Проект договора о европейской безопасности.

29 ноября 2009 года на президентском официальном сайте был опубликован проект Договора о европейской безопасности, который Россия вынесла на международное обсуждение. В Афинах прошла министерская встреча ОБСЕ, в рамках которой российский проект был встречен крайне прохладно.

В договоре говорится, что «участники сотрудничают на основе принципов неделимой и равной безопасности, ненанесения ущерба безопасности друг друга». «Любые меры в области безопасности, принимаемые каждым Участником настоящего Договора индивидуально либо совместно с другими Участниками, в том числе в рамках международной организации, военного союза или коалиции, осуществляются с учетом интересов безопасности всех других Участников». Эта норма прямо направлена против расширения НАТО, против возможностей использования силы в одностороннем порядке (например, как это делали США в отношении Ирака), против размещения элементов ПРО в Восточной Европе и реально принуждает США к безусловному учету мнения России в этом вопросе.

Некоторые положения расцениваются экспертным сообществом как утопичные. В договоре, например, говорится, что «участник Договора, являющийся членом военных союзов, коалиций или организаций, добивается того, чтобы такие союзы, коалиции и организации соблюдали принципы, содержащиеся в Уставе ООН, … и чтобы решения, принимаемые в рамках таких союзов, коалиций и организаций, не затрагивали существенным образом безопасность одного или нескольких Участников Договора». В Договоре предусмотрена возможность запроса информации его участниками о решениях, которые готовятся в альянсах или союзах. В таком случае, Россия вправе потребовать сведения о решениях, обсуждаемых в НАТО.

В случае нарушения договоренностей, по мнению одного из участников, Москва предлагает проводить консультации или Конференции. В Договоре также фактически вводится мораторий на военные действия против любого другого участника, кроме случая самообороны. Договор открыт для подписания всеми государствами евроатлантического и евразийского пространства от Ванкувера до Владивостока, а также ЕС, ОБСЕ, ОДКБ, НАТО, СНГ.

В комментарии «Коммерсанту» высказался один из дипломатов, отказавшийся назвать свое имя и страну. По его мнению, российская инициатива почти не имеет шансов быть воплощенной в жизнь. «Никто не позволит Москве осуществить ее замысел и так перестроить систему европейской безопасности, чтобы получить право вето при решении ключевых для Европы вопросов. Хватит того, что Россия уже обладает подобным правом в ООН», - отметил дипломат.

5. Международно-правовое запрещение бактериологического (биологического) оружия и химического оружия. Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении 1993 г. Порядок осуществления государствами обязательств по уничтожению химического оружия.

Текст Конвенции - http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/bacweap.shtml

Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления за­пасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении 1972 г. обязала каждого участника Конвенции никогда, ни при каких обстоятельствах не разрабатывать, не производить, не на­капливать микробиологические или другие биологические агенты или токсины, а также оружие, оборудование или средства доставки, предна­значенные для использования таких агентов или токсинов во враждеб­ных целях или в вооруженных конфликтах (ст. 1). В Конвенции участвуют 155 государств, в том числе Российская Федерация.

Государства обяза­лись не позднее 9 месяцев после вступления Конвенции в силу уничто­жить или переключить на мирные цели все агенты, токсины, оружие, оборудование и средства доставки. Конвенция вступила в силу в марте 1975 г. Официально считается, что с начала 1976 г. все упомянутое оружие и средства его доставки уничтожены или переключены на мир­ные цели.

Конвенция состоит из преамбулы и 15 статей.

В преамбуле Конвенции ее участники заявили о решимости действовать в целях достижения эффективного прогресса на пути всеобщего и полного разоружения, включающего запрещение и ликвидацию всех видов оружия массового уничтожения.

Первые три статьи КБТО — основные "запретные". В соответствии со статьей I, государства обязуются не разрабатывать, не производить, не накапливать, не приобретать каким-либо иным образом и не сохранять биооружие.

Разоруженческая составляющая КБТО – статья II, согласно которой государства-участники были обязаны уничтожить имевшееся у них биооружие, оборудование и средства доставки в течение 9 месяцев после вступления Конвенции в силу. Новые члены КБТО до ратификации должны уничтожать свои биологические арсеналы, если таковые имеются.

В КБТО также содержится запрет на передачу биооружия и любое содействие по его разработке и приобретению (статья III).

Другие субстантивные статьи Конвенции разъясняют действия государств в целях обеспечения режима запрета биооружия:

– осуществление национальных мер по выполнению статьи I КБТО (статья IV);

– консультации с другими государствами-участниками в решении любых вопросов, связанных с выполнением положений Конвенции (статья V);

– право каждого государства-участника подать жалобу в СБ ООН в случае нарушения другим государством обязательств по Конвенции (статья VI) и обязательство государства сотрудничать в проведении СБ ООН расследований на основании такой жалобы;

– оказание помощи государству-участнику в случае, если оно подвергается опасности в результате нарушения КБТО (статья VII);

– участие в сотрудничестве и оказание помощи в мирном использовании достижений науки и биотехнологий (статья X).

В статье XII государства обязались не менее чем через 5 лет после вступления в силу Конвенции созвать конференцию для рассмотрения действия КБТО, осуществления заложенных в ее статьях и преамбуле целей, а также новых научно-технических достижений, имеющих отношение к Конвенции.

По своему содержанию Конвенция о запрещении биологического оружия больше приближается к совместному политическому заявлению стран-участников, чем к полномасштабному договору, поскольку не содержит ни конкретных положений о подходах к ее осуществлению, ни перечня биологических агентов, подлежащих запрету. Именно эти обстоятельства привели международное сообщество к пониманию необходимости разработки мер по верификации (проверке), которые должны были бы четко определить механизм контроля за ее осуществлением, и разработке глоссария терминов и определений, относящихся к КБТО.

В первую очередь речь идет о таких понятиях, как биологическое оружие, биобезопасность, биозащищенность, биосохранность, биотерроризм, наступательные и оборонительные (защитные) программы по бактериологическому оружию (БО) и некоторых других. Необходимость четкого определения этих терминов обусловлена неоднозначным их толкованием разными государствами, и как следствие — разными требованиями к разработке мер контроля по обеспечению биобезопасности и биосохранности в сфере обращения с биопатогенами. Еще большее значение в наполнении конкретным содержанием требуют такие понятия, как "наступательные" и "оборонительные" программы по БО, поскольку именно неопределенность в их толковании позволяет совершенно произвольно причислять любые научные центры, которые работают с особо опасными патогенными микробами, вирусами, токсинами и другими биоагентами, к организациям, занятым в разработках боевых форм БО.

Текст Конвенции

http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_11542/

Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления хи­мического оружия и о его уничтожении 1993 г. была открыта к подписанию Ген секретарем ООН в Париже 13 января 1993 года и вступила в силу 29 апреля 1997 года.

Конвенция о запрещении химического оружия — первое в мире многостороннее соглашение по разоружению, предусматривающее ликвидацию целого класса оружия массового уничтожения в течение установленного срока.

Конвенция направлена на решение двух крупных задач. Первая — ликвидация целого класса опасного вида оружия массового уничтожения под строгим международным контролем (разоружение), вторая — запрещение производства и применения химоружия (предотвращение его распространения). Конвенция является бессрочной.

Участниками КЗХО в настоящее время являются 192 государства. Россия, имевшая самые крупные запасы химоружия в мире, — 40 тысяч тон, стала полноправным участником Конвенции 5 декабря 1997 года.

Участники Конвенции обязуются не разрабатывать, не производить, не приобретать иным образом, не накапливать или не сохранять, не передавать, не применять химическое оружие и не проводить военных приготовлений к его применению; не помогать, не поощрять или не побуждать каким-либо образом кого бы то ни было к нарушению Конвенции; не использовать химических средств борьбы с беспорядками в качестве средств ведения войны.

Государство — участник Конвенции имеет право разрабатывать, производить, приобретать иным образом, сохранять, передавать и использовать токсичные химикаты и их прекурсоры в целях, не запрещаемых данной Конвенцией: промышленных, сельскохозяйственных, исследовательских, медицинских, фармацевтических или иных мирных целях; в целях, непосредственно связанных с защитой от токсичных химикатов и от химического оружия; в военных целях, не имеющих отношения к применению химического оружия и к использованию токсичных химикатов как средств ведения войны; в правоохранительных целях, включая борьбу с беспорядками. Статьи Конвенции не подлежат оговоркам.

Для контроля за осуществлением Конвенции государства-участники учредили Организацию по запрещению химического оружия (ОЗХО), ее штаб-квартира находится в городе Гааге, Нидерланды. ОЗХО также является международной площадкой для обсуждения всех вопросов, касающихся выполнения Конвенции.

В качестве руководящих органов ОЗХО учреждены: Конференция государств-участников, Исполнительный совет и Технический секретариат.

Конференция государств участников (КГУ) состоит из всех 192 членов. КГУ собирается на очередные сессии ежегодно. Кроме того, раз в пять лет проводятся так называемые обзорные конференции.

Исполнительный совет (ИС, подотчетен КГУ) состоит из 41 члена, которые избираются сроком на два года по принципу ротации. Его возглавляет председатель, избираемый сроком на один год. При формировании состава ИС особое внимание уделяется справедливому географическому распределению, значимости химической промышленности стран, а также политическим интересам и интересам безопасности. Места в ИС распределены по региональным группам: Африка и Азия — 9, Восточная Европа — 5, Латинская Америка и Карибский бассейн — 7, западноевропейские и другие государства — 10. Также имеется одно ротируемое место, которое каждые два года поочередно занимают страны латиноамериканской и азиатской групп. ИС проводит очередные (регулярные) сессии 3 раза в год.

Технический секретариат (ТС, подотчетен ИС) возглавляет генеральный директор, назначаемый КГУ по представлению ИС сроком на четыре года, он может быть продлен на этом посту еще на один период. С июля 2009 года гендиректором ТС является Ахмет Узюмджю (Турция), второй срок его полномочий истекает в июле 2018 года (выборы нового главы ТС пройдут в декабре 2017 года). В состав ТС также входят инспекторы, научные, технические и административные сотрудники различной квалификации, необходимой для содействия выполнению предмета и целей Конвенции. ТС осуществляет проверочно-инспекционную деятельность в государствах-участниках для подтверждения положений КЗХО, оказывает помощь КГУ и ИС в выполнении ими своих функций и занимается выполнением других задач, порученных ему руководящими органами ОЗХО.

В соответствии с положениями Конвенции все запасы химоружия в мире должны были быть уничтожены через 10 лет после ее вступления в силу — 29 апреля 2007 года. По решению государств-участников этот срок мог быть продлен до 15 лет — до 29 апреля 2012 года.

Три страны уже завершили свои программы химического разоружения — Албания в 2007 году, Корея в 2008 году, Индия в 2009 году.

Ввиду того, что три государства-обладателя (Россия, США, Ливия) не смогли завершить уничтожение к 29 апреля 2012 года, на 16-й сессии конференции государств-участников КЗХО принято решение, дающее этим странам право самим обозначить возможно кратчайшие сроки полного уничтожения своих запасов химического оружия.

Россия объявила конечной датой своей программы химразоружения 31 декабря 2015 года, США — 30 сентября 2023 года, Ливия — 31 декабря 2016 года.

Россия, по состоянию на конец 2016 года, уничтожила порядка 96% всех имевшихся запасов.

В соответствии с решением 19-й Конференции государств-участников КЗХО (декабрь 2014 года) продлен срок уничтожения российских запасов химоружиядля завершения работ на объекте "Кизнер" (Удмуртская Республика) — не позднее 2020 года, что обусловлено объективными причинами (вопросы финансирования, ужесточение российского законодательства в сфере защиты окружающей среды и др.). По данным на февраль 2017 года, на объекте "Кизнер" обезврежено более 76% от общего объема запасов отравляющих веществ, находящихся на хранении.