ИГПЗС учебный год 2023 / 18-8

Совершенно иначе подходит БГБ к вопросу о распо¬ряжении недвижимостями. Их передача обусловлена ря¬дом формальностей. И это тоже отличительная черта гер¬манского вещного права. По Кодексу для передачи права собственности на недвижимые вещи необходим особый публичный акт: запись в Поземельной книге, правовой режим которой был урегулирован особым имперским за¬коном 1897 г.

Второй важнейший вещно-правовой институт — вла¬дение — регулируется БГБ достаточно подробно. Нормы Кодекса, регулирующие владение, помещаются на видном месте: они открывают третью книгу Кодекса, что демонст¬рирует значение, придаваемое этому институту германским законодателем.

Характеризуя германское владение, нужно подчеркнуть оригинальность его юридической конструкции. БГБ отбро¬сил римскую "волевую" конструкцию владения и провоз¬гласил, что владение вещью приобретается достижением действительного господства над ней (§ 854). Устранив в ка¬честве квалифицирующего волевой элемент, Кодекс тем са¬мым резко расширил сферу института владения. Владель¬цами признаны некоторые категории недееспособных лиц (дети) и лица, обладающие вещью по договору (арендаторы, хранители). Признав владельцем помимо хозяина вещи арен¬датора, хранителя и других лиц, обладающих вещью на ос¬нове обязательственных отношений, законодатель создал две категории владения — "непосредственного" и "посредствен¬ного". Обе категории владельцев получили по БГБ само¬стоятельную юридическую защиту. Таким образом, власть защищаемого владения и интенсивность его охраны резко расширены германским ГК. И сделано это было, несомнен¬но, в интересах определенных группировок германской бур¬жуазии, сельской и городской, выступавшей в гражданском: обороте чаще всего в статусе арендаторов земли, нанимате¬лей строений и т. п.