Вопрос 64. Договоры поручения и товарищества

Договор поручения

Безвозмездное выполнение услуг или работы одной стороной в пользу другой приобрело вид специального договора поручения (mandatum). Поручение было односторонним договором, и требование безвозмездности было главнейшим определяющим его свойством: “Оплата уничтожает поручение”.

Согласно этому договору предполагалось, что одна сторона дает поручение выполнить в свою пользу действия, а другая принимает на себя эти обязанности из соображений вспомоществования или “обычаев торгового оборота”.

Предметом договора поручения могло быть выполнение услуг или работы, во-первых, реальных, во-вторых, дозволенных, в-третьих, нравственных; кроме того, предполагалось, что первая сторона (поручитель) имеет определенную хозяйственную выгоду от поручения — отсутствие этого ставило под сомнение договор по причине возможного обмана (doli). Поскольку договор рассматривался как односторонний, поручитель мог в любой момент заявить о прекращении договора; вторая сторона обязана была выполнить поручение в любом случае, не могла произвольно снять с себя поручения, не могла изменить условия поручения (продать вещь, например, не за предписанные 100 сестерций, а за 80; но и за 200 тоже не могла). Ответственности за качество и объем выполненного тоже не было, главным было следование условиям поручения по форме; все возможные оговорки и исключающие условия можно было совершать только на основании дополнительных соглашений-пактов к основному договору, не имевших самостоятельной силы.

Обязанности оплатить у поручителя за исполненное поручение в собственно правовом смысле не было; у принявшего поручение не было и оснований для требования этой оплаты. Однако следование “добрым нравам” предполагало, что поручение будет оплачено. В отношении поручения особым категориям исполнителей (лицам интеллектуальных или почетных профессий — врачам, учителям, юристам) сложилось специальное понятие honorarium, которое не имело отношения ни к содержанию поручения, ни к его интересности для поручителя, но только к тому, к чьим услугам прибегали.

Исполнитель поручения мог претендовать на возмещение убытков, понесенных им в ходе исполнения поручения, — но только действительных, а не подразумеваемых; упущенная выгода возмещению не подлежала. Ответственность за исполнение поручения лежала только на взявшем его: не можешь исполнить — не берись.

Договор товарищества

Объединение хозяйственных усилий нескольких лиц (услуг, работы, но не объединение только вещей) для достижения совместной цели определялось как товарищество (societas). Римское товарищество характеризовалось как особый институт частного права, восходящий к семейно-патриархальным связям: “Товарищество — своего рода братство”.

Товарищество представляло собой объединение средств и усилий нескольких лиц (в римском праве не было точного решения, сколько лиц могут минимально считаться товариществом; видимо, двое тоже могли образовать товарищество) для достижения единой цели, соответствующей личным интересам каждого из лиц, т. е. предполагалась определенная цель товарищества. Бесцельное товарищество, не стремящееся к выгоде для своих членов, ставило под сомнение действительность договора. В деятельности сторон интересы товарищества должны были доминировать: “Прежде всего следует принимать во внимание интерес товарищества, а не одного из членов”. Формально члены товарищества находились в нем на равном положении.

Товарищество не создавало самостоятельного субъекта права, тем более оно не признавалось юридическим лицом, способным к самостоятельным юридическим действиям. Если в итоге деятельности товарищества получалась материальная прибыль или ценные вещи, то они рассматривались как совместная собственность членов товарищества (cоndominium); “вступая в товарищество, никто не перестает быть собственником своего имущества” — т. е. особой собственности товарищества (как, например, юридического лица) не существовало.

Товарищество учреждалось простыми неформальными действиями: “Товарищество можно учредить словами, действиями или через вестника”. Его действительность и обязательность для сторон согласования своих действий с интересом товарищества начиналась с момента соглашения, т. е. товарищество представляло также консенсуальный контракт. Главной целью товарищества предполагалась итоговая прибыль. Распределение этой прибыли должно было быть предметом специального соглашения между членами товарищества: она могла распределяться пропорционально имущественному вкладу в деятельность товарищества, вложенным усилиям и т. п. Если не было специального соглашения, то распределение прибыли осуществлялось равными долями. Не допускалось (т. е. ставило под правовое сомнение смысл договора) “львиное товарищество”, когда в пользу одной стороны шли все прибыли от деятельности, а на других возлагались все обременения деятельности. Убытки от возможной деятельности товарищества также возлагались либо поровну, либо в соответствии с вкладами.

Установление внутренней вины среди членов товарищества (кто больше виноват в убытке, кто меньше) правом не предусматривалось.

Прекращалось товарищество с выходом хотя бы одного из его членов, согласия на это других не требовалось (правда, в конце классической эпохи устанавливались некоторые временные ограничения, обязывающие товарищей к продолжению предпринимательской деятельности). Прекращалось товарищество с окончанием (исполнением) его цели (например, корабль построен). Перед третьими лицами от имени товарищества мог выступать только специальный представитель, член товарищества действовал только от своего имени.