книги2 / 398-1

психология и психология труда. 2022. Т. 7. № 4. С. 167 -194. DOI: 10.38098/ipran.opwp_2022_25_4_008

10.Лобанова Ю.И. Типичные эмоции, склонность к планирующему стилю деятельности и аварийность водителей // Человек и транспорт. Эффективность, безопасность, эргономика: Материалы 111 Международной научнопрактической конференции, СанктПетербург. 15-18 сентября 2014г. СПб., 2014. С. 337-341.

11.Мельникова О.В. Архитектура и политика // Мельникова О.В. В сборнике: Архитектура - строительство - транспорт. / Материалы 74-й научной конференции профессорскопреподавательского состава и аспирантов университета, в 2-х

частях. 2018. С. 192-194.

Социальная и этническая идентичность как фактор доверия политической власти у молодежи

Лобза О.В.

ОФ МГИМО МИД России, Одинцово, Россия o.lobza@odin.mgimo.ru

В эпоху политической нестабильности тема влияния социальной и этнической идентичности на доверие политической власти в стране приобретает особую значимость. По словам президента РФ В.В. Путина, для успешного решения задач, стоящих перед страной важна не только эффективная экономика и компетентное управление, но и солидарность людей, чувство сопричастности судьбе Отечества и ответственность за его настоящее и будущее, то что принято называть гражданской и этнической идентичностью. Формирование социальной и этнической идентичности находится в прямой зависимости от политической системы, представляющей интересы всех социальных групп, регионов страны и этнических сообществ [1].

Термин идентичность в психологии был впервые использован американским психологом У. Джеймсом, заслуга в более детальном изучении и определении механизмов формирования идентичности принадлежит известному психологу Э. Эриксону [5]. С точки зрения

500

автора идентичность это принимаемый образ себя во всем богатстве отношений личности к окружающему миру. Российский психолог М.Ю. Кондратьев определяет идентичность как осознание личностью своей принадлежности к той или иной социально-личностной позиции

врамках социальных ролей и эго состояний [2].

Всовременной науке существует определенная сложность в понимании термина «доверие». Это обусловлено, с одной стороны тем, что данный феномен изучается в контексте различных наук о функционировании человека и общества, с другой, многогранностью его конструкции и в связи с этим невозможностью создания какоголибо универсального определения. По мнению Т.П. Скрипкиной доверие – это чувство надежности и безопасности, испытываемое человеком по отношению к объектам и субъектам окружающего мира, основанное на вере в их положительный характер [3]. Доверие политической власти может рассматриваться как чувство убежденности электората в правильности действий публичных институтов власти, которые вызывают ощущение безопасности и надежности. В качестве социально-психологических факторов, определяющих уровень доверия власти, могут выступать как внешние (экономические, географические и т.п.) так и внутренние факторы (личностные особенности, ценностные ориентации, удовлетворенность жизнью, социальная идентичность и др.).

Цель исследования – изучить особенности доверия политической власти у молодежи и определить специфику влияния социальной и этнической идентичности на уровень доверия политическим институтам власти.

Висследовании принимали участие студенты магистратуры МГИМО и МГЛУ в возрасте 25-30 лет, в количестве 74 человек (44 девушки и 30 юношей). Для реализации цели исследования использовались: авторский опросник «Доверие политической власти», разработанный О.В. Лобза; Методика изучения социальной идентичности Л.Б. Шнейдер; Типы этнической идентичности Г.У. Солдатовой, С.В. Рыжовой; Шкала идеологической эго-идентичности, OMEIS-R Дж. Адамс. В качестве метода математической статистики применялся метод параметрической статистики k-Пирсона. Исследование проводилось в июне 2022 года.

501

Врезультате исследования было выявлено, что большинство респондентов, а именно 57%, доверяют власти, принимают активное участие в политической жизни страны, положительно оценивают проводимую государством политику, на предстоящих выборах готовы отдать свой голос за действующую власть, уверены в завтрашнем дне

ичувствуют себя защищенными. Амбивалентное отношение к действующей политической власти испытывают около 28 % опрошенных и 15 % выразили недоверие власти. Амбивалентно настроенные и не доверяющие молодые люди не чувствуют себя в безопасности, не верят заявлениям и обещаниям действующей власти, не согласны с утверждением, что современный политический курс направлен на повышение качества жизни населения и не поддерживают политический курс правительства.

Врезультате корреляционного анализа были обнаружены прямые взаимосвязи между доверием политической власти и социальной идентичностью (r = 0,37), принятой эго-идентичностью (r = 0,38), позитивной этнической идентичностью (r = 0,45) и этнофанатизмом (r = 0,55). Обратная взаимосвязь обнаружена между уровнем доверия власти и этнической индифферентностью (r = -0,34). Так, молодых людей, доверяющих политической власти, отличает толерантность по отношению к собственной и другим этническим группам, готовность защищать принятые этнические интересы, а также достаточно устойчивая система ценностей, обязательств и убеждений, сформированных под влиянием семьи и социума. Для юношей и девушек с низким уровнем доверия власти характерны социальная отчужденность, сомнения в ценности собственной личности, размывание этнической идентичности, выраженное в неопределенности этнической принадлежности или ее отрицании. Наши данные подтверждаются результатами исследования, проведенного В.А. Федотовой в 2022 году, в котором принимали участие молодые россияне в возрасте 18-34 лет, проживающие в разных регионах РФ. В исследовании показано, что этническая идентичность оказывает влияние на общий уровень доверия власти, тем не менее не влияет на готовность к политическому поведению [4]. Таким образом, политика идентичности может стать весьма существенным оружием в руках власти и открывать широкие

502

возможности с одной стороны для укрепления ее легитимности, с другой для подрыва ее авторитета.

Литература

1.Ачкасов В.А. Политика идентичности в современном мире. Вестник СПбГУ. Серия 6. 2013. Вып. 4. С. 71-77.

2.Кондратьев М.Ю., Ильин В.А. Азбука социального психологапрактика. М.: ПЕР СЭ, 2007. 464 с.

3.Скрипкина Т.П. Психология доверия: учебное пособие для высших учебных заведений. М., 2000. 264 с.

4.Федотова В.А. Доверие к власти у современной российской молодежи: роль ценностей и этнической идентичности // Политика и Общество. 2022. № 2. С.14-27.

5.Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М., 1996. 344 с.

Просоциальные молодежные субкультуры: взгляд в будущее

Логвинова М.И.

ФГБОУ ВО КГУ, Курск, Россия landaurita@mail.ru

Всовременном мире, в котором и так долгосрочные перспективы и социальный оптимизм личности подвергаются воздействию различных факторов (рост социального неравенства, экономические трудности, негативные изменения климата, техно-гуманитарный дисбаланс и др.), постоянно появляются новые угрозы и вызовы. Так, одним из подобных вызовов последних лет выступила пандемия коронавируса, способствующая созданию ситуации витальной угрозы

[3].

Внастоящее время, в условиях проведения специальной военной операции, также, прежде всего для жителей приграничных районов, сохраняется непосредственная угроза жизни и здоровью, в ряде регионов, в том числе в Курской области, более года действует высокий уровень террористической опасности, приграничные населенные пункты находятся под обстрелом, для части населения

503

характерно переживание утраты, волнения за близких и другие психологические проблемы.

Т.А. Нестик отмечает, что в современных условиях идет поиск ролевых моделей успеха, которые были бы основаны не на экономическом процветании, а на просоциальном поведении. Ссылаясь на результаты проведенного исследования, он пишет о связи положительной оценки будущего страны с просоциальными установками и убеждениями личности [3].

В этих условиях особый научный интерес вызывает исследование ожиданий относительно будущего представителей молодежных субкультур просоциальной направленности.

Молодежная субкультура просоциальной направленности в нашем понимании – это неформальная молодежная группа, объединенная ценностями, внешними атрибутами, интересами, вкусами, жизненным стилем, проявляющимися во внеучебной (нетрудовой) сфере, не затрагивающая семейных и трудовых отношений, ориентированная на модели просоциального поведения. К подобным сообществам могут быть отнесены волонтерские отряды, патриотические клубы, студенческие советы и иные молодежные группы при условии, что они отвечают ряду признаков [2; 4].

Базу исследования составила учащаяся молодежь в возрасте от 14 до 19 лет – старшеклассники и студенты колледжей. В выборку исследования было включено 45 представителей молодежных субкультур просоциальной направленности, действующих на базе колледжей, средний возраст – 17 лет, 91% – девушки, 9% – юноши. Среди школьников – представителей просоциальных сообществ (n = 64) средний возраст составил 15,5 лет, женский пол – 80%, мужской – 10%. Общий объем выборки – 109 человек.

Методический блок исследования включил «Тест диспозиционного оптимизма» (Ч. Карвер, М. Шейер, в адаптации Т.О. Гордеевой, О.А. Сычева, Е.Н. Осина); опросник «Социальное самоопределение» (А.С. Чернышев), анкетирование, математико-статистические методы.

Исследование проводилось онлайн, было добровольным и анонимным.

Методика «Тест диспозиционного оптимизма» опирается на понятие диспозиционного оптимизма, под которым понимается «личностная черта, представляющая собой обобщенную тенденцию человека верить в то, что в будущем его ждет больше хороших событий, чем плохих» [1, с. 6]. Анализ научных исследований

504

показывает, что оптимизм рассматривается как предиктор физического здоровья и удовлетворенности отношениями, отрицательно коррелирует с депрессией, способствует предупреждению развития посттравматических расстройств [1].

Методика «Социальное самочувствие» (А.С. Чернышев) предполагает ответ на вопрос: «Каким вы себя видите через 10 лет?», позволяет анализировать образ будущего личности и характеристики

еесоциального самоопределения.

Входе анкетирования устанавливалась принадлежность респондента к молодежной субкультуре просоциальной направленности.

Представим полученные результаты:

- среди школьников – представителей просоциальных молодежных субкультур преобладают средние значения по шкале диспозиционного оптимизма (57,8%), при этом оптимизм выявлен у 37,8% процентов опрошенных, а пессимизм установлен лишь в 2,2% случаев, наблюдается преобладание позитивных ожиданий относительно будущего;

- среди студентов колледжей – представителей просоциальных молодежных субкультур также преобладают средние значения по шкале диспозиционного оптимизма (58,3%), оптимизм выявлен в 47,3% случаев, доминируют позитивные ожидания относительно будущего;

- образ будущего участников просоциальных сообществ (на базе колледжей) характеризуется следующими составляющими: позитивный образ будущего сложился у 75% опрошенных, 17% затруднились составить данный образ, отрицательный образ будущего выявлен у 8% исследуемых; в 67% случаев в образе будущего отражаются характеристики, связанные с профессиональной самореализацией и личностным ростом, в 10% случаев – с созданием семьи;

- образ будущего участников просоциальных сообществ (на базе школ) включает следующие черты: не сложился образ будущего у 8% респондентов, у 90% опрошенных образ своего будущего включает позитивные характеристики, лишь у 2% – отрицательные, каждый пятый (25%) хочет видеть себя успешным, профессиональное самоопределение прослеживается в таком же количестве случаев (25%), в 11% случаев прослеживается ориентация на семью, любовь.

505

На основе вышесказанного можно сделать вывод о том, что для представителей просоциальных молодежных субкультур характерно преобладание позитивных ожиданий относительно будущего.

Литература

1.Гордеева Т.О., Сычев О.А., Осин Е.Н. Диагностика диспозиционного оптимизма, валидность и надежность опросника ТДО-П // Психология. Журнал ВШЭ. 2021. №1. С.

34-55.

2.Логвинова М.И. Разработка и апробация методики «Диагностика признаков молодежной субкультуры в малых социальных группах» // Экспериментальная психология. 2022.

Т. 15, № 4. С. 216-230. DOI 10.17759/exppsy.2022150414. EDN IQLCOK.

3.Нестик Т.А. Образ будущего, социальный оптимизм и долгосрочная ориентация россиян: социальнопсихологический анализ // Социодиггер. 2021. Т.2. № 9(14). С.

6-48.

4.Чернышев А.С., Гайдар К.М. Социальное самоопределение субъектов в системе современного образования // Национальный психологический журнал. 2010. №2. С. 112117.

Представления подростков об оценивании нормативностидевиантности характеристик взаимодействия сверстниками и взрослыми

Лукьянченко Н.В., Захарова Л.С., Аликин М.И.

ФГБОУ ВО СибГУ им. М.Ф. Решетнева, Красноярск, Россия zls-24@mail.ru, lukyanchenkonv@gmail.com, pm2486@mail.ru

Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 22-28-20026, https://rscf.ru/project/22-28-20026/ совместно с Красноярским краевым фондом поддержки научной и научнотехнической деятельности.

Выстраивание подростком представлений о нормах и соответствии им осуществляется в сложном социальном контексте, включающем

506

образцы взрослых и сверстников, родителей и друзей. Эти представления можно характеризовать в нескольких ракурсах: содержательном (используемые критерии); оценочном (в какой степени полагается поведение нормативным или отклоняющимся); в соотношении своих оценок с оценками иных социальных субъектов. Для проблемы представлений о нормативности-девиантности важное значение имеет выявление типологических особенностей.

В соответствии с этим было проведено исследование оценочных представлений подростков. Первоначально посредством анкетирования выявлялись используемые подростками критерии нормативного оценивания [1]. На основе полученных данных был разработан опросник, в котором предлагается оценить 25 характеристик поведения, исходя из позиций своей, своих друзей, родителей, большинства сверстников и большинства взрослых. Респонденты - 116 красноярских подростков. Результаты опроса включились в процедуру кластерного анализа, позволившего определить три группы в соотношении 48 %, 36 % и 16% от объема выборки.

По особенностям оценочных представлений группы можно назвать «Я против!» (выраженное неприятие различных проявлений негативной девиантности); «Я за!» (сравнительно высокие оценки проявлений позитивной девиантности: социальных достижений и помогающих отношений); «Я не за и не против» (невысокие оценки позитивной девиантности при толерантности к криминогенным и буллинговым действиям) [2].

Данные каждой группы проанализированы также в аспекте соотнесения собственных оценок с тем, как респонденты представляют оценки других субъектов. Анализ оценок восьми имеющих выраженное дифференцирующее для групп значение характеристик взаимодействия показал следующее.

По выборке в целом у пяти характеристик взаимодействия крайние значения (наименьшее и наибольшее) имеют представляемые подростками оценки родителей и сверстников. Это характеристики, которые можно отнести к образу социально положительного героя: честность, уравновешенность поведения при разногласиях, неприемлемость публичного обнажения и поддержки буллинговых проявлений друзей, возможность установления доверительных

507

отношений за пределами группы принадлежности. Родительские оценки в глазах подростков соответствуют «правильному», а оценки сверстников ближе к «неправильному» полюсу. Оценки выраженных Я-проявлений (отстаивание своего мнения и поведение в соответствии с собственными потребностями) наименьшие приписываются родителям, а наибольшие – себе. Друзья видятся как наиболее принимающие свободу в отношениях. Среднее значение их оценок проявления симпатии к кому-либо при наличии близких отношений соответствует уровню «предмет» гордости, в то время как родители такое поведение не склонны одобрять.

В представлениях подростков первой и второй групп обнажение в публичных местах и поддержка буллинга наиболее осуждаемы родителями, наименее – сверстниками; отстаивание своего мнения и честность наиболее ценимы ими самими в сравнении с другими людьми. У первой группы наименьшее соответствие социально желательным характеристикам имеют оценки сверстников, у второй – оценки друзей.

Уреспондентов второй группы оценки честности одинаково высокие значения имеют и в собственном мнении, и в представляемом мнении родителей. Но отстаивание своего мнения и эгоцентрическое поведение у родителей в видении подростков этой группы самые неодобряемые, а в собственном мнении самые высоко оцениваемые по сравнению с оценками других субъектов. Выше всех респонденты второй группы оценивают свободу в установлении доверительных отношений за пределами дружеской компании. А в представлении подростков первой группы поведение в соответствии с собственными желаниями независимо от отношения и самочувствия окружающих в наибольшей степени принимается сверстниками, для самих же респондентов и их друзей оно менее приемлемо.

Наивысшие оценки «отстаивания своего мнения» и «честности» принадлежат, по мнению респондентов, им самим. Но, если для отстаивания своего мнения наименьшие оценки приписываются взрослым в целом и родителям, то наименьшими ценителями честности в глазах подростков второй и третьей группы являются сверстники.

Утретьей группы респондентов оценки выраженного

508

уравновешенность, эгоцентрическое поведение) ниже, чем у респондентов других групп. Эти подростки обгоняют в конформности даже родителей. Представители третьей группы меньше других подростков поддерживают поведение «против течения» относительно группы: как близкое к приемлемому оценивают поддержку буллингового поведения друзей и не особенно одобряют установление доверительных отношений с кем-то помимо уже имеющихся.

Результаты исследования показали, что, оценивая нормативность характеристик взаимодействия, которые можно отнести к социально желательным, свои оценки подростки видят как промежуточные между оценками взрослых и сверстников. Крайними (самыми низкими или высокими) подростки видят собственные оценки самопроявления и проявления свободы отношений во взаимодействии. Выявлено, что выделенные на предыдущем этапе исследования типологические группы подростков, различающиеся общей уровневой тенденцией оценок, имеют отличительные особенности в соотношении собственных оценок с представляемыми оценками сверстников и взрослых.

Литература

1.Лукьянченко Н.В., Аликин И.А., Захарова Л.С. Оценочные представления современных подростков о нормативности/девиантности // Психология в системе социально-производственных отношений : сборник материалов V Международной научно-практической конференции, Красноярск, 28 октября 2022 г. Красноярск: ФГБОУ ВО СибГУ, 2022. С. 99-103.

2.Лукьянченко Н.В., Захарова Л.С., Аликин М.И. Стилевые особенности оценки подростками девиантности // Социальная психология: вопросы теории и практики. Материалы VII Международной научно-практической конференции памяти М.Ю. Кондратьева «Социальная психология: вопросы теории и практики» (12–13 мая 2022 г.). М.: ФГБОУ ВО МГППУ,

2022. С. 241-243.

509