Основные права, свободы и обязанности человека и гражданина.
Центральное место в структуре конституционного статуса личности занимают основные права и свободы человека и гражданина, к ним примыкают основные обязанности.
Конституционное право (свобода) - это закрепленная в конституции возможность человека избирать вид и меру поведения, пользоваться благами.
Конституционная обязанность - это закрепленная в конституции необходимость, предписывающая человеку определять вид и меру поведения.
Объем прав и свобод, которыми человек может пользоваться в конкретном государстве, а также объем возлагаемых на него этим государством обязанностей, находятся в прямой зависимости от наличия или отсутствия у него гражданства данного государства.
Основанием для включения человека в конституционно-правовые отношения, возникающие по поводу реального обладания правами и несения обязанностей, выступает общая правосубъектность. Условия реализации прав и свобод объективируются в институте их гарантий, обеспечивающих реальность закрепленного в правовых нормах положения человека.
Возраст правосубъектности определяется в ст. 60: «Гражданин может самостоятельно осуществлять в полном объеме свои права и обязанности с 18 лет». Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17). Некоторые права граждане могут осуществлять и с более раннего возраста, например, создавать детские общественные объединения можно с 8 лет, молодежные - с 14 лет. Иностранцы и апатриды не могут избираться в органы государственной власти (но в муниципальные могут). Не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда (ч. 3 ст. 32).
Возраст пассивного избирательного права: Президент - 35 лет, депутат Государственной Думы - 21 год, член Совета Федерации - 30 лет, высшее должностное лицо субъекта РФ - 30 лет, судья Конституционного Суда - от 40 до 70 лет, судья Верховного Суда - 35 лет, судьи общих судов субъектов РФ и окружных арбитражных судов - 30 лет, судья общего суда - 25 лет.
Генезис конституционного оформления системы прав и свобод:
а) Манифест 17 октября 1905 года провозглашал и предоставлял политические права и свободы, такие как: свобода совести, свобода слова, свобода собраний, свобода союзов и неприкосновенность личности;
б) Конституции СССР 1936 (появляются отдельные структурные элементы в виде конституционного статуса личности: право на труд, на отдых, на материальное обеспечение в старости, на образование, равноправие граждан, свобода слова, печати, неприкосновенность личности и жилища, обязанность соблюдать Конституцию, всеобщая воинская обязанность) и 1977 годов (повышается значение личности, среди первых глав находятся главы, посвященные личности, ее правам и свободам, добавляются новые права и новые обязанности);
Непосредственно до принятия Конституции 1993 года можно выделить два ключевых документа, передающих новое видение прав и свобод в политико-правовой системе страны:
а) документ Московского совещания конференции по «человеческому измерению» СБСЕ; значение документа в том, что СССР совместно с европейскими странами нашел возможность «сверить часы» в вопросе прав человека - это официальная попытка выработки единого понимания с Европой в советском руководстве по этой проблематике; Московское совещание было третьим из встреч, посвященных этому вопросу (до этого встречи проходили в Париже и Копенгагене, совещания проходили с 1989 года по 1991 год); текстуальная особенность заключается в том, что здесь дается перечень прав и свобод и определяется их международный характер;
б) Декларация прав и свобод человека и гражданина (Постановление ВС РСФСР от 22.11.1991 №1920-1); в рамках отдельного документа особой политической силы, несмотря на то, что постановления Верховного Совета имели нормативное значение, здесь мы встречаем перечень основных конституционно-правовых идеалов, причем он отличается от системы, закрепленной в советских конституциях, и такую систему можно видеть уже в Конституции РФ 1993 года, привычный для Европы порядок перечисления прав с точки зрения логики: личные, политические, социальные, экономические, культурные права и права по защите других прав; в Декларации имелось право на реформацию;
Система прав по Конституции РФ:
а) личные: право на жизнь (ст. 20), право на достоинство личности (ст. 21), право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22), право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей части и доброго имени, право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ст. 23), право на доступ к информации, непосредственно затрагивающей права и свободы человека (ст. 24), право на неприкосновенность жилища (ст. 25), право на определение национальной принадлежности, право на использование родного языка (ст. 26), право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства (ст. 27), право на свободу совести и свободу религиозного вероисповедания (ст. 28), право на свободу мысли и слова (ст. 29);
б) политические: право на свободу массовой информации (ст. 29), право на объединение (ст. 30), право на манифестации (ст. 31), право на участие в управлении делами государства и на осуществление местного самоуправления и избирательные права (ст. 32), право на обращение (ст. 33); в большинстве государств политических прав мало, поскольку много их и не нужно, достаточно этих пяти, чтобы человек чувствовал себя комфортно в политической области;
в) социальные, экономические и культурные: право на свободное осуществление экономической деятельности (ст. 34), право частной собственности (ст. 35, 36), право на свободный труд, право на отдых (ст. 37), право на защиту материнства, детства и защиту семьи государством (ст. 38), право на социальное обеспечение и социальную защиту (ст. 39), право на жилище (ст. 40), право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41), право на благоприятную окружающую среду (ст. 42), право на образование (ст. 43), свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания, право на участие в культурной жизни, пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям (ст. 44);
г) права по защите других прав: сочетание государственной защиты прав и свобод с возможностями самозащиты (ст. 45), право на судебную защиту прав и свобод (ст. 46), право на рассмотрение дела в надлежащем суде (ст. 47), право на получение квалифицированной юридической помощи (ст. 48), право на презумпцию невиновности (ст. 49), право на гуманизм правосудия (ст. 50, 51), право на защиту интересов пострадавших от нарушений закона (ст. 52, 53), право на применение действующего закона (ст. 54);
Обязанности:
а) каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы; законы, устанавливающие новые налоги или ухудшающие положение налогоплательщиков, обратной силы не имеют (ст. 57);
б) каждый обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам (ст. 58);
в) защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина РФ (ст. 59);
г) забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей; трудоспособные дети, достигшие 18 лет, должны заботиться о нетрудоспособных родителях (ст. 38);
д) каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры (ст. 44);
Подробно личные права:
а) право на жизнь (ст. 20): каждый имеет право на жизнь; смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей; б) право на достоинство личности (ст. 21): достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления; никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию; никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам; в) право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22): каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность; арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению, до судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов; г) право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей части и доброго имени, право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ст. 23); д) право на доступ к информации, непосредственно затрагивающей права и свободы человека (ст. 24): сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются; органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом; е) право на неприкосновенность жилища (ст. 25): жилище неприкосновенно, никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения; ж) право на определение национальной принадлежности, право на использование родного языка (ст. 26): каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность, никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности; каждый имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества; з) право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства (ст. 27): каждый, кто законно находится на территории РФ, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства; каждый может свободно выезжать за пределы РФ; гражданин РФ имеет право беспрепятственно возвращаться в РФ; и) право на свободу совести и свободу религиозного вероисповедания (ст. 28): каждому гарантируется свобода совести,
Проблемы обеспечения свободы личности, гарантий и защиты основных прав и свобод человека и гражданина в РФ
По лекции Троицкой:
Пределы прав (имманентные границы прав):
- границы(условия) реализации прав, призванные не допустить ущемление прав других обладателей основных прав и интересов общества
- установлены конституцией (право на собрания мирно без оружия. Манифестации – да, но с ограничениями мирно, без оружия)
- допускается подвижность (пределы могут быть расширены судами, права нельзя установить исчерпывающим образом)
По диссеру Троицкой:
Пределы - это нормативно устанавливаемые и обеспечиваемые государством границы, определяющие меру свободы личности путем закрепления возможностей, которыми обладает субъект, либо запрета на включение некоторых возможностей в его правовой статус. Пределы прав и свобод личности, а также прав социальных общностей как коллективных субъектов конституционного права, устанавливаются на основе правила «разрешено все, что не запрещено» посредством закрепления запретов, указывающих на возможности, находящиеся за пределами прав и свобод. В отношении публичных органов действует другое правило: «разрешено все, что прямо предписано», а пределы их юридических возможностей формируется посредством закрепления точного объема компетенции, включающей их властные полномочия.
Ограничение рассматривается в качестве императивного, основанного на положениях конституции, предпринятого в установленных ею целях и в соответствии с определяемыми ею требованиями нормативного сужения круга возможностей того или иного субъекта конституционного права. Ограничение, поскольку оно означает изменение содержания (объема) субъективного права или компетенции, выступает их динамической характеристикой.
Пределы осуществления прав и свобод - это обусловленная природой естественных прав человека, принципами конституционного строя и обозначенная законом сфера (пространство) реализации гражданами и их объединениями принадлежащих им прав и свобод и допустимые формы их реализации. В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. По сути это положение означает переведенное на язык конституционного установления «золотое правило» морали: поступай по отношению к другим так, как бы ты хотел, чтобы поступали по отношению к тебе. Нарушение этого правила ведет к злоупотреблению правом - основанному на корыстных побуждениях поведению управомоченного субъекта, противоречащему природе права, закрепленной в его нормах цели, либо связанному с привлечением неправовых (незаконных) средств для ее достижения. Злоупотребление правом связано с привлечением управомоченным таких средств, форм, способов для осуществления принадлежащего ему права, которые выходят за пределы объема данного права. Особенность злоупотребления правом проявляется в следующем: оно возникает в связи с осуществлением субъективных прав; субъект выходит за установленные законом пределы реализации права; при употреблении права во зло наносится ущерб интересам общества, государства, правам и законным интересам граждан.
Под гарантиями следует понимать материальные, организационные, духовные и правовые условия и предпосылки, делающие реальностью осуществление основных прав и свобод человека и гражданина и обеспечивающие их охрану от незаконных ограничений и посягательств.
Материальные гарантии – для реализации большинства прав и свобод, а также выполнения обязанностей должны быть созданы экономические предпосылки. Материальные предпосылки означают наличие в государстве какого-то среднего минимума, стандарта экономической обеспеченности прав, свобод и обязанностей для каждого гражданина.
Организационные предпосылки – имеется система органов и должностных лиц – государственных и местного самоуправления, - целью деятельности которых является обеспечение и охрана прав и свобод граждан, выполнение ими обязанностей. Например, Уполномоченный по правам человека, возможность обращения в КС РФ, ЕСПЧ.
Духовные гарантии (идеологические) – связаны с правильным пониманием и отношением в обществе к любому праву, свободе, обязанности.
Правовые гарантии – четко сформулированные и установленные механизмы (процедуры) осуществления соответствующих прав, свобод, исполнения обязанностей.
+ некоторые выделяют:
Политические гарантии – это, прежде всего реальная власть народа, демократический характер общества и государства. Это такая политика всех органов государства, которая направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека и свободное осуществление им своих прав и свобод, политическая стабильность, необходимый уровень политической культуры органов государственной власти, руководителей политических партий, массовых объединений граждан.
Защита прав и свобод – это недопущение правовыми и организационными методами и средствами нарушения прав и свобод человека или восстановление уже нарушенных.
Принцип соразмерности. Критерии теста на соразмерность:
1. Сопоставление цели и средства (ограничения)
- Средство должно быть пригодным - Средство должно быть минимально инвазивным (для достижения цели нет другого средства)
2. Сопоставление средств (ограничения) и ограничиваемого права
Постановление от 22 ноября 2001 года N 15-П по делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 16 Закона Российской Федерации "О сертификации продукции и услуг"
Правовые категории в Постановлении.
Сертификация; разделение государственной власти; сертификация как предмет ведения РФ.
Заявитель.
Гражданин В.П. Редекоп (в порядке части 4 статьи 125 Конституции РФ).
Предмет рассмотрения.
Положение пункта 2 статьи 16 Закона РФ, согласно которому оплата работ по обязательной сертификации конкретной продукции производится в порядке, установленном специально уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Позиция заявителя.
Оспариваемые положения в силу неопределенности содержания под предлогом сертификации позволяют органам исполнительной власти своими актами устанавливать дополнительные публичные обязанности, вводить и взимать обязательные платежи, в том числе налогового характера.
Итоговый вывод решения.
Оспариваемое положение, на основании которого вводится маркировка конкретной продукции знаками соответствия, не противоречит Конституции РФ; однако в той мере, в какой оно допускает возможность введения не относящейся к сертификации обязательной маркировки конкретной продукции марками учетной информации с оплатой соответствующих расходов субъектами предпринимательской деятельности, это положение не соответствует Конституции РФ.
Мотивы решения.
Компетенция федеральных органов исполнительной власти в области сертификации ограничена вопросами организации и управления процессом сертификации, в сфере правового регулирования которого они уполномочиваются на регламентацию порядка организации и проведения соответствующих работ, их оплаты, маркирования продукции, то есть на установление того, что законодатель называет правилами процедуры.
Однако Постановлением Правительства РФ вводилась дополнительная маркировка в виде марок учетной информации, которые субъекты предпринимательской деятельности обязывались приобретать в территориальных управлениях Госторгинспекции по установленным Минфином России и Госстандартом России расценкам. Тем самым на них налагались дополнительные, не предусмотренные Законом РФ обременения, затрагивающие их конституционные права и свободы.
Конституционный принцип разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную в сфере правового регулирования предполагает разграничение законодательной функции, возлагаемой на Федеральное Собрание, и функции обеспечения исполнения законов, возлагаемой на Правительство РФ. Поскольку Правительство РФ осуществляет меры по обеспечению прав и свобод граждан, ни оно само, ни другие органы исполнительной власти не вправе устанавливать не предусмотренные федеральным законом обязанности и обременения, ограничивающие конституционные права и свободы граждан.
Введением обязательной маркировки товаров марками учетной информации на субъекты предпринимательской деятельности возлагается бремя дополнительных расходов, издержек и иных затрат, связанных с принудительным отчуждением собственности в виде оплаты этих марок и маркированием ими продукции и товаров, которые ранее прошли процесс сертификации и качество которых уже подтверждено документально.
Такое регулирование не основано на конституционно-правовом истолковании оспариваемой нормы Закона РФ, чем вопреки требованию статьи 55 (часть 3) Конституции РФ ограничивается право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности и право частной собственности.
Отнесение стандартизации к предметам ведения РФ, по которым принимаются федеральные законы, имеющие прямое действие на всей территории РФ, обязывает законодателя с необходимой полнотой регламентировать данную область общественных отношений. В противном случае появляется опасность недопустимого в условиях правового государства усмотрения органов исполнительной власти - подзаконными актами Правительства РФ и тем более путем ведомственного нормотворчества регулировать основные права и свободы либо придавать иной смысл недостаточно определенным положениям закона. При дальнейшем совершенствовании законодательства в сфере сертификации необходимо учитывать конституционные принципы правового государства, разделения властей, основанности актов Правительства РФ на Конституции РФ и федеральных законах.
Особые мнения по данному делу представили судьи Н.В. Витрук и А.Л. Кононов.
Постановление от 11 марта 1998 года N 8-П по делу о проверке конституционности статьи 266 Таможенного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 85 и статьи 222 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях (Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. N 12. Ст. 1458).
Правовые категории в Постановлении.
Конфискация как мера юридической, административной ответственности; превентивное изъятие (арест) материальных объектов собственности; судебные гарантии права частной собственности при аресте имущества; последующий судебный контроль; истребование имущества не иначе как по судебному решению.
Заявители. - Граждане М.М. Гаглоева и А.Б. Пестряков (в порядке части 4 статьи 125 Конституции РФ).
Предмет рассмотрения.
Положения оспоренных кодексов, которые предоставляют уполномоченным органам исполнительной власти РФ право конфискации имущества граждан в качестве санкции за совершенные правонарушения.
Позиция заявителей.
Установление конфискации имущества по решению административных органов в качестве меры административного взыскания как допускающее изъятие имущества без судебного решения противоречит статьям 35 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции РФ, закрепляющим гарантии права частной собственности.
Итоговый вывод решения.
Не соответствуют Конституции РФ, ее статьям 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 3) и 55 (часть 3), статья 266 Таможенного кодекса РФ постольку, поскольку она предусматривает в качестве меры административной ответственности конфискацию товаров и транспортных средств, назначаемую без судебного решения и являющуюся несоразмерной деянию, указанному в данной статье.
Не соответствуют Конституции РФ, ее статьям 35 (части 1 и 3) и 55 (часть 3), часть вторая статьи 85 и статья 222 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях в той мере, в какой они в их взаимосвязи допускают применение конфискации без судебного решения. Предусмотренная частью второй статьи 85 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях конфискация, во всяком случае, может применяться только в судебном порядке. Этим не затрагиваются полномочия административных органов, указанных в статье 222 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях, по наложению других, помимо конфискации, административных взысканий, предусмотренных частью второй его статьи 85.
Мотивы решения.
Конфискация как вид административного взыскания состоит в принудительном безвозмездном обращении в собственность государства имущества, явившегося орудием или средством совершения либо непосредственным предметом правонарушения, то есть имущества, использование которого либо запрещено, либо противоправно по другим причинам.
От конфискации как меры юридической ответственности за совершенное правонарушение, приводящей к лишению собственника прав на определенное имущество, отличается изъятие (арест) материальных объектов собственности как процессуальная мера обеспечения производства по делам об административных правонарушениях и нарушениях таможенных правил, применяемая в том числе для обеспечения последующей конфискации, она тоже в определенной степени ограничивает право собственника владеть, пользоваться и распоряжаться им, но не порождает перехода права собственности к государству и производится без судебного решения, что не препятствует последующему обжалованию этой меры в суде.
Согласно ранее выраженной позиции акт суда является итогом решения вопроса о лишении лица его имущества (см. Постановление от 20 мая 1997 года N 8-П). Соответственно, только с вынесением судебного решения о конфискации она применяется как мера юридической ответственности, влекущая утрату собственником его имущества. Диспозиция статьи 266 Таможенного кодекса (ТК) не позволяет провести разграничение конфискации в качестве санкции за противоправное поведение и обеспечительными мерами вне связи с противоправным поведением.
Незавершение таможенной процедуры, являющееся, согласно статье 266 Таможенного кодекса, основой для конфискации, может иметь место и при отсутствии противоправного поведения нарушителя, то есть по другим причинам, в том числе объективного характера. Однако оспариваемые положения ТК, не позволяя провести такое разграничение, не исключают произвольное применение конфискации имущества в случаях, когда противоправное деяние отсутствует, то есть без законных оснований, что представляет собой ограничение конституционного права частной собственности.
Некоторые нарушения таможенной процедуры, предусмотренные ТК в качестве самостоятельных видов деяний, не связаны со столь суровыми санкциями, как конфискация перемещаемого через границу имущества, и влекут лишь наложение штрафа, что нарушает конституционный принцип равенства при привлечении к юридической ответственности.
Данная норма не устанавливает заранее точные условия, невыполнение которых влечет конфискацию как меру ответственности за нарушение режима склада временного хранения, носит отсылочный характер, то есть требует конкретизации, в том числе подзаконными актами, и таким образом позволяет вводить ограничения конституционного права собственности не только законом.
Гарантии права собственности предоставляются в отношении имущества, которое принадлежит субъектам права собственности на законных основаниях. Право частной собственности, не являясь абсолютным, может быть ограничено законом, но сама возможность ограничений и их характер определяются в соответствии с Конституцией РФ. Введение ответственности за административный проступок и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния. Названные выше недостатки, содержащиеся в статье 266 ТК, ведут к ограничениям конституционного права частной собственности, которые являются несправедливыми, несоразмерными и к тому же недопустимыми с точки зрения требований к законной форме такого рода ограничений.
Предписание статьи 35 Конституции РФ о лишении имущества не иначе как по решению суда является обязательным во всех случаях, когда встает вопрос о применении санкции в виде конфискации имущества. До вынесения судебного решения должностные лица вправе изымать у нарушителя вещи и документы, налагать арест на имущество, задерживать транспортные средства и т.д. именно потому, что все подобные меры, не являясь санкцией за совершенное правонарушение, имеют лишь обеспечительный характер и не связаны с лишением имущества, что не исключает возможности их судебного обжалования на всех стадиях административного производства. Однако, поскольку до вынесения судами решения о применении конфискации как меры ответственности не могут считаться установленными ни само деяние, ни виновное его совершение, органы, рассматривающие дела об административных правонарушениях, должны обеспечивать соблюдение судебной процедуры для решения вопросов обжалования применения такой санкции, как конфискация имущества.
Вывод из Постановления относительно ч. 3 ст. 55 КРФ:По смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции РФ, исходя из общих принципов права, введение ответственности за административный проступок (таможенное правонарушение) и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должны отвечать требованиям справедливости, быть соразмерными и конституционно закрепленным целям, и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния.
Постановление от 30 октября 2003 года N 15-П по делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации"
Правовые категории в Постановлении.
Ограничение конституционных прав; свобода выражения мнения; предвыборная агитация; свободные выборы; информирование избирателей; свобода предвыборной агитации; требования к содержанию сообщений о проведении предвыборных мероприятий; нормативное содержание предвыборной агитации; проведение предвыборной агитации; гарантии свободы массовой информации.
Заявители.
Группа депутатов Государственной Думы (в порядке части 2 статьи 125 Конституции РФ); граждане С.А. Бунтман, К.А. Катанян и К.С. Рожков (в порядке части 4 статьи 125 Конституции РФ).
Предмет рассмотрения.
Положения оспоренного Федерального закона, устанавливающие требования к содержанию сообщений в информационных теле- и радиопрограммах, публикациях в периодических печатных изданиях о проведении предвыборных мероприятий и мероприятий, связанных с референдумом; определяющие нормативное содержание предвыборной агитации; устанавливающие безусловный запрет на проведение предвыборной агитации представителями организаций, осуществляющих выпуск СМИ, при осуществлении ими профессиональной деятельности.
Позиция заявителей.
Оспариваемые положения позволяют отнести к предвыборной агитации любую деятельность по распространению информации о кандидатах, списках кандидатов, избирательных объединениях, избирательных блоках, что означает несоразмерное ограничение свободы слова, права каждого передавать, производить и распространять информацию и нарушает гарантии свободы массовой информации.
Итоговый вывод решения.
Не противоречат Конституции РФ оспоренные положения статьи 48 Федерального закона, поскольку они по своему конституционно-правовому смыслу во взаимосвязи с другими его положениями не допускают расширительного понимания предвыборной агитации применительно к ее запрету для представителей организаций, осуществляющих выпуск СМИ, при осуществлении ими профессиональной деятельности и предполагают, что противозаконной агитационной деятельностью может признаваться только умышленное совершение ими предусмотренных в пункте 2 статьи 48 названного Федерального закона действий, непосредственно направленных на такую агитацию, в отличие от информирования избирателей, в том числе во внешне сходной по форме с агитацией профессиональной деятельности, предусмотренной пунктом 5 его статьи 45.
Не противоречит Конституции РФ пункт 5 статьи 45, поскольку содержащиеся в нем положения - по их конституционно-правовому смыслу в системе норм - не могут служить основанием для запрета представителям организаций, осуществляющих выпуск СМИ, при осуществлении ими профессиональной деятельности высказывать собственное мнение, давать комментарии за пределами отдельного информационного блока и предполагают, что только в таком информационном блоке не должно содержаться комментариев и не должно отдаваться предпочтение кандидату, избирательному объединению, избирательному блоку по времени освещения предвыборной деятельности, объему печатной площади и соотношению ее предоставления бесплатно и за плату.
Не соответствует Конституции РФ положение подпункта "ж" пункта 2 статьи 48, поскольку на его основании во взаимосвязи с положением пункта 4 статьи 2 того же Федерального закона в качестве предвыборной агитации признаются любые иные помимо перечисленных в подпунктах "а" - "е" пункта 2 статьи 48 действия, имеющие целью побудить или побуждающие избирателей голосовать за кандидатов, списки кандидатов или против них, против всех кандидатов, против всех списков кандидатов.
Мотивы решения.
Выборы могут считаться свободными, только когда реально гарантированы право на информацию и свобода выражения мнений. Выполнение организациями, осуществляющими выпуск СМИ, такой социальной функции, как информационное обеспечение выборов и референдумов, в РФ как демократическом правовом государстве призвано способствовать осознанному волеизъявлению граждан, гласности выборов и референдумов.
Представители организаций, осуществляющих выпуск СМИ, действующие на основе редакционной независимости и вырабатываемых журналистским сообществом норм саморегуляции, должны занимать этичные и взвешенные позиции и освещать избирательные кампании справедливым, сбалансированным и беспристрастным образом.
Применительно к СМИ свободу выражения мнений нельзя отождествлять со свободой предвыборной агитации, к которой не предъявляются требования объективности. В целях защиты права на свободные выборы свобода выражения мнений для представителей СМИ может быть ограничена федеральным законом.
Ограничения конституционных прав должны быть необходимыми и соразмерными конституционно признаваемым целям таких ограничений. Публичные интересы могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, не имеют обратной силы и не затрагивают само существо конституционного права.
Критерием, позволяющим различить предвыборную агитацию и информирование, может служить лишь наличие в агитационной деятельности специальной цели - склонить избирателей в определенную сторону, обеспечить поддержку или, напротив, противодействие конкретному кандидату, избирательному объединению. Умысел в качестве необходимого элемента субъективной стороны формального состава такого правонарушения, как незаконная агитация, не может охватывать ее последствия и заключается лишь в осознании прямой цели данного противоправного действия.
Не может быть признано агитацией информирование избирателей через СМИ без выявления соответствующей непосредственно агитационной цели, наличие либо отсутствие которой, во всяком случае, подлежит установлению судами общей юрисдикции и иными правоприменителями при оценке ими тех или иных конкретных действий как противозаконной предвыборной агитации.
Само по себе позитивное или негативное мнение о ком-либо из кандидатов не является предвыборной агитацией и не может послужить основанием для привлечения к административной ответственности представителя организации, осуществляющей выпуск СМИ, если только не будет доказана специальная цель, а именно направленность на поддержку либо на противодействие конкретному кандидату, избирательному объединению, избирательному блоку. "Выражение предпочтения" является не чем иным, как разновидностью выражения мнений.
Толкование такого действия, как выражение предпочтения, в качестве правонарушения - без доказанности его направленности именно на агитацию - означало бы ограничение свободы выражения мнений и нарушение свободы массовой информации. Существует широкий круг действий, связанных с информированием, которое объективно может способствовать созданию положительного или отрицательного отношения избирателей к кандидату, однако в силу отсутствия умысла не относится к агитации.
Положение, согласно которому в информационных программах телевидения и радио не должно отдаваться предпочтение какому бы то ни было кандидату, избирательному объединению или блоку, не может толковаться как запрещающее представителям организаций, осуществляющих выпуск СМИ, высказывать собственное мнение, давать комментарий за пределами отдельного информационного блока.
Расширительное толкование, связанное с основаниями дисциплинарной и административной ответственности представителей организаций, осуществляющих выпуск СМИ, при осуществлении ими профессиональной деятельности, несовместимо с юридическим равенством, а также с принципом соразмерности устанавливаемых ограничений конституционно одобряемым целям и ведет к нарушению свободы СМИ.
Действия, не имеющие целью побудить избирателей голосовать за кандидатов или против них, то есть не обусловленные объективно подтвержденным умыслом добиться конкретного результата на выборах, не могут рассматриваться в качестве предвыборной агитации.
Международно-правовые документы, использованные в Постановлении.
Пункты 1 и 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статья 3 Протокола N 1 к Конвенции, согласно которым свободные выборы должны проводиться с разумной периодичностью путем тайного голосования в таких условиях, которые обеспечивали бы свободное волеизъявление народа при выборе законодательной власти; каждый имеет право на свободу выражения мнений, которое включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны органов публичной власти и независимо от государственных границ (пункт 1 статьи 10); пункт 3 статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которому законодатель обязан обеспечивать права граждан на получение и распространение информации о выборах и референдумах, соблюдая применительно к данному предмету регулирования баланс конституционно защищаемых ценностей - права на свободные выборы и свободы слова и информации - и не допуская неравенства и несоразмерных ограничений.
Особые мнения по данному делу представили судьи Г.А. Гаджиев, А.Л. Кононов, В.Г. Ярославцев.
Важные моменты постановления:
П. 3 абзац 4 - Вместе с тем, как вытекает из сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций, ограничения конституционных прав, в том числе, следовательно, свободы массовой информации, должны быть необходимыми и соразмерными конституционно признаваемым целям таких ограничений; в тех случаях, когда конституционные нормы позволяют законодателю установить ограничения закрепляемых ими прав, он не может осуществлять такое регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного права и приводило бы к утрате его реального содержания; при допустимости ограничения того или иного права в соответствии с конституционно одобряемыми целями государство, обеспечивая баланс конституционно защищаемых ценностей и интересов, должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные этими целями меры; публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, не имеют обратной силы и не затрагивают само существо конституционного права, т.е. не ограничивают пределы и применение основного содержания соответствующих конституционных норм; чтобы исключить возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина в конкретной правоприменительной ситуации, норма должна быть формально определенной, точной, четкой и ясной, не допускающей расширительного толкования установленных ограничений и, следовательно, произвольного их применения.
Вывод из Постановления относительно ч. 3 ст. 55 КРФ: Публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции РФ, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, не имеют обратной силы и не затрагивают само существо конституционного права, то есть не ограничивают пределы и применение основного содержания соответствующих конституционных норм.