учебный год 2023 / Kommentariy-k-statyam-182-189-GK-E.-Papchenkova-izvlechenie-iz-vtorogo-toma-Glossyi

отношение отсутствует. Ни ст. 976, ни ст. 187 ГК РФ, посвященные передоверию, не устанавливают обязательного наличия договорных отношений между доверителем и субпредставителем.

Однако в указанном случае неясно, каким образом должны регулироваться отношения между ними. Тут возможны три варианта: 1) регулирование отношений на основании внедоговорных положений ГК РФ, в частности норм о неосновательном обогащении; 2) наличие договора между представляемым и субпредставителем (например, когда субпредставитель, как и первый представитель, является сотрудником представляемого); 3) заключение представителем с субпредставителем самостоятельно договора, причем необязательно повторяющего договор с представляемым. На практике последняя модель отношений встречается чаще всего в ситуации, когда первым представителем является юридическое лицо (здесь, как правило, субпредставитель является сотрудником представителя, действующим на основании трудового договора). В последнем случае, однако, исключены какие бы то не было правопритязания субпредставителя к представляемому (равно, как и наоборот), взаимодействие осуществляется через первоначального представителя.

1.4.Ответственность субпредставителя за отсутствие полномочий

упредставителя. В конструкции передоверия возникает интересный вопрос: может ли субпредставитель быть привлечен к ответственности по п. 3 ст. 183 ГК РФ в случае полного или частичного отсутствия полномочий у представителя? Если положительно отвечать на этот вопрос, то надо признать, что субпредставитель несет ответственность не только за свои действия, но и за чужие: гарантируя свои полномочия, он тем самым подразумеваемым образом гарантирует и исходные полномочия первого представителя. Охватывается ли такое расширение гарантии целями нормы ст. 183 ГК РФ? С одной стороны, субпредставитель находится на одно звено дальше от представляемого, и уже нельзя говорить о безоговорочной обоснованности возложения на него ответственности. С другой стороны, именно субпредставитель выступает в обороте от имени представляемого, чем автоматически гарантирует наличие у себя (равно как и у первоначального представителя) полномочий. Такое распределение рисков справедливо, учитывая, какие повышенные риски несет в себе участие в обороте субпредставителя. Подробнее об ответственности лжепредставителя см. комментарий к п. 3 ст. 183 ГК РФ.

1.5.Передоверие полномочий при множестве представителей. Необходимость передоверия может возникнуть и в том случае, когда доверенность выдана нескольким представителям.

1070

При раздельном порядке осуществления полномочий передоверие не вызывает вопросов. В случае выдачи доверенности с правом передоверия нескольким представителям без указания на совместное осуществление ими данных полномочий любой из них вправе передоверить полномочия по доверенности другому лицу (п. 5 ст. 185, п. 1 ст. 187 ГК РФ). При этом лицо, которому полномочия переданы

впорядке передоверия, и остальные представители по первоначальной доверенности обладают всеми полномочиями, перечисленными

вдоверенности, и осуществляют их раздельно, если иное не указано в доверенности или не установлено законом (п. 7.2 Письма ФНП от 22 июля 2016 г. № 2668/03-16-3).

Однако совместно действующие представители уже не столь свободны в своем праве передоверия. Пункт 127 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 закрепляет, что, когда доверенностью о совместном осуществлении полномочий предусмотрено передоверие, его осуществление возможно только всеми представителями совместно, если иное не установлено в доверенности. Таким образом закрепляется презумпция, что передоверие совместного полномочия может быть осуществлено только совместно. Соответственно два совместных представителя своей совместно выраженной волей могут при наличии в доверенности такого разрешения (либо в ситуации, когда они вынуждены к этому силою обстоятельств, и в доверенности передоверие не запрещено) передоверить свои совместные полномочия.

При этом данный пункт сформулирован как диспозитивный («если иное не установлено в доверенности»).

Гибкость регулирования, однако, ставит множество вопросов о пределах свободы усмотрения представляемого и представителей.

(а)Может ли совместное передоверие быть направлено на наделение полномочиями не того числа субпредставителей, которое соответствует

числу изначальных совместных представителей, а меньшего числа (например, одного субпредставителя)? Представляется, что ответ должен быть положительным. Своим совместным волеизъявлением сопредставители могут осуществить передоверие (при наличии разрешения передоверия или в ситуации, когда сопредставители вынуждены к передоверию силою обстоятельств и передоверие не запрещено) как любому числу субпредставителей, так и одному субпредставителю. Данный вывод справедлив кроме случаев, когда в исходной доверенности прямо указано на право передоверия только тому числу субпредставителей, которое соответствует числу изначальных представителей.

(б) Может ли доверенность предусматривать право одного из совместных представителей передоверить полномочия? По общему пра-

1071

вилу при совместной множественности представителей передоверие возможно только в результате совместного волеизъявления представителей. Но из формулировки п. 127 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 усматривается, что в самой исходной доверенности может быть допущено передоверие по воле одного из совместных представителей. Прямой ответ на этот вопрос дан также в п. 7.2 Письма ФНП от 22 июля 2016 г. № 2668/03-16-3, в котором закреплено, что

вслучае совместного осуществления полномочий по доверенности

вней может быть предусмотрено право каждого из представителей совершить передоверие.

Вкаком порядке в этом случае осуществляет полномочие субпредставитель совместного(ых) представителя(ей)? Из п. 127 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 не следует никакого ответа на этот вопрос. Между тем он является ключевым с точки зрения сохранения устойчивости конструкции совместного представительства и защиты интересов представляемого.

Представляется, что здесь один из совместных представителей передоверяет свое полномочие действовать совместно с иными представителями «первого уровня».

Вп. 7.2 Письма ФНП от 22 июля 2016 г. № 2668/03-16-3 указано, что лицо, получившее полномочия в результате передоверия, сможет осуществлять их только совместно с остальными лицами, указанными

впервоначальной доверенности. Такой подход видится догматически верным – один из сопредставителей не может передоверить полномочия больше тех, чем есть у него самого. Изначально осуществление полномочий было ограничено условием об обязательном совместном порядке осуществления полномочий. Поэтому субпредставитель точно также становится связанным условием о совместности полномочий.

Однако, если сам представляемый прямо допустит в доверенности возможность передоверия одним из сопредставителей третьему лицу всего объема полномочий совместных представителей, думается, нет оснований отказывать ему в этом, ведь он изначально мог установить раздельное представительство каждого представителя. Вместе с тем тут возникает проблема: представитель по сути передоверяет полномочий большего объема, чем имеет сам. В то же время если смотреть на передоверие не как на передачу полномочий, а как на назначение нового представителя (чем передоверие с догматической точки зрения и является), то объем полномочий первоначального представителя уже не будет играть столь решающей роли.

Здесь возникает вопрос о том, необходимо ли участие передоверившего полномочия сопредставителя в последующем заключении

1072

сделки? В п. 7.2 Письма ФНП от 22 июля 2016 г. № 2668/03-16-3 указано, что лицо, получившее полномочия в результате передоверия, сможет осуществлять их только совместно с остальными лицами,

указанными в первоначальной доверенности. Под остальными лицами, указанными в первоначальной доверенности, естественно, понимаются все указанные в ней представители, за исключением того из них, который совершил передоверие. Иное толкование было бы просто абсурдным. Ведь передоверие обычно спровоцировано тем, что изначальный представитель по тем или иным причинам не в состоянии осуществлять свои полномочия (например, по болезни).

Кроме этого добавление нового сопредставителя (а не замена им старого) может противоречить воле самого представляемого, так как делает и без того сложную конструкцию совместного представительства еще более громоздкой. Так, если передоверить полномочия решат в ка- кой-то момент все совместные представители, то их количество увеличится ровно в два раза – а значит, договор должны будут подписать, например, не 5, а 10 человек. Соответствует ли это цели передоверия, смысл которого как раз в делегации полномочий, которые представитель сам выполнить не может? Если доверенность в принципе допускает возможность передоверия полномочий другому доверенному лицу, то личность конкретного совместного представителя не играет для представляемого существенной роли. Ключевым является определенное количество совместных представителей, чем обеспечивается их перекрестный контроль друг за другом и что сохраняется даже при замене одного представителя другим.

Соответственно, тот факт, что полномочия представителя, передоверившего полномочия по п. 6 ст. 187 ГК РФ, не прекращаются и с формальной точки зрения он остается одним из совместных представителей, не означает, что после передоверия участие совершившего такое передоверие изначального совместного представителя в совершении сделки также требуется.

(в) Может ли передоверие быть осуществлено в отношении другого (других) сопредставителя? В ситуации, когда сопредставитель передоверяет свои полномочия другому сопредставителю, передоверивший полномочия представитель не может отстраниться от совместного представительства без последствия для его целостности. Как минимум на одного из сопредставителей станет меньше, как максимум – если представителей всего два – совместное полномочие превратится в единоличное.

Здесь оправдано обращение по аналогии к абз. 2 п. 126 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июня 2015 г. № 25: «Когда по условиям

1073

доверенности полномочия должны осуществляться совместно, отказ одного из представителей влечет за собой прекращение доверенности в целом». И хотя сопредставитель, передоверивший полномочия, не отказывается от них, и само по себе передоверие, как было сказано, не влечет прекращения его полномочий, ситуации здесь похожи: сопредставитель по собственной воле сокращает число сопредставителей, чем разрушает тонкий баланс, выстроенный представляемым при выдаче доверенности. В данном случае можно было бы говорить об отсутствии эффекта у такого аномального передоверия и недопустимости удостоверения такого передоверия нотариусом.

При этом ничто не должно препятствовать указанию на возможность такого аномального передоверия одним из сопредставителей

впользу другого сопредставителя в самой исходной доверенности. Все указанные моменты должны быть учтены заранее и прописаны

вдоверенности во избежание неясностей на практике.

1.6.Передоверие полномочий в иных видах представительства. Статья 187 ГК РФ распространяется только на представителей по доверенности. Возможность для законного представителя передоверить свои полномочия прямо не закреплена, однако, ее можно вывести из отдельных норм закона. Так, в частности, в ч. 3 ст. 52 ГПК РФ указано на право законных представителей поручить ведение дела в суде другому лицу, избранному ими в качестве представителя.

Однако в данном случае речь идет о процессуальных отношениях, но не о материально-правовых сделках. О том, может ли совершение последних от имени несовершеннолетних и недееспособных передоверяться их законными представителями третьим лицам, ведется некоторая дискуссия. Камнем преткновения является норма п. 1 ст. 28 ГК РФ о том, что за несовершеннолетних, не достигших возраста 14 лет, сделки могут совершать только их родители, усыновители или опекуны. Из указанной нормы можно было бы вывести, что сделки от имени таких лиц могут совершать только лица, включенные в закрытый перечень (а не представители по доверенности). Вместе с тем выдача доверенности третьему лицу от имени несовершеннолетнего является обычной сделкой, которую могут совершить законные представители. Представляется, что возможность выдачи доверенности законным представителем должна признаваться, но в данном случае правила комментируемой статьи о передоверии напрямую применяться не могут. В частности, не подлежит применению правило о нотариальном удостоверении передоверия.

В отношении директоров юридических лиц комментируемая норма о передоверии также напрямую неприменима, так как директор

1074

не является представителем по доверенности. В п. 121 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 ст. 187 ГК РФ не была названа среди тех, которые применимы к директорам юридических лиц. Директор юридического лица выдает доверенности от имени юридического лица (п. 4 ст. 185.1 ГК РФ), а не совершает передоверие в смысле ст. 187 ГК РФ. В российском законодательстве не предусмотрено никаких ограничений на передачу единоличным исполнительным органом юридического лица всех или части своих полномочий третьему лицу посредством выдачи специальной или генеральной доверенности.

При этом, однако, в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 62 разъяснено, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные

врезультате этого убытки.

ВПостановлении Президиума ВАС РФ от 21 января 2014 г. № 9324/13 указанное разъяснение было применено к ситуации выдачи директором генеральной доверенности третьему лицу. В данном деле Президиум ВАС РФ указал, что действия генерального директора по выдаче третьему лицу от имени организации генеральной доверенности с полномочиями, фактически равными по объему полномочиям директора, в отсутствие какого-либо обоснования и не обусловленные характером и масштабом хозяйственной деятельности общества, не могут считаться добросовестными и разумными, т.е. соответствующими обычной деловой практике. Указанные действия нарушают гарантируемую акционерам возможность принимать участие в выборе лица, имеющего право представлять интересы общества в качестве единоличного исполнительного органа, предоставляемую им ст. 69 Закона об акционерных обществах. В этом случае директор должен доказать, что его действия по передаче своих полномочий другому лицу были добросовестными и разумными, а не ограничиваться формальной ссылкой на наличие у него безусловного права передавать такие полномочия любому лицу.

Вто же время, признавая неразумность и недобросовестность подобных действий директора и соответственно наличие оснований привлечь его за них к ответственности, Президиум ВАС РФ ничего не сказал о действительности передачи такого полномочия третьему лицу. Из этого можно вывести, что она в любом случае сохраняет силу, если только не будет оспорена по самостоятельным основаниям.

1075

1.7. Статус исполняющего обязанности директора. Нередко в практике передача полномочий директором осуществляется посредством назначения одного из своих заместителей в качестве временно исполняющего обязанности директора. Практика с самого начала признавала законными сделки, заключенные такими заместителями. Так, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 24 марта 1998 г. № 6813/97 Суд указал, что «назначение директором на время своего отпуска другого работника исполняющим обязанности директора не противоречит ни уставу, ни закону» (см. также Постановление Президиума ВАС РФ от 9 февраля 1999 г. № 6164/98).

Однако с доктринальной точки зрения назначение заместителя

вкачестве временно исполняющего обязанности директора является обычной выдачей доверенности (актом уполномочия), но не передоверием и не особым корпоративным актом. Во многих судебных актах полномочия исполняющего обязанности директора подтверждались помимо приказа о его назначении также доверенностью, выданной

вустановленном порядке (см. Постановление Президиума ВАС РФ от 27 мая 2008 г. № 17549/07). Вместе с тем в некоторых случаях приказ о назначении заместителя может быть также истолкован как уполномочие (как было показано, уполномочие не обязательно должно быть представлено отдельным документом со словом «доверенность»).

Так как назначение заместителя является уполномочием, доверенности, выдаваемые третьим лицам самим исполняющим обязанности, подлежат обязательному нотариальному удостоверению как доверенности, выдаваемые в порядке передоверия (п. 3 ст. 187 ГК РФ). В случае отсутствия удостоверения они будут признаваться ничтожными.

2.Обязанность информировать представляемого о передоверии.

Пункт 2 ст. 187 ГК РФ устанавливает обязанность представителя, передавшего полномочия другому лицу, известить об этом в разумный срок выдавшее доверенность лицо и сообщить ему необходимые сведения о лице, которому переданы полномочия. Неисполнение этой обязанности возлагает на передавшее полномочия лицо ответственность за действия лица, которому оно передало полномочия, как за свои собственные, однако, не является основанием для признания заключенного последним договора недействительным или незаключенным от имени представляемого.

Из смысла закона следует, что в случае надлежащего и своевременного уведомления представляемого о факте передоверия представитель не несет ответственность перед представляемым за неразумное и недобросовестное осуществление субпредставителем своих полномочий.

1076

Если субпредставитель связан с представляемым своими собственными договорными отношениями (например, является сотрудником представляемого), иск к субпредставителю о нарушении своих фидуциарных обязанностей будет предъявлять представляемый. Но что если представляемый и субпредставитель не связаны договорными отношениями? Если субпредставитель связан договорными отношениями с представителем, было бы логично, чтобы представитель нес перед представляемым ответственность за действия субпредставителя даже в случае, когда представляемый был своевременно извещен о передоверии. Этот вывод вытекает из положений ст. 403 ГК РФ. Самый сложный вопрос возникает в отношении определения ответственного лица в ситуации, когда субпредставитель не связан договорными отношениями ни с представляемым, ни с представителем. Но и здесь было бы логично применять ст. 403 ГК РФ: представитель (должник) отвечает перед представляемым (кредитором) за действия привлеченных им лиц.

Витоге мы приходим к выводу, что комментируемое положение ГК РФ крайне неудачно. Вопросы ответственности не входят в предмет представительства, а регулируются внутренними отношениями представляемого и представителя или субпредставителей. Поэтому этим вопросам не место в гл. 10 ГК РФ.

Всвязи с этим неудивительно, что положений, аналогичных комментируемой норме, нет ни в ст. 2.2.8 Принципов УНИДРУА, ни в ст. II.-6:104 Модельных правил европейского частного права.

Внекоторых случаях закон устанавливает иные последствия передачи представителем своих полномочий. Так, п. 10 ст. 29.1 Закона

орынке ценных бумаг закрепляет, что представитель владельцев облигаций вправе привлекать иных лиц для исполнения своих обязанностей. В этом случае представитель владельцев облигаций отвечает за действия указанных лиц как за свои собственные. Как видно, в данном случае ответственность представителя за действия субпредставителя является безусловной.

Как уже было сказано, ст. 187 ГК РФ, в том числе ее п. 2, не применяется к директорам юридического лица (она не названа в п. 121 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 среди положений главы о представительстве, которые применяются к директорам юридических лиц). Такое решение логично, ведь извещение представляемого (юридического лица) само по себе не имеет смысла, извещение же акционеров (участников, собственника имущества унитарного предприятия и т.п.) возможно, однако, с трудом представляется в условиях каждодневной деятельности, требующей от директора постоян-

1077

ной выдачи доверенностей сотрудникам. Ответственность директора перед обществом за действия представителя не будет зависеть от факта уведомления самого общества и его участников (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 62; Постановление Президиума ВАС РФ от 21 января 2014 г. № 9324/13).

3.Нотариальное удостоверение. Доверенность, выдаваемая в порядке передоверия, должна быть нотариально удостоверена. Правило об обязательной нотариальной форме доверенности, выдаваемой в порядке передоверия, не было известно ГК РСФСР 1922 г. (ст. 273 содержала лишь указание на необходимость отметки о сделанном передоверии на оригинале доверенности) и появилось только в ГК РСФСР 1964 г.

Нотариус при удостоверении передоверия проверяет наличие права осуществить передоверие. Если право осуществить передоверие поименовано в доверенности, доказывание права на передоверие не должно вызывать особых проблем. Если в доверенности право осуществить передоверие не упомянуто (но отсутствует и прямой запрет на передоверие), представитель может доказать нотариусу, что имеется иное основание для передоверия, поименованное в законе (наличие обстоятельств, вынуждающих представителя к передоверию для охраны интересов лица, выдавшего доверенность) или в доверенности (если она ставит возможность осуществления передоверия под те или иные условия). Если нотариусу не представлены достоверные

иубедительные доказательства наступления таких указанных в законе или в доверенности условий, он может отказать в удостоверении передоверия.

3.1.Обязательно ли первоначальная доверенность должна быть удостоверена нотариально? Из закона не следует, что первоначальная доверенность, по которой производится передоверие, также должна быть удостоверена нотариально. Однако нередко нотариусы предъявляют такое не основанное на законе требование. Хотя это требование можно рационально объяснить: если нотариусу будет предъявлена лишь доверенность в простой письменной форме, выдавая нотариально удостоверенную доверенность в порядке передоверия, он породит у участников оборота представление о полной законности такой доверенности. Вместе с тем если первоначальная доверенность является недействительной (например, ее не подписывало лицо, указанное в ней в качестве представляемого), доверенность в порядке передоверия будет ничтожной (поскольку у представителя не имелось полномочий действовать от имени представляемого, то он не мог наделить полномочиями и субпредставителя).

1078

Как представляется, правильным решением является все же не то, которое интуитивно вырабатывает нотариальная практика (отказ в удостоверении доверенности, выдаваемой в порядке передоверия, если первоначальная доверенность не удостоверена нотариально). Более удачным было бы нотариальное удостоверение указанной доверенности с отметкой о том, что первоначальная доверенность не была удостоверена нотариально, и поэтому нотариус не гарантирует законность удостоверенной им субдоверенности.

3.2.Альтернативные способы удостоверения передоверия. Может ли передоверие быть удостоверено не нотариусом, а теми лицами, которые

всилу п. 2 ст. 185.1 ГК РФ управомочены удостоверять доверенности вместо нотариуса? Как представляется, ответ на данный вопрос должен быть утвердительным.

3.3.Исключения из правила о необходимости удостоверения передоверия. Не все доверенности, выдаваемые в порядке передоверия, требуют нотариального удостоверения. Так, для процессуальной доверенности будут действовать специальные нормы ч. 6 ст. 53 ГПК РФ и ч. 4 ст. 61 АПК РФ, согласно которым полномочия представителя могут быть определены в устном или письменном заявлении доверителя или первоначального представителя в суде, в том числе руководителя филиала, представительства, представителя в силу закона или договора. Отказ суда

вудовлетворении заявления о допуске нового представителя со ссылкой на необходимость предоставления доверенности, оформленной по правилам ст. 187 ГК РФ, не допускается (Обзор судебной практики ВС РФ № 2 (2015), утвержденный Президиумом ВС РФ 26 июня 2015 г.).

Кроме того, в результате реформы 2013 г. было исключено требование о нотариальном удостоверении доверенности, выдаваемой в порядке передоверия юридическими лицами, выступающими в качестве представителей, а также руководителями филиалов и представительств юридического лица, являющегося представляемым (п. 3 ст. 187 ГК РФ). Первый из указанных случаев возможен лишь тогда, когда первоначальным представителем представляемого является юридическое лицо (например, некая брокерская или юридическая фирма). В этой ситуации данная организация в лице своего директора передоверяет полученные полномочия третьему лицу (обычно сотруднику).

Второй из указанных случаев (передоверие через директора филиала или представительства) упрощает передоверие и снижает издержки. Иначе любые доверенности, выдаваемые директором филиала организации (даже на самые незначительные юридические действия), должны были бы оформляться нотариально. В то же время следует иметь в виду, что на сегодняшний день личность директора филиала

1079