Лекция 17.09.2021

§ 1. Субъекты предпринимательской деятельности: понятие и виды

 

Категория «субъекты предпринимательской деятельности» появилась в научном обороте сравнительно недавно. Своим рождением она во многом обязана Закону РСФСР от 25 декабря 1990г.№ 445-1 “О предприятиях и предпринимательской деятельности”1, в преамбуле которого было записано: “Положения настоящего Закона действуют на всей территории РСФСР по отношению ко всем субъектам предпринимательской деятельности и предприятиям, независимо от формы собственности и сферы деятельности…”. Однако Закон не содержит определения понятия “субъекты предпринимательства”. В ст.2 дан лишь перечень субъектов предпринимательской деятельности, а ст.3 посвящена формам предпринимательства. Такое положение вряд ли можно считать случайным. Дело в том, что рассматриваемая категория, несмотря на обилие публикаций, исследована недостаточно и даже поверхностно.

Ученые-цивилисты (по понятным причинам) избегают использовать это понятие в своих научных исследованиях. Наука гражданского права оперирует такими категориями, как “субъекты гражданского права”, “граждане”, “юридическое лицо”. Спорным до сих является вопрос о соотношении понятий “субъект гражданского права” и “субъект гражданского правоотношения”. Нет единства взглядов и по поводу содержания категории “субъект права”.

Представители науки хозяйственного (предпринимательского) права предлагают различать понятия “субъекты предпринимательского права” и “субъекты предпринимательской деятельности”. Субъекты предпринимательского права – носители прав и обязанностей в области осуществления и регулирования предпринимательской деятельности1. К ним относятся: индивидуальные предприниматели; коммерческие организации; некоммерческие организации, осуществляющие деятельность, приносящую доход; публичные образования (государство, субъекты РФ, муниципальные образования). Субъектами предпринимательского права выступают также и государственные органы, осуществляющие функции руководства и регулирования предпринимательством.

По мнению сторонников концепции предпринимательского права, особое место среди субъектов предпринимательского права занимают подразделения предприятий. Это – внутренние подразделения (цех, отдел и др.), а также внешние (обособленные) – представительства и филиалы. Такой вывод базируется на утверждении о том, что внутрифирменные связи входят, наряду с горизонтальными и вертикальными отношениями, в состав предмета предпринимательского права. Данное мнение является далеко не бесспорным.

В числе субъектов предпринимательского права называютсяхолдинги и другие интегрированные структуры, относимые к предпринимательским объединениям. Последние также не обладают статусом юридического лица.

Ученые, которые исповедуют идеи коммерческого права (Попондопуло В.Ф., Пугинский Б.И., Ровный В.В.), основывают свои взгляды на цивилистическом учении о лицах. Так, Попондопуло В.Ф. пишет: “…предприниматель - это лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность. Факт осуществления лицом предпринимательской деятельности является основанием для признания его субъектом гражданского права – предпринимателем и определяет необходимость предъявления к нему и его деятельности особых требований со стороны законодателя”1. Круг предпринимателей ограничен- это физические и юридические лица (прежде всего, коммерческие организации).

На наш взгляд, субъекты предпринимательской деятельности – это, в первую очередь, индивидуальные предприниматели и коммерческие организации, основная цель которых – систематическоеизвлечение (получение) прибыли. Далее, в их числе необходимо назвать и некоммерческие организации, осуществляющие приносящую доход деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и соответствующую таким целям (п.4 ст.50 ГК РФ). В то же время, отметим, что указанная классификацияюридических лиц на коммерческие и некоммерческие организации с учетом такого критерия как коммерческая направленность вызывает на практике значительные трудности. В реальной действительности порой невозможно отграничить основную цель деятельности от неосновной. Так, многие некоммерческие организации формально не преследуют в качестве основной цели извлечение прибыли, но фактически стремятся и получают огромные доходы от осуществления предпринимательской деятельности.

Отдельные виды предпринимательства физические лица могут осуществлять без приобретения статуса индивидуального предпринимателя и при этом являться субъектами предпринимательской деятельности (абз.2 п.1 ст.23 ГК РФ). Таких лиц относят к самозанятым гражданам, их деятельность представляет собой самостоятельное (без привлечения наемного труда) оказание услуг физическим лицам для личных, домашних и иных подобных нужд.

Субъектами предпринимательской деятельности являются коллективные образования, не обладающие статусом юридического лица, именуемые в науке предпринимательского права предпринимательскими объединениями. К ним относятся холдинги, простые товарищества и др.

Статус холдингов весьма показателен: недопустимо сводить все коллективные образования к гражданско-правовой категории“юридическое лицо”. Субъектами права, в том числе и гражданского, могут быть образования, не обладающие признаками юридического лица.

С точки зрения гражданского законодательства (ст.55 ГК РФ) представительства и филиалы не являются юридическими лицами, а потому не могут выступать носителями соответствующих прав и обязанностей. От имени юридического лица действуют руководители представительств и филиалов на основании его доверенности.

В то же время, представительства и филиалы наделяются имуществом создавшим их юридическим лицом. Более того, имущество представительств и филиалов отражается на отдельном (обособленном) балансе. Возникает проблема о вещно-правовой принадлежности имущества, закрепленного за представительством и филиалом. ГК хранит на это счет “обет молчания”1. Статья 216 дает не исчерпывающий перечень вещных прав. В частности, в ГК РФ перечислены (помимо вещных прав, связанных с владением земельными участками, права хозяйственного ведения и оперативного управления) и другие вещные права, например, право пользования жилым помещением членов семьи собственника.

Другой вопрос: представительства и филиалы вправе иметь текущий, расчетный и другие счета в кредитных организациях. При этом руководитель представительства (филиала) осуществляет, на основании выданной доверенности, функции распоряжения денежными средствами.

И, наконец, в силу п. 5 ст. 36 АПК РФ иск к юридическому лицу, вытекающий из деятельности его обособленного подразделения может быть предъявлен по месту нахождения обособленного подразделения. Однако, в этих случаях стороной по делу является юридическое лицо, взыскание производится судом с него или в пользу него.Представительство и филиал, не обладая признаками юридического лица (ст.48 ГК РФ), не являются процессуальной стороной в суде.

Прежнее налоговое законодательство рассматривало представительства и филиалы в качестве плательщиков налогов на прибыль, т.е. субъектов налогового права. С принятием действующего сейчас Налогового кодекса РФ (ст.19) ситуация изменилась: филиалы и представительства российских организаций исполняют обязанности последних по уплате налогов и сборов по месту нахождения филиалов (представительств).

Правовое положение представительств и филиалов в контексте НК РФ создает дополнительные трудности в интерпретации и применении ст.19 Кодекса. С одной стороны, НК РФ устанавливает, что филиалы и иные обособленные подразделения российских организаций выполняют в порядке, предусмотренном Кодексом, обязанности этих организаций; с другой – Кодекс не содержит никаких правил относительно такого порядка[1].Имеются и другие трудности практического характера.

Итак, филиалы и представительства являются субъектами предпринимательства. Однако мы не разделяем мнение о том, что внутренние структурные подразделения (цех, отдел) коммерческой организации можно также отнести к субъектам предпринимательской деятельности.

Публичные образования, равно органы государственной и местной власти не могут заниматься предпринимательской деятельностью. Данное утверждение иногда оспаривается в юридической литературе. Так, С.Э. Жилинский рассматривает публичные образования в качестве субъектов гражданского права, и как субъекты предпринимательской деятельности[2]. По его мнению, существует три направления предпринимательской деятельности с участием публичных образований. Первое – участие в предпринимательстве через создаваемые коммерческие и некоммерческие организации (например, унитарные предприятия). Второе направление – участие в делах приватизированного государственного и муниципального имущества. Третье – занятие предпринимательской деятельностью непосредственно самих органов государства и местного самоуправления. В последнем случае приводится пример: в силу ст.7 Федерального закона от 21 июля 1997г. № 123-ФЗ “О приватизации государственного имущества и об основах приватизации государственного имущества в Российской Федерации”[3], орган по управлению государственным имуществом от имении Российской Федерации является учредителем открытых акционерных обществ, создаваемых в процессе приватизации, и осуществляет права акционера (участника) хозяйственных обществ, акции (доли в уставном капитале) которых находятся в федеральной собственности. Мы не можем согласиться с такими выводами.

Здесь наблюдается смешение двух разных, но пересекающихся понятий – “субъекты гражданского права” и “субъекты предпринимательской деятельности”. Публичные образования, действительно, являются субъектами гражданского права (глава 5 ГК РФ). В соответствии с п.2 ст.124 ГК РФ на публичные образования распространяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов. При этом, от имени публичных образований выступают соответствующие органы государственной власти и органы местного самоуправления (ст.125 ГК РФ).

Быть субъектом предпринимательской деятельности – это означает то, что государство, субъекты РФ и муниципальные образования должны заниматься предпринимательской деятельностью на профессиональной и постоянной основе, в целях систематического получения прибыли от реализации продукции (выполнения работы, оказания услуг). Участие публичных образований в экономической деятельности посредством создания коммерческих и некоммерческих организаций (равным образом, участие в делах приватизированного государственного и муниципального имущества) нельзя, на наш взгляд, оценивать как участие в предпринимательстве. Акционеры, участвуя в общем собрании общества и получая дивиденды по акциям, непосредственно не осуществляют предпринимательскую деятельность. Статус акционера, его права и обязанности определены в Законе об акционерных обществах.

Сказанное в равной степени относится и к учредителям (участникам) обществ с ограниченной ответственности (ООО). Участник ООО и предприниматель – это не одно и то же.

Вывод о невозможности публичных образований заниматься предпринимательской деятельностью вытекает из положений Конституции РФ. Так, в определении Конституционного Суда РФот 1 октября 1998г. №145-О “По запросу Законодательного Собрания Нижегородской области о проверке конституционности части первой статьи 6 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях” сформулирована следующая правовая позиция. “По смыслу Конституции Российской Федерации (статья 34, часть 1), одно и то же лицо не может совмещать властную деятельность в сфере государственного и муниципального управления и предпринимательскую деятельность, направленную на систематическое получение прибыли”1. В Определении также отмечается, что конституционные нормы предопределяют специальный характер правоспособности публично - правовых образований: Российская Федерация, субъекты РФ, муниципальные образования участвуют в гражданских правоотношениях как субъекты со специальной правоспособностью, которая в силу их публично - правовой природы не совпадает с правоспособностью других субъектов гражданского права - граждан и юридических лиц. Поэтому они (публичные образования) не могут, по мнению Конституционного Суда РФ, выступать и в качестве доверительных управляющих, поскольку такая деятельность предполагает получение вознаграждения, представление отчетов учредителю доверительного управления (ст.1018 и 1023 ГК РФ), что противоречит публично - правовой природе этих образований.

О публично-правовой природе государства, субъектов РФ и муниципальных образований говорится в определении Конституционного Суда РФ от 4 декабря 1997г. № 139-О “Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Совета Федерации о проверке конституционности Федерального закона “О переводном и простом векселе”[4].

Указанное конституционное положение получило развитие в текущем законодательстве. В частности, Федеральный закон от 26 июля 2006 г. №135-ФЗ «О защите конкуренции» (п.3 ст.15) запрещает совмещение функций федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления с функциями хозяйствующих субъектов, а также наделение хозяйствующих субъектов функциями и правами указанных органов[5].

Российское законодательство запрещает органам государственной власти и органам местного самоуправления заниматься предпринимательскойдеятельностью, т.е. бытьсубъектами предпринимательской деятельности. Более того, рядфедеральных законов о субъектах предпринимательской деятельности содержит запрет на участие государственных органов и органов местного самоуправления в качестве учредителей общества, если иное не установлено федеральными законами (п.1 ст.10 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ “Об акционерных обществах”[6], п.2 ст.7 Федерального закона от 8 февраля 1998г. № 14-ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью”[7]).

Существует запрет на совмещение предпринимательства с функциями государственных гражданских служащих. Федеральный закон от 27 июля 2004г. № 79-ФЗ “О государственной гражданской службе Российской Федерации” закрепляет, что гражданскому служащему запрещается заниматься предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц (п.3 ч.1 cт.17)[8].

Понятие “субъекты предпринимательской деятельности” необходимо отграничить от понятия “хозяйствующие субъекты”. На наш взгляд, это – не совпадающие понятия. Они соотносятся между собой точно также как соотносятся экономическая (хозяйственная) и предпринимательская деятельность. Хозяйствующие субъекты не всегда приобретают статус предпринимателей. Определение понятия хозяйствующий субъект легализовано в ст. 4 Федерального закона от 26 июля 2006 № 135-ФЗ “О защите конкуренции”[9]. В перечень лиц, относящихся к хозяйствующим субъектам, наяду с предпринимателями входят физические лица, не зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей, но осуществляющие профессиональную деятельность, “приносящую доход, в соответствии с федеральными законами на основании государственной регистрации и (или) лицензии, а также в силу членства в саморегулируемой организации”. К примеру, хозяйствующими субъектами являются адвокаты, нотариусы и иные частнопрактикующие лица, однако их деятельность в силу закона не относится к предпринимательской[10].