Позиция Европейской Комиссии относительно порядка обложения активных доходов в условиях цифровой экономики

Оценка воздействия цифровой экономики на налогообложение в Европейском Союзе ведется с 2017 года. В декабре 2017 года Совет Европы издал заключение «Реакция на трудности налогообложения прибыли, полученной в рамках цифровой экономики»⁷. Авторы делают вывод, что правила налогообложения в Европейском Союзе должны быть изменены, так, чтобы эффективно облагать налогом доходы как от «традиционной», так и от «цифровой» экономики.

В конце марта 2018 года Европейской комиссией были опубликованы два законопроекта, направленные на изменение действующих правил налогообложения. Законопроекты содержат «временную меру» и «перспективное решение».

В рамках временной меры Комиссия предлагает ввести 3% налог на доход компаний, возникающий от определенных видов деятельности в сети Интернет. Предполагается, что право взимать налог возникнет у страны, на территории которой находятся пользователи услугами компании. Действие временной меры будет прекращено, как только вступит в силу перспективное решение.

Временная мера имеет, по оценкам Комиссии, существенные недостатки. В частности, может приводить к двойному налогообложению одного и того же дохода. Например, страна ЕС вводит такой налог, а страна налогового резидентства иностранной компании не дает возможности уменьшить базу по налогу на прибыль на сумму уплаченного налога или зачесть такой налог. Возникает двойное налогообложение. Кроме того, введение налога может потребовать изменения действующих соглашений об избежании двойного налогообложения.

Перспективное (долгосрочное) решение основано на введение в европейские налоговые правила концепции «цифрового» постоянного представительства. Концепция, по мнению Европейской Комиссии, пока разработана слабо и требует дальнейшей детализации⁸.

Сформулированы только наиболее общие ее черты. Так критериями «цифрового» постоянного представительства, могут быть:

1. размер дохода, полученного от электронных услуг с территории страны за налоговый период;

2. количество пользователей электронной услугой за налоговый период или

3. количество заключенных контрактов на электронные услуги.

Поскольку законопроект проект представлен в форме Директивы, правила о цифровом постоянном представительстве будут действовать для компаний - резидентов стран ЕС, или стран, у которых нет соглашений об избежании двойного налогообложения со странами ЕС.

Ни один из законопроектов не получил однозначной поддержки у стран – членов ЕС, в связи с чем до сих пор не принят.

Взгляды ученых на необходимость на обложение активных доходов в условиях цифровой экономики

В исследовании Майкла П. Деверо и Джона Веллы «Влияние цифровизации на реформу международного корпоративного налогообложения»⁹ поднимается вопрос о том, насколько современные распределительные правила налогообложения нуждаются в изменении в связи с цифровой экономикой. Ученые приходят к выводу, что современная налоговая система в целом перестала подходить для справедливого обложения доходов, получаемых иностранными компаниями с территории страны¹⁰. Более того, отдельно возникают вопросы применительно к компаниям, специализирующимся на электронных услугах (digital companies). Например, налоговая система не дает справедливого решения для ситуации, когда доход получен от показа рекламы, оплаченной компанией – резидентом одной страны, а просмотрен пользователем, который находится в другой. Вопросы, по мнению авторов, также возникают применительно к доходам (потенциальным или реальным) от персональной информации, которую пользователи бесплатно предоставляют компании. Авторы делают вывод, что правила налогообложения нуждаются в изменении: право облагать доход, полученный с территории, должно быть у страны нахождения пользователей, даже если компания не присутствует в ней физически. Тем не менее, авторы не предлагают конкретного механизма реализации такого права, указывая, что это повлечет существенные сложности.

В другом исследовании «Адаптация концепции постоянного представительства к специфике цифровой экономики: от фиксированного места до существенного экономического присутствия»¹¹ Гомес Рекена и Марио Гонсалес анализировали, насколько действующее понятие постоянного представительства подходит для условий цифровой экономики. Ученые приходят к выводу, что современные правила налогообложения влекут потерю налоговых поступлений в странах, откуда компании получают доход с использованием цифровых технологий. Авторы заключают, что необходимо разработать «новую налоговую привязку, которая позволит облагать налогом доход в стране его получения с учетом развития электронной коммерции».

К аналогичному выводу о необходимости изменения действующего определения постоянного представительства в условиях цифровой экономики приходят авторы другого исследования «Налоговый суверенитет, налоговая конкуренция и вопросы размытия налоговой базы применительно к концепции постоянного представительства»¹².

Разработкой критериев «цифрового» постоянного представительства занимались П. Хонглер с П. Пистоне в исследовании «Концепция новой налоговой привязки для обложения предпринимательского дохода в эру цифровой экономики»¹³. Ученые предлагают изменить определение постоянного представительства, закрепленное в ст. 5 МК ОЭСР, следующим образом:

«Если предприятие одного договаривающегося государства предоставляет доступ к электронным приложениям, базам данных, торговому пространству или месту хранения информации, а равно предлагает рекламные услуги на сайте или в электронном предложении, и в месяц ее услугами пользуются более чем 1000 физических лиц, постоянно проживающих в другом Договаривающимся государстве, предприятие считается имеющим постоянное представительство в таком Другом государстве, если общая сумма доходов такого предприятия в этом Другом договаривающимся государстве превышает [сумма, определенная государством].

С одной стороны, определение вводит формальные критерии «экономического присутствия». Формализм критериев соотносится с их простотой и практичностью, как для иностранных компаний, так и для органов, администрирующих налоговые платежи.

С другой стороны, критерии, предложенные П. Хонглером с П. Пистоне, небесспорны и потребуют изменения способов контроля за налогообложением.

Так, цифровые технологии позволяют вмешиваться в подсчет количества пользователей, изменяя его результат в нужную для компании сторону. Кроме того, технологическими средствами можно изменять маршрутизацию запроса компьютера, влияя таким образом на отображение страны регистрации пользователя. В ситуации, когда от результатов подсчета зависит создание цифрового постоянного представительства и, как следствие, налоговая обязанность компании, вероятность использования технологий, изменяющих реальные данные, повышается. Это усложнит контроль правильности исчисления и уплаты налогов.

Другое определение «цифрового» постоянного представительства дано С. Вахом в работе «Цифровое постоянное представительство: перспективы налогообложения электронной коммерции¹⁴». Автор полагает, что существующее в МК ОЭСР определение постоянного представительства должно быть дополнено следующим: «Термин «постоянное представительство» также включает ситуацию, когда «N» количество транзакций произведено через веб-сайт в Договаривающейся стране в течение любых двенадцати следующих друг за другом месяцев».

Определение обладает такими же недостатками, как и определение П. Хонглера и П. Пистоне, учитывая, что, как указано выше, данные о количестве транзакций могут быть произвольно изменены. Кроме того, определение не учитывает сумму прибыли, полученную в результате проведенных транзакций. Согласно определению, к образованию постоянного представительства приведет, например, прием большого количества платежей через интернет-сайт, даже в случае, если комиссия, полученная компанией – агентом за такие платежи, суммарно невелика.