Вопрос 2. Декларация прав человека и гражданина от 26 августа 1789, и Конституция Франции 1791 года Декларация прав человека и гражданина

Декларация прав человека и гражданина от 26 августа считается до сих пор документом, который заложил современную правовую традицию во Франции. В 1791 году эта Декларация стала частью Конституции, затем ее не стали включать в Конституцию, но предполагалось, что Декларация действует не смотря на то, что она не включена в Конституцию. В 1875 году, когда разрабатывали конституционные законы, встал вопрос о предусмотрении прав и свобод. Тогда правоведы сказали, что это лишнее, ведь есть Декларация прав и свобод, которая все предусмотрела.

Данная декларация имеет преамбулу, в которой выражается мысль, свойственная идеологии просвещения – невежество и забвение прав человека является единственной причиной общественных бедствий и испорченности правительства. Следует просветить чиновников и тогда они не будут нарушать права человека. Для того, чтобы злодеи знали, какие у народа есть права, предназначалась Декларация, которая должна была пребывать постоянно перед взором всех членов союза и постоянно напоминать их права и обязанности, чтоб каждый мог сравнить действия законодателя с Декларацией. Декларация объявляется верховным правом страны, которому должны соответствовать все законы. Данная Декларация была новой моделью организации общества. Ее значение выходит за рамки страны. Данный документ отразил идеологию нового общества, которого еще нет. Поэтому фактически Декларация приобрела характер юридической модели нового общественного и государственного устройства. Ей придавалось такое значение, что и Конституция США.

«Декларация прав человека и гражданина» означает то, что некоторые права принадлежат человеку и гражданину, а некоторые – только гражданину (избирать и быть избранным). Необходимо было ввести категорию прав человека. Среди прав человека нет ни одного права человека как физического существа, все права являются правами социального существа, имеют общественный характер.

«Провозглашается, что люди рождаются и остаются равными в правах». Люди равны лишь в юридическом отношении. «Неравенство может основываться лишь на общественной пользе». Данный двойственный характер пронизывает всю юридическую технику данной декларации.

«Целью всякого политического союза является обеспечение естественных и неотъемлемых прав человека». Под правами человека здесь понимались:

1. Свобода

2. Собственность

3. Безопасность

4. Сопротивление угнетению

Перед нами не совсем права человека. Это нормальные условия человеческой жизни. Речь идет не о праве на свободу, не о праве на собственность, а о тех условиях нормальной человеческой жизни, без которых человека нет. Речь идет о неких основополагающих элементах человеческой сущности. Любой человек может нормально жить, только если обладает свободой, правом на собственность, в безопасности и имеет возможность сопротивляться угнетению.

«Источником суверенной власти является нация». Руссо говорит различие «нации» от «народа», объясняя тем, что народ – совокупность отдельных граждан; если мы хотим выразить волю народа, то каждый из граждан должен проголосовать, а мы должны сложить голоса, чтоб получить волю народа. Нация – некая абстрактная общность; воля нации выражается не во всех голосах граждан Франции, а волю нации выражает то, что ей (нации) необходимо. Выразить волю народа мог народ с помощью постоянно изменяющихся представителей (народный суверенитет предполагал только республику в качестве формы государства), национальный суверенитет предполагал в качестве формы государства как монархию, так и республику. Король мог стать представителем нации.

Через 2 недели, 8 сентября, Национальное Собрание примет новый Декрет, в котором объявит, что отныне Людовик 16 должен именоваться: Людовик Божьей милостью Король французов. Сам титул изменял сущность королевской власти. Власть становилась теперь представительной.

Если обратиться к права человека, то увидим, что права предполагают человека как социальное существо. «Свобода состоит в возможности делать все, что не наносит вреда другому. Осуществление естественных прав каждого человека ограничены лишь теми пределами, которые создают угрозу для пользования этими же права другими людьми». Свобода предполагает ограничение. Неограниченная свобода – не свобода, а воля. Предполагается, что человек живет не сам по себе, а в обществе, что свобода – состояние человека, живущего в обществе. Из этого следует, что Робинзон Крузо не является свободным человеком, так как у него нет ограничений.

«Провозглашается, что закон есть выражение общей воли» (мысль Руссо). Это является важной эволюцией самой правовой традиции. Это означает, что только такой законодательный акт является легитимным, который выражает волю нации, которую может выразить Национальное собрание. В этой статье мы видим зародыш принципа разделения властей. В последующем прямо говорится о разделении властей: «Общество, где нет прав и нет разделения властей, не имеет Конституцию». Здесь мы видим о разделении властей и Конституции. Конституция понимается не как писанный документ, имеющий высшую юридическую силу, а как фактическое соотношение сил и организация властей, которая существует независимо от письменного фиксирования. Сам государственный строй является Конституцией.

«Собственность объявляется правом неприкосновенным и священным. Так как собственность есть право неприкосновенное и священное, никто не может быть лишен ее иначе как случаем, установленным законом явной общественной необходимости и при соблюдении справедливого предварительного возмещения». Обращает на себя внимание то, что право собственности можно нарушить на основании явной общественной необходимости, но не говорится о том, кто должен оценивать имущество. Провозглашается, что та модель государственного строя, которую провозглашала Декларация, допускала возможность произвола в отношении граждан. Общество по данной Декларации мыслилось, как совокупность изолированных индивидов, связанных между собой только материальным интересом. В силу этого право собственности объявлялось священным правом, ибо оно поддерживало связь между индивидами. Речь шла об индивидуальной собственности, чем подчеркивался взгляд на человека, как на изолированного индивида. Самая пагубная черта Декларации заключалась в такой трактовке человека.

Декларация предлагает новый общественный строй. Литература предлагает назвать его «Буржуазным», однако ВА говорит, что буржуазным оно стало гораздо раньше, в силу чего третье сословие так и вело себя в Генеральных Штатах.

Если определять подлинное значение Декларации, то это явно не создание буржуазного общества (ведь оно уже существует), а легализация и придания легитимности, ибо оно существует вместе с феодальным обществом, которое, в отличии от буржуазного общества, закреплено. Теперь предполагается принципиально новое устройство, которое можно назвать модернизацией государства и общества.

Какой-либо тип общества не образуется после издания акта и не создается в течение месяцев. Это, во многом, стихийное явление. В силу этого Декларация является неким проектом устройства общества на новых началах. Данные начала должны соответствовать городскому строю жизни, ведь буржуазия – городское население. В силу этого утверждается свобода индивида, а не свобода общин.

Декларация выражает взгляд на человека как индивида, свобода которого ограничена свободой другого индивида.

В это же время права (свобода, собственность, безопасность, возможность защищать свои права) предоставляются индивиду только в обществе. Свобода – пространство для свободной деятельности индивида не затрагивая права других индивидов. Здесь скорее социальные права, которые объявляются правами человека потому что они мыслятся как нормальными условиями человеческого существования.

Разрушая сословность общества, революционеры разрушали способы угнетения общества. Система обуздания индивида практически не изложена в Декларации (говорится о том, что свобода индивида обуздывается свободой других индивидов). Индивид оказывался предоставленным самому себе. Общество представлено в Декларации и играет большую роль (может изъять имущество, призывается контролировать деятельность чиновников, источник власти находится в нации). Общество не мыслится в качестве системы, созданной обуздывать человека. В Декларацию заложены нормы, которые должны обеспечивать свободу индивида от посягательства со стороны общества. «Все, что не запрещено законом – разрешено. Никто не может быть принужден к исполнению того, что не прописано в законе».

Закон мыслится в качестве механизма обуздания индивида. Принцип «разрешено все, что не разрешено законом» соответствует гражданскому праву, но не соответствует сущности человека. В нормальном обществе должно быть разрешено только то, что соответствует человеческой сущности, а не все, что не запрещено.

Очень важной является мысль, которая показывает, что закон мыслится выражением общей воли. Именно поэтому ему должны подчиняться. Общество представляется в качестве совокупности индивидов, но общество держит верх над индивидами.

«Закон должен устанавливать наказания, лишь строго и бесспорно необходимые. Никто не может быть наказан иначе, как в силу закона». Из данной статьи вытекает идея головного кодекса. То состояние, в котором находится уголовное право в рамках Common Law, когда до судебного процесса доподлинно неизвестно, что является преступлением, здесь невозможно, вырисовывается идея УК. Закон должен говорить о том, что преступно, до совершения преступления. Нет преступления без указания на то в законе.

Обеспечивается и свобода слова гражданина.

Декларация прав человека и гражданина предполагала, что после нее будет принята Конституция. Мы видим, что Конституция в этой Декларации трактуется примитивно: «Общество, в котором не обеспечена гарантия прав и нет разделения властей, не имеет Конституцию». Конституция сводится к правовому состоянию, в котором обеспечиваются права человека и гражданина и имеется разделение властей. Из данной нормы не предполагается, что Конституция должна быть писаной. Однако, 7 июля, когда был создан Конституционный комитет, явно предполагалось, что Конституция будет писанным документом, который имеет высшую юридическую силу.

После принятия декларации началась разработка Конституции. Процесс разработки первой писаной Французской Конституции был достаточно сложным. Национальное Собрание разрабатывала и принимала законы, которые устанавливали новый правовой порядок в обществе.

8 сентября были приняты изменения в титуле Короля. Король стал мыслиться как Король французов. Королевская власть мыслиться как представитель общественности.

В дальнейшем разрабатывались отдельно законы о новом административно-территориальном устройстве Франции (в декабре был принят закон, разделяющий Францию на департаменты). Одновременно был принят закон «О разделении граждан на активных и пассивных». Пассивные – те граждане, которые не платят налоги. Они имеют право избирать, но не могут быть избранными, которых было около 3 миллионов. Активных граждан было 4 миллиона (на дату принятия данного акта, 22 декабря 1789). Они платили налоги в размере тр1хдневной заработной платы и имели право быть избранными в коллегию выборщиков. Если платили налог в размере 10 рабочих дней, то имели возможность быть избранными в законодательное собрание.

Интерес представляет Закон Ле Шапелье, принятый 14 июня 1791 года. Данный закон запретил создание корпораций граждан. Понимались корпорации феодальные и церковные, поэтому данный закон официально был направлен против феодального строя общества, но он использовался и против рабочих, которые пытались против чего-то протестовать.

Вообще первый этап революции считают тихим периодом конституционной монархии. Данный период длился до 10 августа 1792 года. На самом деле он спокойным не был: в городах были постоянные волнения, постоянные митинги, демонстрации, попытки взять штурмом государственные здания. Именно в такой обстановке шла разработка Конституции. Сразу же (осенью) обнаружилось, что государственная казна пуста, что начинается разгул преступности. Мы видим удивительное явление: с одной стороны, идет разработка Конституции, которая должна соответствовать Декларации прав человека и гражданина (стараются, чтобы тексты соответствовали), а с другой стороны, принимаются меры, идущие в противоречия с объявленными правами в Декларации:

1. Конфискация церковной собственности. Когда обнаружили, что казна пуста настолько, что нет денег даже на оплату чиновников, охраняющих порядок, то на заседании Национального Собрания был поднят вопрос о том, как пополнить казну. Пришли к мнению, что надо конфисковать церковную собственность. Декларация провозгласила неприкосновенность собственности индивида. А церковная собственность - собственность организации. Тем более, что церковь обладает огромным имуществом, хотя должна обладать имуществом, необходимым для проведения культа. Конфискуя церковную собственность Декларация не нарушается, ибо изымается у церкви то, что ей не принадлежит.

2. В январе 1790 года, когда встал вопрос о борьбе с преступностью и увеличением преступлений со смертной казнью, поднялся депутат Гильотэн и сказал, что порядок проведения приговора смертной казни не соответствует принципу равенства: каким-то голову отрубают ржавым топором, каким-то мечем, а каким-то дают яд. Таким образом он предложил единый механизм придания смертной казни.

Отдельные законы, которые в последующем составят Конституцию, были приняты до начала сентября и 3 сентября они были представлены в качестве единого свода для утверждения Национальному Собранию. Конституция вошла в историю как Конституция 1791 года.

14 сентября Конституцию утвердил Король. 30 сентября состоялось последнее заседание Национального Собрания и 1 октября 1791 года впервые собрался Законодательный корпус в количестве 750 депутатов.

В этой Конституции попытались провести в самой примитивной форме принцип разделения властей. Оно было понято как полное обособление одной ветви власти от других. Выделялись: законодательная, судебная и исполнительные власти. Вместе с этим объявлялось, что законодательная власть принадлежит Законодательному собранию, образующему Законодательный Корпус, который действует в составе одной палаты, который избирается на 2 года. Было оговорено, что в Законодательный корпус не войдут члены Национального Собрания.

Было принято за правило, что кадровый состав каждого органа должен обновляться. Но это правило не было распространено на Короля. Франция осталась Конституционной монархии, а монарх был объявлен главой исполнительной власти.

Уже сейчас была заложена «бомба» под государственный строй, основывающийся на данной Конституции: в случае конфликта между законодательным корпусом и исполнительной властью, конфликт невозможно было решить путем роспуска какого-либо из враждующих органов. Законодательный корпус не мог принудить отречься Короля, а Король не могу распустить Законодательный Корпус.

Правительство полностью формировалось Королем, но Законодательный корпус мог привлечь к ответственности министров, совершающих преступления. Данная норма так же провоцировала конфликты, ибо, если Законодательный корпус не мог отстранить министра за неспособность управлять, то Конституция провоцировала Законодательный корпус выдвигать обвинения за каждую ошибку.

Франция объявлялась единой и неделимой. Декларация становилась первой частью Конституции. Это свидетельствует о том, что все нормы Декларации становились Конституционными принципами. Конституция всего лишь освободила путь для дальнейших преобразований, но при этом создала строй, который не мог быть устойчивым.

Король и аристократия не могли смириться с утратой своего влияния и власти, аристократы многие эмигрировали, сохранив за собой имущество, а Король затеял переговоры с Пруссией и Австрией о помощи для восстановления власти. Короли откликнулись на призыв, тем более, что жена Людовика 16 была австрийского происхождения. Тем более Король сам пытался бежать из Франции: первый раз в июне 1791 года, но 21 июня был задержан на границе, а второй раз он бежал весной 1792 года. В то время уже собирались войска для вторжения во Францию.

Положение складывалось ужасным. Путем давления со стороны Парламента Король в марте 1792 года снял с должности прежних министров и назначил более радикальных министров из среды депутатов от Жаранды. Он не мог назначить министров-членов законодательного корпуса, ибо разделение властей проводилось таким образом, что кадровый состав каждого органа должен быть различен. Положение становилось угрожающим и Законодательный корпус занял слабую позицию: он начал договариваться с Королем, понимая, что рушится вся Конституция и сам Законодательный корпус теряет власть.

В этой обстановке все радикальные революционеры стали объединяться вокруг Парижской коммуны (орган, созданный в самом начале революции для охраны общественного порядка, состоящий из вооруженных отрядов). Первыми, кто примкнул к Парижской коммуне, были члены Якобинского клуба (депутаты от Жиронды и Монтаньяры). Они в то время составляли единую организацию. Якобинский клуб был масонской организацией. На заседаниях Парижской коммуны, которые шли с июля месяца почти каждый день, было решено заменить Законодательный корпус Национальным конвентом и учредить республику. Данный факт показывает, что следующие события были не результатом возмущения народа.

Выступление Парижан неслучайно было назначено на вечер 9 августа. Парижская коммуна опасалась, что Законодательный корпус предпримет действия, угрожающие ей (привлечет наемников). опасались, что если законодательный корпус разрешит Королю пригласить еще наемников, то переворот не состоится.