Психология и логика

Мышление является предметом изучения не толь­ко психологии, но также — и даже прежде всего — диалектической логики. Каждая из этих научных дисциплин, изучая мышление, имеет, однако, свою отличную про­блематику или сферу исследования. Проблемой логики является вопрос об истине, о познавательном отношении мышления к бытию.

² Здесь С. Л. Рубинштейн имеет в виду прежде всего фило­софские и психологические теории Э. Кассирера, К. Бюлера, Л. С. Выготского и других, согласно которым слово-знак выступает в качестве демиурга мышления. Открытую, раз­вернутую и убедительную полемику с этими теориями С. Л. Рубинштейн провел в первом издании «Основ общей психологии» (М., 1940. С. 338—339, 343 и далее). В 1946 г.— во втором издании «Основ» — он в большинстве случаев ограничивается обычно скрытой полемикой с вышеуказан­ными авторами, особенно с Л. С. Выготским (подробнее об этом сказано в послесловии к настоящему изданию).— Примеч. сост.

363

Проблемой психологии является протекание мыслительного процес­са, мыслительная деятельность индивида, в конкретной взаимосвя­зи мышления с другими сторонами сознания. Отличаясь, таким образом, друг от друга, психология мышления и логика, или теория познания, Вместе с тем теснейшим образом связаны друг с другом. Различные стороны или аспекты мышления не могут быть оторваны друг от друга; мышление как предмет психологического исследо­вания не может быть определено вне отношения мысли к бытию. Психология поэтому также берет мышление не в отрыве от бытия, но изучает как специальный предмет своего исследования не отношение мышления к бытию, а строение и закономерность проте­кания мыслительной деятельности индивида, в специфическом отли­чии мышления от других форм психической деятельности и в его взаимосвязи с ними.

Основа для разрешения вопроса о соотношении логического и психологического, позволяющая вскрыть связи между ними, за­ложена уже в наших исходных положениях. Поскольку психическое, внутреннее определяется опосредованно через отношение свое к объективному, внешнему, логика вещей — объектов мысли — в силу этого входит в психику индивида заодно с их предметным содер­жанием и более или менее адекватно осознается в его мышлении. Поэтому логическое, никак не растворяясь в субъективно психо­логическом (в духе психологизма) и не противостоя извне всему психологическому (в духе антипсихологизма), входит определяющим началом в сознание индивида.

Психология мышления не может быть сведена, таким образом, к логике, но Вместе с тем психологическая трактовка мышления не может быть и оторвана от определения объективной сущности мышления в логике. И действительно, психология мышления всегда исходит и неизбежно должна исходить из той или иной фило­софской, логической, методологической концепции.

Эта связь психологии с логикой и теорией познания, с фило­софией отчетливо проявляется в истории психологических учений о мышлении. Так, ассоциативная психология исходила из позиций английского эмпиризма, психология мышления вюрцбургской шко­лы — из идеалистической философии гуссерлианства; трактовка пси­хологии мышления в американской литературе у Дж. Дьюи, опре­делялась философией прагматизма. Наша, советская, психология мышления исходит из диалектической логики.