§ 823 Ггу. Обязанность возместить вред

1) Лицо, которое умышленно или по неосторожности противоправно причинит вред жизни или здоровью, посягнет на свободу, собственность или иное право другого лица, обязано возместить потерпевшему причиненный вред.

2) Эта обязанность возникает также у лица, которое нарушит закон, направленный на защиту другого лица. Если в соответствии с содержанием такого закона его нарушение возможно и при отсутствии вины, то обязанность возмещения вреда возникает только при наличии вины.

§ 826 Ггу. Умышленное и противоречащее добрым нравам причинение вреда

Лицо, которое умышленно причинит другому лицу вред способом, противоречащим добрым нравам, обязано возместить причиненный вред.

С этих позиций противоправным будет поведение не только того лыжника, который «протаранил» другого, но и осмотрительного лыжника, поскольку столкновение с ним повлекло прямое причинение вреда здоровью первого лыжника.

Несмотря на то, что теория противоправности, основанной на результате, приводит к такому неудовлетворительному результату, ее поддержка в Германии стабильно возрастает.

Koziol H., однако, подвергает ее критике, поскольку, во-первых, лицо, совершающее определенное действие, должно быть заранее мотивировано или демотивировано в отношении него, а ex post оценка правомерности не всегда позволяет этого достичь; во-вторых, эта теория не объясняет, что может быть поставлено в вину лицу, которое действовало предельно разумно, как действовало бы любое другое лицо, а без виновности не может быть и виновной ответственности (в рамках которой данная теория существует); в-третьих, абсолютные права защищаются не от всех посягательств и не всегда негативный результат свидетельствует о противоправности (пример: посягательства de minimis («пустяковые»); чистые экономические убытки). Вместо того, чтобы использовать критерий вреда для выявления противоправности и, как следствие, оснований для предъявления притязания о возмещении вреда, Koziol H. предлагает использовать его для определения того, возникло ли у потерпевшего право на осуществление защитных и превентивных мер, направленных на предупреждение более серьезных последствий противоправного поведения (самозащита, требование о приостановлении определенной деятельности, притязания из неосновательного обогащения и др.).

Koziol H. выделяет три уровня самодостаточности противоправности для порождения деликтной ответственности в зависимости от степени абстрактности того, вступает ли поведение в конфликт с правовой системой (чем выше степень абстрактности, тем меньше самодостаточность):

1. Теория противоправности, основанной на результате. Иное название, предложенное автором – «выполнение фактических элементов правонарушения» (fulfilment of the factual elements of the offence, Tatbestandsmäßigkeit). Наиболее высокий уровень абстрактности. Достаточна только для констатации возникновения права на защиту и превенцию, но не права на возмещение вреда.

2. Теория противоправности поведения. Меньший уровень абстракции. На этом уровне противоправность приобретает такую значимость, что в сочетании с менее значимыми элементами может повлечь ответственность за причиненный вред. Например, «объективно беспечное» (objectively careless, т.е. без надлежащего уровня заботы) поведение может повлечь ответственность в сочетании повышенной степенью опасности: