книги из ГПНТБ / Альтшуллер Г.С. Алгоритм изобретения

количество попыток очень велико. Требуются тысячи, иногда и десятки тысяч «а если?», чтобы нащупать удачное решение.

И еще одна очень важная особенность. На схеме стрелки расположены гуще в направлении, п р о т и в о ­ п о л о ж н о м «Решению». Это, конечно, не случайно. Де­ ло в том, что пробы не так хаотичны, как кажется на пер­ вый взгляд. Приступая к поискам, изобретатель опирает­ ся на свой предыдущий опыт. Егоров однажды уже соз­ дал станок для намотки телефонных дросселей, и при решении новой задачи мысль сначала неизбежно шла в привычном направлении: нужна — как и в прошлый

Эта первоначальная тенденциозность показана на схе­ ме «вектором инерции» ВИ, выходящим из точки «Зада­ ча» и направленным в сторону от «Решения». Большим шагом вперед была мысль, что от иглы нужно вообще от­ казаться...

* * * •

Мы еще продолжим разговор о методе «проб и оши­ бок». Но у читателя уже сейчас есть отличная возмож­ ность самому испытать этот метод.

3 а д а ч а 1

Станок Егорова хорошо справляется с намоткой ко­ лечек, если их внутренний диаметр не менее 2 мм. Однако миниатюризация электронных машин требует более мел­ ких колечек. Как и раньше, их обмотку приходится ве­ сти вручную. Как ее механизировать? Попытайтесь ре­ шить эту задачу. Без теории изобретательства.

Задача предельно наглядна: имеется колечко, сделан­ ное из феррита; внутренний диаметр колечка, скажем, 0,5 мм. Имеется также тонкая изолированная проволока. Надо механизировать намотку.

Количество витков провода, вообще говоря, зависит от назначения тороида и меняется в широких пределах: в

іо

тороидальных трансформаторах их обычно несколько со­ тен, тороидальные элементы запоминающих устройств имеют всего по три витка. Допустим для конкретности, что на каждое колечко надо нанести двадцать витков проволоки.

Два дополнительных соображения. Первое: задача учебная, поэтому нельзя ее изменять, т. е. предлагать ре­ шения, связанные с отказом от применения ферритовых колечек. Второе: способ намотки может быть каким угод­ но, однако он должен обеспечивать высокую производи­ тельность: в запоминающем устройстве электронной ма­ шины используются сотни тысяч и даже миллионы ко­ лечек.

Для решения этой задачи не нужны какие-либо узко­ специальные знания^ Но найти хорошее решение мето­ дом «проб и ошибок» вряд ли удастся даже опытному изобретателю. По правде сказать, я уверен — вы, чита­ тель, не решите задачу. Тут довольно простой расчет. Предположим, вы не менее талантливы, чем Эдисон. Но ведь и Эдисону, по его собственному признанию, прихо­ дилось работать над одним изобретением в среднем семь лет. По крайней мере треть этого времени уходила на по­ иски идеи.

Вот что писал изобретатель Николай Тесла, работав­ ший одно время в лаборатории Эдисона: «Если бы Эди­ сону понадобилось найти иголку в стоге сена, он не стал бы терять времени на то, чтобы определить наиболее ве­ роятное место ее нахождения. Он немедленно с лихора­ дочным прилежанием пчелы начал бы осматривать соло­ минку за соломинкой, пока не нашел бы предмета своих поисков. Его методы крайне неэффективны: он может за­ тратить огромное количество времени и энергии и не до­ стигнуть ничего, если только ему не поможет счастливая случайность. Вначале я с печалью наблюдал за его дея­ тельностью, понимая, что небольшие теоретические зна­ ния и вычисления сэкономили бы ему тридцать процентов труда. Но он питал неподдельное презрение к книжному образованию и математическим знаниям, доверяясь все­ цело своему чутью изобретателя и здравому смыслу аме­ риканца».

Вы вряд ли решите задачу о намотке, но все-таки сде­ лайте несколько попыток. В дальнейшем мы посмотрим, как эта задача решается с помощью методики изобрета-

тельства. И тогда вы сможете, основываясь на своем опыте, сопоставить поиски решения путем «проб и оши­ бок» с планомерными методами, о которых рассказыва­ ет эта книга.

* * *

Намоточный станок создан талантливым рабочимпзобретателем. Ну, а если поиски решения ведет ученый? Повышается ли тогда эффективность метода «проб и ошибок»?

Некоторое время назад в журнале «Изобретатель“и рационализатор» была опубликована статья кандидата технических наук Е. Веретенникова.

Это еще один из тех редких случаев, когда изобрета­ тель говорит о путях, которыми он пришел к новой идее-. Задача, решенная Е. Веретенниковым, не отличается осо­ бой сложностью, а наличие у изобретателя ученой степе­ ни делает этот случай достаточно показательным.

Вот что рассказывает изобретатель:

«Наш Куйбышевский индустриальный институт со­ трудничает с Куйбышевским долотным заводом. Завод выпускает долота. Мне кажется, любой, кто попадет на участок сборки шарошечных долот, обязательно подума­ ет: «Нельзя ли делать это как-нибудь по-иному?» Карти­ на, мягко говоря, малоприглядная. Цапфу лапы долота обмазывают густой солндолово-графитной смазкой. Эта смазка играет роль клея. Она удерживает на двух гори­ зонтальных площадках — дорожках качения цапфы — устанавливаемые там ролики подшипника, которые иначе соскальзывали бы в разные стороны. Когда два ряда роликов составлены, на цапфу надевают шарошку. Сборка производится обнаженными руками. На кожу минеральные масла действуют вредно. Кроме того, в этой массе иногда попадаются острые металлические за­ нозы, ранящие руки сборщика. Труд тяжелый, требует высокой квалификации.

Подобный тип сборки, когда необходимо предвари­ тельное удерживание деталей в определенном положении друг к другу, весьма распространен. Для промежуточной фиксации пользуются струбцинами, стяжными хомута­ ми, обоймами, применяют временное прихватывание де­ талей пайкой или сваркой, клеящими веществами или, как в данном случае, густыми липкими смазками.

Сборка шарошечных долот заставила меня задумать­ ся над тем, как, например, удерживать ролики на цапфе при надевании сверху шарошки?»

Итак, задача состоит в следующем.

Для сборки секции бурового долота нужно сначала обложить шарошку двумя рядами роликов. Роликов в ряду несколько десятков. Понятно, что придерживать ру­ ками одновременно все ролики невозможно. Значит, нуж­ но найти какой-то способ (вместо «приклеивания» густой мазью), позволяющий удерживать ролики на дорожках кайенпя цапфы до момента, пока цапфа не вставлена в шарошку. Способ этот должен быть простым, производи­ тельным, допускающим в дальнейшем автоматизацию сборки. •

«Первое, что пришло в голову,— рассказывает далее изобретатель,— была, конечно, веревка. Связать! Но как вытащить ее после сборки? Что ж, можно связать та­ кой пленкой, которая в дальнейшем бесследно растает,

оказалось удачным. Надо прилеплять ролики к цапфе, но не клеем и никаким другим веществом. Их будут удержи­ вать магнитные силы!»

Скажем сразу: Е. Веретенников сделал хорошее изо­ бретение. История этого изобретения — плохой роман с хорошим концом. В самом деле, задача возникла давно, и тогда уже существовали средства, необходимые для ее решения. Изобретение запоздало по меньшей мере на 20—30 лет! Е. Веретенников сам подчеркивает, что каж­ дому, кто попадает на участок сборки, обязательно бро­ сится в глаза необходимость усовершенствовать сборку долот. Задача словно кричала: «Пожалуйста, обратите на меня внимание! Ведь так важно и так нетрудно найти решение!» Но люди проходили мимо...

Это не случайность: в каждой отрасли производства имеется большое число изобретений, которые нужно и можцо сделать (при современном развитии науки и тех­ ники) , но которые еще не сделаны.

Посмотрим теперь, как. шла работа изобретателя. Первая мысль — «конечно, веревка». Тут примечатель­ ны и «конечно» и «веревка». Исходный пункт размыш­

Идея «веревки» настолько сковывала воображение изобретателя, что он никак не хотел с ней расставаться. И следующий шаг — снова «веревка» (вот он, «вектор инерции»!), на этот раз пластмассовая... Понятно, что и этот современный вариант «веревки» тоже не привел к решению задачи'.

Последовали дальнейшие раздумья, которые наконец дали правильное решение: надо использовать магнитные силы.

Между тем задача эта из числа тех, в которых т о ч ­ н а я ф о р м у л и р о в к а вопроса автоматически дает нужный ответ. Творчество здесь состоит в самом выборе задачи! Требуется, повторяем, чтобы ролики, укладыва­ емые при сборке вокруг цапфы, не падали до тех пор, пока цапфа не вставлена в шарошку. Металлическая де­ таль должна прижиматься — на время — к другой метал­ лической детали.

Достаточно так поставить задачу, и из десяти человек, обладающих знаниями в объеме восьми классов средней школы, пять сразу же ответят: «Магнит!»

Можно еще уточнить задачу: металлическая деталь должна «без ничего» (идеальный случай) прижиматься к другой детали (не сильно, только для уравновешива­ ния своего веса). В этом случае из десяти ответов восемь или девять будут правильными.

В дальнейшем, когда мы ближе познакомимся с ме­ тодикой изобретательства, станут очевидными и другие ошибки, допущенные при решении этой задачи. Но уже сейчас можно сделать некоторые выводы:

1. Изобретатель шел от известного к неизвестному: взял в качестве прообраза уже существующее приспособ­ ление (металлический хомут) и попытался его видоизме­ нить. Это дало серию неудачных решений.

Так получилось и у Егорова. Может быть, «вектор инерции» всегда направлен в сторону от решения?..

2. Правильное решение потребовало от изобретателя принципиально иного подхода. Каков был путь к этому новому принципу, от изобретателя ускользнуло. Он уве­ ренно и логично объясняет, как происходил переход от

одной неудачной идеи к другой; а затем — разрыв и вме­ сто объяснения ничего не значащие слова: «дальнейшие раздумья привели...».

Вспомним, что Егоров тоже не объясняет, почему пра­

И расплачиваться за него приходилось дорого: тяжелая и грязная работа годами выполнялась вручную.

Конечно, если говорить об исторически большой ди­ станции, изобретения появляются закономерно. Так, па­ роход не мог быть создан раньше появления парового двигателя, а паровой двигатель изобрели, когда возникла экономическая необходимость. Однако зачастую изобре­ тения опаздывают без уважительных причин: есть все объективные условия, чтобы изобрести нечто, а это нечто никак не изобретается...

Закономерный ход исторического развития техники вовсе не означает, что можно сидеть сложа руки, а изо­ бретения, из уважения к законам развития техники, бу­ дут появляться сами по себе. «Изобретательская про­ мышленность», выпускающая ценнейшую продукцию — новые технические идеи, работает, в сущности, кустар­ ными методами. «Продукции» выпускается меньше, и она худшего качества, чем это возможно. Порой даже трудно понять, почему та или иная «изобретательская продукция» не появилась значительно раньше.

Молено привести такой пример. Еще на заре автомо­ билизма на двигателе устанавливали вентилятор. И уже тогда каждый шофер знал: при низкой температуре воз­ духа вентилятор не нулеен, более того, он вреден — на­ прасно тратит энергию, переохлаледает двигатель. Но выключающийся вентилятор был изобретен лишь в 1951 году! Тут «простой» затянулся почти на полстоле­ тия, и платить за это пришлось реками бесполезно сожженного горючего.

Посмотрим теперь, какова «технология творчества» в более сложных случаях. Возьмем для примера историю изобретения менискового телескопа.

Еще до войны ленинградский оптик Д. Д. Максутов работал над созданием школьного телескопа. Задача со­ стояла в том, чтобы дать простой, дешевый и хороший прибор, способный противостоять всем невзгодам школь­ ной жизни. Известные системы телескопов были сложны, дороги и требовали очень осторожного обращения. Все попытки упростить и удешевить конструкцию приводили к ухудшению оптических качеств. Максутову никак не удавалось «совместить несовместимое».

«Менисковые системы,— рассказывает изобретатель в книге «Астрономическая оптика»,— были изобретены мной в первых числах августа 1941 года, где-то на пути между Муромом и Арзамасом во время эвакуации из Ле­ нинграда.

Оставляя Ленинград, а вместе с мим н подготовляв­ шееся массовое производство школьных телескопов, над реализацией которого с сомнительным успехом прохло­ потал половину своей жизни, я задумался над печальной судьбой своего детища. На долю занятого человека редко выпадает возможность две недели ничего не делать и фантазировать на интересующие его темы.

Все ли хорошо в разработанной конструкции школь­ ного рефлектора? Нет, не все хорошо, в частности зерка­ ла, хотя бы и алюминированные, будут быстро выходить из строя. Рефлектор с открытой трубой вряд ли долго проживет в школе. Достаточно уборщице один раз сте­ реть с зеркала пыль, и оно будет испорчено. Прикрыть трубу стеклом?- Это, конечно, защитит зеркало. Но из чего сделать стекло? Простое стекло дешево, однако оно поглощает много света. Оптическое стекло хорошо, зато и стоимость его высока».

«Как же улучшить конструкцию? — продолжал раз­ мышлять изобретатель.— Единственный, казалось, вы­ ход— усложнить конструкцию, расположив в передней части трубы плоскопараллельное защитное окно. Вве­ дение плоскопараллельного окна из оптического стекла значительно удорожит инструмент...»

Обо всем этом изобретатель думал много лет. И каж­ дый раз останавливался перед очевидным фактом: про-

«Такая конструкция очень хороша (у вторичного зер­ кала исчезла оправа, экранирование стало минималь­

рассудив, что в таком случае можно рассчитать мениск, не вносящий аберрации, т. е. безаберрационный мениск».

Внимательно вчитайтесь в эти строки. Изобретателю надо было преодолеть два барьера. Первый барьер — за­ щитное стекло должно быть сделано из дорогого оптиче­ ского стекла. Выяснилось, что удорожание можно ком­ пенсировать: расходы на оптическое стекло окупаются тем, что защитное окно будет выполнять не одну, а не­ сколько функций. Значит, не обязательно прыгать через барьер, можно его обойти...

Но вот изобретатель подошел ко второму барьеру: потребовалось устранить искажения, создаваемые мени­ ском. Казалось, тут бы и применить только что найден­ ный метод компенсации. Пусть аберрация — еще одно не­ избежное зло. Надо к о м п е н с и р о в а т ь это зло, из­ влечь из него какую-то пользу, а не устранять!

Однако здесь и проявилась слабость метода «проб и ошибок». На первый взгляд кажется, что пробы беспоря­ дочны. Но в этом беспорядке есть своя система: пробы ве­ дутся по линии наименьшего сопротивления. Легче всего пробовать в привычном направлении, и изобретатель, сам того не замечая, идет туда, где дорога более накатана (и где поэтому вряд ли можно найти новое). Возобновля­ ются попытки перепрыгнуть через барьер, хотя буквально за несколько минут перед этим было открыто, что можно не прыгать, а идти в обход...

«На этих мыслях,— продолжает Максутов,— задер­ жался несколько часов, пока не додумался, что значи­ тельно выгодней выбрать такой мениск, который вводит в систему положительную аберрацию, способную компен­ сировать отрицательную аберрацию сферического зерка­ ла или сферических зеркал.

В этот момент и были изобретены менисковые системы».

Таким образом, второй барьер был преодолен тем же методом компенсации. Мениск искажает световой поток,