Экзамен зачет учебный год 2023 / решение2

При оценке показаний названных свидетелей судом приняты во внимание также доводы истца о том, что аппарат электронной нумерации клиентов действует в обычном режиме работы отделений Альфа-банка и осуществляет записи номеров не с единицы, а с сотни, что подтверждается письмом ЗАО "Европеум Ко" #495/3 от 19.10.04г., который осуществлял поставку системы управления электронной очередью в отделениях Альфа-банка. Кроме того, по результатам просмотра видеозаписи камер наблюдения, установленных в дополнительном офисе "Балтийский" за 06.07.04г. суд сделал вывод о том, что содержащиеся в спорной публикации сведения о наличии в отделении "толпы людей – человек 80" являются недостоверными, ситуация в данном отделении банка не являлась критической, отделение банка нормально функционировало, в банкоматах можно было получить наличные денежные средства. Представленными видеозаписями камер наблюдения за 06.07.04г., установленных в центральных отделениях банка "Тверская-Ямская", "Маяковский", "Мясницкий", "Охотный ряд", "Петровский", "Большая Полянка", "Рижская", "Варварка", "Пресненский вал", по мнению суда первой инстанции, также опровергнуты содержащиеся в статье сведения о многочасовых очередях в отделениях банка, закрытии некоторых центральных отделений, отсутствии наличных денежных средств в банкоматах.

Судом первой инстанции дана оценка также и содержанию журналу операций по выдаче наличных денежных средств в отделениях розничных продаж "Альфа-Банк Экспресс" за 06.07.04г., из которого следует, что 06.07.04г. все 22 отделения истца работали, количество кассовых операций по снятию наличных денежных средств не превышало 100, в том числе и в дополнительном офисе "Балтийский".

Иных доказательств как при рассмотрении дела в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции ответчик не представил.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о недоказанности ответчиком действительности распространенных сведений. При этом арбитражный апелляционный суд не находит обоснованными доводы апелляционной жалобы о том, что судом не выявлены словесные конструкции и смысловые единицы текста, подпадающие под признаки сведений, не соответствующих действительности и то, что суд не проанализировал содержательно-смысловой направленности спорного текста.

На листе 4 решения содержится анализ содержательно-смысловой направленности спорной публикации, при этом суд выделил отдельные утверждения, несущие смысловую нагрузку и подпадающие под признаки сведений, не соответствующих действительности. Московские отделения Альфа-банка были "атакованы клиентами", отделения банка "осаждались" сотнями вкладчиков, которые выстраивались в многочасовые очереди, некоторые отделения банка прекратили работать ("в центре сразу несколько отделений были закрыты"), а по сообщению некоего источника в банке "там работал только расчетный центр", в банкоматах банка закончилась наличность, ведется запись клиентов для получения денежных средств на следующие дни. Анализ приведенных утверждений в совокупности с заголовком статьи "Банковский кризис вышел на улицу. Системообразующие банки столкнулись с клиентами" и ее подзаголовком "Цепная реакция", а также информацией о том, что такие системообразующие банки, как Альфа-банк и Гута-банк, который 6 июля 2004г. прекратил осуществление расчетов с клиентами, столкнулись с серьезными проблемами, приводят, по мнению суда, к выводу о кризисной ситуации в Альфа-банке.

При этом суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы истца о несостоятельности позиции ответчика в том, что в спорной публикации не содержится утверждения о фактах. Изложенный фрагмент публикации со слов "Вы записались на завтра?" – спрашивает мужчина в конце очереди. "А что толку? – отвечают ему.– Я вот сегодня с утра записывался в центральном отделении – безрезультатно. В итоге пришлось ехать сюда". Девушка у входа в зал, битком заполненный людьми, говорит, что очередь на получение денег с карт стоит уже три часа – а впереди еще человек сорок. "Но это лучше, чем в центре. Мы тут целым офисом объехали все отделения – там вообще очередь под 200 человек, люди записываются на следующие дни" является диалоговой системой, в которой в ответах на вопросы содержатся утверждения о наличии определенных обстоятельств, выступающие утвердительными языковыми конструкциями.

Информация о том, что клиенты Альфа-банка в массовом порядке пытаются забрать свои деньги из банка, простаивают в многочасовых очередях, в центре сразу несколько отделений банка закрыты, ведется запись на получение денег на следующие дни, в банкоматах закончилась наличность, свидетельствует о кризисном финансовом состоянии Альфа-банка, невозможности им исполнить свои обязательства перед клиентами. В связи с этим изложенные в статье сведения, как обоснованно указал суд первой инстанции, не только не соответствуют действительности, но и являются порочащими истца как кредитную организацию. При оценке изложенного судом апелляционной инстанции принимаются во внимание положения п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992г. #11 (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.1993г., от 25.04.1995г. #6), обратившего внимание судов на то, что деловая репутация юридических лиц – одно из условий их успешной деятельности. Указанное обстоятельство обязывает суды при рассмотрении споров о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц глубоко анализировать все обстоятельства каждого дела данной категории.

В этой связи, по мнению суда апелляционной инстанции, для определения порочащими истца распространенных о нем сведений следует принять во внимание характер предпринимательской деятельности истца, занимающегося привлечением денежных средств, в том числе физических лиц-вкладчиков. Возможность осуществления такой деятельности в соответствии со ст. 12 ФЗ от 2 декабря 1990г. #395-1 "О банках и банковской деятельности" поставлена в зависимость от наличия соответствующей лицензии. Это свидетельствует об определенных условиях на ее занятие, цель которых – снижение риска возврата банком денежных средств своим вкладчикам. Как следует из смысла ст. 4 ФЗ от 8 августа 2001г. #128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности", к лицензируемым видам деятельности относятся виды деятельности, осуществление которых может повлечь за собой нанесение ущерба правам, законным интересам, здоровью граждан и т.д. Это также подтверждает то, что внесение вкладов в банк имеет определенный риск для его контрагентов. Распространение несоответствующих действительности сведений в средствах массовой информации о нарушении банком своих обязательств по возврату денежных средств по причине финансового кризиса, т.е. о наличии риска их возврата, что, следовательно, может повлечь невозможность получения вкладчиками своих средств, негативно характеризует деятельность банка как субъекта предпринимательской деятельности, неспособного надлежащим образом исполнить принятые обязательства. Это влияет на дальнейшее успешное осуществление им своей уставной деятельности ввиду возможного оказания ему недоверия и прекращения с ним договорных отношений вкладчиками.

Кроме того, истец, находясь в гражданско-правовых отношениях со своими вкладчиками, имеет перед ними соответствующие обязательства, при этом истец является не просто кредитной организацией, а системообразующим банком, имеющим высокий процент привлечения денежных средств клиентов. Как следует из самой же оспариваемой статьи, Альфа-банк перед публикацией занимал 5-е место на размеру собственного капитала (26 млрд руб.) и 4-е место по сумме чистых активов, средства граждан привлечены на сумму 31,97 млрд руб. В соответствии с Уставом ОАО "Альфа-банк", он имеет 30 филиалов, расположенных в крупнейших городах Российской Федерации, а также представительства в г. Казани и Великобритании.

Следует принять во внимание также и тот факт, что субъектом распространения не соответствующих действительности сведений выступает газета, являющаяся авторитетным печатным изданием и относящаяся к средствам массовой информации, влияющая на формирование общественного мнения, в том числе на формирование представлений о банке, его деловой репутации.

Не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения апелляционной жалобы доводы ответчика относительно наличия оснований для освобождения от ответственности по причине получения сведений, не соответствующих действительности, от информационных агентств. Ответчик ссылается на получение оспариваемых сведений от информационного агентства "Искра", между тем ссылки на их получение от указанного агентства в статье не имеется. В соответствии со ст. 23 указанного закона при распространении сообщений и материалов информационного агентства другим средством массовой информации ссылка на информационное агентство обязательна. Кроме того, ответчик не представил каких-либо доказательств, подтверждающих указанный факт.

Установив обстоятельства по распространению не соответствующих действительности сведений, порочащих деловую репутацию истца, судом первой инстанции обоснованно применены меры к ее защите, избранные истцом.

Исследуя доводы апелляционной жалобы относительно наличия оснований для применения мер ответственности в виде взыскания убытков, а также "репутационного" вреда, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Одним из основных доводов апелляционной жалобы является суждение о том, что нематериальный, так называемый "репутационный" вред не может быть взыскан по аналогии с моральным вредом на основании действующего гражданского законодательства.

Между тем, по мнению суда апелляционной инстанции, анализ норм Конституции Российской Федерации, Гражданского Кодекса Российской Федерации, положений Конвенции о защите, прав человека и основных свобод, применяемой судом на основании ст. 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебных актов Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, имеющих характер судебного толкования и разъяснения по вопросам применения законодательства, а также Европейского Суда по правам человека позволяет сделать вывод о возможности применения для защиты деловой репутации юридического лица правила, касающегося защиты деловой репутации гражданина, в том числе и по компенсации нематериального "репутационного" вреда.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации предусмотрена гарантия каждому судебной защиты, его прав и свобод. Согласно статье 17 Конституции осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. В статье 19 Конституции Российской Федерации закреплено положение о том, что все равны перед законом и судом.

Статья 150 Гражданского Кодекса Российской Федерации, определяющая объекты неимущественных прав граждан и юридических лиц, предусматривает, что нематериальные блага подлежат защите в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Гражданский кодекс Российской Федерации в статье 12 содержит перечень способов защиты гражданских прав, среди которых названа компенсация морального вреда. Статьей предусмотрено также, что защита гражданских прав может осуществляться иными способами, предусмотренными законом. В развитие указанной нормы пунктом 5 статьи 152 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность требования гражданином, в отношении которого распространены сведения, порочащие его деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением. Пункт 7 указанной статьи предусматривает правило о том, что эти положения соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2003г. #508-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 152 Гражданского Кодекса Российской Федерации закреплено положение о том, что право на судебную защиту по своей природе может принадлежать как физическим, так и юридическим лицам. Применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения. Данный вывод, как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации, основан на положениях статьи 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

При этом в Определении Конституционного суда имеется указание, согласно которому Конвенция о защите прав человека и основных свобод, являющаяся в соответствии со статьей 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, в том числе юридическому лицу, для обеспечения действенности права на справедливое судебное разбирательство (статья 41). Исходя из этого, Европейский Суд по правам человека в Постановлении от 6 апреля 2000 года по делу "Комингерсол С.А. против Португалии" пришел к выводу о том, что суд не может исключить возможность присуждения коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки. При этом необходимо принять во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствия в управлении компанией, а также беспокойство и неудобства, причиненные членам руководства компании.

Кроме того, в приведенном Постановлении Европейского суда по названному делу (источник: сайт Европейского Суда по правам человека, перевод на русский язык Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ, 2001г., #2) указано, что в свете собственной судебной практики и практики в государствах–членах Совета Европы Суд не может исключить возможность того, что коммерческой компании может быть присуждена компенсация за нематериальные убытки. Суд напоминает, что Конвенция должна толковаться и применяться таким образом, чтобы гарантировать права, которые являются реальными и действенными. Соответственно, поскольку основной формой возмещения убытков, которую может присудить Суд, является денежная компенсация, Суд обязательно должен иметь полномочия, если гарантированное статьей 6 Конвенции право должно быть действенным, присуждать денежную компенсацию за нематериальные убытки коммерческим компаниям в том числе.

Анализ приведенных положений норм права и указанных судебных решений позволяет сделать вывод о необходимости обеспечения судом как равной защиты неимущественных прав физических и юридических лиц, так и равной ответственности при их нарушении, независимо от их субъектного состава, возможности применения к истцу меры защиты в виде взыскания нематериального "репутационного" вреда.

При оценке нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения судом апелляционной инстанции были приняты во внимание как значение порочащих истца сведений, о чем было указано ранее, так и степень распространения не соответствующих действительности сведений, а также последствия, наступившие для истца их распространением. Из сведений газеты "Коммерсантъ" следует, что ее тираж составляет 118 748 экземпляров, только печатается в 18 городах Российской Федерации: Владивостоке, Волгограде, Воронеже, Екатеринбурге, Иркутске, Казани, Красноярске, Москве, Нижнем Новгороде, Новосибирске, Омске, Перми, Ростове-на-Дону, Самаре, Санкт-Петербурге, Франкфурте-на-Майне, Хабаровске. Как пояснил суду истец, сумма оттока вкладов с 7 по 12 июля 2004г. составила 6 031 816 000 руб., которая и представляет материальное выражение утраты доверия со стороны вкладчиков. Между тем истцом сумма "репутационного" вреда была заявлена в меньшей сумме, и которую ответчик не назвал как разорительную или непосильную, т.е. по существу не представляя возражения на ее размер.

Ответчик, оспаривая по существу взыскание судом заявленной истцом суммы убытков, считает недоказанным наличие условий наступления гражданско-правовой ответственности, в частности, факта причинения убытков действиями ответчика, наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением истцу убытков, а также заявленный истцом размер причиненных убытков.

Как было указано ранее, истцом заявлены убытки: 1) от неполучения процентного дохода по кредитам в сумме 2.398.829 руб. 80 коп.; 2) от покупки дополнительных объемов наличных долларов США в сумме 7.447.119 руб. 73 коп.; 3) от проведения внеплановой рекламной кампании в сумме 8.496.327 руб. 37 коп.: 4) убытки, связанные с дополнительными расходами на охрану в сумме 1.694.791 руб. 93 коп.; 5) убытки, связанные с дополнительными расходами на инкассацию в сумме 169.874 руб. 97 коп.; 6) убытки, связанные с расходами от увеличения трудозатрат, в сумме 298.962 руб. 89 коп.

В соответствии со ст. 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для возмещения убытков, являющейся мерой гражданско-правовой ответственности, необходимо доказать условия, при которых возможно ее наступление, а также обоснованность и доказанность размера причиненных убытков.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996г. #6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" особо подчеркивается, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств и т.п.".

Как следует из исковых требований, истцом заявлено о возмещении как реальных убытков, так и убытков, представляющих упущенную выгоду, судом первой инстанции требования удовлетворены в полном объеме. Однако при исследовании изложенных доводов апелляционной жалобы в этой части, суд апелляционной инстанции соглашается с ответчиком в части недоказанности оснований для взыскания следующих реальных убытков: 1) от покупки дополнительных объемов наличных долларов США в сумме 7.447.119 руб. 73 коп.; 2) убытков, связанных с дополнительными расходами на охрану в сумме 1.694.791 руб. 93 коп.; 3) убытков, связанных с дополнительными расходами на инкассацию в сумме 169.874 руб. 97 коп.; 4) убытков, связанных с расходами от увеличения трудозатрат, в сумме 298.962 руб. 89 коп. Истец суду пояснил, что указанные затраты были произведены для восстановления своего права, которое было нарушено противоправными действиями ответчика. Однако, по мнению суда апелляционной инстанции между указанными затратами, понесенными истцом, и действиями ответчика не имеется причинно-следственной связи. Приобретение дополнительного количества наличных долларов США в сумме 7 447 119 руб. 73 коп., как следует из материалов дела, обусловлено обращениями вкладчиков о выдаче внесенных денежных средств, что повлекло, по мнению апелляционной инстанции, наступление у ответчика договорной обязанности совершить такие действия надлежащими образом. По таким же основаниям апелляционный суд находит необоснованным взыскание и других убытков, связанных с дополнительными расходами на охрану, инкассацию, увеличение трудозатрат. Поступление большого количества обращений вкладчиков с такими требованиями в указанный истцом период не может повлиять на выводы суда, поскольку такие затраты могут быть оценены как совершенные в процессе обычной хозяйственной деятельности истца. В связи с изложенным, общая сумма взыскиваемых убытков подлежит уменьшению на сумму 7.447.119 руб. 73 коп., составляющую расходы на приобретение дополнительных наличных долларов, 1.694.791 руб. 93 коп.– расходы на охрану, 169.874 руб. 97 коп.– расходы на инкассацию, 298.962 руб. 89 коп.– расходы, связанные с увеличением трудозатрат.

Взыскание убытков, причиненных неполучением процентного дохода по кредитам в сумме 2.398.829 руб. 80 коп. и проведением внеплановой рекламной кампании в сумме 8.496.327 руб. 37 коп., по мнению апелляционного суда, произведено обоснованно, поскольку основания их взыскания истцом доказаны представленными по делу доказательствами. При этом судом первой инстанции исследованы доказательства, связанные с невозможностью осуществления кредитования ввиду возросшей активности населения по снятию наличных денежных средств, что обусловлено распространением не соответствующих действительности сведений в оспоренной статье. Судом исследованы журналы операций по выдаче наличных денежных средств в отделениях розничных продаж "Альфа-Банк Экспресс" за 06.07.2004 и 07.07.2004, а также справку за подписью главного бухгалтера банка о размере выданных наличных денежных средств клиентам банка 6 и 7 июля 2004 года. Истец со ссылкой на Инструкцию Банка России "О порядке регулирования деятельности банков" от 01.10.97 #1, письмо Банка России "О рекомендациях по анализу ликвидности кредитных организаций" от 27.07.2000 #139-Т доказал, что резкое падение объемов депозитов физических лиц повлекло приостановление в период с 7 по 12 июля 2004 года действие принятого в банке Регламента привлечения, размещения и фондирования ресурсов, что означает приостановление банком процесса кредитования. Представленная истцом оборотная ведомость по счетам бухгалтерского учета кредитной организации за 6 июля 2004г. подтверждает, что совокупная сумма денежных средств на корреспондентских счетах "Альфа-банка" по состоянию на конец дня 06.07.04г. составила 6 534 244 руб. 00 коп. Истцом представлены также документы, подтверждающие наличие у потенциальных заемщиков банка потребности в получении кредитов, а также готовность банка данные кредиты предоставить. Общая сумма невыданных истцом в указанный период кредитов, а также сумма неполученных процентных доходов по таким кредитам подтверждена отчетом ЗАО "БДО Юникон". По мнению апелляционной инстанции, истцом доказаны также и расходы, связанные с проведением внеплановой рекламной компании. Услуги по производству и размещению телевизионных рекламных роликов, содержание которых было направлено на восстановление деловой репутации ответчика, были оказаны ООО "ББДО Маркетинг" в рамках Агентского договора #01/04 от 05.01.04г., но являются внеплановыми, обусловленные распространением ответчиком не соответствующих действительности сведений. Это подтверждается письмом истца от 08.07.04г. #323/007-1-6, а также ответным письмом ООО "ББДО Маркетинг" от 09.07.04г., произведенной оплатой по платежному поручению #1 от 29.07.04г. В этой части доводы апелляционной жалобы не подлежат удовлетворению.

Не могут быть признаны обоснованными, по мнению апелляционной инстанции, также и доводы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права. Как следует из материалов дела, ответчиком ходатайство было заявлено о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей, а не арбитражных заседателей, в связи с чем судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства было отказано по причине того, что АПК РФ не предусматривает рассмотрение дела с участием присяжных заседателей. Кроме того, анализ ст. 28 АПК РФ также не позволяет сделать вывод о том, что судом была нарушена подведомственность спора о возмещении "репутационного" вреда юридическому лицу. Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о неподведомственности спора арбитражному суду. Статьей 33 АПК РФ предусмотрены дела, относящиеся к специальной подведомственности дел арбитражному суду, среди которых названы также дела о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст.ст. 266-268, п. 2 ст. 269, ст. 271 АПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы по делу А40-40374/04-89-467 по иску ОАО "Альфа-банк" к ЗАО "Коммерсантъ. Издательский дом" изменить в части взыскания убытков. Взыскать с ответчика ЗАО "Коммерсантъ. Издательский дом" в пользу истца ОАО "Альфа-банк" 10895157 руб. 17 коп. В остальной части решение оставить без изменения.

Председательствующий Е.Е. Борисова Судьи А.А. Солопова, В.В. Попов