1. Статья 30 запрещает между государствами-членами любые таможенные пошлины на импорт и экспорт, а также равнозначные сборы.

2. Статьи 34 и 35 устанавливают аналогичный запрет в отношении квот и иных количественных ограничений товарооборота, а так- же равнозначных мер.

3. Наконец, ст. 110 запрещает государству-члену подвергать товары, импортируемые из других государств-членов, более высоким внутренним налогам по сравнению с местными товара- ми (запрет дискриминационного налогообложения).

Толкование запрета мер, равнозначных количественным ограничениям, которые запрещаются наравне с самими количественными ограничениями.

Определение мер, равнозначных количественным ограничениям, впервые появилось в Директиве Комиссии No 70/50. В этой Дирек- тиве Комиссия применила способ проверки правомерности тех или иных внутригосударственных мер исходя не только и не столько из их юридической природы, сколько из эффекта, оказываемого ими на торговлю в рамках ЕС.

Этот подход, называемый в доктрине тестом эффекта, получил дальнейшее развитие в прецедентном праве Суда Европейского Союза. Важнейшим прецедентным решением Суда Европейского Союза стало решение 1974 г. по делу Procureur de Roi v. Dassonville. Суд Европейского Союза постановил, что Бельгия не имела права запрещать импорт из Франции шотландского виски, у которого отсутствовал сертификат происхождения, выданный органами страны-производителя, поскольку виски уже на законных основаниях находился в свободном обращении во Франции.

Суд Европейского Союза определил меры, равнозначные количественным ограничениям, как «любые торговые правила, принятые государствами-членами, которые способны прямо или косвенно, в настоящий момент или потенциально затруднить торговлю» внутри ЕС

В этом же деле Суд Европейского Союза признал, что торговые правила, принимаемые государствами-членами для защиты потребителей,

• «должны быть разумными»,

• должны «не действовать в качестве затруднений в торговле между государствами-членами» и

• должны быть «доступны всем гражданам» ЕС.

• они «не должны являться способами произвольной дискриминации или замаскированными ограничениями на торговлю между государства- ми-членами».

Допустимые ограничения свободного передвижения товаров в Европейском Союзе

Они сформулированы в ст. 36 Договора о функционировании Европейского Союза, которая является своеобразной оговоркой к рассмотренным выше ст. 28 и 29 того же Договора о запрете количественных ограничений и равнозначных мер.

Согласно этой статье государства-члены могут вводить запреты и ограничения импорта, экспорта и транзита товаров по шести основаниям:

1. общественная мораль;

2. общественный порядок;

3. общественная безопасность;

4. защита здоровья и жизни людей, животных или сохранение растений;

5. защита национальных сокровищ, имеющих художественную, историческую или археологическую ценность;

6. защита промышленной или коммерческой собственности.

Разрешая ограничивать свободное передвижение товаров на указанных основаниях, ст. 30 Договора о функционировании Европейского Союза одновременно добавляет, что «такие запрещения или ограничения не должны выступать средством произвольной дискриминации или замаскированным ограничением в торговле между государствами-членами».

Именно толкование этого положения Судом Европейского Союза дает реальные основания для оправдания тех или иных национальных ограничительных мер.

Общественная мораль.

Суд Европейского Союза разрешил Великобритании использовать основание общественной морали для применения норм уголовного законодательства в целях запрета ввоза в страну определенных порнографических материалов из Нидерландов, производство и продажа которых была запрещена в Великобритании.

В другом деле Суд Европейского Союза признал незаконным запрет на ввоз в Великобританию из Германии резиновых надувных кукол, основывавшийся на тех же нормативных актах, поскольку их производство и продажа в Великобритании считались законными. Суд Европейского Союза посчитал, что такой запрет носит протекционистский характер.

такие ограничения не должны носить дискриминационный характер

Защита жизни и здоровья.

Суд Европейского Союза признал неправомерным законодательство Германии, которое требовало продажи на ее территории пива, отвечающего определенной рецептуре, и которое Германия пыталась оправдать на основании защиты здоровья и жизни людей (речь шла об импорте голландского пива «Хайнекен» в Германию). Суд Европейского Союза также признал несостоятельной итальянскую попытку использовать то же основание для оправдания запрета на торговлю макаронами из сортов обычной, а не твердой пшеницы.

Однако Суд Европейского Союза признал оправданным требование государств-членов к импортерам пищевой продукции, содержащей искусственные добавки, предоставлять данные о потенциальном риске от таких добавок, даже если продукты с ними находятся в об- ращении на территории ЕС. Это не означает, что импортеры должны доказывать безвредность таких добавок, но государства имеют право собирать информацию, которая в будущем может послужить им основанием для запрещения импорта такой продукции, оправданной на основании защиты здоровья.

Защита общественной безопасности.

Одним из немногих дел, когда мера, ограничивающая торговлю между государствами-членами, была оправдана на основании защиты общественной безопасности, было дело 1984 г. Campus Oil Ltd. v. Minister for Industry and Energy. Обстоятельства дела таковы.

В Ирландии существовало законодательное требование о том, чтобы все импортеры бензина в Ирландию закупали не менее 35% от необходимого им бензина на государственном нефтеперерабаты- вающем заводе по ценам, установленным правительством Ирландии. Правительство Ирландии оправдывало существование такого правила интересами общественной безопасности. Оно утверждало, что нефть является исключительным продуктом, всегда затрагивающим интересы национальной безопасности, и для любого государства не- обходимо иметь собственное нефтеперерабатывающее производство. В свою очередь, правило об обязательной закупке бензина должно было обеспечить постоянное производство и продажу продукции государственного нефтеперерабатывающего производства.

Суд Европейского Союза отклонил такую широкую трактовку и просто признал, что наличие минимальных требований по закупке нефтепродуктов у государства, не имеющего или почти не имеюще- го собственной нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей про- мышленности, попадает в рамки применения ст. 36.

В этом же решении Суд Европейского Союза подчеркнул, что, в принципе, меры по защите общественной безопасности не должны носить экономический характер, и применение их к нефтепродуктам является исключением из правила.

Общественный порядок.

В целом ряде решений Суд Европейского Союза указал, что ограничение свободного передвижения товаров по мотивам общественного порядка не подлежит расширительной трактовке (не может включать в себя, например, защиту прав потребителей).

В своих решениях Суд Европейского Союза подчеркивал, что концепция общественного порядка изначально является французской правовой концепцией ordre public и толкуется им исходя из этого. Благодаря этому угрозой общественному порядку являются только угрозы основополагающим интересам общества.