48. Теория конституционно-правовой ответственности. Общие подходы

Ранее бытовало мнение, что реализация норм конституционного (государственного) права осуществляется организационными средствами. Но в самой этой отрасли права нет санкций; выполнение ее предписаний обеспечивается, если такое требуется, санкциями других отраслей права — уголовного, административного, частично гражданского. Такой подход был в принципе ошибочен даже тогда, когда вообще было мало норм конституционного (государственного) права, тем более содержащих меры ответственности, санкции, хотя и в то время они существовали. Если есть отрасль права, она должна обеспечивать реализацию своих норм прежде всего собственными средствами, в том числе мерами ответственности, санкциями, а уж затем мерами других отраслей права.

Еще менее популярным является тезис о том, что санкции в праве являются как бы внеотраслевыми, имеют универсальный характер, предотвращают нежелательное поведение либо наказывают за него. Так, материальная ответственность сама по себе не дает оснований для оценки соответствующего деяния как общественно опасного. Уголовная ответственность не может наступить за несоблюдение гражданско-правового договора или попытку зарегистрироваться кандидатом в депутаты без соблюдения требований избирательного законодательства.

Вывод о том, что действие норм конституционного права обеспечивается санкциями других отраслей права, не учитывал и того, что последние применяются не за конституционно-правовые составы правонарушений (или деликты, как сегодня принято говорить). Налицо было фактически два вида правонарушений — за первое наступала конституционно-правовая ответственность, за второе — отраслевая. Например, подлог на выборах вызывает такие меры конституционно-правовой ответственности, как признание выборов недействительными, расформирование избирательных комиссий. А для виновных лиц может наступить административная или уголовная ответственность. То есть можно говорить о так называемых совмещенных составах правонарушения, которые вызывают два вида ответственности. Причем речь идет не о двух наказаниях, применяемых к одному и тому же субъекту. Для тех же выборов признание их недействительными имеет адресатом избирательные комиссии, кандидатов и т. д. — всех тех, кто не обеспечил законности проведения выборов. Вторая же мера — административное или уголовное наказание — применяется к конкретному лицу за соответствующее его деяние, квалифицируемое как административный проступок или уголовное преступление.

Еще одна причина, по которой не признавалось наличие конституционно-правовой ответственности и санкций, — это очень ограниченное развитие самих конституционно-правовых отношений. Во-первых, в условиях строгой партийно-государственной дисциплины трудно было представить поведение, не соответствующее конституционным нормам. В частности, просто было невозможно создание общественных объединений с целями, не соответствующими официальной идеологии, или не соблюдающих норм права. К чему бы тогда, спрашивается, иметь нормы о запрете «неподобающих» общественных объединений и тем самым невольно вызывать мысль о возможном политическом плюрализме. Во-вторых, даже если возникали ситуации, когда можно было ставить вопрос об ответственности, когда сама конституционно-правовая (или государственно-правовая, как тогда было принято говорить) санкция существовала, на практике не доходило до официального оформления конституционного деликта и применения такой санкции. Например, как уже упоминалось выше, формально предусматривалась ответственность депутатов в виде отзыва их избирателями. Однако если на практике дело доходило до отзыва депутата, его вынуждали писать заявление об уходе по собственному желанию. Иначе ведь соответствующим партийным органам пришлось бы признать ошибочность подбора кандидатуры. Правда, иногда дело доходило до отзыва, но скорее это была демонстрация торжества права и демократии.

В современных условиях вопрос о конституционно-правовой ответственности стал актуальным в силу великого множества конституционно-правовых отношений и необходимости обеспечения должного поведения их участников. Например, с признанием института президента встал вопрос о досрочном прекращении полномочий президента, в том числе путем отрешения его от должности. Если появился принцип разделения властей, а значит, и определенная их конкуренция, то можно говорить и о роспуске палат парламента, и об отправлении правительства в отставку как о конституционно-правовых санкциях. Если создан конституционный суд и он вправе признавать недействующими акты государственных органов, это также говорит о конституционно-правовой ответственности.