5. Общая характеристика творчества а.И. Герцена.

Общая характеристика творчества А.И. Герцена включает в себя анализ его политических, философских и литературных взглядов. Примеры произведений иллюстрируют эти аспекты более детально.

Общая характеристика творчества А.И. Герцена

1. Политическая и социальная направленность

Герцен был активным участником политической жизни, что нашло отражение в его литературной деятельности. Он выступал против крепостного права, самодержавия и социального неравенства, став одним из предшественников русского социализма.

«Письма из Франции и Италии» (1847-1852) – сборник статей и писем, в которых Герцен анализирует политические и социальные события Европы середины XIX века, обсуждая вопросы свободы, равенства и демократии.

2. Философская глубина

Герцен активно интересовался философией, особенно идеями Гегеля, которые он развивал в своих произведениях. Его философские размышления касались истории, природы человека и будущего общества.

«С того берега» (1847-1850) – философско-публицистическое произведение, в котором Герцен размышляет о судьбе Европы и России, анализирует революционные события 1848 года и делится своими взглядами на будущее.

3. Автобиографичность

Многие произведения Герцена имеют ярко выраженный автобиографический характер, что делает их особенно ценными для понимания его мировоззрения и личных переживаний.

«Былое и думы» (1852-1868) – главное автобиографическое произведение Герцена, в котором он описывает свою жизнь, встречи с выдающимися людьми своего времени, политическую и литературную деятельность. Книга представляет собой не только личные мемуары, но и глубокий анализ социальных и политических событий XIX века.

4. Художественная и литературная ценность

Герцен был талантливым писателем, что проявляется в его художественных произведениях. Он создавал яркие образы и использовал разнообразные литературные приемы для передачи своих идей.

«Кто виноват?» (1846) – социально-психологический роман, в котором Герцен рассматривает вопросы любви, семьи, общественных устоев и моральных ценностей. Роман выделяется психологической глубиной и остротой социального анализа.

Заключение. Творчество А.И. Герцена представляет собой уникальное сочетание политической публицистики, философских размышлений и художественного мастерства. Его произведения отражают глубину его мыслей о социальных проблемах, человеческой природе и будущем общества, что делает его одним из ключевых фигур в истории русской литературы и общественной мысли.

Алекса́ндр Ива́нович (псевдоним Искандер) [25.3(6.4).1812, Москва – 21.1.1870, Париж; похоронен в Ницце], русский писатель, мыслитель, общественный деятель. Внебрачный сын помещика Ивана Алексеевича Яковлева и немки Луизы Гааг, дочери мелкого чиновника; фамилия придумана отцом (от нем. Herz – сердце). Личный дворянин с 1840 г. Окончил физико-математическое отделение философского факультета Московского университета (1833). В период учёбы вокруг Герцена и его близкого друга Н. П. Огарёва (познакомились около 1823; в 1826 или 1827 на Воробьёвых горах дали клятву «отомстить казнённых» декабристов) сложился кружок вольномыслящей молодёжи, увлекавшейся социалистическими идеями К.-А. Сен-Симона и Ш. Фурье. Дебютировал в печати переводами и рефератами книг по естествознанию (1829). В 1834 г. арестован по делу «о лицах, певших в Москве пасквильные песни» (следствие пришло к выводу, что он «смелый вольнодумец»), в 1835 г. сослан в провинцию (Пермь, Вятка, Владимир), где находился на государственной службе. Первое оригинальное опубликованное произведение – очерк «Гофман» (1836). После снятия полицейского надзора (1839) жил в Москве, затем в Санкт-Петербурге. Первое художественное произведение Герцена – автобиографическая повесть «Записки одного молодого человека» (1840–1841). Советник Новгородского губернского правления (1841–1842), затем в отставке, поселился в Москве. С 1840 г. сотрудничал в журнале «Отечественные записки», оказал большое влияние на В. Г. Белинского.

Присущее Герцену в 1830-х гг. романтическое умонастроение (безоговорочная вера в «строгую последовательность и отчётливость провидения») отражено в его переписке с будущей женой – Натальей Александровной Захарьиной. В те же годы проявилось и особое внимание Герцена к переломным, катастрофическим событиям в общественной истории и в жизни природы (философское эссе «О месте человека в природе», 1832; диалог «Из римских сцен», 1838, и др.). В 1840-х гг. Герцен пережил духовный кризис. Личный жизненный опыт убедил его в трагичности судьбы человека, бессильного перед угрозами природных, социальных и семейных катаклизмов, а также неуправляемых сил его собственного естества (цикл статей «Капризы и раздумье», 1843–1847, и др.). В дневниках Герцена 1842–1845 гг. человек предстаёт как существо, фатально зависимое от случая и обречённое на роль пассивного зрителя. Спасительный выход Герцен искал, в духе учений Г. В. Ф. Гегеля и Л. Фейербаха, в преодолении пропасти между безусловно-незыблемой сферой всеобщего и изменчивой сферой личного, достигаемом благодаря сближению философии и жизни (цикл статей «Дилетантизм в науке», 1843; «Письма об изучении природы», 1845–1846). Теоретико-философские размышления Герцена нашли преломление в его литературном творчестве, которому присуще отчётливо выраженное публицистическое начало. В романе «Кто виноват?» (1846–1847) Герцен предпринял художественный анализ семейной катастрофы, учитывая, помимо социальной детерминации, сложное сочетание внешней случайности обстоятельств, внутренней случайности чувств, а также готовность человека противостоять этим случайностям. В повести «Доктор Крупов» (1847) история и социум представлены «с точки зрения патологии», как явления, не подчиняющиеся законам разума.

В 1847 г. Герцен выехал с семьёй за границу, жил во Франции, Италии, Швейцарии. В 1850 г. отказался вернуться в Россию, в 1851 г. Сенат постановил считать Герцена «изгнанником навсегда из пределов государства», он был лишён дворянства. С 1852 г. в Лондоне. Свою эмиграцию Герцен считал вынужденным, но необходимым шагом, спасшим его человеческое достоинство в политическом, социальном и личностном измерениях. Поражение европейских революций 1848–1849 гг. привело Герцена к разочарованию в западной цивилизации; в тот же период он пережил глубокий разлад в семейных отношениях. Разрыв «с всемирным, с всеобщим, с человечеством» получил всестороннее освещение в книге «С того берега» (1847–1850), где писатель наметил путь преодоления «душевной драмы»: утверждение самодостаточности каждой отдельной личности и каждой исторической эпохи, служащих одновременно «звеном в цепи и кольцом для себя». Мысль о том, что история и природа не знают прямолинейного развития, а значит – и строгой детерминации, позволила Герцену отнестись к случаю как к неотъемлемому свойству универсума и непременному условию реализации разнообразных возможностей. Осуществляя эти возможности и тем самым сознательно выстраивая свою биографию, человек должен прожить жизнь, не случайную для истории и для самого себя, – в этом главный пафос книги «Былое и думы» (1852–1868), монументальных мемуаров с чертами исповеди.

В 1853 г. основал «Вольную русскую типографию». Издавал, в частности, печатавшиеся в ней альманах «Полярная звезда» (книги 1–8, 1855–1868; книги 3–8 совместно с Н. П. Огарёвым) и газету «Колокол» (1857–1867; совместно с Огарёвым), которые широко распространялись в России. В политических работах Герцена получила новое осмысление центральная для него проблема личности: Россия и Европа предстают как своего рода глобальные исторические индивидуальности. Отказавшись во многом от западнических идей, Герцен разработал теорию «русского социализма» (книга «О развитии революционных идей в России», вышла в 1851 на французском и немецком языках, русский перевод 1861; статья «Русский народ и социализм», 1861, и др.), впоследствии ставшую теоретической базой народничества. Считал, что Россия, в отличие от Европы, сумела сохранить в себе здоровое самобытное начало – крестьянскую общину, которая, при условии освобождения крестьян от крепостной зависимости и наделения их землёй, а также децентрализации государственного управления, может стать основой социалистических преобразований. К историко-философским и политическим проблемам Герцен обращался также в циклах статей «Концы и начала» (1862–1863), «Письма к путешественнику» (1865), «Письма к будущему другу» (1864–1866) и др. В начале 1860-х гг. содействовал созданию тайного революционного общества «Земля и воля» 1860-х гг., выступил в поддержку Польского восстания 1863–1864 гг. Вместе с тем в письмах «К старому товарищу» (опубликованы посмертно в 1870), адресованных М. А. Бакунину, критиковал крайности революционного террора как средства политической борьбы, полагая, что «нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри».

Кто виноват? Особенности композиции. Герцен строит роман в виде цепи типических биографий, своеобразных новелл, связанных между собой жизненными судьбами. В ряде случаев его главы и называются «Биографии их превосходительств», «Биография Дмитрия Яковлевича». Некоторая разорванность, «лоскутность» композиции романа «Кто виноват?» не могла смущать читателей, так как она продолжала собой традицию «Героя нашего времени» и других произведений с ослабленной сюжетной связью. Композиционное своеобразие романа «Кто виноват?» заключается и в последовательном расположении его характеров, в социальном контрасте и градации. Вызывая заинтересованность читателя, Герцен расширяет социальное звучание романа и усиливает психологический драматизм. Начавшись в усадьбе, действие переносится в губернский город, а в эпизодах из жизни основных действующих лиц — в Москву, Петербург и за границу.

Образность текста. Роман Герцена был новым и оригинальным не только по богатству идей и образов, но и по художественной манере. Белинский, разбирая «Кто виноват?», сравнивал Герцена с Вольтером. Особенность стиля герценовского романа состоит, прежде всего, в сложном сплетении различных приемов художественного письма. Автор великолепно пользуется сатирой, когда речь идет о Негрове, о пошлости обитателей «форменного» города NN. Здесь он продолжает гоголевскую традицию осмеяния мертвых душ и теме обличения крепостного права придает новую, исполненную революционного отрицания силу. У Гоголя смех звучал сквозь слезы. У Герцена глаза сухи.Глубоко своеобразен язык романа. Герцен когда-то с полным основанием говорил: «Мой язык». За каждой его фразой ощущается глубокий ум и знание жизни. Герцен свободно вводил в разговорную речь , не боялся осложнять свой стиль пословичными выражениями русской и иностранной речи, обильно вводил литературные цитаты, исторические образы, внезапно вызывающие целые картины.

Тематика и проблематика. В романе предстают и «личности», и «среда», при преобладающем влиянии «среды». Также возникают образы светских кокеток, ханжей и сплетниц, игроков, сибаритов, кутил, распутников и мотов. Властвующим кругам Герцен противопоставил крестьян, демократическую интеллигенцию. Он показал враждебность крестьян по отношению к помещикам, а также и моральное их превосходство над своими владельцами.

Герцена занимала проблема нравственного самосознания и личность. Герцен называл свою историю “лестницей восхождения”. В его романе “Кто виноват?” только там и тогда личность заявляет о себе, когда она отделяется от своей среды; иначе ее поглощает пустота рабства и деспотизма.

В центре повествования – три человеческих жизни: Любовь Александровна и Дмитрий Яковлевич Круциферские, Владимир Петрович Бельтов.

На примере Круциферского писатель ставит вопрос о крушении личности, лишенной живых контактов с действительностью. Круциферский пытается изолироваться от мира. Он застыл в своем духовном развитии и рано смирился с жизнью провинциального обывателя.

А жизнь Любоньки выражает её отрешенность от мира, её духовное одиночество и неспособность найти себе место в обществе, с волчьими законами которого не могла примириться ёё гордая и независимая душа.

Владимир Бельтов, дворянин, попадает в среду чиновников. В условиях самодержавно-крепостнического государства знания, талант, честность, принципиальность, доброта Бельтова в глазах российских обывателей смешные, а сам он — «умной ненужностью». Ничто не спасало Бельтова от "мильона терзаний", от горького сознания того, что свет сильнее его идей и стремлений, что его одинокий голос теряется. Отсюда и возникает чувство подавленности и скуки. В Бельтове отразился духовный разлом той части дворянской интеллигенции, которая, пережив крах декабризма, не могла найти своего места в новых обстоятельствах. Он чертит себе «колоссальные планы», но разменивается в выполнении частных практических задач. Бельтов ищет свою дорогу в жизни и не находит. Он самоустраняется.

Драма персонажей отражает неурядицу, в условиях которой протекает жизнь четы Круциферских и Бельтова. Общество, которое само по себе нездорово и раздираемо социальными и нравственными противоречиями, неминуемо порождает человеческие драмы.

Это интеллектуальный роман. Его герои — люди мыслящие, но у них есть свое “горе от ума”. И состоит оно в том, что со всеми своими блестящими идеалами они принуждены были жить в сером свете, оттого и мысли их кипели “в действии пустом”. Проблема века получает у Герцена не личное, а общее значение: “Виноваты не мы, а та ложь, сетями которой опутаны мы с самого детства”.

Произвол помещиков он изобразил как систему насилий над народом. Герцен указывает на социальную обусловленность доброго или злого начала в человеческой душе. Все персонажи романа живут в крепостническом обществе и принуждены вести себя в соответствии с установленными, для всех обязательными нормами поведения.

Образы персонажей. Образ Любоньки Круциферской – он несет на себе наибольшую смысловую, философскую нагрузку. Он существенно влияет на судьбы двух других персонажей. Незаконное чадо отставного генерала Негрова, Любонька с детских лет ощутила жестокую несправедливость человеческих отношений. Трагические условия детства и юности, очень непродолжительное счастье в замужестве за Круциферским, история её неудачной любви к Бельтову – вся жизнь Любоньки выражает её отрешенность от мира, её духовное одиночество и неспособность найти себе место в обществе, с волчьими законами которого не могла примириться е гордая и независимая душа. Глубокая, сильная натура, Любонька возвышается над людьми, её окружающими, над мужем и даже Бельтовым. И она скрепя сердце мужественно несёт свой крест. Любонька, впрочем, пытается отстаивать своё право на счастье, но обречена на гибель в неравной борьбе. Слишком жестоки и неумолимы условия жизни. Любонька Круциферская – один из самых ярких женских характеров, созданных русской литературой. Она занимает свое место в ряду таких образов, как Софья, Татьяна, Ольга Ильинская, Катерина, Елена Стахова, Вера Павловна.

Рядом с Любонькой – Дмитрий Круциферский.Разночинец, сын лекаря, он прошел нелегкий жизненный путь. Тихий, кроткий человек, трезво оценивающий свои скромные духовные возможности, Круциферский смиренно переносит повседневные неурядицы, довольствуясь тем маленьким счастьем, которое дает ему семейный очаг. Дмитрий Яковлевич очень любит свою жену, и нет для него большей радости, чем ненасытно глядеть в её голубые глаза. Но тесен его мир, далек он от каких бы то ни было общественных интересов. Слишком зауряден Круциферский, и рано он смирился с жизнью провинциального обывателя.

Пристально вглядывается Герцен в историю загубленной жизни и несостоявшихся возможностей этого человека. На примере Круциферского писатель ставит вопрос о крушении личности, лишенной живых контактов с действительностью. Круциферский пытается изолироваться от мира. «Кроткий от природы, он не думал вступать в борьбу с действительностью, он отступал от её напора, он просил только оставить его в покое..» И Герцен замечает далее, что «Круциферский далеко не принадлежал к тем сильным и настойчивым людям, которые создают около себя то, чего нет; отсутствие всякого человеческого интереса около него действовало на него более отрицательно, нежели положительно…» Т.о., крушение Дмитрия как личности свершилось бы и в том случае, если бы и не было семейной трагедии. И снова логика романа возвращает читателя к изначально поставленному вопросу – кто виноват?

Чересчур они разные люди – чета Круциферских. Нет у них не общности духовных интересов, но даже взаимной сердечной привязанности. Некогда Круциферский спас Любоньку, вызволив её из дома Негрова. И она была ему бесконечно благодарна. Но шли годы, Дмитрий не только сам застыл в своем духовном развитии, но и стал невольным тормозом для Любоньки. Мудрено ли, что их семейное счастье не выдерживает первого серьезного испытания и рушится. Приезд в губернский город Бельтова и явился таким испытанием.

Владимир Бельтов играет особую роль в этом треугольнике. Можно сказать, главную. Это человек, наделенный умом и талантом. Проводя жизнь в раздумьях об общих вопросах, он чужд домашних интересов, которые считает пошлыми. Он, как отзывался Белинский, - натура чрезвычайно богатая, многосторонняя. Однако с существенным изъяном – его ум созерцательный, не способный углубляться в предметы и потому – всегда скользящий по их поверхности. «Такие люди, - продолжает Белинский, - вечно порываются к деятельности, пытаясь найти свою дорогу и, разумеется, не находят её».

Бельтова нередко ассоциируют с Онегиным, Печориным и более поздним – Рудиным. Верно, все они – варианты того общественно-психологического типа, который известен в русской литературе под именем «лишнего человека». Но у каждого из них свои отличительные особенности. У Бельтова сильнее, чем у всех других, выражено стремление к общественной деятельности. Впрочем, это стремление постоянно наталкивается на препятствия. Как пишет сам Герцен: «Бельтов оттого бросался из угла в угол, что его социальная деятельность, к которой он стремился, находила внешнее препятствие. Это пчела, которой не позволяют ни делать ячейки, ни отлагать мёд…»

Но не только во внешних препятствиях затруднения Бельтова. Они и в нем самом, в свойствах его противоречивой натуры, ищущей практического дела и постоянно пугающейся его. Бельтов ничего не может делать в тех условиях, в каких находится. Борьба и сама жизнь ему не по силам. Ему недостает воли и энергии для преодоления жизненных тягот, и он готов капитулировать перед первой из них. В Бельтове отразился духовный разлом той части дворянской интеллигенции, которая, пережив крах декабризма, не могла найти своего места в новых обстоятельствах общественного бытия России. Бельтов ищет свою дорогу в жизни и не находит. И самоустраняется. Разрушив семейное счастье Круциферских, он не может стать опорой для Любоньки и отказывается от неё. Растеряв свои «юношеские верования» и проникнувшись «трезвым» отношением к действительности, Бельтов приходит к осознанию полного своего крушения: «Моя жизнь не удалась, по боку ее. Я точно герой наших народных сказок, ходил по всем распутьям и кричал: «Есть ли в поле жив человек?» Но жив человек не откликался… Мое несчастье!.. А один в поле не ратник… Я ушел с поля…»

Смысл текста. Основным организующим началом романа служит не интрига, не сюжетная ситуация, а ведущая идея — зависимость людей от губящих их обстоятельств. Этой идее подчиняются все эпизоды романа, она цементирует их, придает им внутреннюю смысловую и внешнюю целостность. Герцену, принципиальному защитнику тенденциозности в искусстве, был чужд объективно-спокойный тон изображения. Он от начала и до конца совершенно открыто и последовательно защищает свои основные мысли, активно вмешиваясь в события как наблюдатель, комментатор-публицист и строгий судья. Иногда повествователь вступает и в спор с читателем (например, в конце четвертой главы). Но при этом субъективность Герцена, так ярко проявляющаяся в романе, способствует более глубокому проникновению в сущность отображаемой им жизни и более сильному воздействию на читателей.