Istoriya_otechestvennogo_gosudarstva_i_prava

Схема 51

Высшие органы власти России в феврале - марте 1917 г.

Схема 52 Система Советов в февральской демократической революции

1917 года

141

Схема 53 Высшие и центральные государственные учреждения временного

правительства.

Министерства

Было издано постановление "О передаче хлеба в распоряжение государства и о местных продовольственных органах", вводившее чрезвычайный режим в области хлебных заготовок. Для реализации продразверстки создавались продовольственные комитеты. Эти органы вели учет всего имеющегося в зонах их действия хлеба, "за вычетом продовольственных нужд владельца", и разрешали отчуждение "излишков" только при посредстве государственных органов по твердым ценам. Залог хлеба запрещался. Губернские продовольственные комитеты определяли порядок и сроки сдачи хлеба, производили реквизиции продуктов, контролировали цены и организовывали обязательные гужевые перевозки. (Их опыт пригодился позже продотрядам эпохи "военного коммунизма". Опыт работы Министерства продовольствия будет использован Наркоматом продовольствия в 19181920 гг.).

Постановление (август 1917 г.) "О согласовании Свода законов с издаваемыми Временным правительством постановлениями"

определило критерии для использования в новых условиях законодательства, изданного в период монархии.

Продолжалось действие судебных уставов 1864 г. и Уголовного уложения 1903 г. В марте 1917 г. было образовано Юридическое

142

совещание. Совещание рекомендовало правительству подчинить надзору административного суда деятельность общественных организаций (профсоюзов, земельных комитетов и советов) и сделало ряд других предложений, направленных на сохранение правовой традиции и дореволюционной юридической практики. Создание административной юстиции стало одним из значительных нововведений, подготовленных в Юридическом совещании.

Вположении "О судах по административным делам" (май 1917г.)

административный судья, приравненный к окружному, наделялся правом рассматривать дела: по протестам комиссаров правительства на местные органы, по жалобам правительственных учреждений на земские органы, и местных органов на правительственных комиссаров.

Вконце сентября - начале октября 1917 г. Юридическое совещание разработало ряд проектов конституционных законов, которые предполагалось внести на рассмотрение в Учредительное собрание, одним из них стал проект "Об организации Исполнительной власти при Учредительном собрании". Учредительное собрание должно было избрать временного Президента республики, который становился главой государства и главой правительства. Октябрьская революция разрушила все эти проекты.

1.9.Советское государство и право в октябре 1917 - 1953 гг.

1.9.1.Общая характеристика государственно-правовой политики большевиков 1917-1963 гг.

Захват власти большевиками в октябре 1917 г. произошел в условиях нарождающихся в России демократических основ государственности. Были созданы, но нерешительно стали действовать такие институты государственной власти и управления, как Государственная Дума, Советы и т.д. Передовые мыслители уже разрабатывали конституционные нормы, по которым могла бы жить Россия. Закладывались основы многопартийности, основы участия народа в управлении государством.

Большевистская партия понимала, что становление этих государственных структур власти и управления могут выбить почву для задуманного военного переворота. Именно поэтому В. Ульянов-Ленин так торопил события, торопил подготовку и проведение «революции» по захвату власти.

После того, как переворот был удачно завершен, и на волне привлекательных обещаний о мире, земле, хлебе, фабриках и заводах прокатился по большей части Российских губерний, встал вопрос об удержании власти.

Однако удержать власть только за счет политической борьбы, за счет реальных изменений жизни, профессионального подхода к

143

управлению страной, экономикой и обществом, да еще в условиях войны было делом сомнительным, сулило возможный проигрыш. Необходимо было создать и претворить в жизнь новые, приспособленные для политических целей правовые нормы, действующие, в первую очередь, не против уголовной преступности, а против политических соперников.

Исторические факты, ярко показывают методы борьбы за власть путем приклеивания различного рода ярлыков. Это и «мятежники» Крондштадта, «банды» антоноцев, Махновцев и т.д.

По понятие классовых противников, а значит преступников, попали не только приверженцы иных политических воззрений, но и целые слои населения. Это и интеллигенция, духовенство, специалисты как военного, так и промышленного дела. Под разряд преступников попадали не только те, кто прежде высказывал иные политические взгляды, но и те, кто не понимал коммунистической идеологии, отрицал ее как неприемлемую для всего общества.

Можно понять стремление коммунистических лидеров захватить власть, стремление удержаться у власти как можно дольше. Но оправдать их действия с позиции «цель оправдывает средства» не просто невозможно, но и преступно.

Ответив на мифический белый террор красным террором, они провозгласили государство, в котором террор возводился в ранг государственной политики.

Идеологическая и «научная» основа такой политики строилась на лозунгах «классовых» интересов, на якобы защите трудящихся от угнетения, на защите строителей «коммунизма» от буржуазной идеологии.

Одна из форм такой защиты, кроме уничтожения политических противников внутри государства, выражалась в действиях по экспорту революции, но особенно ярко проявилась в установлении «железного занавеса».

Анализ правового материала и идеологии большевизма показывает, что основные направления их правовой политики отвечали поставленным политическим целям. На уголовную преступность не хватало сил и средств. Да и система наказаний уголовников, как рекрутов коммунизма была мягкой. А вот за политические преступления, как правило устанавливался расстрел. Система наказаний за уголовные преступления как и в феодальном обществе, зависела от социального происхождения, законность определялась с позиции интересов правящего коммунистического класса.

Выступая от имени «пролетариата», от имени союза рабочих и крестьян, проводя в жизнь марксистско-ленинскую доктрину «диктатуры пролетариата», возникла и сама диктатура партноменклатуры. Таким образом политический вождизм Ленина естественным путем перерос в диктатуру Сталина.

144

Последствия этого превращения повлекли развитие государственного терроризма в отношении не только политических противников, но и против бывших и настоящих «революционных соратников».

Терроризм в отношении «преданных делу партии и Ленина» лиц был вынужденной мерой и имел своей целью не только уничтожение политических соперников, но и уничтожение тех, кто помогал становлению диктатуры, кто мог сказать правду о революции и ее вершителях, правду о цели захвата власти и правду о том, как эта власть использовалась для достижения личных, амбициозных целей.

Весь государственно-правовой аппарат был задействован на полную мощность, выискивая «врагов народа», карая беспощадно «вредителей и шпионов», обеспечивая диктатуру послушными, запуганными и не умеющими мыслить слепыми исполнителями воли и желаний «отца народов».

Парадоксально, но факт, что «ежевые рукавицы» хватали и изобличали в два и более раз больше различного рода «шпионов и вредителей», чем уголовных преступников.

По понятие враг народа попадал всякий, на кого хоть как-то падала тень прошлого, тень «обуржуазившегося перерожденца». Тут уж было не до вора, карманника или грабителя. Встает вопрос – почему это происходило? Ответ достаточно ясен и прост. раз уголовная преступность является наследием царизма и мелкобуржуазного прошлого – то при строительстве социализма исчезают основы уголовной преступности и она отомрет сама собой. А коль уголовщина обречена на естественное отмирание, то и тратится на борьбу с ней нет необходимости. Лучше направить силы и средства на «истинного врага», врага идеи и врага, подрывающего эти идеи. А лучше вести «наступление на этого врага широким, опережающим фронтом».

А раз так, то естественно необходимо опережать противника и наказывать его уже тогда, когда он начал задумываться, начал сомневаться. В такой борьбе философские диспуты уже ни к чему (да и страшно дискутировать – вдруг проспоришь), необходимо лишь «власть употребить».

Если в первый послереволюционный период острие репрессивной государственной машины было направлено против явных политических противников, то в дальнейшем велась война на истребление уже возможных политических противников или возможных конкурентов на власть.

Здесь и обнаружилась сущность репрессивной системы социалистического государства, а именно – с уголовной преступностью власть бороться не будет, так как эта преступность не угрожает созданному тоталитарно-диктаторскому устройству, не угрожает и тем вождям, которые «ведут наш кораблю в светлое будущее».

145

В какой-то мере на уголовную преступность было обращено внимание в период второй мировой войны. Уголовная преступность проявила себя как явление, привлекающее к себе дезертиров и «прислужников фашизма», и расхитителей и иной контингент людей, наживающихся на общенародном горе и усугубляющем общенародную трагедию.

К тому же поубавилось работы органам госбезопасности, а занять этот громадный карательный аппарат государственной власти было чемто необходимо да и патриотизм граждан «страны Советов» показывал, насколько они готов, несмотря на социальное положение, несмотря на убеждения и политические взгляды, сражаться и умирать «за Родину, за Сталина».

Однако, по окончанию войны, уголовно-правовая политика вновь вернулась на «старые рельсы». И хотя степень преследования инакомыслящих претерпела изменения, но сущность осталась прежней.

Именно в это время окончательно сформировался аппарат Комитета государственной безопасности. Но защищала и обеспечивала безопасность эта организация не государства, как территориальноэкономическое пространство, а государства, как политизированные структуры власти.

Под особый контроль КГБ берутся уже не только политические противники, которых уже почти нет, но и представители общественных организаций, священнослужители, часть интеллигенции, органы уголовной юстиции – прокуратура, суд, милиция.

1.9.2. Октябрьский переворот в России в 1917 г. и развитие и деятельность карательных органов коммунистического режима

в1917-1921 г.

Осамом Октябрьском перевороте существует, разумеется, много версий. Согласно Суханову и Троцкому, переворот фактически уже совершился 21 октября, когда гарнизон столицы признал единственной властью Совет и его Военно-революционный комитет (ВРК). Суханов говорит, что формально в таком поведении гарнизона не было ничего необычного, ибо и раньше – в апрельские, июньские, июльские дни, а также во время корниловского восстания – гарнизон признавал только распоряжения Совета и в очень малой степени считался с приказами Временного правительства. Формально это так. Однако в действительности разница, разумеется, была огромна. Раньше Советы могли иметь и имели конфликты с Временным правительством, но только конфликты. В основном Советы, руководимые меньшевиками и эсерами, не только признавали правительство, но с ним также активно сотрудничали. В предоктябрьские недели и дни Советы – особенно петроградский, кроштадский и московский – стали большевистскими. Отказ гарнизона выполнять приказы Временного правительства без

146

санкций большевистских Советов фактически означал акт неповиновения. В таких условиях это означало, что в борьбе против большевиков правительство не может рассчитывать на поддержку гарнизона.

Дело в том, - и в этом, может быть, состоял весь трагизм положения, - что ни Керенский, ни его штаб во главе с Полковниковым, по-видимому, не отдавали себе отчета в происходящем. Военные полагали, что создание ВРК и невыполнение приказов Временного правительства было результатом… недоразумений, точнее результатом второстепенного конфликта между ЦИКом Советов (где все еще главенствовали правительственные меньшевики и эсеры) и петроградским Советом, где уже прочно засели большевики и их союзники – левые эсеры. Они не понимали, что это «недоразумение» и этот «второстепенный конфликт» решали судьбу страны.

После октября 1917 г. большевики, исходя из учений Маркса разбивают старый государственный аппарат и начинают создавать новый.

28 октября 1917 г. постановлением НКВД республики учреждалась рабочая милиция, которая должна была находится «в ведении Совета Рабочих и Солдатских Депутатов». Ленин после октября 1917 г. неоднократно отстаивал идею всеобщего вооружения народа. 29 октября 1917 г. он говорил о ней как о задаче «… которую мы ни на минуту не должны выпускать из виду…». Указания вождя большевики пытались реализовывать на практике. В некоторых местах для охраны общественного порядка учреждалась народная милиция, построенная на принципе обязательной повинности всех взрослых граждан. В 1917 – начале 1918 гг. НКВД РСФСР считал, что милиция должна «по мере возможности уступить место всеобщей охранной повинности, где каждый гражданин обязан отдежурить безвозмездно установленные часы». По постепенно эта утопическая идея пересматривается. В марте 1918 г. Народным комиссаром внутренних дел Петровским в СНК «был возбужден вопрос о необходимости организации Советской милиции» на штатных началах.

В июле на съезде председателей губернских Советов, в работе которого участвовал Ленин, было признано невозможным всеобщее вооружение всего населения из-за начавшегося сопротивления. Поэтому съезд выказался за организацию Советской Рабоче-Крестьянской милиции. Функции у милиции были многочисленны: борьба с мародерством, спекуляцией, дезертирством, хищениями, охрана революционного порядка и т.д. Одной из важнейших функций милиции являлось оказание содействия карательным органам, ведущим борьбу с контрреволюцией и устанавливающим новый порядок в стране.

Главным карательным органом в годы гражданской войны являлась Всероссийская Чрезвычайная Комиссия (ВЧК). Вопрос о создании этого органа возник не сразу. Первое время после прихода к

147

власти большевики и не ставили задачу создания единой организации, ведущей борьбу с политическими противниками. Эту задачу выполняли Советы, военно-революционные штабы, революционные комитеты, различные комиссии и комитеты, имеющие в своем распоряжении вооруженные формирования.

6 декабря СНК рассмотрел вопрос «О возможности забастовки служащих в правительственных учреждениях во всероссийском масштабу» и постановил: «Поручить т. Дзержинскому составить особую комиссию для выяснения возможности борьбы с такой забастовкой путем самых энергичных революционных мер, для выяснения способов подавления злостного саботажа». В соответствии с постановлением СНК Дзержинский вечером 7 декабря провел организационное заседание комиссии. В этот же вечер он выступил на заседании Совнаркома, где изложил основные задачи комиссии, отраженные в протоколе:

1.Пресекать и ликвидировать все контрреволюционные и саботажнические попытки и действия по всей России, со стороны кого бы они не исходили.

2.Предание суду Революционного трибунала всех саботажников и контрреволюционеров и выработка мер борьбы с ними.

3.Комиссия ведет только предварительное расследование, поскольку это нужно для пресечения…»

Дзержинский обратил внимание на то, что комиссия должна бороться с политическими партиями и печатными органами, противостоящими большевикам. По докладу Дзержинского СНК постановил: «Назвать комиссию – Всероссийской Чрезвычайной Комиссией при Совете Народных Комиссаров по борьбе с контрреволюцией и саботажем – и утвердить ее». ВЧК, созданная СНК явилась непосредственным преемником Петроградского военнореволюционного комитета. Из 10 членов Чрезвычайной комиссии, назначенной СНК 7 декабря, шесть являлись руководящими работниками ВРК. Впоследствии в ВЧК направлялись и другие деятели ВРК. ВЧК в начале своей деятельности явилась одной их многих организаций, ведущих борьбу с противниками большевиков, причем ее функции первоначально распространялись только на Петроград. Но постепенно ВЧК расширяет сферу своего влияния. Комиссия В.Д. БончБруевича в начале 1918 г. была ликвидирована и ее функции переданы ВЧК, которая к весне 1918 г. переехав вместе с правительством в новую столицу – Москву, превращается в главный общегосударственный орган борьбы с политическими противниками большевиков. 22 марта 1918 г. ВЧК приняла постановление, которым вновь предложила всем Советам организовать местные чрезвычайные комиссии для борьбы с контрреволюцией и спекуляцией, злоупотреблениями по должности и посредством печати. В этом постановлении было отмечено, что «отныне право производства всех арестов, обысков, реквизиций принадлежит

148

исключительно этим чрезвычайным комиссиям как в г. Москве, так и на местах».

В 1918 г. бурно идет процесс создания губернских чрезвычайных комиссий, который в основном завершился в августе. К этому времени по стране имелось 38 губчека. Важной вехой в становлении ВЧК явилась 1-я Всероссийская конференция чрезвычайных комиссий, проходившая 11-14 июня 1918 г. В ее постановлении ставилась задача организовать чрезвычайные комиссии не только в каждом областном и губернском Совдепе, но также «при крупных уездных Совдепах, узловых железнодорожных центрах, крупных портах, в пограничной полосе…». Этим решением был дан импульс созданию нижнего звена чекистского аппарата: уездных и районных ЧК. В 1919-1920 гг. уездные ЧК сливаются с уездными управлениями милиции. Организационной формой этого слияния стали политические бюро при уездных начальниках милиции. По директиве, подписанной Дзержинским, во главе политбюро должны были быть поставлены надежный коммунисты, «не менее чем с двухгодичным стажем». Непосредственно заведовать политбюро должен был особый помощник начальника уездной милиции, тоже испытанный коммунист. 28 ноября 1918 г. 2-я Всероссийская конференция ЧК поставила образовать при ВЧК транспортный отдел. К началу 1919 г. чекистские органы контролировали практически всю сеть железных дорог и водных путей. Транспортные ЧК были изъяты из подчинения губернских ЧК, так как они создавались в соответствии с административными делениями НКПС. Расширяя сферу своего влияния ВЧК не могла оставить без внимания вооруженные силы. Первая Чрезвычайная комиссия в Красной армии была создана 16 июля 1918 г. во главе с М.Я. Лацисом на Восточном фронте. Но против создания чрезвычайных комиссий выступали армейские работники. Они предлагали создать на базе Военного контроля (Военный контроль – отдел Революционного Совета Республики (РВСР), занимавшейся борьбой со шпионажем противника) особые отделы, которые занимались бы борьбой со шпионажем и контрреволюцией. В конце 1918 г. победила точка зрения армейских работников. В результате в начале 1919 г. Военный контроль и Военный отдел ВЧК были объединены в один орган – Особый отдел республики во главе М.С. Кедровым. Но борьба за особые отделы между ВЧК РВСР продолжалась. В феврале 1919 г. ВЦИК принимает постановление, по которому особый отдел вливается в структуру ВЧК. Но одновременно он должен был находится под контролем РВСР и выполнять его задания. Армейские работники были не согласны с данным решением. Они требовали передать особые отделы в оперативное подчинение фронтов и армий. УШ съезд РКП(б) согласится с этим требованием, оставив за Особым отделом ВЧК «функции общего руководства и контроля над их деятельностью».

149

При создании чекистских органов большое внимание обращалось на разработку и развитие методов и средств оперативной деятельности. Вопрос о допустимости в работе ВЧК агентуры обсуждался 12 июля 1918 г. на собрании фракции РКП(б) 1 Всероссийской конференции ЧК. Конференция приняла решение: «Секретными сотрудниками пользоваться». Развитие агентурного аппарата ВК шло по двум направлениям: создание института штатных агентов внутреннего наблюдения и формирование осведомительной сети. Штатный агенты внутреннего наблюдения комплектовались в основном ЧК из сотрудников чрезвычайных комиссий. Но их было недостаточно. Поэтому основным направлением в развитии агентурного аппарата ВЧК стало создание массовой осведомительной сети. Решением ЦК РКП(б) от 15 июня 1919 г. всем учреждениям и всем партийным работникам вменялось в обязанность «… о всех фактах измены, дезертирства, шпионаже сообщать в особый отдел ВЧК». «Хороший коммунист в тоже время есть и хороший чекист» - подчеркивал Ленин. 30 июня 1921 г. ВЧК потребовала «… Принять меры насаждения осведомления на фабриках, заводах, центрах губерний, совхозах, кооперативах, лесхозах, карательных отрядах, деревнях. К работе по постановке осведомления отнестись возможно внимательней, соблюдая принципы конспирации». 17 июля 1921 г. ВЧК разработала специальную инструкцию по осведомительной службе. Параллельно с развитием агентурного аппарата ВЧК развивались и службы наружного наблюдения («народная разведка») и контроля почтовой и телеграфной корреспонденции. Развитие секретных методов и средств оперативной деятельности требовало изменить структуру ВЧК и ее органов. Поэтому в ВЧК был создан секретно-оперативный отдел, который занимался постановкой агентурно-осведомительной работы и службой наружного наблюдения. 14 января 1921 г. в ВЧК было создано секретно-оперативное управление,

всостав которого входили 6 отделов: особый, секретный, оперативный, информационный, иностранный и регистрационно-статистический.

Кконцу гражданской войны структура ВЧК стала намного сложнее. Секретно-оперативное управление насчитывало 6 отделов. 25 января 1921 г. было создано экономическое управление, призванное бороться с контрреволюцией в промышленности и торговле. Кроме того

вструктуре ВЧК имелись: транспортный отдел, специальный отдел,

управление делами ВЧК и административно-организационное управление, управление войсками ВЧК, следственная часть и специальное отделение по охране правительства. Схема местных органов ВЧК также представляла сложную структуру. Особому отделу ВЧК подчинялись особые отделы фронтов, армий, ревизий, границ, округов, губернских ЧК. В компетенции иногородних отделов ВЧК были губернские и областные ЧК, уездные ЧК, районные и городские ЧК, полномочные представительства ВЧК. В ведении транспортного отдела ВЧК находились дорожные, районные и участковые ЧК. Такая

150