Взгляды карамзинистов на литературный язык

1. Язык должен быть единым, общим «для книг и для общения»; не должно быть разрыва между книжной и разговорной речью. Разговорная речь светского общества — это и есть норма литературного языка вообще.

2. Отрицательное отношение к делению языка на стили. Нормы литературного языка едины и независимы от жанра, от характера книги.

3. По своей структуре, словарному составу, фразеологии и семантическому богатству русский литературный язык должен быть сближен с наиболее культурными языками Запада, он должен быть способен к передаче самых разнообразных понятий, связанных с бытом и духовной культурой общества. Только такой язык сможет вытеснить из дворянского обихода французский язык.

4. По своим эстетическим качествам он должен отвечать требованиям и вкусам образованного светского общества. Это должен быть гладкий, средний язык, изящный и музыкальный, стиль «элеганс», способный конкурировать с французским языком.

Отношение карамзинистов к церковнославянской лексике и просторечию

Не признавали церковнославянский слог во всем объеме. Использовали церковнославянские и древнерусские слова в следующих функциях:

1. С целью создания исторического колорита.

2. Для создания высокого стиля.

3. С целью создания поэтического стиля, поэтических образов.

Отношение карамзинистов к заимствованиям

• Главное достижение «нового слога» было в создании новых принципов сочетания слов, при которых в соседстве оказывались разнообразные словарные единицы.

• Эти принципы открывали новые смысловые возможности, выявляя метафорические значения слов.

• Карамзин расширил значение многих исконно русских слов, употребляя их в новых словосочетаниях: влиять на разумы, делать впечатления, труд дарования, плод трудов, огонь жизни, предмет любви, утонченный вкус, море блаженства, океан неизвестности, рыцарь чувства, гроза юности, луч надежды, крылья воображения, плоды просвещения, венец счастья, положение героя.

• Основной источник обогащения русского языка карамзинисты видят во французском языке.

Развитие средств речевой образности

Типичной чертой «нового слога» становятся перифразы. Например: дневное светило, светило дня — «солнце», утро года — «весна», утро лет, весна жизни — «юность», барды пения — «поэты», зеркало души, рай души — «глаза», врата мозга — «нос», верная подруга мертвых и живых — «рубашка», смиренный ремесленник — «сапожник», губительная сталь — «сабля».

Важное место занимают употребленные в переносно-фигуральном значении общеизвестные русские слова: море неописанного блаженства, море страшных огорчений, океан неизвестности; весна жизни; змея сердечных горестей; рыцарь чувств, рыцарь печального образа, рыцарь нашего времени, рыцарь зеленого поля («картежник»); на горизонте большого света; луч надежды, луч утешения, мрак скорби; огонь жизни; плоды просвещения; крылья вдохновения; талисман мужества; венец счастья; летопись злословия.

Преобразования синтаксиса

Карамзинисты упростили синтаксические конструкции, приблизили их к разговорной речи, ввели прямой порядок слов. Инверсия — это стилистически мотивированное отклонение от прямого порядка слов с целью усиления воздействия художественного произведения на читателей и слушателей.