до ‘падения редуцированных. Основные положения гипотезы о силлабеме, выдвинутой и разработанной Р. И. Аванесовым, сводятся к тому, что в слоге указанной выше структуры нельзя выделить ни согласных фонем с признаком твердости ~ мягкости, ни гласных фонем с признаком переднего ~ непереднего ряда, так как нельзя определить позиций, в которых согласные или гласные по этим признакам противопоставлялись бы как самостоятельные фонемы. Эти признаки, которые реализуются в зоне образования звуков (или, иначе, в высоте тона), как бы охватывают весь слог, характеризуя сочетающиеся в нем звуки.

В пределах фонологической системы, если понимать ее как автономную, независимую от морфонологической и морфологической, гипотеза о силлабеме обладает необходимой объяснительной силой. Однако в действительности фонологическая система закономерно связана с морфологической, а фонемная структура слова — с его морфемной структурой. Гипотеза о силлабеме как особой фонологической единице не согласуется с представлениями о морфемной структуре древнерусских словоформ и о чередованиях гласных и согласных как одном из грамматических средств создания парадигмы. Например, при морфемной структуре словоформ *р1оá-ъ — *p/od’-e, *ruk-a — *kon'-b — *kori-a их слоговая структура была иной: *plo-da — *plo-d'e, *ru-ka — Если силлабема (-da, -á'ě и т. д.) — это фонологическая единица, то она не может разделяться морфемной границей. В случаях типа *иё'еп'ік-ъ — *ис'епіс'-е образование новой формы слова сопровождается чередованием *k/£' как особых фонем; между тем на силлабемном уровне здесь следует говорить о силлабемах (к ъ ~ с ’е), хотя (ъ, е) принадлежали флексиям, а чередовались фонемы, оканчивающие основы. Указанное противоречие может быть разрешено, если считать, что силлабема относится не к фонологическому уровню и его единицам, а к уровню фонетическому и к такой его важной единице, как слог. Что же касается фонологической системы древнерусского языка после вторичного смягчения согласных, то она еще должна получить необходимую характеристику. Давая такую характеристику, следует прежде всего обратить внимание на тот факт, что вторичное смягчение согласных имело место не во всех древних славянских диалектах. В результате исторической интерпретации более поздних изоглосс можно прийти к выводу, что наиболее последовательно вторичное смягчение согласных протекало в тех северо-восточных диалектах, которые позже образовали диалектную зону центра языка великорусской народности, т. е. в тех говорах, которые генетически восходят к диалекту Ростово-Суздальской земли. Именно в этих диалектах мы находим в более позднее время наиболее развитую корреляцию согласных фонем, парных по твердости ~ мягкости, наличие дифтонгоидов различного типа после смягченных согласных, результаты последовательного изменения [е > о], пятифонемный вокализм и другие особенности системы. Все эти факты позволяют предположить, что вторичное смягчение согласных последовательно протекало в тех древних славянских диалектах, в фонологической системе которых наметились развитие фонологических возможностей консонантизма, рост различительных возможностей языка за счет усложнения консонантизма. Такое направление в развитии связано с расширением возможностей категории согласных фонем, парных по твердости ~ мягкости, так как именно в этом случае увеличивается число согласных фонем, усложняется набор их ДП, изменяется соотношение согласных и гласных в слоге, представляющем поле фонетической реализации признаков фонем.

Фонетико-экспериментальные исследования фонетических систем современного русского литературного языка и современных русских говоров показывают, что признак мягкости, характерный для парной мягкой фонемы, реализуется в слоге типа * Va таким образом, что акустический сигнал мягкости приходится, как правило, не на сегмент согласного, а на сегмент, промежуточный между согласным и гласным или же на сегмент гласного: Т - а , *tu-e. Эти наблюдения и позволяют предположить, что вторичное смягчение согласных было следствием тех изменений в фонологической системе, которые свидетельствовали о начале развития системы консонантного типа с согласными, противопоставленными по твердости ~ мягкости. Первыми такими парами были (п ~ п’), (г ~ г’), (1 ~ Г). Вторичное смягчение согласных значительно расширяло круг употребления данных согласных, прибавляло новые смягченные согласные — губные (р \ Ь’, ш’), зубные < е) как широкого (нижнего подъема), нелабиализованного, передней зоны образования; 2) определение его как самостоятельной фонемы, противопоставленной (а) по зоне образования, и 3) определение сильной позиции для

При иной реконструкции относительной хронологии предполагается, что вторичное смягчение согласных п р о и с х о д и л о до ут р а т ы носовых, а потому перед гласным переднего ряда закономерно * *t'e; утрата носового происходила уже после мягкого согласного: Такая интерпретация относительной хронологии рассматриваемых явлений имеет свои следствия, относящиеся к пониманию всей фонетической системы и закономерностей ее развития. Изменение * [à] после уже смягченных согласных означало перевод гласного в более заднюю зону образования и, следовательно, изменение в слоговой структуре. В частности, из этого следует, что позиция перед . Иными словами, при такой реконструкции относительной хронологии вторичного смягчения и утраты носовых можно говорить об известном освобождении согласного от гласного в слоге еще до падения редуцированных.