книги2 / 398-1

3.Меньшикова Е.А. Психолого-педагогическая сущность познавательного интереса / Е. А. Меньшикова // Вестник ТГПУ. 2008, №3. С. 3-6.

4.Плюснин А.С., Ларина Г.Н. Особенности самооценки студентов-медиков // От мечты к открытию: психологические исследования молодых ученых. Материалы региональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых преподавателей. Курский государственный университет. Курск, 2023. С. 99-101.

5.Сидоров К.Р. Методика Дембо-Рубинштейн и ее модификация // Вестник Удмуртского университета. 2013. № 1. С. 40-42.

К вопросу о доверии в межличностных отношениях

Позднякова Т.Б.

СПбГУ, Санкт-Петербург, Россия tat_pozdnyakova@mail.ru

Всовременном мире, наполненном динамизмом и неопределенностью, проблема доверия людей друг другу приобретает особую актуальность.

Впсихологии доверие нередко рассматривают как важное условие развития личности и межличностного взаимодействия. Доверие не только формируется в отношениях между людьми, но и влияет на характер отношений к другому человеку и к самому себе [2].

Внастоящее время доверие определяют как относительно самостоятельный сложный многоаспектный феномен. При этом дискуссионными остаются вопросы о содержании понятия «доверие», определяющих его факторах [1; 3].

Доверие трактуют как установку, отношение, состояние, чувство, свойство, ценность и т.д. Так, по мнению А.Б. Купрейченко, доверие как психологическое отношение включает «интерес и уважение к объекту или партнеру; представление о потребностях, которые могут быть удовлетворены в результате взаимодействия с ним; эмоции от предвкушения их удовлетворения и позитивные эмоциональные оценки объекта или партнера; расслабленность и безусловную

660

готовность проявлять по отношению к нему добрую волю, а также совершать определенные действия, способствующие успешному взаимодействию» [1, с. 190].

Врамках данной проблемы нами было проведено исследование, направленное на изучении доверия в межличностных отношениях юношей и девушек.

Вчисло респондентов вошли студенты вуза в количестве 125 человек в возрасте от 20 до 21 года.

Блок диагностических средств включал широкий набор методик, среди которых был опросник СУМО (Саморегуляция и успешность межличностного общения) (автор В.Н. Куницына) и 16-факторный опросник Р. Кеттелла.

О доверии личности другим людям свидетельствовали показатели по шкале «доверие» методики СУМО, отражающие способность личности доверять другому человеку.

Согласно полученным данным, среднегрупповой показатель доверия молодых людей равен 5,4 баллам из 12-ти максимально возможных, что свидетельствует о невысоком уровне готовности доверять людям.

При анализе распределения признака было установлено, что большая часть (48,8%) респондентов в меру доверчивы, их показатели находятся на среднем уровне, 42,4% ‒ крайне осторожны и не склонны к доверию и только 8,8% можно назвать доверчивыми людьми.

Как показал корреляционный анализ, существует прямая связь между показателями доверия (методика СУМО) и доверчивости личности (фактор L) (16-факторный опросник Р. Кеттелла), что говорит о надежности полученных результатов.

Доверие на уровне статистической значимости коррелирует с отдельными свойствами личности. Так, установлены отрицательные связи между показателями доверия и боязни быть отвергнутым другими людьми, тревожности личности, напряженности и положительные – с показателями самоконтроля и оптимизма.

Таким образом, полученные результаты свидетельствуют о том, что доверие юношей и девушек другим людям не продиктовано импульсивностью, зависимостью, страхами. Напротив, оно сочетается

суверенностью в себе, спокойствием, умением контролировать свои

661

эмоции и поведение, оптимистическим взглядом на жизнь. Наличие эмоциональной устойчивости и самодостаточности позволяет открыться и довериться другому человеку.

Кроме того, показатели доверия напрямую связаны с благожелательностью по отношению к другим людям, способностью к совершению альтруистичных поступков, отсутствием ханжеских установок, общительностью, смелостью, толерантностью, не склонностью к агрессивным стратегиям разрешения трудностей, возникающих в отношениях с другими людьми, потребностью в близком доверительном общении и отношениях, стремлением к стабильности в отношениях, удовлетворенностью общением и отношениями в близком кругу.

Таким образом, можно предположить, что в основе доверия людям у юношей и девушек лежит доброжелательное отношение к ним, вера им, без каких бы то ни было условностей. Чем более они доверяют другому человеку, тем скорее они склонны к совершению бескорыстного поступка по отношению к нему, толерантны, не агрессивны в сложной ситуации межличностного взаимодействия. Доверяя, они открыты к контактам, легко вступают во взаимодействие, активны, готовы к риску и сотрудничеству с незнакомыми людьми в незнакомых обстоятельствах. Кроме того, чем сильнее потребность в близком, доверительном общении и отношениях, а также чем более выражено стремление к стабильным и прочным отношениям, тем в большей степени они склонны доверять. Примечательно, что у молодых людей удовлетворенность общением и отношениями с близкими людьми обусловлена уровнем доверия. Чем его больше, тем выше показатели удовлетворенности общением и отношениями.

Итак, на основании проведенного исследования можно сделать вывод о том, что у юношей и девушек доверие в отношениях во многом определяется уровнем личностной зрелости, значимостью доверительных, стабильных отношений, наличием доброжелательности и внимания к людям. Доверяя, они в большей степени склонны к проявлению альтруизма, толерантны, открыты к общению, не боятся рисковать.

662

Полученные данные расширяют имеющиеся представления о доверии в межличностных отношениях и требуют дальнейшего изучения.

Литература

1.Журавлев А.Л., Купрейченко А.Б. Социально-психологическое пространство личности. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2012.

2.Куницына В.Н., Казаринова Н.В., Погольша В.М.

Межличностное общение: учебное пособие. СПб.: Питер,

2003.

3.Скрипкина Т.П. Доверие в социально-психологическом взаимодействии. Ростов-на-Дону: Издательство РГПУ, 1997.

Индивидуальные ценности и межличностные ориентации мужчин и женщин, партнеров в парах с разным статусом близких отношений

Позняков В.П., Поддубный С.Е.

ФГБУН Институт психологии РАН, Москва, Россия pozn_v@mail.ru

Публикация подготовлена при финансовой поддержке РНФ (проект

№22-28-00356)

Вдокладе представлены результаты эмпирического исследования личностных особенностей мужчин и женщин, партнёров в парах близких отношений различного статуса (романтические отношения, незарегистрированный («гражданский») брак, официальный брак). Работа выполнена в рамках реализации научного проекта «Личностные предикторы перехода молодых людей к семейнобрачным отношениям» [2]. Для сбора эмпирических данных были использованы: опросник индивидуальных ценностей С. Шварца в адаптации В.Н. Карандашева [1] и опросник межличностных

ориентаций (методика FIRO B.В. Шутца) в адаптации А.А.

663

Рукавишникова [3]. В ходе исследования было опрошено 170 гетерогенных по полу пар (мужчина и женщина) в возрасте от 18 до 35 лет. Статистический анализ данных выполнен с использованием программ STATISTIСA 10. Первичная обработка результатов тестирования проводилась с помощью аппаратно-программного психодиагностического комплекса «Мультипсихометр-05» с переводом «сырых» оценок в стандартную 10-балльную шкалу стенов, что позволило использовать методы параметрической статистики [4]. В качестве статистических методов использовались: Т - критерий Стьюдента для независимых, а также однофакторный дисперсионный анализ ANOVA – выборок для выявления значимых различий в личностных особенностях представителей сравниваемых групп.

В результате исследования были выявлены как общие для всей выборки, без учета половой принадлежности, различия в личностных особенностях между партнёрами, состоящими в близких отношениях разного статуса, так и специфические (зависимые от пола партнёров) различия между ними. Для представителей романтических пар наиболее значима ценность Доброта (4,99) – сохранение и повышение благополучия близких людей. Для представителей сожительствующих пар наиболее значима ценность Власть (5,38) – потребность контролировать людей и ресурсы и наименее значима – ценность Доброта (4,35). Представителей супружеских пар отличает сравнительно низкая значимость ценности Власти (4,61).

Сравнение личностных особенностей мужчин и женщин по всей выборке показало, что для мужчин достоверно более значимы такие ценности, как Конформность (5,58 против 4,48) и Власть (5,28 против 4,73). Достоверные различия также обнаружены по таким характеристикам, как Выраженное поведение в области контроля (6,46 против 5,73), Требуемое поведение в области включения (4,85 против 4,21) по опроснику В. Шутца.

Выявлены значимые различия в личностных особенностях мужчин и женщин с разным статусом близких отношений. У мужчин, состоящих в отношениях сожительства, достоверно наиболее выражена значимость ценности Власть (5,73), а у мужчин-супругов она наименее значима (4,83). Для сожительствующих женщин наиболее значима ценность Власть (5,04) и наименее – ценности

664

Доброта (4,27) и Самостоятельность (4,64). Для женщин, состоящих в романтических отношениях, наиболее значимы ценности Доброты (5,09) и Самостоятельности (5,59). У женщин, состоящих в супружеских отношениях, максимальные показатели требуемого поведения в области аффекта (4,42), они в наибольшей степени нуждаются в близких эмоциональных отношениях. Для них наименее значима ценность Власть (4,39).

Перспективы дальнейших исследований авторы связывают с выявлением и анализом личностных особенностей мужчин и женщин, которые могут выступать предикторами (статистическими предпосылками) перехода молодых людей от добрачных, внесемейных отношений (регулярных встреч и совместного проживания) к полноценным семейнобрачным отношениям. Практическая значимость результатов исследования состоит в том, что они могут быть использованы для научного обоснования практических рекомендаций для руководителей и специалистов, занимающихся поддержкой и развитием института семьи в современном российском обществе, а также в практике индивидуального и семейного консультирования.

Литература

1.Карандашев В.Н. Методика Шварца для изучения ценностей личности: концепция и методическое руководство. Спб., 2004.

2.Позняков В.П., Поддубный С.Е., Панфилова Ю.М.

Личностные факторы перехода молодых людей к семейнобрачным отношениям. замысел и программа эмпирического исследования // Ярославский педагогический вестник. 2022.

№ 3 (126). С. 144-150.

3.Рукавишников А.А. Опросник межличностных отношений. – НПЦ «Психодиагностика», Ярославль, 1992.

4.Универсальная психодиагностическая система «Мультипсихометр». Методическое руководство. Том 1. М.:

ООО «Информационные психотехнологии», 2014.

665

Показатели привязанности и семейного функционирования у взрослых с различными семейными дисфункциями в период детства

Полякова И.С. Красило Д.А.

МГППУ, Москва, Россия irene.poliakova@gmail.com krasilo@list.ru

Проблема привязанности и специфики семейного функционирования у взрослых в контексте особенностей детскородительских отношений только начинает изучаться в отечественной психологической парадигме исследований [3, 2]. Цель актуального эмпирического исследования: выявить различия в показателях привязанности и семейного функционирования взрослых в зависимости от различных признаков дисфункциональности их родительских семей. Выборка исследования составила 60 человек в возрасте от 23 до 60 лет, из них 13 мужчин и 47 женщин. Распределение по семейному статусу: 39 человек в браке; 5 – в разводе; 2 – в гражданском браке; 4 – в отношениях. 48 респондентов имеют собственных детей и 12 – не имеют. В отношении респондентов установлены признаки дисфункции их родительской семьи по следующим критериям: полнота родительской семьи; злоупотребление родителей алкоголем; а также опыт переживания физического насилия в родительской семье [5].

Дизайн эмпирического исследования предполагает разделение испытуемых на группы по признаку наличия в их родительской семье той или иной дисфункции с последующим сравнением статистической разницы между данными группами по показателям привязанности и семейного функционирования. Для анализа привязанности использованы 2 методики: 1. «Мульти-опросник измерения романтической привязанности у взрослых – MIMARA» в адаптации Т.Л. Крюковой, О.А. Екимчик; 2. Методика «Самооценка генерализованного типа привязанности (RQ)» К. Бартоломью и Л. Хоровиц в адаптации Т.В. Казанцевой. Для оценки семейного функционирования использован опросник «Шкала семейного окружения ШСО» Р. Мус и Б. Мус в адаптации С.Ю. Куприянова. Для

666

статистического расчета эмпирических данных использован непараметрический критерий U-Манна-Уитни для анализа различий между двумя независимыми группами. Расчеты проведены в компьютерном программном пакете SPSS 22.0 for Windows.

Предварительный анализ направлен на выявление различий по заявленным показателям между группами мужчин и женщин, что позволяет глубже понять специфику проявления привязанности и отдельных показателей семейного функционирования. В рамках анализа показателей привязанности между мужчинами и женщинами выявлены различия лишь по таким стилям романтической привязанности, как «ревность» (U = 108,000; p ≤ 0,01) и «цепляние за партнера» (U = 164,000; p ≤ 0,05). Оба стиля привязанности в большей степени характерны для женщин. Данный результат может отражать действие гендерных социокультурных стереотипов, согласно которым женщине предписывается большее стремление к построению романтических и, впоследствии, супружеских отношений, наличие или отсутствие которых в большей степени определяет ее самооценку, чем самооценку мужчины. В восприятии характеристик семейного окружения мужчинами и женщинами статистически достоверных различий не выявлено.

Установлено, что выходцам их полных родительских семей характерен больший уровень доверия в романтических отношениях, чем взрослым, выросшим в неполных семьях (U = 222,500; p ≤0 ,05). Полученные данные могут быть связаны с тем, что выходцы из неполных семей не имели модели полноценных доверительных отношений между мужчиной и женщиной. В связи с этим у них могла не сформироваться привычка доверять партнеру. Также выходцы их неполных семей могли быть свидетелями разводов и сопутствующих этому конфликтов, что могло сформировать у них негативные ожидания по отношению к представителям противоположного пола [4]. Различий в показателях семейного функционирования между взрослыми представителями полных и неполных родительских семей не выявлено.

Установлено, что взрослые, выросшие в семьях, где хотя бы кто-то из родителей злоупотреблял алкоголем, проявляют более высокие значения по такому стилю романтической привязанности, как «стремление к сближению» (U = 295,500; p ≤ 0,05). Результат, на наш

667

взгляд, объясняется тем, что взрослым женщинам из алкоголизированных семей свойственны созависимые черты характера, особенно, если алкоголем злоупотреблял мужчина (из 60 испытуемых 47 – женщины). Из особенностей семейного функционирования установлено, что взрослым, которые выросли в семьях алкоголиков, в меньшей степени характерны семейная конфликтность (U = 295,500; p ≤ 0,01), а также меньший уровень ориентации на интеллектуально-культурные ценности (U = 282,000; p ≤ 0,01). Это может быть связано с повышенный уровнем страха взрослых, выросших в семье алкоголиков, перед потенциально конфликтами ситуациями, в связи с чем во взрослом возрасте они стремятся избегать данных ситуаций. Более низкий уровень интеллектуально-культурных интересов может быть связан с дефицитом интереса к культурной сфере в алкоголизированных семьях [1; 5].

Статистически достоверных различий между группами взрослых, выросших в условиях наличия или отсутствия физического насилия в семье, по критерию стиля привязанности не выявлено. Установлено, что взрослые, не переживавшие насилия в родительской семье, склонны отмечать больший уровень сплоченности (U = 273,500; p ≤ 0,01), а также конфликтности (U = 202,500; p ≤ 0,01) в семейных отношениях. Результат, на первый взгляд, является неожиданным, однако, более высокий уровень конфликтности в семьях взрослых без опыта насилия в детстве, на наш взгляд, является, скорее, копинговым фактором, позволяющим канализировать напряжение от периодически назревающих противоречий [4]. В свою очередь, взрослые, пережившие в детстве опыт насилия, по нашему мнению, избегают конфронтации, в том числе, если она несет конструтивную функцию. Такие взрослые, имея опыт насилия, могут также иметь пониженные пороги переживания дистресса на малейшую ситуацию конфронтаии,

всвязи с чем, по-видимому, стремятся избагать не просто любых конфликтов, но и любой конфронтации в целом [1].

Таким образом, в результате эмпирического исследования установлено, что наличие отдельных факторов семейной дисфункции

вродительской семье действительно связано со спецификой проявления взрослыми воспитанниками, как некоторых особенностей привязанности, так и особенностей семейного функционирования.

668

Литература

1.Боулби Дж. Создание и разрушение эмоциональных связей. М. 2006.

2.Кожухарь Г.С., Кочетков Н.В., Красило Д.А., Красило Т.А., Крушельницкая О.Б., Новгородцева А.П., Орлов В.А., Погодина А.В., Расходчикова М.Н., Сачкова М.Е., Хаймовская Н.А., Шнейдер Л.Б. Социальная психология образования. Практикум: учебное пособие. М.: ИНФРА-М, 2021. 262 с.

3.Красило Д.А. Автономия и привязанность в отношениях с родителями в контексте реального самоопределения у студентов // Социальная психология и общество. 2021. Т 12. №1.

4.Олифирович Н.И. Психология семейных кризисов. СПб. 2006.

5.Эйдемиллер Э.Г. Семейный диагноз и семейная психотерапия. Учеб. пособ. для врачей и психологов. СПб. 2005.

Копинг-стратегии в воинском коллективе у военнослужащих с разным уровнем самооценки

Пономарева О.Д., Завгородняя И.В.

ФГБОУ ВО ВГУ, Воронеж, Россия oximoon@yandex.ru, zavgorodnyai@mail.ru

В современных условиях внешнеполитическая ситуация создает повышенный интерес к личностным особенностям военнослужащих и их проявлениям в воинском коллективе. Специфика профессиональной деятельности военных заключается в погруженности в стрессовые ситуации, требующие сознательного совладания с ними для самосохранения и эффективного решения поставленных задач. Копинг-стратегиями называют поведенческие, эмоциональные, когнитивные стратегии, используемые личностью для преодоления стресса и совладания с ним [1].

Самооценка служит основой, на которой человек выстраивает свои взаимоотношения с окружающими его людьми. Самооценка – это

669