3

К заключению

(Уваров Л.В.)

Какой же итог можно подвести знакомству читателя, как с новыми, так и традиционными идеями этики как теории нравственности? Хочется надеяться, что личностное, а не рационально-умозрительное знание помогло вам проникнуть в тайны одной из величайших загадок для человечества – происхождения, разграничения и противоборства Добра и Зла. Возможно, в этой связи Вы сумели почувствовать бездонную глубину и красоту главы «Великий Инквизитор» в «Братьях Карамазовых» Ф. М. Достоевского, которая остается вершиной творчества этого мыслителя, писателя, психолога.

В названной главе Инквизитор задает Иисусу Христу три глубочайших вопроса-символа о свободе, способных развертываться в бесконечный ряд смысловых содержаний. В этих вопросах и ответах на них, как подчеркивает Ф.М. Достоевский, предсказана «вся дальнейшая история человеческая». А вопросы таковы: Зачем человеку свобода? Зачем человечеству свобода выбора в познании добра и зла? Как соединиться всем людям на Земле во всемирное братство?

Инквизитор у Ф. Достоевского обрисован как защитник атеистического неверия против христианской веры, который планирует создать примитивную религию «хлеба земного», «жажды желудка» в противовес духовному, «небесному хлебу» в учении Христа. Общество, которое спроектировал Инквизитор, носит тоталитарный характер и в нем проявляется лишь видимость согласия с заветами Бога. Такое общество подменяет свободу принуждением, в нем просматриваются черты фашистской диктатуры.

Вы, очевидно, заметили, что в «Вопросах и заданиях» (2-й лекции, в частности) показана удивительная картина соотношения в даосизме

4

«мужского» и «женского» начала в каждом мужчине и в каждой женщине. По мнению К.Г. Юнга, ученика З. Фрейда, в структурах индивидуального бессознательного, даны представления мужчины о себе как о женщине, то есть архетип женственности, или «анима» (душа). И представления женщин о себе как мужчине, или архетип мужественности, то есть «анимус» (дух). Все это достаточно ново и нацеливает читателя на углубленное понимание этики любви, семейных отношений, мужской и женской психологии (и логики).

Этика творчества, так или иначе, прослежена во всех лекциях учебного пособия. В них, разумеется, есть и элементы нормативнозаконнической этики. В итоге этика прорисовывается не просто как теория нравственности, не только как форма личностного знания, но и в виде дополнения к такому знанию, а именно бескрайнего «поля мудрости». Последнее означает концентрацию жизненного опыта, оригинальность нравственных поучений, зоркость высказанных в них наблюдений, их непреходящую многовековую значимость, возможность все более глубоких интерпретаций моральных истин с интуитивным проникновением в их содержание, а также с афористичным его оформлением.

Вот почему, как отмечено в 1-й лекции, можно и нужно учить морали, но нельзя морали научить: ей можно только научиться. И делать это приходится всю жизнь, пожиная доступные плоды (то более, то менее удачные) с поля мудрости. Данная задача станет решаться более успешно, если Вы вооружитесь приемами личностного знания для путешествия по полю мудрости. Если и эта процедура покажется Вам неполной, обращайтесь к рационально-абстрактной трактовке этического знания, но с обязательным учетом взаимной дополнительности, гармонии науки и искусства, разума и чувства, сознания и бессознательного, знания и веры, логики и интуиции.

5

Авторскому коллективу хочется надеяться, что рассмотренные в пособии мысли и подходы, способы аргументации и интерпретации, конкретные примеры в понимании этической реальности (и яркой, и парадоксальной), - помогут пытливому и заинтересованному читателю обогатиться бесценным опытом нравственного самопознания, приобщиться к ничем не заменимой радости морального творчества. И пусть такое обогащение станет самой большой роскошью человеческого общения (хотя бы и заочного) Читателя и Авторов. Только в таком случае Букашки деловых (а тем более, - «деляческих») перспектив не смогут закрыть от нас Слона нравственной перспективы!