5. Является ли Абхазия субъектом международного права?

Даже до своего признания, с момента своего создания в качестве независимого государства, Абхазия приобрела отдельную международную правосубъектность. Международно-правовой статус Абхазии заявлен в её Конституции 1994 года. Непризнание Абхазии де-юре не изменяет этой ситуации. Как отмечается Американским институтом права, «образование, не признанное в качестве государства, но отвечающее критериям, необходимым для его признания в качестве такового, в свете международного права имеет права государства относительно не признающего его государства».

Кроуфорд также указывает на то, что «государства на практике не рассматривают непризнанные государства как свободные от норммеждународного права, и они на самом деле поддерживают определенный, нередко весьма значительный уровень неофициального общения». По его мнению, «можно предполагать, что международный статус государства как «субъекта международного права» в принципе независим от признания» (Crawford 1979: 24).

После признания Абхазии шестью государствами-членами ООН ее международная правосубъектность уже вне всякого сомнения, и любым утверждениям об обратном следует считаться с правовыми аргументами, приведенными выше.

6. Нарушила ли Россия международное право, признав независимость Абхазии?

После войны 1992-1993 годов Абхазия не была связана с Грузией ни одним юридически обязывающим документом в рамках единой государственной структуры.

В послевоенный период Абхазия превратилась в полноценное государство со всеми государственными атрибутами, структурами и институтами, с демократическими президентскими и парламентскими выборами, стабильной политической системой и жизнеспособной экономикой.

Грузия, несмотря на ее притязания на территорию Абхазии, после 1993 года не была в состоянии установить над нею свой контроль ни политическими, ни военными средствами. Таким образом, сложилась ситуация политического тупика, который мог бы сохраняться бесконечно долго, как показывают ситуации, например, в случаях Тайваня или Северного Кипра. Признание независимости Абхазии и Южной Осетии Российской Федерацией последовало после военного нападения Грузии на Южную Осетию и угрозы атаковать Абхазию. Это признание стало политическим средством защитить эти две небольшие нации от вооруженного нападения и угнетения со стороны Грузии.

Таким образом, необходимость спасения угнетенного меньшинства оправдывает политический акт со стороны России в той же мере, в какой западные державы оправдывали свое признание независимости бывшей сербской провинции Косово необходимостью защитить ее албанское население.

Важнейшим фактором, который необходимо учитывать при рассмотрении вопроса о правомочности действий России в отношении Абхазии и Южной Осетии, является то обстоятельство, что территориальная целостность Грузии в пределах ее советских границ не могла быть сохранена и практически была нереализуема ни политическими, ни военными средствами.

Отделение Абхазии и Южной Осетии от Грузии было свершившимся и неоспоримым фактом задолго до их официального признания со стороны России. К моменту признания Россией Абхазии и Южной Осетии Грузия фактически представляла собой уже давно распавшееся государство.