учебный год 2023 / ТГП2

"государствообразующий" народ) — это народ, уже реализовавший свое право на внешнее политическое самоопределение.

Это право этноса либо создавать свое независимое, суверенное государство, либо не создавать и войти в состав уже существующего государства. Следовательно, право на внешнее политическое самоопределение особенно актуально для тех народов, которые еще не создали свое национальное государство. Любой этнос, выражающий волю к внешнему политическому самоопределению, вправе создать свое государство. Не может быть никаких юридических аргументов против внешнего политического самоопределения любого, даже малочисленного этноса.

Однако осуществление права на внешнее политическое самоопределение, как и любого субъективного права, не должно нарушать права других субъектов. Международное право защищает территориальную целостность и суверенитет государства. Так что стремление этноса стать независимой на-

Нельзя считать субъектом права народов на политическое самоопределение только нации. Иначе право народа на создание своего государства превратится в свою противоположность (см.: Pernthaler P. A- Hgemeine Staatslehre und Verfassungslehre. S. 44—45).

548 Раздел VII. Государство: сущность, понятие, структура, функции

цией не должно нарушать права других этносов на политическое самоопределение и суверенитет существующих государств

В этом контексте следует различать понятия "титульная нация" и "этнические (национальные) меньшинства". "Титульная нация" — это этнос, создающий свое независимое государство, дающий государству название, официальный язык и т. д. Но в состав "государствообразующего народа" может входить не только "титульная нация", но и другие этнические общности (этнические меньшинства). Они бывают двух типов. Вопервых, это этносы или части этносов, живущие на своей исконной территории и не имеющие своей национальной государственности за пределами данного государства. Эти этнические меньшинства, как и все этносы, имеют право на внешнее политическое самоопределение. Это право применительно к этническим меньшинствам означает возможность отделения от государства с целью либо создать свое национальное государство, либо присоединиться к другому, уже существующему государству (с согласия последнего).

Во-вторых, национальным меньшинством в государстве может быть часть этноса, имеющего свою национальную государственность за пределами государства, в котором оно составляет меньшинство. Если территория проживания такого меньшинства является его исторической родиной, то оно вправе претендовать на внешнее политическое самоопределение. Но оно не вправе претендовать на внешнее политическое самоопределение, если территория является родиной для титульной нации или другого меньшинства. Однако все национальные меньшинства имеют право на внутреннее политическое самоопределение.

Общепризнано, что право на внешнее политическое самоопределение этнических меньшинств ограничено суверенитетом государств, в которых живут эти меньшинства. Это порождает следующую коллизию. Реализация этническим меньшинством права на внешнее политическое самоопределение означает сецессию — отделение от существующего государ" ства его части. Но сецессия, по общему правилу, юридически недопустима без согласия этого суверенного государства (суверенной организации власти, выступающей от имени нации в целом). В частности, субъект федерации не вправе выйти из состава федерации без ее согласия. Нередко сецессия фактически невозможна в

одностороннем порядке, без поддержки мирового или макрорегионального сообщества государств.

Получается, что право этнических меньшинств на внешнее политическое самоопределение — это право отделиться от существующего государства с согласия этого государства-

Г лава 2. Элементы государства 549

Вместе с тем существующие государства не вправе вообще отрицать право этнических меньшинств на политическое самоопределение. Практика же такого отрицания порождает терроризм на этнической почве и даже войны за национальную независимость. Так что если происходит силовое решение данной коллизии, то оно возможно и в пользу сецессии

— если у самого этнического меньшинства достаточно для этого силы, или же оно опирается не только на правовую, но и на силовую поддержку мирового сообщества государств. Такая поддержка допускается международным правом в тех случаях, когда борьба этнического меньшинства за политическое само определение вызвана массовыми грубыми нарушениями индивидуальных прав человека в отношении представителей этого меньшинства1.

Однако оптимальным является такое решение данной коллизии, которое приводит к внутреннему самоопределению этнических меньшинств.

Право на внутреннее политическое самоопределение. Это право их меньшинств на политическое самоопределение без сецессии — в рамках того государства, в котором они существуют как меньшинства. Цель такого самоопределения — обретение этническим меньшинством регионального самоуправления в рамках существующего государства. В данном контексте региональное самоуправление означает формирование этническим меньшинством на территории его компактного проживания органов государственной власти, самостоятельных в отношениях с центральными органами государственной власти. Такая самостоятельность достигается на основе конституционного разграничения компетенции между-центральными государственными органами и государственными органами самоуправляющегося образования.

В унитарном государстве самоуправление национальных меньшинств — это этнотерриториальная автономия, т. е. предоставление отдельным административнотерриториальным единицам самостоятельности по этническому принципу.

Другой вариант решения проблемы — федеративное государственное устройство, в

рамках которого этническими Меньшинствами создаются субъекты федерации. При этом другие субъекты федерации создаются по территориальному принципу — территориальными общностями "титульной нации". По такому смешанному, территориально-этническому принципу °бразована Российская Федерация.

См.: Doehring К. Allgemeine Staatslehre: eine systematische Darstellung. s- 126—128.

550 Раздел VII. Государство: сущность, понятие, структура, функцци

Таким образом, внутреннее политическое самоопределение — это создание этносом (этническим меньшинством) либо автономного образования в унитарном государстве, либо субъекта федерации в государстве федеративном.

Для того чтобы этнические меньшинства могли претендовать на внутреннее политическое самоопределение, не требуется никаких причин вроде грубого нарушения государством прав человека в отношении представителей этих национальных меньшинств. Достаточно ясного волеизъявления национального меньшинства по правилам, установленным в

государстве (например, референдум). Государство в силу своего суверенитета вправе противиться сецессии, но, по общему правилу, оно не должно отказывать своим меньшинствам в самоуправлении, ибо последнее не нарушает суверенитет. Но в силу того же суверенитета внутреннее политическое самоопределение части нации возможно только с согласия суверенной государственной власти.

Вместе с тем если осуществление внутреннего политического самоопределения не противоречит названным ниже условиям, то уже сам отказ в предоставлении этническим меньшинствам самоуправления следует расценивать как грубое нарушение (коллективных) прав человека.

При реализации права на внутреннее политическое самоопределение должны соблюдаться два условия. Во-первых, внутреннее политическое самоопределение не должно преследовать такие цели, которые несут в себе нарушение индивидуальных прав человека, например равноправия (независимо от пола, расы, национальности, языка и т. д.), свободы вероисповедания, свободы выражения мнений и т. д. Во-вторых, не должны нарушаться права других этнических групп, если таковые живут на территории, на которой происходит внутреннее политическое самоопределение этнического меньшинства. В частности, государство вправе препятствовать внутреннему политическому самоопределению этнической группы на такой территории, на которой представители этой группы составляют меньшинство населения.

В последнем случае внутреннее политическое самоопределение этнического меньшинства возможно в форме так называемой этнокультурной автономии, имеющей экстеррй" ториальный характер. В этом случае этническим меньшинствам гарантируется представительство в центральных или региональных представительных органах государственной власти-

Таким образом, субстанциональный элемент государства — это нация, т. е. политикоправовая общность, которая возни-

2. Элементы государства 551

в результате внешнего политического самоопределения этносов и в рамках которой возможно внутреннее политическое самоопределение этнических групп.

§ 3. Территориальный элемент государства

Территориальный принцип действия государственной власти. Государственная власть территориально "распространяется", т. е. воздействует, не на саму территорию, не на пространство, а на людей, находящихся в пределах определенной территории, в определенном пространстве, включая водное и воздушное. Таким образом, территориальный элемент государства — это пространство, в пределах которого действует власть определенного государства и которое эта власть защищает как жизненное пространство граждан или подданных.

Любая публичная власть в той или иной мере регулирует отношения подвластных к объектам, находящимся на территории действия этой власти, в частности, отношения к земле и другим природным ресурсам. Но территориальный элемент государства — это не объекты, составляющие государственную территорию.

Государство возникает с появлением собственности, с разделением частного владения (dominium) и публичной власти (imperium). Это еще не обособление сфер гражданского общества и государства, которое достигается в индустриальном обществе (в доиндустриальном, например феодальном, обществе власть может быть соединена с

собственностью на землю), но это уже появление сферы экономической деятельности, свободной от публичной власти. Так что государственная власть может распространяться на объекты, включая природные, в пределах территории государства постольку, поскольку они находятся в государственной собственности, или постольку, поскольку отношения людей к этим объектам являются предметом правового регулирования.

Деспотическая же власть исключает свободу подвластных в отношении территориальных объектов, особенно в отношении земли и других природных ресурсов. Следовательно, она Распространяется на определенную территорию в более широком смысле, нежели государственная власть, а именно она Распространяется на все объекты, включая природные, находящиеся в пределах ее пространственного действия, полностью определяет отношения людей к этим объектам.

Территориальный и субстанциональный элементы государства. Территориальный элемент непосредственно свя-

552 Раздел VII. Государство: сущность, понятие, структура, функцци

зан с субстанциональным элементом государства. Территории на которых возникают государства, суть территории, освоенные этносами, формирующими государство.

Исторически государственность возникает в процессе перехода от кровнородственных форм социальной организации этносов к территориальной социальной (политической) организации. И первоначально государственная власть распространяется только на территорию обитания этнической общности, создающей государство. Затем кровнородственные связи на этой территории и даже этническая принадлежность отдельных людей утрачивают свое определяющее значение для социальной организации: государственная власть — это такая власть, которая распространяется на всех, кто находится на территории ее действия. Подобно тому как нация формируется на этнической основе, но затем в ее состав включаются подвластные независимо от их этнической принадлежности, территория государства возникает как территория обитания этноса, формирующего государство, но государственная власть распространяется на всех находящихся в пределах этой территории независимо не только от их этнической, но и от их государственной принадлежности.

Вместе с тем положение на территории государства лиц, принадлежащих и не принадлежащих к этому государству, различно. С точки зрения идеологии естественных прав человека граждане и неграждане должны быть равноправны в сфере личной свободы и собственности. Но в государстве до-индустриального общества даже в этой сфере положение граждан и неграждан могло существенно различаться. Кроме того, даже современное/ государство возлагает на своих подданных такие обязанности и дает им на своей территорий такую защиту и покровительство, которые не распространяются на иностранцев.

Итак, территориальный элемент — это не просто территория в признанных границах государства, а географическая область существования этнической общности, образовавшей государство. Это область, естественные границы которой предопределяют демаркацию и политическое признание границ-Но в тех случаях, когда территория государства изменяется в результате захвата других территорий, граница может быть установлена произвольно, вне связи с естественными грани цами проживания этносов, особенно если захватчика интере суют не людские, а природные ресурсы территории.

Политическое самоопределение этносов происходит на территории, которая является для них родиной. Следователь

ti

Глава 2. Элементы государства 553

fjo, территория государства — это страна, являющаяся роди-цой для нации или ее этнического ядра1. Признание в современном мире естественных прав на самоопределение с необходимостью ведет к признанию естественного права этноса на родину, т. е. территориальное самоопределение2. С этой точки зрения территориальный элемент государства можно рассматривать как территорию, на которую нация, этнос, создающий государство, имеет право — право на родину. Однако возможна такая конфликтная ситуация, когда два этноса или две нации претендуют на одну и ту же географическую область как на свою родину. Примером служит Палестина, являющаяся родиной и для евреев, и для палестинских арабов. Разрешение такого конфликта происходит в пользу той нации (этноса), у которой достаточно силы для реализации территориальных притязаний и за которой стоит силовая поддержка мирового сообщества (великих держав). Вместе с тем силовое решение такого конфликта в пользу одного этноса не лишает другой этнос права на внутреннее политическое самоопределение на своей родине.

Изменение государственной территории. В общем учении о государстве основания изменения государственной территории ранее (до возникновения современного международного права) трактовались главным образом с силовой позиции. В частности, различались "оккупация", аннексия, цессия и адъюдикация3.

"Оккупацией" (лат. occupatio — занятие, завладение) называлось занятие территории, не принадлежащей другому государству. Так, колониальные державы придерживались доктрины, согласно которой "ничья" территория или страна, населенная неевропейскими аборигенами, может быть правомерно (в смысле старой доктрины) присоединена к европейскому государству путем "оккупации", в результате длительного фактического владения. Это понятие "оккупации" не

В любой нации есть хотя бы одно этническое ядро, для которого территория его государства является родиной. Так, североамериканскую (США) Нацию называют нацией эмигрантов. Но возникла она на основе англоязычного этнического ядра — этнической общности, которая сформиро-валась в XVII—XVIII вв. в

колониях на территории будущих штатов водочного побережья, а затем колонизировала всю территорию современных США. errvthaler P. Allgemeine Staatslehre und Verfassungslehre. S. 49—50.

Fleiner-Gerster Th. Allgemeine Staatslehre. Berlin; Heidelberg; N. Y., 1980. S- 144—145; Zippelius R. Allgemeine Staatslehre. 7. Aufl. Munchen, 1980. S. 87—88.

554 Раздел VII. Государство: сущность, понятие, структура, функции

имеет ничего общего с существующими в международном праве понятиями occupatio belloca и occupatio pacifica/ Последние означают захват территории другого государства без ее формального включения в состав оккупирующего государства Аннексия (лат. annexio — присоединение) означает одностороннее, не основанное на договоре присоединение территории другого государства.

Сегодня с юридической точки зрения очевидно, что в обоих случаях речь идет лишь о расширении государственной территории de facto. Но ни факт аннексии, ни факт "оккупации" сами по себе не могут порождать юридических основании для включения территории в состав других государств, даже если речь не идет о присоединении территории в результате агрессии. Ибо если эти территории населены, то вопрос об их вхождении в то или иное государство может решаться только политическим самоопределением населения.

Цессия (лат. cessio — официальная уступка, передача своих прав другому лицу) означает переход территории от одного государства к другому по договору. Нередко цессия происходит по окончании войны в результате заключения мирного договора. Как правило, при этом меняется государственная принадлежность населения передаваемой территории. Но чтобы не унижать национальное самосознание этого населения, жителям передаваемой территории часто предоставляется возможность оптации — право выбора гражданства.

Адъюдикация (лат. adjudicatio — присуждение) — это переход спорной территории по решению компетентного международного суда. Здесь, как и в случае "оккупации безгосударственной территории", территория, присоединяемая к государству, рассматривается как некий "объект", на который некий властный "субъект" приобретает право собственности по давности владения, в результате присуждения и т. д. Очевидно, что такая позиция в вопросе о юридических основаниях присоединения к государству других территорий является результатом силовой трактовки права. Она соответствует феодальным или абсолютистским представлениям о территорий государства как о принадлежащей суверену с "людишками, "городишками", "сельцами" и т. д. и никоим образом не соответствует современному международному праву, праву наро-дов на самоопределение. Если бы речь шла о ненаселенных территориях, тогда можно было бы говорить об этих территориях как "объектах". Но если речь идет о населенных террИ" ториях, то в контексте современного международного право-порядка вопрос о правомерности изменения государственной

Глава 2. Элементы государства 555

принадлежности этих территорий не может решаться без и ромимо волеизъявления населения этих территорий. В частности, адъюдикация возможна лишь как подтверждение правовых последствий такого волеизъявления.

Таким образом, следует различать два принципиально возможных варианта изменения государственной территории — силовой и правовой. Критерий их различения — политическое самоопределение населения территорий.

§ 4. Институциональный элемент государства

Государственная власть и право на неповиновение. Государство — это институциональная форма свободы, или политическая институция, обеспечивающая свободу хотя бы части членов общества, организация публичной политической власти правового типа. Такая институционально-правовая природа государственности все больше проявляется по мере исторического прогресса свободы и права. Применительно к государству индустриального общества можно говорить, что государственная власть является таковой, а не произвольным диктатом силы, поскольку это власть, ограниченная естественными и неотчуждаемыми правами и свободами человека и гражданина.

Патерналистская концепция правового положения индивида в государстве, сформировавшаяся в условиях абсолютизма и авторитаризма, ставила на первое место безусловную обязанность подчиняться власти и допускала только октроированные права подвластных по отношению к государству. С позиции же господствующей ныне доктрины естественных прав человека государственная власть, государственный суверенитет производны от свободы подвластных. Следовательно, с Юридической точки зрения оправданна обязанность повиновения государственной власти, но не может быть безусловной Юридической обязанности повиноваться любой политической власти. Со времен античности политико-правовая мысль признает естественное право на неповиновение, в частности, в современной науке различаются "консервативное" право на сопротивление попыткам узурпировать власть в демократическом конституционном

государстве (право на защиту существующего правового порядка) и революционное право на неповиновение тиранической, правонарушающей власти1. Если

Herzog R. Allgemeine Staatslehre. Frankfurt a. M., 1971. S. 171 ff.; Perntha-fer P. Allgemeine Staatslehre und Verfassungslehre. S. 358 ff.

556 Раздел VII. Государство: сущность, понятие, структура, функцщ,

власть нетерпимо нарушает права человека, то это дает под властным основание реализовать свое право на (гражданское) неповиновение вплоть до восстания. Правда, ни теория, цй международно-правовая практика не ставят вопрос о четких критериях, позволяющих установить, до какого предела подвластные обязаны повиноваться и терпеть противоправные проявления власти. Очевидно, это вопрос конкретной правовой и политической традиции, культуры.

Право на неповиновение правонарушающей власти — это "право против государства" (разумеется, речь не идет о "праве" на неповиновение деспотической власти, так как последняя существует в принципиально ином социально-политическом, цивилизационном контексте, в условиях несвободного социального бытия). Следовательно, это особое естественное право, которое не может быть гарантировано существующим государством. Но в современном мире оно может и должно быть гарантировано мировым или макрорегиональным государственно-правовым сообществом. Здесь возникает вопрос о допустимости силового вмешательства ("гуманитарной интервенции") и правовых основаниях такого вмешательства со стороны правового сообщества государств. По существу, это тот же вопрос о пределах противоправности власти: до какого предела международно-правовое сообщество обязано уважать суверенитет государства, в котором грубо нарушаются права человека? Или: каковы критерии, позволяющие различать правомерные и юридически неоправданные акции неповиновения (сопротивления) противоправному режиму? В каких случаях юридически допустимо вмешиваться во внутренние дела суверенного государства ради защиты прав человека?

Исторический опыт показывает, что на практике о праве на неповиновение, на восстание говорят тогда, когда восстание победило. В противном случае говорят, что был бунт против законной власти или попытка государственного переворота, но власть восстановила законный порядок. Отсюда можно заключить, что право на неповиновение вплоть до восстания — это не нормативная, а объяснительная категория: с помощью этой категории нельзя установить, до каких пор следует терпеть произвол власти и когда его следует считать нестерпимым; зато эта категория позволяет post factum давать правовое объяснение революций, меняющих организацию власти.

По существу, то же самое относится и к правам на политическое самоопределение, на родину: если у определенной этнической группы достаточно силы или за ней стоит силовая поддержка мирового или макрорегионального сообщества, Т°

2. Элементы государства

557

Б случае сецессии признается, что эта этническая группа реализовала свое право на создание государства на территории, которая является ее родиной. Но если такой силы (силовой или иной авторитетной поддержки) нет, то эту этническую группу просто не признают субъектом права на внешнее политическое самоопределение, а ее стремление к сецессии расценивается как преступная деятельность, угрожающая целостности государства. Возникает впечатление, что права на неповиновение и внешнее политическое

самоопределение" существуют лишь как право сильного, "право силы", достаточной для революции или сецессии.

Но не всякая сила, способная осуществить государственный переворот или сецессию, признается современным международно-правовым сообществом в качестве силы, имеющей правовые основания. Так что оценка прав на неповиновение и на внешнее политическое самоопределение в качестве объяснительных категорий отнюдь не отрицает собственно юридический характер этих категорий.

Юридическое понятие государственного суверенитета. В социологической концепции государства, при чисто силовой трактовке государственности суверенитет государства изображается как "право силы", как верховенство власти, не имеющей правовых границ. С этой позиции внутренний суверенитет государства означает патерналистское отношение верховной организации власти к подвластным, ничем не связанную монополию на политическое принуждение, на применение силы внутри страны (никакая другая социальная власть не вправе применять силу, во всяком случае без дозволения государственной власти). Внутренний суверенитет здесь трактуется как "полновластие" в том смысле, что организация верховной власти сама является источником и носителем всех возможных властных полномочий и сама, произвольно, определяет пределы этих полномочий. Внешний суверенитет государства в такой трактовке означает не просто независимость от Других государств или от их объединений (от мирового сообщества), но и принципиальную несвязанность государства международными договорами, выполнение государством внешних обязательств лишь по соображениям силы или целесообразности1. Такая авторитарная и патерналистская парадигма соответствовала эпохе абсолютных монархий (первоначально, например в учении Ж. Бодена, суверен — это абсолютный монарх, источник всех властных полномочий), но уже в XIX в.

См.: Нерсесянц В. С. Право — математика свободы. С. 56—57.

558 Раздел VII. Государство: сущность, понятие, структура,

она устарела. В частности, в этой парадигме невозможно объяснить природу и назначение конституционного права (как отрасли, устанавливающей правовые пределы власти внутри страны) и международного права (как правовой системы, ограничивающей силу в межгосударственных отношениях). Социологическая концепция государства вообще отрицает возможность такой отрасли права и такой правовой системы.

В современной юридической трактовке государственный суверенитет означает верховенство и независимость власти подчиненной праву, монополию на принуждение в рамках государственных правомочий и независимость государства в рамках международного правопорядка.

Внутренний суверенитет в современном понимании — это право государства на принуждение по отношению к другим субъектам права, ограниченное обязанностью государства признавать и соблюдать права этих субъектов. Доктрина естественных и неотчуждаемых прав человека исходит из того, что свобода индивидов в современном обществе первична по отношению к создаваемой ими организации государственной власти и правомочия государственной власти производим от этой свободы. Устанавливая государственную власть, индивиды, образующие публично-правовую ассоциацию, отчуждают в пользу учреждаемой власти часть своей естественной свободы и в этих пределах обязуются подчиняться власти. Объем отчужденной свободы эквивалентен объему правомочий государственной власти, закрепленных в конституции и законах. Оставшаяся часть свободы состоит из:

1) наиболее фундаментальных прав и свобод, которые формулируются прежде всего в конституции и не подлежат отчуждению;

2) других прав и свобод, существование и значение которых не отрицается и не умаляется перечислением наиболее фундаментальных прав и свобод и которые впоследствии также могут быть сформулированы в качестве неотчуждаемых.

В такой теоретической конструкции правовое положение человека в государстве модельно описывается не одним, а двумя фундаментальными правоотношениями между человеком (гражданином) и государством. Первое, конституционно-правовое, отношение означает, что у человека существую7 естественные (естественные и неотчуждаемые права и свободы человека и гражданина) по отношению к государственной власти и этим правам соответствует безусловная обязанность государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина. В рамках этого правоотношения У

2. Элементы государства 559

государства нет никаких прав по отношению к человеку (гражданину), а у последнего нет никаких обязанностей по отношению к государству, нет обязанностей, исполнением которых обусловлена реализация его прав и свобод. Естественные права человека — это безусловные притязания индивида на свободную самореализацию в обществе и государстве.

Второе правоотношение вытекает из существования в обществе государственной власти, обладающей принудительной силой для защиты свободы, безопасности и собственности членов общества и решения социальных задач. В рамках этого второго отношения государство выступает как власть, обладающая правом на принуждение. В этом отношении у государства есть право устанавливать законы и принуждать к их соблюдению, к законопослушности. Этому праву корреспондирует обязанность человека (гражданина) соблюдать законы, быть законопослушным. Причем человек должен быть законопослушным постольку, поскольку законы и другие официальные акты в общем и целом не нарушают его естественные и неотчуждаемые права. Если же власть своими законами грубо нарушает права человека, то подвластные могут реализовать свое естественное право на гражданское неповиновение вплоть до восстания.

Итак, есть и в принципе возможна только одна обязанность человека (гражданина) по отношению к государству — это абстрактная обязанность выполнять любые конкретные обязанности, установленные законами. Причем поскольку государственная власть в общем и целом соблюдает права человека, то действует презумпция правового характера и правового содержания отдельных законов (это не исключает возможности отдельных правонарушающих законов и других противоправных властных актов). И если человек (гражданин) считает, что конкретный закон или основанный на законе административный приказ нарушает его права, возлагает на него неправовые обязанности, то это еще не значит, что он вправе отказаться выполнять предписания закона (законные требования административных органов) и что государство в лице административных органов не может принуждать его к законопослушности. Если допускать, что частные лица вправе сами определять, какие законы — правовые и поэтому обязательные для исполнения, а какие — правонарушающие, и их можно не соблюдать, то получится анархия. Обязанность быть "Законопослушным в конкретных случаях является безусловной обязанностью человека (гражданина) в государстве до тех пока речь не идет о праве на гражданское неповинове-

560 Раздел VII. Государство: сущность, понятие, структура, функции

ние власти и ее законам в целом. В то же время в государстве должны быть правоохранительные институты и юридические механизмы, позволяющие индивиду восстанавливать и защищать свои права, если они нарушены, в частности, государственными органами и должностными лицами государства.

Если человек (гражданин) считает, что решения или действия государственной власти нарушают его права и свободы, то конечно же он не может препятствовать осуществлению власти, например административным действиям, особенно если это законные действия. Но после того как эти действия совершены, он вправе использовать юридические механизмы и процедуры для защиты и восстановления своих прав. При этом человек (гражданин) вступает в спор о праве с государственными органами, а в правовом государстве он может вступать в спор о праве с самим законодателем. Отдельные законы, нарушающие конституционные права человека (гражданина), в правовом государстве можно обжаловать в суд конституционной юрисдикции.

Обязанность быть законопослушным неверно изображать так, как будто она корреспондирует естественным правам в рамках конституционно-правового отношения между человеком и государством. Отношение, в котором власть обязана признавать, соблюдать и защищать права человека, и отношение, в котором человек обязан быть законопослушным, — это не рядоположенные отношения. Если соединить их в одно, то получится некая конструкция "общественного договора", юридическая фикция, порожденная исторически неразвитыми представлениями о правах человека. Согласно такой конструкции подвластные и государственная власть (как некая внешняя по отношению к подвластным сила) заключают соглашение о взаимных правах и обязанностях, по которому первые вправе требовать от власти защиты своей свободы и обязаны соблюдать законные ограничения свободы, а власть обязана защищать свободу подвластных и вправе для этого налагать на них законные ограничения свободы.

Естественные права и свободы вытекают из условий существования человека в индустриальном обществе. Они описывают сферу неотъемлемой свободы человека и устанавливают правовые пределы государственного суверенитета и законных ограничений свободы. Права человека не "даются" властью в награду за законопослушность. В противном случае получилось бы, что человек, нарушающий обязанность быть законопослушным, не говоря уже о конкретных "основных обязанностях" (платить законно установленные налоги и т. и.)

Глава 2. Элементы государства 561

может быть лишен прав. Однако права человека по отношению к государству — это права естественные, не дарованные государством, неотъемлемые. И государство не может отнять у человека его естественные права и свободы, даже если он нарушает обязанность быть законопослушным. Государство вправе ограничить осуществление человеком его прав и свобод в качестве наказания за совершение им преступления (по существу, то, что называется лишением свободы, — это временное или пожизненное ограничение возможности использовать некоторые права и свободы). Государство, применяя правовую санкцию, может лишить человека права собственности на конкретное имущество. Но оно не вправе, даже в наказание за преступление, лишать человека права быть собственником или отказать ему в признании его человеческого достоинства. Даже смертная казнь — это лишение жизни, а не права на жизнь.

Конкретные обязанности человека (гражданина) по отношению к государству устанавливаются законами, а права человека по отношению к государству имеют внезаконотвор-ческий характер. Никаких конкретных дозаконотворческих и внёзаконотворческих обязанностей, аналогичных естественным правам, у человека по отношению к государству нет, и закреплять, например, в конституции какие-то особые обязанности человека и гражданина просто бессмысленно. Любая законная обязанность, если она не противоречит естественным правам и свободам, действительна уже постольку, поскольку она установлена законом. И если такие обязанности ставить в один ряд, на один уровень с неотчуждаемыми правами человека, то это значит принижать права человека,