!Учебный год 2024 / Цифровое право / tom-1

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

общественности в обсуждение вопросов перспективного планирования позволяет остановить деятельность, реализация которой способна повлечь серьезный экологический вред, с другой – может уменьшить сопротивление жителей в случаях, когда экологический вред и негативное воздействие на окружающую среду предотвратимы за счет конкретных природоохранных решений проектируемых задач. В любом случае следует говорить о достаточном и необходимом влиянии граждан, интересы которых затрагиваются проектируемой деятельностью, в решении вопросов СЭО, что обеспечивается правовым институтом общественной экологической экспертизы (далее – ОЭЭ).

Экологическая экспертиза представляет собой «установление соответствия документов и (или) документации, обосновывающих намечаемую в связи с реализацией объекта экологической экспертизы хозяйственную и иную деятельность, экологическим требованиям, установленным техническими регламентом и законодательством в области охраны окружающей среды, в целях предотвращения негативного воздействия такой деятельности на окружающую среду» [4] (ст. 1).

Понятие ОЭЭ нормативно не закреплено, вместе с тем регламентация порядка ее проведения содержится в главе IV Федерального закона «Об экологический экспертизе» (ст. 20) [4], однако, руководствуясь легальным определением «экологической экспертизы» и спецификой ее проведения, мы можем утверждать, что ОЭЭ представляет собой СЭО, организуемую и проводимую общественными организациями, зарегистрированными в установленном законом порядке, уставные документы которых содержат положения об охране окружающей среды, проведении экологических экспертиз по инициативе заинтересованных граждан, общественности, органов местного самоуправления.

ОЭЭ, исходя из данного нормативного понятия, есть процедура общественного участия по вопросу оценки воздействия проектируемой деятельности на окружающую среду, проверки правомерности проведения и реализации соответствующего проекта, подлежащего государственной экологической экспертизе.

Процедура ОЭЭ обеспечивает раскрытие экологической информации, получение которой гарантируется ст. 42 Конституции Российской Федерации (каждому принадлежит право на получение достоверной информации относительно состояния окружающей среды).

Отсюда заключим, что в ходе ОЭЭ обеспечивается получение заинтересованными лицами информации, относительно состоянии окружающей среды, что образует связь между государством иобществом, уменьшая асимметрию на участие в СЭО. Согласимся, что «раскрытие экологической информации – это революционная система управления окружающей средой, дополняющая традиционные командно-контрольные и рыночные подходы, что именуется третьей волной мер экологического регулирования» [6].

Вместе с тем стоит отметить, что получение экологически значимой информации при проведении ОЭЭ отличается от информации о состоянии окружающей среды общедоступной информацией, за исключением информации, отнесенной законодательством Российской Федерации кгосударственной тайне, доступ ккоторой не может быть ограничен (ст. 4.3) [3], так как в отношении первой достаточно часто

331

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

компании, организации, проектирующие объекты, подлежащие государственной экологической экспертизе, раскрывают далеко не всю информацию, ссылаясь на коммерческую тайну или большой объем информации, либо предоставляют такую информацию на бумажных носителях, ознакомление с которой для всех заинтересованных лиц при проведении ОЭЭ затруднительно (например, сообщается, что

спроектной документацией возможно ознакомиться на территории органа местного самоуправления в определенный временной период без возможности копирования ввиду коммерческой тайны, что затрудняет реальные возможности ознакомления

сней, ее копирования, анализа и прогнозной оценки). В этой связи обеспечение доступа к экологической информации и ее раскрытие при проведении ОЭЭ обеспечивается различными технологиями цифровизации, применение которых позволяет обеспечить:

а) качество и результат СЭО планируемой деятельности в разрезе природоохранного назначения;

б) связь между раскрытием экологической информации и заботой об окружающей среде, которая представляет собой «перевернутую U образную зависимость, согласно которой раскрытие экологической информации оказывает наибольшее влияние на общественную экологическую озабоченность и при увеличении степени раскрытия экологической информации на 1 % общественная экологическая обеспокоенность может увеличиться на 1,7 %» [6].

Говоря о применяемых при проведении ОЭЭ информационных технологий, следует отметить, что они в условиях цифровизации практически любого процесса и деятельности в современной России технически, методологически и информационно обеспечивают проведения ОЭЭ на всех ее этапах. Так, подготовка экспертного заключения ОЭЭ начинается с регистрации обращения или заявления заинтересованных лиц. Обычно это либо общественные организации, осуществляющие свою деятельность в области охраны окружающей среды, либо граждане, интересы и экологические права которых могут быть нарушены планируемой деятельностью, либо органы местного самоуправления.

Вэтой связи процедура инициации общественной экологической экспертизы базируется на информации в форме заявления, передаваемого лицу, которое проводит общественную экологическую экспертизу, и субъекту, который производит регистрацию инициатив ОЭЭ (орган местного самоуправления в месте реализации проектируемых изменений, деятельности). В целях оперативности подача и регистрация соответствующих документов, заключение договоров в цифровом обществе осуществляются путем дистанционного обмена документами, с применением электронно-цифровых подписей, сайта «Госуслуги» и т. п.

Оценка планируемой деятельности входе ОЭЭ производится на основе анализа большого объема проектной документации (в зависимости от объекта ОЭЭ может анализироваться более 10 томов), в то же время для подготовки экспертного заключения требуется получение дополнительной информации на подаваемые экспертной организацией, проводящей ОЭЭ, которая также объемна, поэтому анализируемая

информация предоставляется и фиксируется в электронном виде.

Электронная форма документации и электронное взаимодействие участников общественной экологической экспертизы требуется и для сокращения сроков

332

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

проведения ОЭЭ, которые обычно сжаты и обусловлены необходимостью быстрой реакции на заявление о проведении ОЭЭ с целью обеспечения своевременного представления заключения ОЭЭ на государственную экологическую экспертизу.

К информационным технологиям, обеспечивающим информатизацию ОЭЭ, можно отнести, например, сведения публичной кадастровой карты, которые позволяют дать оценку воздействия проектируемой в будущем деятельности, например, на земельные ресурсы и определить режим землепользования, требуемое зонирование и т. д., данные, полученные из Google-карт, сведения с сайтов органов государственной власти и местного самоуправления, электронные красные книги животных и растений, данные экологического мониторинга, результаты мониторинга атмосферного воздуха, справочники наилучших доступных технологий.

Отсюда информатизация проведения ОЭЭ при «создании оптимальных условий максимально полного удовлетворения информационно-правовых потребностей государственных и общественных структур, предприятий, организаций, учреждений и граждан на основе эффективной организации и использования информационных ресурсов» [2] позволяет дать СЭО относительно соответствия проектируемой деятельности экологическому законодательству.

Информатизация ОЭЭ и получаемая в результате ее проведения СЭО должна обеспечивать реализацию и соблюдение одного из основополагающих принципов – презумпции потенциальной экологической опасности любой намечаемой хозяйственной и иной деятельности, т. е. такого предположения, принятие которого позволяет дать оценку наибольшему количеству проектов ирешений, так или иначе затрагивающих воздействие на окружающую среду. В этом значении представляется, что информатизация процедуры экологической экспертизы позволяет решить следующие проблемные задачи.

Во-первых, за счет информационных технологий снижается забюрократизированность и «антиразвитие» процедуры проведения общественной экологической экспертизы и демонстрируется модернизациия в сторону разбюрократизации.

Во-вторых, информатизация повышает экономическую эффективность и снижает затратность проведения общественной экологической экспертизы. Так, информационное взаимодействие и коммуникации позволяют элементарно экономить на почтовых услугах, применяемых для пересылки корреспонденции в ходе информационного обмена, снижать стоимость печатных затрат, так как электронная форма большинства документов, проектной документации в электронном виде позволяет производить ее изучение, оценку, обмен информацией, согласование позиций экспертов без лишних трат на использование бумажных носителей. Эксперты, участвующие в общественной экологической экспертизе, зачастую территориально проживающие не в месте реализации планируемого проекта, за счет электронных баз данных, карт, информационных сборников, видеосвязи могут давать заключения относительно объекта исследования дистанционно.

Повышение экономической эффективности ОЭЭ за счет информационных технологий выступает положительной тенденцией еще и потому, что в последние годы все чаще высказывается критика в части отсутствия целесообразности в проведении общественных экологических экспертиз именно вследствие их стоимости.

333

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

Затратный метод в большинстве случаев ложится в основу принятия решения (положительного или отрицательного) гражданами и общественными организациями по вопросу проведения общественных экологических экспертиз. Поэтому повышение экономической эффективности за счет информационных технологий может только приветствоваться.

В третьих, информатизация позволяет обеспечить возможность моделирования,

втом числе визуализированного, за счет VEB-технологий, последствий негативного воздействия на окружающую среду. При таких обстоятельствах информационные технологии, обеспечивающие моделирование проектируемой ситуации входе ОЭЭ, необходимы и целесообразны в применении.

В четвертых, информатизация позволяет наиболее качественно фиксировать и учитывать мнение общественности в ходе ОЭЭ путем проведения опросов, обмена мнениями и информацией на информационных площадках всоциальных сетях ит. п.

В пятых, информатизация ОЭЭ позволяет унифицировать ОЭЭ, обеспечив ее верифицируемость и распространение участникам соответствующих правоотношений.

Ксожалению, ОЭЭ в России рассматривается как некий «протестный инструмент в уже сложившейся конфликтной ситуации с намерением не допустить строительство экологически опасного объекта» [1. С. 94–96], поэтому полагаем, что информатизация ОЭЭ станет инструментом по приведению ОЭЭ кгарантированной действующим законодательством СЭО, направленной на предотвращение допуска строительства объектов или реализации проектов, угрожающих окружающей среде, и реализации экономически значимых предприятий, сооружений, планов, направленных на устойчивое развитие в его традиционном понимании (экономическое, социальное и экологическое развитие, обеспечивающее тенденции сохранения природы для будущих поколений). В любом случае, ОЭЭ важна и значима, так как с каждым днем загрязнения становятся все более опасными, негативно влияющими на состояние окружающей среды и здоровья человека.

Масштабы изменения окружающей среды от антропогенного воздействия демонстрируют необходимость широкого распространения информационных технологий в процедуре ОЭЭ. Поднимаемая нами в настоящем исследовании проблематика актуализирует проблему, и в формате, представленном на конференцию, позволяет лишь обозначить значимость и востребованность информатизации ОЭЭ, что с правовой точки зрения недостаточно изучено (в основном, как мы видим, исследуется информатизация антропогенной деятельности в разрезе модернизации производств и технологий). Поэтому аспекты, предлагаемые

внастоящей работе, будут положены в основу дальнейшей теоретико-правовой проработке вопроса цифровизации ОЭЭ с позиции действующего природоохранного законодательства.

Список литературы

1. Залов А. Г. Общественная экологическая экспертиза: проблемные практики и пути совершенствования // Закон и право. 2021. № 5. С. 94–96. DOI: 10.24412/2073–3313–2021–5–94–96

334

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

2.Указ Президента Российской Федерации от 28 июня 1993 г. № 966 «О Концепции правовой информатизации России» // СПС «КонсультантПлюс».URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_98561

3.Федеральный закон от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_34823

4.Федеральный закон от 23.11.1995 № 174-ФЗ «Об экологической экс - пертизе» // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_8515

5.González A., Therivel R., Lara A., Lennon M. Empowering the public in environmental assessment: Advances or enduring challenges? // Environmental Impact Assessment Review. 2022. Vol. 101, 107142. URL: https://doi.org/10.1016/j. eiar.2023.107142

6.Dan Pan, Wencheng Fan, Fanbin Kong. Dose environmental information disclosure raise public environmental concern? Generalized propensity score evidence from China // Journal of Cleaner Production. 2022. Vol. 379, P. 1, 134640. URL: https://doi.org/10.1016/j. jclepro.2022.134640

В. А. Шаршун, кандидат юридических наук, доцент, Белорусский государственный университет

ПРИМЕНЕНИЕ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА ПРИ ПОДГОТОВКЕ ПРОЕКТОВ НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ АКТОВ

Аннотация. В статье рассматриваются некоторые аспекты применения искусственногоинтеллектавнормотворческойдеятельности.Внедрениеданныхтехнологий целесообразно осуществлять в рамках цифровых платформ нормотворческойдеятельности,которыеразрабатываютсяивнедряютсявРеспубликеБеларусь и других странах. Первоочередными направлениями применения искусственного интеллекта в нормотворческом процессе представляется их использование при проведении правового мониторинга, прогнозировании последствий принятия актов законодательства, создании текстов проектов, проведении их публичного обсуждения, экспертиз и официального опубликования нормативных правовых актов. Важными задачами являются оптимизация существующих бизнес-процес- сов в сфере нормотворчества, адаптация правил нормотворческой техники к возможностям информационных технологий с целью обеспечения доступности законодательства, принятие программных документов, определяющих перспективы внедрения технологий искусственного интеллекта в различные области государственной и общественной жизни, в том числе и правовую.

Ключевые слова: право, цифровые технологии, нормативный правовой акт, нормотворчество, нормотворческий процесс, искусственный интеллект, цифровизация, официальное опубликование

335

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

ON CERTAIN ISSUES OFAPPLICATION OFARTIFICIALINTELLIGENCE IN THE PREPARATION OF DRAFT NORMATIVE LEGALACTS

Abstract. The article considers some aspects of the application of artificial intelligence in rule-making activity. It is advisable to implement these technologies within the framework of digital platforms of lawmaking, which are being developed and implemented in the Republic of Belarus and other countries. The primary directions of application of artificial intelligence in the rule-making process are their use in legal monitoring, forecasting the consequences of the adoption of legislative acts, creating texts of drafts, conducting their public discussion, expert examinations and official publication of normative legal acts. Important tasks are the optimization of existing business processes in the sphere of lawmaking, adaptation of rules of lawmaking techniques to the capabilities of information technologies in order to ensure the accessibility of legislation, adoption of policy documents defining the prospects for the introduction of artificial intelligence technologies in various areas of state and public life, including legal.

Keywords: law, digital technologies, normative legal act, rule-making, rulemaking process, artificial intelligence, digitalization, official publication

Искусственный интеллект (далее–ИИ) как новый вид информационных технологий находит все более широкое использование в различных сферах деятельности человека. Не является исключением и юридическая сфера для применения ИИ. Эти вопросы весьма широко обсуждаются в последнее время в научной литературе. Так, исследованию применения ИИ в правовой сфере большое внимание уделяли российские ученые Д. В. Пашенцев, М. В. Залоило [1, 15], Н. Н. Черногор [2],И. В. Понкин,А. И. Лаптева[3],В. В. Архипов,В. Б. Наумов[4],П. М. Морхат [5] и др. Некоторые вопросы применения ИИ и иных информационных технологий в нормотворческой деятельности в своих работах рассматривали белорусские исследователи А. М. Браусов [6], А. А. Парфенчик [7]. Вместе с тем данная тема нуждается в своем дальнейшем исследовании и выработке предложений по перспективным и прикладным аспектам правовой цифровизации, в том числе применительно к внедрению технологии ИИ в нормотворческий процесс в рамках национальной правовой системы. Это является весьма актуальным в связи с проведением работ по созданию в Беларуси автоматизированной информационной системы «Нормотворчество» (далее – АИС «Нормотворчество»), которая должна воплотить в себе все наиболее передовые разработки и, по существу, реализовать цифровой нормотворческий процесс.

Применение ИИ в нормотворчестве в определенной степени осуществляется

внекоторых странах. Так, в Италии создан проект Datafication, в рамках которого

взаконотворческом процессе используются цифровые технологии, в том числе ИИ, например, для анализа частотности использования нормативных правовых актов [8. С. 57]. Как справедливо отмечает К. Ф. Исабекова, широкое использование в нормотворчестве нашли нейронные сети, data mining, экспертные системы [9. С. 171]. Использование ИИ в нормотворчестве может ускорить процесс созда-

336

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

ния новых правовых актов, способствовать повышению их качества, в том числе за счет уменьшения количества ошибок, а также рисков неправильного толкования правовых актов. С помощью ИИ возможно в течение короткого промежутка времени анализировать значительные объемы данных, что может существенно сократить время на исследование и анализ информации. Однако есть и риски, связанные с неверной интерпретацией ИИ информации, ложными выводами и обобщениями, сделанными с его помощью, что может привести к нарушению прав различных субъектов.

Применение ИИ возможно на разных стадиях нормотворческого процесса. Так, например, в рамках планирования подготовки проектов правовых актов ИИ может использоваться в целях анализа правоприменительной практики, законодательства, научных публикаций и иной информации для выявления проблем, требующих своего нормативного урегулирования.

На стадии подготовки проекта правового акта применение ИИ возможно при составлении текста проекта. Например, человек указывает основные параметры, которые должны быть отражены в будущем правовом акте, а с помощью

ИИпроисходит формулирование правовых норм на основе действующих правил нормотворческой техники. ИИ могут предлагаться и различные варианты урегулирования. Также с его помощью возможно формулирование текста проекта о внесении корректировок в иные акты законодательства на основе указанных человеком необходимых изменений в тексте акта, оценка правильности используемых юридических терминов. Здесь можно привести пример написания текста законопроекта с применением ChatGPT [10]. Качество такого законопроекта очень низкое, но определенное движение вэтом направлении уже сделано. На этой стадии нормотворческого процесса могут быть использованы такие технологии,

как Document Automation and Assembly (DIY Legal Forms and Contracts)– проекти-

рование систем и рабочих процессов, которые помогают в создании электронных документов. Для примера можно привести созданный в Российской Федерации Конструктор цифровых регламентов, который дает возможность разработать, согласовать и осуществить государственную регистрацию машиночитаемых административных регламентов предоставления услуг [11]. Спомощью Конструктора был разработан и принят первый цифровой нормативный правовой акт, весь цикл разработки, согласования и утверждения которого осуществлялся в цифровом виде [12].

Врамках осуществления экспертиз проектов правовых актов применение

ИИвозможно в целях анализа текстов проектов (правовых актов) по вопросам их соответствия критериям конкретной экспертизы (юридической, криминологической, лингвистической и т. д.). Полагаем, что перспективным направлением является создание экспертных систем для анализа данных при проведении юридической, криминологической и лингвистической экспертиз проектов правовых актов. В качестве некоторого примера следует привести автоматизированную систему «Логика ECM. Правовая экспертиза», созданную компанией «Логика бизнеса 2.0». Как отмечается в литературе, данная система упрощает процесс проведения юридической экспертизы и сокращает его сроки, обеспечивает исполнение рутинных операций и сокращение временных затрат [13. С. 263].

337

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

На стадии официального опубликования нормативных правовых актов, по нашемумнению,спомощьюИИвозможноформированиеактуальнойредакции(конт­ рольного состояния) текстов нормативных правовых актов. Сегодня вБеларуси эта работа ведется вручную силами специалистов Национального центра правовой информации Республики Беларусь (далее – НЦПИ). Следует отметить, что сейчас законодательно не установлена обязательность опубликования контрольного состояния текста нормативного правового акта. Получить доступ к основной массе текстов нормативных правовых актов в актуальной редакции в Беларуси возможно, как правило, за плату с помощью справочно-правовых систем. Полагаем, что необходимо реализовать на Национальном правовом интернет-портале Республики Беларусь свободный доступ к текстам актов законодательства в контрольном состоянии с учетом внесенных изменений, а не только к текстам актов, официально опубликованным на конкретную дату. В этой связи требуется корректировка ст. 60 Закона Республики Беларусь «О нормативных правовых актах». Указанный подход реализован в некоторых государствах. Например, в России на Официальном интернет-портале правовой информации с 1 июля 2022 г. осуществляется опубликование текстов правовых актов в актуальном состоянии [14].

Использование ИИ при формировании актуальной редакции текста правового акта позволит повысить оперативность доведения его актуального содержания до всех заинтересованных лиц, доступность правовой информации, а также существенно сократить человеческие трудозатраты и высвободить довольно большое количество работников НЦПИ от выполнения указанной рутинной работы. В то же время решение данной задачи связано с пересмотром существующих правил нормотворческой техники для обеспечения возможности использовать информационные технологии. Например, весьма интересным является опыт Австралии в этой части, где широко используется нумерация как структурных элементов нормативных правовых актов, так и строк их текстов. Это существенно облегчает внесение изменений в тексты нормативных правовых актов, не требует пересчета структурных элементов (абзацев, частей) и, соответственно, способствует уменьшению количества ошибок, связанных с неверно указанными структурными элементами правового акта. Кроме того, в Австралии используются структурированные шаблоны [16], на основе которых формируется законодательство, что оказывает положительное влияние не только на применение правовых норм, но и способствует минимизации ошибок при подготовке проектов правовых актов.

Для внедрения технологий ИИ в нормотворчество в Республике Беларусь, по нашему мнению, должно быть обеспечено создание единой цифровой платформы нормотворческой деятельности – АИС «Нормотворчество», посредством которой может быть реализован цифровой нормотворческий процесс. Подобные автоматизированные системы созданы в ряде стран, например, в Литве, Эстонии. Много сделано в этом направлении и в России. Так, с 2019 г. Правительством г. Москвы используется АИС «Согласование документов», обеспечивающая определенную автоматизацию подготовки проектов правовых актов. В Российской Федерации также создается ГИС «Нормотворчество», основным назначением которой будет являться реализация в цифровом формате процессов разработки, согласования и принятия нормативных актов [17].

338

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

В соответствии с Указом Президента Республики Беларусь от 17 ноября 2020 г. № 415 «О повышении оперативности и качества нормотворческой деятельности» был определен срок создания АИС «Нормотворчество» до 1 июля 2022 г. Координация вопросов цифровизации нормотворческой деятельности была поручена НЦПИ. Но в силу ряда причин указанная задача в установленные сроки не была решена. Создание АИС «Нормотворчество» продолжается и в настоящее время на основе Государственной программы «Цифровое развитие Беларуси» на 2021–2025 гг. и должно быть завершено в следующем году. По нашему мнению, первоочередной задачей является реализация цифрового нормотворческого процесса в рамках АИС «Нормотворчество» как специфической системы электронного документооборота, а в последующем–внедрение в АИС новых сервисных возможностей, включая применение технологий ИИ. Разработка и внедрение АИС «Нормотворчество» позволят в рамках одной цифровой среды объединить всех субъектов нормотворческой деятельности и все стадии нормотворческого процесса. В системе необходимо обеспечить автоматическое формирование и поддержку актуальных редакций текстов правовых актов. АИС должна способствовать соблюдению правил нормотворческой техники в автоматическом режиме, обеспечивать классификацию проекта, а в будущем – возможность принятия актов машиночитаемого законодательства. Кроме того, в рамках создания новой цифровой платформы требуется пересмотр сложившихся процедур в рамках нормотворческой деятельности, например, отказ от сопроводительных писем при направлении проектов на согласование, использование методов Process mining [18] и др.

Исходя из положений вышеназванного Указа, НЦПИ как организация, обладающая высоким научным потенциалом и большим практическим опытом в сфере правовой информатизации, должна являться координатором деятельности по внедрению ИИ в нормотворческий процесс. В целом, по нашему мнению, необходимы подготовка и принятие на республиканском уровне программного документа по вопросам ИИ, например, Концепции развития ИИ в Республике Беларусь, которая бы определила основные направления внедрения ИИ в наиболее важные области общественных отношений, включая и правовую сферу. Следует отметить, что подобные национальные стратегии развития ИИ в настоящее время приняты в ряде государств (Российская Федерация, ОАЭ и др.).

Таким образом, ИИ имеет большие перспективы для использования в нормотворческой деятельности. ИИ не может исключить человека из нормотворчества как творческой деятельности, но может быть использован на отдельных стадиях нормотворческого процесса для выработки оптимального правового регулирования, высвобождения творческого потенциала человека от рутинных действий. Важными направлениями применения ИИ в нормотворческом процессе представляется его использование при проведении правового мониторинга, прогнозировании последствий принятия правовых актов, создании текстов проектов, проведении их публичного обсуждения, экспертиз и официального опубликования нормативных правовых актов. Реализацию технологий ИИ в нормотворчестве, по нашему мнению, целесообразно осуществлять в рамках единой цифровой платформы нормотворческой деятельности. В Беларуси такой платформой

339

Цифровые технологии в системе публично-правовых (государственно-правовых) отношений

Digital Technologies in the System of Public Legal (State-Legal) Relations

должна стать АИС «Нормотворчество». Для этих целей следует оптимизировать существующие бизнес-процессы в сфере нормотворчества, адаптировать правила нормотворческой техники к возможности применения в нормотворческом процессе ИИ, создать необходимые условия для комфортного участия всех субъектов, в том числе граждан, в нормотворческом процессе. Важными являются создание и введение в действие Концепции развития ИИ в Республике Беларусь, в которой целесообразно определить в том числе и основные направления внедрения данных технологий в правовую сферу.

Список литературы

1.Цифровизация правотворчества: поиск новых решений: монография / Д. А. Пашенцев, М. В. Залоило и др.; под общ. ред. д-ра юрид. наук, проф. Д. А. Пашенцева. Москва: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации: ИНФРА-М, 2019. 234 с.

2.Концепция цифрового государства ицифровой правовой среды: монография / Н. Н. Черногор, Д. А. Пашенцев, М. В. Залоило и др.; под общ. ред. Н. Н. Черногора, Д. А. Пашенцева. Москва: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации: Норма: ИНФРА-М, 2021. 244 с.

3.Понкин И. В., Лаптева А. И. Право и цифра: Машиночитаемое право, цифровые модели-двойники, цифровая формализация и цифровая онто-инженерия

вправе: учебник / И. В. Понкин, А. И. Лаптева; Консорциум «Аналитика. Право. Цифра».М.: Буки Веди, 2021. 174 с.

4.Архипов В. В., Наумов В. Б. Искусственный интеллект иавтономные устройства в контексте права: о разработке первого в России закона о робототехнике / В. В. Архипов, В. Б. Наумов // Труды СПИИРАН. 2017.Вып. 6(55).С. 46–62.

5.Морхат П. М. Право иискусственный интеллект: монография; предисл. д. ю. н., проф. И. А. Близнеца и д. ю. н., проф. И. В. Понкина; под ред. д. ю. н., проф. И. В. Понкина; Российская государственная академия интеллектуальной собственности.М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2018. 544 с.

6.Браусов А. М. Искусственный интеллект в нормотворчестве: предпосылки внедрения и пределы применения // Информационное право. 2020. № 4.С. 16–20.

7.Парфенчик А. А. Цифровизация законотворческой деятельности / А. А. Парфенчик // Право.by. 2020. № 5.C. 66–71.

8.Филипова И. А. Правовое регулирование искусственного интеллекта: учебное пособие / И. А. Филипова.Нижний Новгород: Нижегородский госуниверситет, 2020. 90 с.

9.Исабекова К. Ф. Цифровизация в нормотворчестве: задачи и ожидаемые результаты // Вестник Института законодательства Республики Казахстан. 2018. № 3(52).С. 170–174.

10.Минюст протестировал бот ChatGPT // UNN.URL: https://www.unn.com. ua/ru/news/2016064-minyust-protestuvav-bot-chatgpt

11.Конструктор цифровых регламентов // Федеральный реестр государственных и муниципальных услуг (функций).URL: https://kcr.gosuslugi.ru/kcr/login

12.В России зарегистрирован первый цифровой НПА // ЭКОНОМИКА.URL: https://data-economy.ru/news/tpost/uusf307nb1-v-rossii-zaregistrirovan-pervii-tsifrovo

340