Учебный год 22-23 / Vitryanskiy_V_V_Reforma_rossiyskogo_grazhdanskogo_zakonodatelstva_Promezhutochnye_itogi_2016

Витоге, когда соответствующие законоположения были приняты в окончательной редакции, оказалось, что п. 3 ст. 450 ГК РФ признан утратившим силу, а те новеллы, которыми предлагалось дополнить указанный пункт (далеко не все), включены в состав ст. 450.1 "Отказ от договора (исполнения договора) или от осуществления прав по договору".

Согласно данной статье при осуществлении стороной, которой законом или договором предоставлено право на односторонний отказ от договора (исполнения договора), этого права договор считается прекращенным с момента получения соответствующего уведомления управомоченной стороны другой стороной (п. 1 ст. 450.1).

Вп. 3 этой статьи содержится важное правило о том, что при отсутствии

уодной из сторон договора лицензии на осуществление деятельности или членства в саморегулируемой организации, необходимых для исполнения обязательства по договору, другая сторона вправе отказаться от договора (исполнения договора) и потребовать возмещения убытков.

Дело в том, что ранее, в период до введения в действие Закона N 100-ФЗ (до 1 сентября 2013 г.), в соответствии со ст. 173 ГК РФ (в прежней редакции) сделка, совершенная юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, могла быть признана судом недействительной по иску этого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью соответствующего юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности.

Однако из текста ст. 173 ГК РФ (в новой редакции, действующей с 1 сентября 2013 г.) данная норма была исключена. В результате сделки, совершенные при отсутствии лицензии (когда таковая требовалась по закону), подлежали квалификации в качестве сделок, нарушающих требование закона или иного правового акта (ст. 168 ГК РФ), что ухудшило положение добросовестных контрагентов лиц, действующих без лицензии, поскольку возможность признания таких сделок недействительными не ставится в зависимость от того, могли ли указанные контрагенты знать, что другая сторона в договоре действует, не имея лицензии.

Теперь же в условиях действия новой редакции п. 3 ст. 450.1 такого рода сделки (без лицензии) не могут быть признаны недействительными по ст. 168 ГК РФ, поскольку из закона следует, что должны применяться другие последствия соответствующего нарушения (деятельность без лицензии), не связанные с недействительностью сделки. Более того, судьба подобной сделки находится "в руках" ее добросовестного участника, наделенного правом отказаться от договора и потребовать от другой стороны, действующей без лицензии, возмещения убытков.

Не менее важное значение имеет новое законоположение, включенное в п. 5 ст. 450.1, согласно которому в случаях, когда при наличии оснований для отказа от договора (исполнения договора) сторона, имеющая право на такой отказ, подтверждает действие договора, в том числе путем принятия от

другой стороны предложенного последней исполнения обязательства, последующий отказ по тем же основаниям не допускается.

Уже то обстоятельство, что закон теперь предусматривает не только право одной из сторон договора на отказ от договора (исполнения договора), как было ранее в условиях действия п. 3 ст. 450 ГК РФ (в старой редакции), но и основания для такого отказа, которые должны непременно предусматриваться в законе или договоре, наделяющем одну из его сторон правом на односторонний отказ от договора, окажет позитивное воздействие на договорные отношения. Не говоря уже о полном содержании приведенной нормы, которое направлено на укрепление начал стабильности и определенности в имущественном обороте.

Аналогичный подход применен и к регулированию правоотношений, связанных с отказом от осуществления прав по договору (п. 6 ст. 450.1). Речь идет о законоположении, в соответствии с которым в случаях, когда сторона, осуществляющая предпринимательскую деятельность, при наступлении обстоятельств, служащих основанием для осуществления определенного права по договору, заявляет отказ от его осуществления, в последующем осуществление этого права по тем же основаниям не допускается, за исключением случаев, когда аналогичные обстоятельства наступили вновь.

Уже на стадии подготовки законопроекта была очевидной необходимость уточнить действовавшие правила о последствиях расторжения (изменения) договора. Речь идет о норме, согласно которой стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон (п. 4 ст. 453 ГК РФ).

Вситуации, когда договор расторгается из-за того, что одна из его сторон не исполнила договор, отказ в удовлетворении требования другой стороны, добросовестно исполнявшей свое обязательство, о возврате имущества, переданного контрагенту во исполнение договора, выглядел явно несправедливым.

Всвязи с этим п. 4 ст. 453 дополнен правилом о том, что в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение,

котношениям сторон должны применяться правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (гл. 60 ГК РФ), если иное не предусмотрено законом или договором.

Специальные (типовые) договорные конструкции

Важную роль в судебно-арбитражной практике и в реальном имущественном обороте играют выделенные в ГК РФ специальные договорные конструкции. Изначально в тексте ГК РФ имелись правила о четырех специальных договорных конструкциях: публичный договор (ст. 426); договор присоединения (ст. 428); предварительный договор (ст. 429) и

договор в пользу третьего лица (ст. 430). В соответствии с Федеральным законом от 8 марта 2015 г. N 42-ФЗ в текст ГК РФ включены новые законоположения еще о трех специальных договорных конструкциях: рамочный договор (договор с открытыми условиями) (ст. 429.1); соглашение о предоставлении опциона на заключение договора (опцион на заключение договора) (ст. 429.2) и абонентский договор (договор с исполнением по требованию) (ст. 429.4).

Указанные договорные конструкции объединяет то обстоятельство, что они подлежат применению (в том числе путем их использования сторонами договора при оформлении своих договорных отношений) практически к любым видам договорных обязательств, которые обладают необходимым набором признаков, характерных для каждой специальной договорной конструкции.

Если какой-либо гражданско-правовой договор по набору признаков подпадает под действие специальной договорной конструкции, то законоположения о соответствующей специальной договорной конструкции имеют приоритет перед правилами, регулирующими конкретный вид договорного обязательства.

При подготовке Концепции развития гражданского законодательства РФ было обращено внимание на необоснованное сужение в тексте ст. 426 ГК РФ круга субъектов публичного договора путем его ограничения исключительно коммерческими организациями. За рамками этого круга оказались индивидуальные предприниматели, а также некоммерческие организации, осуществляющие предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность в дозволенных законом пределах. Весьма неудачным в тексте действовавшей нормы (п. 2 ст. 426) являлось и требование об установлении условий публичного договора одинаковыми для всех потребителей, за исключением случаев, предусмотренных законом <1>.

--------------------------------

<1> См.: Концепция развития гражданского законодательства РФ. С.

121.

В связи с этим в законопроекте, подготовленном на основе Концепции, используемое в ГК РФ для обозначения субъекта публичного договора понятие "коммерческая организация" было заменено понятием "лицо, осуществляющее предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность". Кроме того, было предусмотрено, что в публичном договоре цена товаров, работ или услуг должна быть одинаковой для потребителей соответствующей категории. Что касается иных условий публичного договора, то они не могут устанавливаться исходя из преимуществ отдельных потребителей или оказания им предпочтения, за исключением случаев, когда законом или иными правовыми актами допускается предоставление льгот отдельным категориям потребителей. Указанные изменения были включены в окончательный вариант редакции ст. 426 (п. 1 и 2) ГК РФ.

Для признания конкретного гражданско-правового договора публичным договором, т.е. договором, подпадающим под действие соответствующей специальной договорной конструкции, ему непременно должны быть присущи два характерных признака.

Во-первых, в качестве стороны этого договора, на которой лежат обязанности по продаже товаров, выполнению работ, оказанию услуг, должно выступать лицо, осуществляющее предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность. В отличие от прежней редакции ст. 426 ГК РФ соответствующим субъектом публичного договора теперь признаются не только коммерческие организации, но и индивидуальные предприниматели, а также некоммерческие организации, имеющие разрешение их учредителей (участников) либо собственника их имущества на занятие предпринимательской или иной приносящей доход деятельностью. В частности, в такой роли могут выступать и органы государственной власти либо местные органы, имеющие статус юридического лица (действующие в организационно-правовой форме государственного или муниципального учреждения) и оказывающие организациям и гражданам различные возмездные услуги на договорной основе.

Во-вторых, и это главное, субъект публичного договора принимает на себя обязанности по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг в рамках осуществляемой им деятельности особого рода, а именно такой деятельности, которая должна осуществляться в отношении любого и каждого, кто к нему обратится. В качестве примеров такого рода деятельности в п. 1 ст. 426 ГК РФ приведены: розничная торговля; перевозка транспортом общего пользования; услуги связи; энергоснабжение; медицинское, гостиничное обслуживание. Однако данный перечень видов деятельности, которая по своему характеру должна осуществляться в отношении любого и каждого, кто обратится, не является исчерпывающим.

В тексте ГК РФ имеется немало норм, которые применительно к отдельным видам гражданско-правовых договоров прямо относят их к числу публичных и подчиняют их правилам ст. 426 ГК РФ.

Так, к числу публичных договоров отнесены договоры розничной куплипродажи (п. 2 ст. 492 ГК РФ), проката (п. 3 ст. 626 ГК РФ), бытового подряда (п. 2 ст. 730 ГК РФ), перевозки транспортом общего пользования (п. 2 ст. 789 ГК РФ), хранения товаров на складах общего пользования (п. 2 ст. 908 ГК РФ), хранения в камерах хранения транспортных организаций (п. 1 ст. 923 ГК РФ).

Некоторые виды договоров признаются публичными и, соответственно, подпадающими под действие правил об указанной специальной договорной конструкции (ст. 426 ГК РФ) лишь в тех случаях, когда в роли потребителя возмездных услуг выступают граждане. К примеру, в соответствии с п. 2 ст. 834 ГК РФ договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, признается публичным договором; согласно п. 1 ст. 919 ГК РФ договор хранения в ломбарде вещей, принадлежащих гражданину, является публичным договором.

Вместе с тем, как правильно отмечалось в юридической литературе, "публичным является любой договор, который удовлетворяет признакам, указанным в ст. 426 ГК. Сделанный вывод полностью относится к моделям соответствующих договоров, которые находятся за пределами Кодекса, в том числе и не названным ни в ГК, ни в ином правовом акте. Точно так же нет препятствий считать публичным урегулированный в самом ГК договор, который Кодекс прямо не именует таким" <1>.

--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.

Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (3-е издание, стереотипное).

<1> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. М., 1997. С. 203.

Итак, в случаях, когда гражданско-правовой договор, предусматривающий обязанности лица, осуществляющего предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг, которые по характеру деятельности указанное лицо должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится, подлежит заключению с потребителем в рамках такой деятельности, данный договор подпадает под действие правил о специальной договорной конструкции, предусмотренной ст. 426 ГК РФ, и должен квалифицироваться как публичный договор.

Правовая квалификация гражданско-правового договора в качестве публичного договора влечет весьма серьезные юридические последствия, которые в обобщенном виде могут быть представлены как существенное ограничение принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ), применяемого к обычным договорным правоотношениям.

Если в обычных условиях граждане и юридические лица свободны в заключении договора и понуждение к заключению договора по общему правилу не допускается, то сторона публичного договора, осуществляющая продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг (субъект публичного договора), обязана заключить договор с каждым из потребителей, кто к ней обратится с соответствующим требованием, и не вправе оказывать кому-либо предпочтение перед другими потребителями в заключении публичного договора, за исключением случаев, предусмотренных законом и иными правовыми актами.

Не применяется к публичному договору и другое правило, действующее в условиях свободы договора: согласно п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание

соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В п. 2 ст. 426 ГК РФ предусмотрены специальные требования к содержанию публичного договора. В соответствии с Законом N 42-ФЗ данный пункт изложен в новой редакции. Суть изменений состоит в том, что ранее все условия публичного договора должны были устанавливаться одинаковыми для всех потребителей, за исключением случаев, когда законом

ииными правовыми актами допускалось предоставление льгот для отдельных категорий потребителей.

Теперь же, во-первых, требование одинаковости распространяется лишь на условие публичного договора о цене товаров, работ и услуг и, во-вторых, данное требование действует лишь в пределах соответствующей категории потребителей, имея в виду, что для разных категорий потребителей (например, население и коммерческие организации) могут устанавливаться различные цены (тарифы) товаров, работ либо услуг.

Что же касается иных условий публичного договора, то на них распространяется требование другого рода: они не могут устанавливаться в договоре исходя из преимуществ отдельных потребителей или оказания им предпочтения со стороны субъекта публичного договора. Как и прежде, исключение могут составить лишь случаи, когда законом или иными правовыми актами допускается предоставление льгот отдельным категориям потребителей.

Еще одно ограничение действия принципа свободы договора (в части свободного, по усмотрению сторон, определения условий договора) в отношении публичного договора выражается в том, что в случаях, предусмотренных законом, Правительство РФ и уполномоченные им органы исполнительной власти наделяются правом издавать правила, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров, в форме положений, типовых договоров и т.п. (п. 4 ст. 426 ГК РФ).

Правда, в различных законах, предусматривающих возможность издания обязательных для сторон правил при заключении и исполнении ими публичных договоров, по-разному регламентируется порядок принятия подобных правил. К примеру, в соответствии с п. 2 ст. 1 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" (в действующей редакции) <1> Правительство РФ вправе издавать для потребителя и продавца (изготовителя, исполнителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) правила, обязательные при заключении и исполнении публичных договоров (договора розничной купли-продажи, энергоснабжения, договоров о выполнении работ

иоб оказании услуг). Вместе с тем той же правовой нормой предусмотрено, что Правительство РФ не вправе поручать федеральным органам исполнительной власти принимать акты, содержащие нормы о защите прав потребителей, хотя указанное законоположение не всегда соблюдается.

--------------------------------

<1> Ведомости СНД и ВС РФ. 1996. N 3. Ст. 140.

Так, Постановлением Правительства РФ от 6 мая 2011 г. N 354 "О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов" (в редакции от 4 февраля 2015 г.) были утверждены Правила предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах

ижилых домов. Согласно п. 3 и 4 Постановления полномочия по разъяснению указанных Правил возложены на Министерство строительства

ижилищно-коммунального хозяйства РФ, а Министерству регионального развития РФ поручено утвердить примерные условия договора управления многоквартирным домом (по согласованию с Федеральной антимонопольной службой), а также примерные условия энергосервисного договора, направленного на сбережение и повышение эффективности потребления коммунальных услуг при использовании общего имущества в многоквартирном доме (по согласованию с Министерством экономического развития РФ).

Всоответствии со ст. 45 Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 126ФЗ "О связи" (в действующей редакции) <1> договор об оказании услуг связи, заключаемый с гражданами, является публичным договором; условия такого договора должны соответствовать правилам оказания услуг связи. К примеру, в Правилах оказания услуг телефонной связи, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 9 декабря 2014 г. N 1342, подробно и детально регулируется порядок заключения и исполнения договора оказания услуг телефонной связи, а также содержание (условия) этого договора. Аналогичным образом урегулированы договоры об оказании услуг связи по передаче данных (Правила оказания услуг связи по передаче данных, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 23 января 2006 г. N 32 (в редакции от 12 августа 2014 г.)); об оказании телематических услуг связи (Правила оказания телематических услуг связи, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 10 сентября 2007 г. N 575 (в редакции от 19 февраля 2015 г.)).

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 2003. N 28. Ст. 2895.

Включение в публичный договор условий, не соответствующих изданным Правительством РФ и федеральными органами исполнительной власти правилам, обязательным для сторон при заключении и исполнении публичных договоров, а равно условий, нарушающих требования, содержащиеся в п. 2 ст. 426 ГК РФ, т.е. условий, предусматривающих разные цены товаров, работ и услуг для потребителей соответствующей категории, либо условий, установленных исходя из преимуществ отдельных потребителей или оказания им предпочтения, влечет недействительность (ничтожность) соответствующих условий договора (п. 5 ст. 426 ГК РФ).

В п. 3 ст. 426 ГК РФ предусмотрены юридические последствия нарушения субъектом публичного договора обязанности заключить договор

с тем потребителем, который к нему обратился, при наличии возможности предоставить соответствующие товары, услуги или выполнить требуемые работы. В случае необоснованного уклонения от заключения публичного договора потребитель вправе обратиться в суд с требованиями к субъекту публичного договора о понуждении заключить договор, а также о возмещении причиненных этим убытков (п. 4 ст. 445 ГК РФ).

В Постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (п. 55) судам разъяснено, что при разрешении споров по искам потребителей о понуждении коммерческой организации (ныне - "лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность или иную приносящую доход деятельность", т.е. субъекта публичного договора) к заключению публичного договора необходимо учитывать, что бремя доказывания отсутствия возможности передать потребителю товары, выполнить соответствующие работы, предоставить услуги возложено на коммерческую организацию (т.е. на субъект публичного договора).

И еще одна особенность защиты потребителя, вступающего в договорные отношения с субъектом публичного договора, вызванная тем обстоятельством, что для последнего законом установлена обязанность заключить договор с каждым, кто к нему обратится. Как известно, разногласия по отдельным условиям договора, возникшие при заключении договора, могут быть переданы на рассмотрение суда по соглашению сторон, однако в тех случаях, когда в соответствии с законом для одной из сторон заключение договора обязательно (как в случае с субъектом публичного договора), контрагент указанной стороны вправе передать возникшие разногласия на рассмотрение суда и при отсутствии соглашения сторон об этом (ст. 445, 446 ГК РФ). В связи с этим в Постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ N 6/8 (п. 55) разъясняется, что разногласия сторон по отдельным условиям публичного договора могут быть переданы потребителем на рассмотрение суда независимо от согласия на это субъекта публичного договора.

Следует также иметь в виду, что в соответствии с Законом N 42-ФЗ текст ст. 446 ГК РФ дополнен новым правилом, согласно которому разногласия, которые возникли при заключении договора и не были переданы на рассмотрение суда в течение шести месяцев с момента их возникновения, не подлежат урегулированию в судебном порядке.

Договор присоединения как специальная договорная конструкция (ст. 428 ГК РФ) охватывает те договоры, которые заключаются путем присоединения одной из сторон к условиям договора, определенным другой стороной в формулярах или иных стандартных формах.

Критерием отнесения договоров к названной договорной конструкции является не характер деятельности одной из сторон договора, как это имеет место в случае с публичным договором, а способ заключения договора. Следовательно, характерные черты договорной конструкции договора присоединения определяются в преобладающей степени юридико-

техническими факторами и могут быть обнаружены в области техники договорной работы.

Две характерные черты должны быть присущи всякому договору, подпадающему под действие специальной договорной конструкции договора присоединения. Во-первых, условия договора должны быть определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах, к числу которых, однако, не могут быть отнесены растиражированные образцы текстов договоров, поскольку в этом случае другая сторона вправе заявить о разногласиях по договору, и в конечном счете условия такого договора будут определяться в обычном порядке, т.е. по соглашению сторон. Во-вторых, условия договора, определенные в соответствующем формуляре или содержащиеся в стандартной форме, могут быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к этим условиям. Это требование исключает возможность для сторон в договоре присоединения формулировать условия, отличные от выраженных в стандартной форме или формуляре по их соглашению, а для присоединившейся стороны - также и саму возможность заявлять при заключении договора о каких-либо разногласиях по его отдельным условиям.

Таким образом, дело стороны, присоединяющейся к предложенному договору, - присоединиться к договору в целом или не присоединиться к нему. Это, безусловно, ограничивает ее права, но значительно облегчает процесс заключения договора и оформления договорных отношений.

То обстоятельство, что одна из сторон договора имеет возможность разработать условия договора без необходимости их согласования с другой стороной, которая может заключить этот договор не иначе как присоединившись к условиям, предложенным контрагентом, свидетельствует о том, что в таком договоре (договоре присоединения) будут содержаться условия, предусматривающие односторонние преимущества стороны, разработавшей договор, и, напротив, ущемляющие права присоединившейся стороны.

Исходя из отмеченной специфики данной договорной конструкции и строится правовое регулирование договора присоединения. В юридической литературе подчеркивалось: "Договоры присоединения по своей природе относятся к тем договорным конструкциям, правовое регулирование которых основано не на их защите, а на настороженном отношении к ним законодателя. Аномальный характер соответствующих договоров выражается применительно к их содержанию в сохранении лишь внешней формы соглашения, поскольку подлинно свободной в этом случае является воля лишь одной из сторон - той, которая прибегает для заключения договора к формуляру... Учитывая возможные негативные последствия использования договоров присоединения, законодатель ставит своей заключительной целью ограждение интересов тех, кого принудили обстоятельства заключить договор на основе предложенного формуляра, и для этой цели использует исключительно императивные нормы" <1>.

--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.

Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (3-е издание, стереотипное).

<1> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 209 (автор раздела - М.И. Брагинский).

При подготовке Концепции развития гражданского законодательства РФ подверглось критике действовавшее ранее законоположение, согласно которому коммерческие организации и иные лица, присоединяющиеся к условиям договора в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, не были наделены в полной мере объемом правомочий присоединившейся стороны на расторжение или изменение договора. В отличие от рядовых потребителей соответствующие требования лиц, профессионально занимающихся предпринимательской деятельностью, могли быть судом отклонены, если было доказано, что они знали или должны были знать, на каких условиях заключается договор присоединения.

В Концепции предлагалось соответствующее законоположение (п. 3 ст. 428 ГК РФ) из текста Кодекса исключить и при этом указывалось: "Подобное изменение будет упреждающим образом воздействовать на "сильную" сторону, навязывающую выгодные для нее условия посредством использования конструкции договора присоединения" <1>. В итоге указанное законоположение было исключено из ст. 428 ГК РФ.

--------------------------------

<1> Концепция развития гражданского законодательства РФ. С. 122.

Юридические последствия отнесения того или иного договора к специальной договорной конструкции договора присоединения заключаются в наделении присоединившейся стороны правом требовать расторжения или изменения соответствующего договора по особым основаниям, которые не признаются таковыми в обычных случаях (ст. 450 ГК РФ).

В качестве специального способа защиты присоединившейся стороны она наделена правом потребовать расторжения или изменения договора, если он лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договору такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора (п. 2 ст. 428 ГК РФ).

Как можно видеть, обстоятельства, которые служат основанием для расторжения или изменения договора присоединения, не связаны с незаконностью договора либо с существенными или иными нарушениями