книги из ГПНТБ / Иогансен, М. В. Михаил Земцов

«Проспект Невской перспективной дороги от Адмиралтейских триум­ фальных ворот к востоку». Гравюра Г. А. Качалова по рисунку

М. Махаева. 1753 г.

ние Полицеймейстерской канцелярии. За ними виден купол кирхи

.Петра и Павла. Над линией застройки, справа от дороги, возвышается колокольня церкви Рождества Богородицы.

столице, и особенно вблизи царских резиденций, они то и

.дело возникали в разных местах. Большой ущерб причинил городу пожар в ночь с 11 на 12 августа 1736 года, когда разбушевавшееся пламя уничтожило все, что могло гореть, на огромной территории между Большой перспективной до­ рогой и безымянным проездом на территории нынешнего

104

переулка Подбельского. За одну ночь выгорела почти вся Морская слобода. Подозревали, что пожар был не следст­ вием несчастного случая, а результатом поджога, совершен­ ного лицами, недовольными правлением Анны. Тайная кан­ целярия энергично взялась за расследование причин его возникновения и розыск виновных. Начались массовые аресты. Полицеймейстерская канцелярия направила свою деятельность на обеспечение порядка и спокойствия в сто­ лице, на поиски разворованного имущества и оказание по­ мощи жителям, оставшимся в осеннее время без крова.

Для уяснения размеров ущерба, причиненного пожаром,,

ирешения вопроса о характере застройки пепелища Каби­ нет министров 15 августа опубликовал указ «о поручении одному полицеймейстерскому офицеру обще с Земцовым произвести в Санкт-Петербурге опись обывательским домам

иживущим в оных лицам». Земцов принимал непосредст­ венное участие и в разработке новых принципов застройки, которые были изложены в ряде законодательных докумен­ тов, появившихся в 1736 году.

Нововведения были важными. Увеличивалась ширина улиц, укрупнялись участки, между домами со стороны улиц предписывалось ставить ворота. Это имело положительное

значение: уменьшалась опасность быстрого распространения пожаров, создавались проезды со стороны улиц, в бывших глухих торцовых стенах можно было прорезать окна и тем самым увеличить освещенность помещений и т. д. Следует отметить, что эти новшества разрушали принцип застройки улиц «единою фасадою», введенный Петром I.

Земцову вместе с другими архитекторами, находивши­ мися в столице, вменялось также в обязанность осмотреть «погорелые здания» и составить проекты новых построек. Во исполнение этого предписания Земцов осенью выполнил чертежи каменного Мытного двора, который намеревались не только построить вблизи Мойки на том же месте, где

105

■стоял деревянный, но и «по прежнему плану». Тогда же он составил и проект «рыбных рядов», возведение которых на­ мечалось около Синего моста.

Однако к выполнению намеченного едва ли успели при­ ступить: 24 июня 1737 года разразился еще более страш­ ный пожар. На этот раз он охватил Греческую слободу, до­ ма, стоявшие на Немецкой улице и правом берегу Мойки. В результате опустошительных пожаров 1736 и 1737 годов погибло почти две трети застройки Адмиралтейского ост­ рова. Из 520 дворцов уцелело только 173.

Пожары показали, что отдельных мер, принимаемых прави­ тельством, недостаточно. Требовалось коренное преобразо­ вание планировки и застройки в масштабах всего города.

Колоссальный объем предстоявшей работы Главная полицеймейстерская канцелярия уже выполнить не могла. По­ этому создается новое учреждение — Комиссия о санктпетербургском строении. В указе от 10 июля 1737 года го­ ворилось, что она нужна «для основательного определения обо всем строении здесь в Санктпетербурге, на всех остро­ вах, как о обывательском, так и казенном, кроме дворцов, и что к оным принадлежит, и для учинения о том твердого плана». Помимо этого Комиссия должна была «учинить об­ стоятельную и порядочную инструкцию Полиции, по кото­ рой бы она впредь поступать имела». Деятельности нового учреждения придавалось такое большое значение, что оно было подчинено непосредственно Кабинету министров, с 1735 года фактически управлявшему страной.

Состав Комиссии был весьма представительным. В нее входили: сенаторы М. Головкин и А. Нарышкин, генералмайор Измайлов, «от артиллерии советник» И. Унковский, архитектор П. Еропкин, «от фортификации майор» Руха. Комиссию возглавлял Миних.

Почему же в Комиссию не вошел Земцов? Почему пред­ почтение было отдано менее опытному Еропкину? Причины

106

этого неизвестны. Среди них не последнее место могло принадлежать знатному происхождению Еропкина. Он был из древнего боярского рода, имел уже чин полковника и был другом всесильного Артемия Петровича Волынского.

В литературе можно часто встретить утверждение, что. якобы Комиссия сама занималась строительством по своим проектам и что Земцов будто бы входил в ее штат. Приве­ дем документ, опровергающий это. В «доношений» в Сенат глава Полицеймейстерской канцелярии В. Ф. Салтыков, от­ казываясь послать Земцова «для осмотру и описи Кадет­ ского дому бауместера», писал: «Оный архитектор Земцов, в Главной полиции определен указом от Кабинета е. и. в. для исправления по должности полицейской всяких строельных дел, которой отягощен многими самыми нужней­ шими по имянным е. и. в. указам делами: как в отводах и размерах на погорелых адмиралтейской части и вновь под строение адмиралтейским служителям местах, так и в над­ смотрении на оных местах всех в той части каменных и деревянных строений, а паче казенными, в чищении речки Мьи, строениями подъемных и протчих и в улицах показа­ нием в намощений мостов и подземных труб, регулирова­ нием лугов, площадей и прешпективых со обсаживанием де­ рев и протчих по опробованным от е. и. в. планам, которые Бремя терпеть не могут...»11 Здесь перечислены все основ­ ные обязанности Земцова, заполнявшие все его время.

Чтобы разработать проект реконструкции, столицы и дальнейшего ее развития, основанный на новых принципах «регулярства», надо было прежде всего иметь ясное пред­ ставление о состоянии ее застройки. Нужна была точная топографическая съемка города. Исполнить ее поручили группе военных топографов, во главе которой поставили капитан-поручика лейб-гвардии Преображенского полка И. фон Зихгейма, Выполненный под его руководством в 1737—1738 годах план хранится в Москве, в Центральном

107

государственном военно-историческом архиве. Он является

.ценнейшим графическим документом, на основании кото­ рого можно ясно представить размеры Петербурга и харак­ тер его застройки на 1738 год. План выполнен весьма де­ тально. На него нанесены очертания даже дворовых флиге­ лей, сараев, конюшен, других служебных построек, указаны фамилии владельцев домов. Так, под № 136 в Московской части значится «дом архитектора Земцова». Это доказывает, что зодчий в течение пятнадцати лет не изменил своего ме­ стожительства.

Вести работы по снятию плана города, проектированию и осуществлению в натуре утвержденных планов сразу в масштабах большого города, каким уже тогда являлся Петер­ бург, было весьма трудно. Поэтому указом от 27 октября 1737 года вся территория столицы была поделена на пять ■частей: Адмиралтейскую, включавшую территорию между Невой и Фонтанкой, Васильевскую, Петербургскую с Вы­ боргской стороной, Литейную, ограниченную Фонтанкой, Невой и Невским проспектом, к которой относилась и ■Охта, и Московскую, охватывавшую территорию за Фон­ танкой (к юго-западу от Невского) и простиравшуюся до Екатерингофа.

По мере получения от Зихгейма планшетов съемки от­ дельных частей города Еропкин составлял проекты пере­ планировки. Затем они обсуждались в Комиссии о санктпетербургском строении и утверждались императрицей или 'Кабинетом министров. Реализацией задуманного Комиссия не занималась. Это входило в обязанность Полицеймейстерской канцелярии, а точнее, ее архитектора М. Г. Зем­

цова.

Хотя в разработке проекта генерального плана Земцов ■участия не принимал, его миссия не сводилась к механиче­ скому следованию за Еропкиным. Он творчески участвовал œ застройке города, разрабатывая проекты многих «казен-

108

пых» и частных зданий. Весьма вероятно, что его привле­ кали к созданию новых образцовых проектов жилых домов.

Новым генеральным планом столицы предусматривалось логическое развитие исторически сложившейся планировки

.и объединение разрозненных очагов застройки петровского времени в единый стройный городской организм. Городская территория расширялась в южном и юго-западном направ­ лениях. Жителей Морской слободы и погорельцев, отказав­ шихся строить каменные дома, намечали расселить в новых районах. Размеры участков устанавливались, как и в петров­ ское время, в зависимости от социального положения за­ стройщиков, при этом вдоль главных улиц поселялись иму­ щие и знатные, а в переулках — мастеровые и беднота. Со­ здание прямых широких магистралей, больших площадей, удобных проездов, стремление избежать скученности — вот те принципы, которыми руководствовался проектировщик. Глубоко была продумана Еропкиным и застройка жилых кварталов. Чтобы избежать монотонности, дома распола­ гались в определенном ритме. Они то ставились пооди­ ночке, то с интервалами, которые создавали площади или открывали вид на постройки, находившиеся в глубине квар­ талов. Перекрестки подчеркивались «наугольными домами на погребах».

Много было сделано и для озеленения города. Адмирал­ тейский луг и полоса зелени за домами на берегу Невы, а также сады в усадьбах вдоль Мойки и Фонтанки образо­ вывали три зеленых пояса, проходивших по Адмиралтей­ ской части. Их пересекала обсаженная с обеих сторон бере­ зами Большая перспективная дорога, к северу от нее рас­ кинулись царские сады.

Главным районом столицы окончательно был признан Адмиралтейский остров, где находилась царская резиденция. Основу организации этой части города составляла трехлу­ чевая система, созданная Большой перспективной дорогой,

109

М. Земцов. Проект домов для причта Исаакиевской церкви. 1739 г. Фрагмент.

тейского острова были относительно простым делом для опытного архитектора, то значительно труднее приходилось ему при продолжении работ по реконструкции района, ле­ жавшего между Дворцовой набережной и Мойкой, начатой

им еще до пожара 1736 года.

Здесь надо было осмотреть каждый сохранившийся дом и определить его дальнейшую судьбу: сносить ли, достра­ ивать ли до нужных размеров. Укрупнение участков тре­ бовало переселения — все это осложняло работу.

Чтобы застройка острова продвигалась быстрее, Комис­ сия иногда допускала отступления от строгих правил. Так,

112

Кабинет министров 1 сентября 1737 года разрешил майору Шепелеву продолжать постройку дома на Немецкой улице, начатую им еще в 1736 году «по чертежу, хотя и не утверж­ денному архитектором Земцовым». Однако владельцу строго предписывалось «устроить его на сводах» и покрыть кровлю «черепицею на каменных стропилах». Такие случаи после пожара были не единичны.

Летом 1738 года правительство утвердило новое предло­ жение Комиссии о санкт-петербургском строении. Желаю­ щим строиться на погорелых местах на Адмиралтейском острове теперь разрешалась продажа домов на Васильевском острове или разборка их для использования материала при возведении домов на новом месте.

Помимо распоряжений Комиссии о санкт-петербургском строении «архитектор Полиции» выполнял и другие, порой идущие от самой императрицы. 23 июля 1738 года в разгар работ по застройке Адмиралтейского острова, «е. и. в. вы­ сочайше указать соизволила на набережной Большой Невы реки и по задней линиям все палаты и службы крыть чере­ пицею, или железом, а балконы и гзымзы переделать, чтоб все были каменные, в самой скорости... конечно нынешним летом неотложно, чего Главной Полиции накрепко смотреть, дабы то строение исполнилось со всякою успешностию без упущения времени». Этим Анна надеялась обезопасить от пожара дворцовые постройки и придать более нарядный вид окружавшим их зданиям.

Одними административными мерами достичь выполне­ ния этого распоряжения был)о невозможно. Нужны были

-конкретные указания специалиста, что и как делать. И Зем­ цов опять ходил, осматривал дома, давал указания, следил за исполнением. А ведь дома принадлежали разным вла­ дельцам, и далеко не все безропотно подчинялись указу. Нужно было проявить немало терпения, иногда пустить в ход дипломатию, а то и угрозу.

Проект зверинца в Екатерингофе. 1730-е гг. Копия 1763 г. Фрагмент.

Земцову часто поручали важные дела и по Канцелярии от строений, которая подчинялась с 1732 года дворцовому ведомству. Его огромный опыт архитектора-практика был хорошо известен. Поэтому в ответственных случаях посы­ лали за ним, хотя в штате Канцелярии были свои архи­

текторы.

К нему обратились, когда приступили к созданию одного из интереснейших зеленых ансамблей 1730-х годов — гигант­ ского зверинца Екатерингофа. На огромной террито­ рии Анна Иоанновна решила устроить охотничий парк. Под него отвели участок, границами которого являлись реки

114