книги / 656

идет о референциальном взгляде на трактовку возможных миров, в основе которой лежит понятие расщепленной референции, согласно которой косвенная, или внутренняя, референция построена на руинах референции прямой, или внешней [16]. Внешняя референция относится к действительному миру,

авнутренняя референция отражает мир субъекта.

Всовременной отечественной лингвистике референциальный подход получил широкое развитие. Ученые интерпретируют референциальные аспекты возможных миров как «внешний» и «внутренний» аспекты возможных миров (О.В. Емельянова), как оппозиции «вне урны» и «внутри урны» (Э.В. Бардасова), «свои» и «чужие» миры (Ю.С. Степанов). При этом предметом изучения внешней референции возможных миров становятся трансформационные модели, не имеющие аналогов в действительном мире, такие как научно-фантастические миры (О.В. Емельянова), ирреальные и квазиреальные миры (Т.Р. Медведева), виртуальные миры (С.Д. Левина, Е.А. Луговая, В.П. Руднев), аномальные художественные миры (М.Ф. Мисник), утопические миры (Т.А. Розинкина). С точки зрения внутренней референции возможные миры – это истинные миры субъектов, трактуемые как воображаемые миры, существующие вне времени (Ю.С. Степанов), или интенсионально истинные миры (З.Я. Тураева).

Наличие большого числа работ, посвященных изучению внешней и внутренней референции возможных миров, создает впечатление о наличии искусственного разграничения данных категорий. В художественном тексте мы, однако, наблюдаем модель дихотомического развития – взаимодействие художественного мира как актуального мира писателя и возможных миров, появляющихся у его персонажей в рамках их актуального художественного мира.

Интересной в данном смысле представляется модель децентрированной интерпретации возможных миров М.Л. Райен (рис. 1) [4, с. 160].

Разработанная модель децентрированной интерпретации возможных миров М.Л. Райен представляет хороший пример для понимания взаимодействия художественного мира, возможных миров внутри художественного мира и актуального мира читателя. Художественный мир представляет собой созданный автором универсум, внутри которого также актуализируются индивидуальные репрезентации реальности героев произведения. На данной модели они представлены как неактуальные возможные миры, так как не могут получить реализации в актуальном мире читателя. Несомненным достоинством данной модели представляется наличие неотъемлемой связи художественного мира с объективной реальностью – это «та нить, которая не дает превратиться мысли в безумие» [17, с. 287] и вносит порядок в кажущийся хаос.

141

Децентрированный художественный мир (recentered fictional universe)

Объективная реальность (objective reality)

Актуальные миры, индивидуальные репрезентации реальности

(actual worlds, individual representations of reality)

Неактуальные возможные миры (non-actual possible worlds)

Possible Worlds

Рис. 1. Децентрированная модель возможных миров

(A Recenterable Possible-Worlds Model)

Н. Гудман предлагает иную модель представления взаимодействия актуального мира и возможных миров (рис. 2) [4, с. 155]. Согласно теории Н. Гудмана актуальный мир представляет собой комбинацию «правильных» вариантов возможных миров (right world versions) [18, с. 51]. Согласно данной концепции возможные миры обладают генерирующей силой создания актуального мира (world-creating power). Н. Гудман пишет: “For many purposes, right world-descriptions and world-depictions, the ways – the – world – is, can be treated as our worlds [19, с. 4] – По многим причинам правильные ха-

142

рактеристики и описания миров, способы представления мира таким, какой он есть, могут рассматриваться как наши миры. В совместной работе К. Элд-

жин и Н. Гудмана авторы пишут: “We make worlds by making right world versions” [18, с. 51] – мы создает миры, создавая правильные версии мира. При этом понятие правды – истины (truth) заменяется понятием правота (rightness), снимая тем самым проблемы наличия только одной единственной истины, так как правота, или, как принято в отечественной лингвистике – правда (Н.Д. Арутюнова), определяется индивидуальными представлениями субъектов о том или ином положении дел. “Many world versions – some conflicting with each other, some so disparate that conflict or compatibility among them is indeterminate – are equally right … Rightness, however, is neither constituted nor tested by correspondence with a world independent of all versions [20, с. 39] – Многие версии мира – некоторые находятся в конфликте друг с другом, другие настолько несопоставимы, что определить их различие или

Версия какого-либо положения дел (version of)

Актуализация (makes)

Версия, возможное положение дел (version)

Наши миры (our worlds)

Рис. 2. Модель Н. Гудмана, множественность возможных миров

(Nelson Goodman’s Many-Worlds Model)

143

Анализ существующих в отечественной и зарубежной лингвистике, логике и философии взглядов ученых на теорию возможных миров еще раз подтверждает широкий спектр актуализации данной категории. Независимо от выбора подхода, центрированного или децентрированного, необходимо помнить об онтологической природе возможных миров, которая существует априори и присутствует явно или неявно во всех формах актуализации возможных миров.

Список литературы

1.Weidacher G. Fiktionale Texte – Fiktive Welten: Fiktionalität aus textlinguistischer Sicht. – Tübingen: Narr Francke Attempto Verlag GmbH, 2007.

2.Ronen R. Possible Worlds in Literary Theory. – Cambridge; New York, NY, USA: Cambridge University Press, 1994.

3.Ryan M.L. The Modal Structure of Narrative Universes // Poetics Today. – 1985. – No. 6 (4). – S. 717–755.

4.Ryan M.L. The Text as World Versus the Text as Game: Possible Worlds Semantics and Narrative Theory // Journal of Literary Semantics. – No. 27(3). – Berlin: Walter de Gruyter, 1998. – P. 137–163.

5.Nacicsione A. Phraseological units in discourse: towards applied stylistics. – Riga: Latvian Academy of Culture, 2001.

6.Werth P. Extended Metaphor – a Text-World Account. – University of Amsterdam, The Netherlands [Электронный ресурс]. – URL: http://lal.sagepub.com/ content/3/2/79.abstract (датаобращения: 03.02.2013).

7.Хинтикка Я. Логико-эпистемологические исследования. – М., 1980.

8.Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. – М.: Наука, 1958.

9.Иванов Вяч. Вс. Семантика возможных миров и филология // Проблемы структурной лингвистики 1980. – М.: Наука, 1982. – С. 5–19.

10.Целищев В.В. Философские проблемы семантики возможных миров. – Новосибирск: Наука, 1977.

11.Бразговская Е.Е. Референция и отображение (от философии языка

кфилософии текста). – Пермь: Изд-во Перм. гос. пед. ун-та, 2006.

12.Балалаева Н.К. Возможные миры повседневной реальности. – Хабаровск: Изд-во ДДГУПС, 2006.

13.Каюров П.А. Статус «фиктивной онтологии», референция и вымышленная реальность: автореф. дис. … канд. филос. наук. – Екатеринбург, 2005.

14.Крипке С. Загадка контекстов мнения // Новое в зарубежной лин-

гвистике. – 1986. – Вып. 18. – С. 194-241.

15.Лейбниц Г.В. Сочинения в четырех томах: М.: Мысль, 1982. – Т. 1;

М.: Мысль, 1983. – Т. 2; М.: Мысль, 1984. – Т. 3; М.: Мысль, 1989. – Т. 4.

144

16.Рикёр П. Метафорический процесс как познание, воображение и ощущение // Теория метафоры. – М.: Прогресс, 1980. – С. 416–434.

17.Толкиен Дж. Р.Р. О волшебных сказках // Утопия и утопическое мышление. – М.: Прогресс, 1991. – C. 277–300.

18.Goodman N. and Elgin C.Z. Reconceptions in the Philosophy and Other Arts and Sciences. – London: Routledge, 1988.

19.Goodman N. Ways of Worldmaking. – Indianapolis: Hackett, 1978.

20.Goodman N. Of Mind and Other Matters. – Cambridge, Mass.: Harvard

UP, 1984.

Получено 14.02.2013

A.V. Novikova

INTERACTION OF FICTIONAL WORLD

AND POSSIBLE WORLDS

This article covers the views of domestic and foreign scientists in linguistics, logics and philosophy on possible worlds’ theory. The article shows decentered models of possible worlds.

Keywords: possible worlds, fictional worlds, actual world, objective world, centered model, decentered model, external and internal reference, split reference, ontologies, epistemic contexts, extended metaphor.

145

УДК: 37.015:81’253+81’246.3

Т.С. Серова, Т.В. Кондрашина

Пермский национальный исследовательский политехнический университет

РАЗВИТИЕ ЛЕКСИКО-ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ НАВЫКОВ И РЕЧЕВЫХ УМЕНИЙ ОБРАЗНОГО МОНОЛОГИЧЕСКОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ УСТНОГО ПЕРЕВОДЧИКА

Рассматриваются характеристики образного монологического высказывания будущего устного переводчика, принципы отбора средств образности для формирования лексикофразеологических навыков и речевых умений с учетом лингвистического контекста и коммуника- тивно-речевой ситуации. Описываются типология навыков и умений и дидактический комплекс упражнений в образном монологическом высказывании с использованием учебного глоссария фразеологизмов и макродискурсов.

Ключевые слова: образное монологическое высказывание, фразеологические единицы, лексико-фразеологические навыки, речевые умения, контекст, ситуация, упражнение, речевые действия, дискурс.

Проблема взаимовлияния культур, сохранения языкового и культурного многообразия в процессе профессиональной подготовки будущего устного переводчика приобретает особую значимость в условиях формирования межкультурной коммуникативной компетенции и общей культуры специалиста как одной из приоритетных ориентаций российского образования.

В условиях интеграции в единое европейское образовательное пространство речевые умения, в том числе умения монологического говорения выпускников языковых специальностей, должны отвечать требованиям, предполагающим владение средствами языка, словами, свободными и устойчивыми словосочетаниями, образными фразеологическими единицами, которые позволяют свободно участвовать в любой ситуации билингвального общения, выражать свои мысли, эмоции и отношение.

Поскольку именно фразеологический фонд языка хранит в себе национальную самобытность народа, отражает культурно-исторические изменения, имеющие место в разные периоды развития общества, фразеологизмы являются одним из действенных средств объяснения основ мировоззрения и глубинных мотивов человека как отдельного носителя другого языка и культуры, так и социума в целом.

Изучение фразеологизмов английского языка, их активное употребление дает возможность расширить границы собственного мировосприятия и мироощущения, внести в картину мира, созданную с помощью родного языка, но-

146

вые краски иной культуры, научиться понимать других людей, так как фразеологизмы являются одним из средств языковой репрезентации культурно значимых концептов, выражающих особенности и своеобразие его носителей.

Переводческое монологическое высказывание в любой ситуации двуязычно, и в процессе говорения содержательная смысловая сторона задается в исходном звучащем или печатном тексте, которая репродуцируется в двух планах: в предметно-тематическом (моно или политемность) и в смысловом содержании (органическое объединение номинаций и предикаций).

Динамика мысли в порождаемом монологическом высказывании отражается в характере смысловых предикативных связей, отвечает коммуникативному намерению говорящего (убеждению, объяснению, характеристике и т.д.) и реализуется в определенном функционально-смысловом типе речи: определение-объяснение; рассуждение-доказательство/опровержение; харак- теристика-описание и сообщение-повествование [1]. Первые два типа − как аргументативные, вторые − как изобразительные, в которых чаще всего могут быть использованы средства образности: идиомы, поговорки, пословицы, метафоры, сравнения и другие.

Высказывание в ситуациях устного перевода информативно, выразительно, образно, структурно организовано, интертекстуально, репродуктивно и вторично, так как опирается на информацию исходного текста [2], характеризуется трехчастностью, экспрессивностью, выражением эмоциональнооценочного отношения к процессам, явлениям, субъектам и т.д.

Будущий устный переводчик передает в порождаемом монологическом высказывании предметное и смысловое содержание воспринятого и понятого исходного текста, если у него имеются в долговременной памяти соответствия единиц разных уровней системы языка оригинала и перевода, в том числе лексико-фразеологические соответствия, связанные с образностью речи, с закрепленной в узусе национально, культурно и исторически обусловленной системой лингвистических образов.

Образ и образность – два тесно связанных, неотделимых друг от друга понятия. Образ имеет знаковую природу. Чертами образа являются субъективность и идеальность, двойственная природа, изоморфность, сходство с изображаемым предметом, но не тождественность ему.

Образность, трактуемая как семантическая двуплановость, перенос названия с одного объекта на другой [3, 4], как результат взаимодействия словарного и контекстуального значения [3, 4], заложена в семантике слова и соотносится с категорией оценки.

Для выражения образности речи используются различные средства языка, реализующие в своем значении ассоциативное сближение разнородных аспектов и явлений действительности, именующих и характеризующих

147

одну понятийную область в терминах другой понятийной области [5] и связанных с переосмыслением исходных базовых концептов.

Фразеологизмы как устойчивые образные словосочетания являются основными средствами образности, к которым относятся такие важные выразительные средства языка, как идиомы, пословицы и поговорки [6, c. 170]. Фразеологизмы представляют собой выражение эмоциональной самобытности носителей языка, и образы, закрепленные во фразеологическом составе, связаны с материальной, социальной или духовной культурой народа.

Для фразеологизмов характерно постоянство компонентов, устойчивость лексического состава. Фразеологизмы являются более сложными, чем слово, единицами языка и в структурном и в семантическом отношении. Однако для большинства из них характерна функциональная близость к слову, эквивалентность ему, воспроизводимость, так как в системе языка они существуют как готовые единицы, т.е. не создаются в процессе речи, а извлекаются из памяти и употребляются в тех лексических значениях, грамматических формах и функциях, которые закреплены за ними. Как лексические единицы фразеологизмы обладают значением и могут быть однозначными и многозначными.

К средствам выражения образности речи относятся метафоры, например: his criticism were right on target − его критические замечания били точно в цель, to swallow the pill − проглотить горькую пилюлю; фразеологизмы как семантически разнородные типы сочетаний: идиомы, например: he knows his onion − съесть собаку в чем-либо; to beat the air, to plough the sand − толочь воду в ступе; фразеологические речевые штампы, например: a drop in the bucket − капля в море; пословицы и поговорки, например: he that would in the fruit must climb the tree − любишь кататься, люби и саночки возить, diligence is the mother of success − терпение и труд все перетрут.

С дидактическими целями для отбора средств образности при обучении образному монологическому высказыванию была принята типология, включающая фразеологизмы четырех видов, а именно – идиомы-сращения, идио- мы-единства, сочетания, фразеологические выражения, к которым относятся поговорки, пословицы. Второй тип представлен метафорами трех видов: номинативные (именования), когнитивные и образные.

Все фразеологические единицы, как и другие средства языка, функционируют в речи и обусловлены ее контекстом, под которым понимается фрагмент текста или относительно законченный в смысловом отношении отрывок текста или речи, позволяющий выявить смысл и значение входящих в него слов или предложений. Контекст создается не только средствами выражения мысли, языковыми и внеязыковыми (слова, жесты, мимика и т.д.), но и всей ситуацией порождения высказывания, которая обусловливает употребление именно этого, а не другого слова, окружение которого и определяет его смысл [7, c. 97].

148

Контекст может быть «внешним по отношению к речи (физическое окружение) и внутренним, собственно речевым» [8, c. 39], а также социальным

исубъективно-психологическим (культурные ценности, нормы и особенности общения).

Врамках данного исследования важно было рассматривать минимальный и максимальный контексты [9], или микро- и макроконтекст, контактный

идистантный [7] вербальный контекст, а также выделить несколько его видов соответственно выполняемым им функциям: разрешающий, поддерживающий, погашающий, компенсирующий и интенсифицирующий контексты.

Особое значение приобретает микроконтекст как минимальное речевое единство, в пределах которого функционируют фразеологизмы, приобретая свое смысловое содержание во взаимосвязи с другими единицами в контексте, и именно такие минимальные речевые единства необходимо включать в каждое упражнение в образном монологическом высказывании.

Понимание и употребление средств образности в порождаемом образном монологическом высказывании тесно связано с «процессом образования» смыслов и концептов [10] в контексте отношений между мыслью, языком и миром.

Под концептом понимается непрерывно конструируемая у индивида система информации о действительном мире посредством придания выделяемым объектам определенного смысла в качестве ментальной их репрезентации. Концепт включает в себя психологическое значение и личностный смысл, в нем присутствует языковой компонент и «предметное содержание» (референтная соотнесенность), и он является единицей информации картины мира, выполняя функцию фиксации и актуализации понятийного, эмоционального, ассоциативного, вербального, культурологического и иного содержания объектов действительности.

Средства образности соотносятся и группируются по смыслу вокруг концептов, но при этом концептуальная картина носителей разных языков, нацио- нально-культурная характеристика концептов имеет свою специфику и может редко совпадать полностью, чаще только частично, или не совпадать совсем, в связи с чем необходимо более глубокое и подробное изучение мира носителей языка, их культуры, образа жизни, национальногохарактера, менталитета.

Следует подчеркнуть, исходя из сказанного, что при отборе и дидактической организации средств образности необходимо создавать лексикосемантические группы соответствий вокруг концептов, адекватных тематике учебных материалов, предлагаемых в практическом курсе английского языка [11].

Все средства образности могут быть правильно интерпретированы, осмыслены и поняты, а также правильно употреблены в рамках лингвистического контекста и коммуникативно-речевой ситуации как совокупности об-

149

стоятельств, условий, создающих те или иные отношения, обстановку или положение для взаимодействия субъектов в деятельности.

Взаимодействие и отношения субъектов являются сущностной смыслообразующей характеристикой любой коммуникативно-речевой ситуации (Е.И. Пассов, А.А. Леонтьев, В.Я. Скалкин, Т.С. Серова и др.), к основным факторам которой относятся: мысли, информация как предмет речевой деятельности на разных носителях; взаимодействующие субъекты; социальные коммуникативные роли и статусы субъектов; сфера общения; коммуникативные намерения; предметно-лингвистический ситуационный контекст; информационная связь; речевые условия: форма, вид речевой деятельности; функционально обусловленные языковые средства; экстралингвистические, неречевые условия; объекты и явления внешнего мира; обстановка; социальный ситуативный контекст как система реальных отношений личности.

Приведенные характеристики лингвистического контекста и коммуникативной ситуации тесно связаны с понятием дискурса, который представляет собой, по мнению многих исследователей, речь, вписанную в коммуникативную ситуацию, актуализированную в речевом контексте совокупность текстов, объединенных общей ситуативной темой (архитемой) и обусловленных экстралингвистическими факторами, включающими конкретные условия протекания коммуникации (время и место), характеристики канала общения, социальные характеристики коммуникантов, невербальные средства общения (Н.Д. Арутюнова, С.К. Гураль, М.Л. Макаров, У. Маас, Л.В. Щерба).

Очень важно учитывать такие характеристики дискурса, как использование языковых средств в контексте, интерактивность, линейность, конкретность, прагматичность, динамическая организация, диалогичность, процессуальность, членимость, субъектность и интерсубъектность.

Для дискурса в ситуациях устного последовательного перевода характерна: тематическая связность, когда содержание организуется вокруг определенной темы (образование, работа, семья, увлечения и др.), билингвальность лингвистического компонента и делимость на отдельные завершенные в предметно-тематическом и смысловом плане фрагменты как микроконтексты в общем макроконтексте дискурса, обусловленность всеми компонентами конкретной коммуникативной ситуации, когда реализуются референциальная связность как тождество субъектов, пространственная, временная и событийная связность, а также развертывание во времени и пространстве текста-высказывания, порождаемого говорящим и адресованного другим участникам, принадлежащим к другим культурным сообществам.

В основу отбора и дидактической организации средств образности для обучения монологическому высказыванию положены предложенные принципы концептуально-смысловой отнесенности, предметно-тематической обу-

150