11. Трагедия а.С. Пушкина «Борис Годунов».

«Борис Годунов», написанная в 1825 г. В этом произведении отразился решительный отход Пушкина от романтического направления. На место прежней задачи — выражать в поэзии в первую очередь свои личные чувства и переживания, свои надежды, «высокопарные мечтанья» («Отрывки из путешествия Онегина» ), или наоборот, страдания и разочарования (причем все образы и картины реальной действительности использовались лишь как средство осуществления этой чисто лирической, субъективной задачи), перед Пушкиным встала новая задача — внимательного изучения реальной, объективной действительности, проникновения в ее сущность методами художественного познания — и поэтического воспроизведения ее.

Личное отношение поэта к изображаемым явлениям, его оценка, конечно, ясно выражается и здесь. Но, в отличие от романтизма, поэт стремится постигнуть и проследить логику самой жизни, чем и определяется в первую очередь отбор картин или ход событий в произведении. Этой независимой от поэта, но верно показанной им в произведении действительности он дает свою оценку, тем или иным способом обнаруживает свое отношение к ней.

Проблематика «Бориса Годунова», первой русской реалистической трагедии, была в высшей степени современной. Пушкин поднимал самый злободневный вопрос, волновавший в то время передовую дворянскую интеллигенцию («Борис Годунов» был окончен в ноябре 1825 г., незадолго до декабрьского восстания) — вопрос о самодержавии и крепостном праве и, главным образом, об участии самого народа в борьбе за свое освобождение.

Декабристы, как известно, в своих планах отводили народу пассивную роль, боялись его революционных выступлений. Свое отношение к этой проблеме Пушкин в «Борисе Годунове» обнаруживает не в форме авторских деклараций, высказываемых устами того или иного действующего лица, как это было в классических и в романтических драмах. Он нашел в истории момент, ситуацию, где этот вопрос разрешался самой жизнью, и показал со всей верностью действительности, как развиваются события и какие силы действуют при этом. Пушкин взял нужный ему материал в только что вышедших Х и XI томах «Истории Государства Российского» Карамзина. Там описывались события так называемого «смутного времени» (начало XVII в.) — широкое народное восстание против царя Бориса Годунова, утвердившего (как считал Карамзин, а вслед за ним и Пушкин) крепостное право в России, восстание, приведшее к свержению с престола царя Федора, сына Бориса Годунова (сам Борис умер незадолго до этого).

Время царствования Бориса Годунова, заключавшее в одном коротком историческом периоде и введение крепостного права, и народное возмездие за это, показалось Пушкину в высшей степени подходящей темой для политической трагедии с современной, проблематикой. «Это свежо (4), как газета вчерашнего дня!» — писал он в Х и XI томах Карамзина своему другу Н. Раевскому и Жуковскому (письмо от 17 августа 1825 г.).

Вывод, который делал Пушкин на основании изучения народных движений прошлого, был совершенно определенный: главную, решающую роль в них играет сам народ, его настроение, его активность, его способность к борьбе за свои права. Свержение династии Годуновых и победа Самозванца решена была не интригами бояр, ненавидевших Бориса, не участием польских отрядов, не успехами или неудачами тех или иных полководцев, а «мнением народным», настроением народа, стихийно поднявшегося на своего угнетателя — царя Бориса.

Эту главную идею трагедии Пушкин и стремился провести, показывая в двадцати трех ее сценах подлинные, верно угаданные добросовестным поэтом-историком картины событий того времени.

Свою задачу он видел не в том, чтобы использовать исторический материал для создания волнующей, интересной драматической ситуации (как часто писались и пишутся исторические пьесы), а в том, чтобы точно и верно воспроизвести подлинную историческую ситуацию, «облечь в драматические формы одну из самых драматических эпох новейшей история» (Наброски предисловия к трагедии «Борис Годунов»). Речи действующих лиц на сцене должны высказывать на мысли автора, не его мнения и оценки, а угаданные поэтом мысли и чувства изображаемых им людей прошлого.

В статье о трагедии М. Погодина «Марфа Посадница» Пушкин писал о «драматическом поэте»: «Не он, не его политический образ мнений, не его тайное или явное пристрастие должно было говорить в трагедии— но люди минувших дней, их умы, их предрассудки. Но его дело оправдывать и обвинять, подсказывать речи. Его дело воскресить минувший век во всей его истине».

Художественные особенности: Идейный и литературный замысел определили худ-е особ-ти пр-я: композицию, реализм образов, историзм в воспроизведении эпохи, разнообразие языка. Отлич-я особ-ть – решительный разрыв с правилами классицизма.

Пушкин смело нарушает три единства классицистов: время действия охватывает период в во­семь с лишним лет, место действия – не только дворец, но и площадь, и монастырская келья, и корчма, и поле сраженья; даже не только Русь, но и Польша; действие, не объединяется вокруг центрального героя и единой интриги, чем нарушается единство действия.

Основное столкновение в трагедии - это борьба за престол Бориса и Самозванца, в которую втянуты раз­личные общественные силы. Любовь в трагедии лишь одно из средств характеристики героев, но не пружина, движущая события.

В трагедии широкий охват жизни изображаемой эпо­хи, результатом чего явилось необычайно большое количество действующих лиц (около 60), притом из самых различных социальных слоев: царь, бояре, дворяне, патриарх, монахи, русские, поляки.

Вместо смычного деления на действия (по правилам классицизма — пять) пушкинская трагедия разбита на сцены (23), все время меняющие место действия. Это чередование сцен дано в порядке последовательности или по кон­трасту.

Так, например, в первых трех сценах даны разговоры о Борисе: в первой — двух бояр во дворце, во второй — народа на Красной площади, в третьей — "всей Москвы" на Девичьем поле. Четвёртая же сцена — контраст и в то же время как бы итог предшествующим: избранный народом Борис обращается с торжественной речью к патриарху и боярам, и затем краткий разговор Шуйского с Воротын­ским снова возвращает нас к их беседе в первой сцене и вы­разительно характеризует их обоих и Бориса.

Новизной в построении, обусловленной идейным со­держанием, является введение в качестве основного дей­ствующего лица народа. Поэтому-то в противоположность трагедиям классицистов, у Пушкина трагедия начинается и заканчивается без Бориса и Самозванца, казалось бы главных действующих лиц.

Следует отметить, что Пушкин нарушил и еще одно правило классицизма – чистоту жанра: он соединил в своей трагедии и трагические, и бытовые, и комические сцены.

По принципам реализма построены и образы трагедии. Взамен одностороннего изображения характера, свойственного писателям классицизма, Пушкин даёт широкую и разностороннюю зарисовку внутреннего мира своих героев.

Значение "Бориса Годунова" в истории русской дра­матургии. Велико значение "Бориса Годунова" в истории русской драматургии.

Трагедия отличается историзмом, вниманием к общественно-политической жизни, глубиной в раскрытии обра­зов, художественной простотой. Эти основные положения, которые Пушкин считал обязательными при создании тра­гедии, стали руководящими в творчестве последующих пе­редовых русских писателей (драматургов и прозаиков).

После появления «Бориса Годунова» реализм прочно утверждается в русской драматургии.