Учебный год 22-23 / О новых попытках ревизии понятия права собственности (А.О. Рыбалов,

Возможность владения (фактического обладания) вещью является одной из самых ярких особенностей отношений по поводу материальных благ. Часто говорят и о владении нематериальными благами, однако очевидно, что это лишь омоним, означающий совсем иное фактическое состояние; применительно к имущественным правам понятие владения утрачивает первоначальный смысл, превращаясь просто в синоним управомоченности, наличия права. "Владеть, собственно говоря, можно только телесною вещью"*(39). Материальная вещь по природе своей такова, что извлечение ее полезных свойств в большинстве случаев возможно лишь в результате физического контакта с нею. По этой причине различны последствия договоров на передачу имущественного права и вещи. В первом случае часто достаточно самого соглашения, во втором - независимо от момента перехода права собственности важен факт передачи вещи. Этим обусловлено наличие в гражданском законодательстве норм статей 223, 398 ГК ГК РФ.

В.А. Дозорцев писал: "Исключительное право не включает и не может включать в себя право владения, которое всегда имеет своим объектом материальную вещь, его вовсе нет... В содержание исключительного права входят два правомочия - использование и распоряжение... специфичны и способы защиты прав - исключены вещные, владельческие способы защиты"*(40).

Владение как факт и как право есть различные явления, отделимые друг от друга. "Владение как экономическая категория - это хозяйственное господство лица над вещью", а "правомочие владения - это юридически обеспеченная возможность хозяйственного господства лица над вещью"*(41). Виндикационный иск возможен при разрыве правомочия владения и фактического владения. При утрате владения "как экономической категории" становится невозможной и хозяйственная эксплуатация вещи. При завладении нарушителем материальной вещью правообладатель утрачивает возможность извлечения из вещи полезных свойств. "Правомочие владения является, пожалуй, базовым в конструкции права собственности... Утрата собственником владения имуществом лишает его возможности реально осуществлять правомочия пользования и распоряжения"*(42). При этом свойства материального объекта позволяют нарушителю порой пользоваться вещью не только без права на нее, но даже и без всякого утверждения о таком праве.

Отличие правового режима оборота вещей от оборота объектов исключительных прав заключается в том, что, если нарушитель пожелает незаконно воспользоваться объектом вещного права, ему будет необходимо завладеть вещью, то есть лишить законного владельца возможности самому эксплуатировать вещь. Но для незаконного использования объекта невещного абсолютного права ничего изымать не придется. Например, извлекать пользу из литературного произведения может, помимо его автора, и иное лицо, нарушающее авторское право первого. Причем автор может продолжать эксплуатацию результатов своего труда, но с меньшей, правда, эффективностью. "Обмен материальными объектами приводит к тому, что у каждого участника обмена останется после него по одному объекту, после обмена информацией... объем "обладания" ею по крайней мере удваивается за счет добавления к уже известному "знанию" новых сведений, полученных от второго участника информационного обмена"*(43).

При использовании объектов всех абсолютных имущественных прав (а не только вещных) возможен отрыв права от факта их использования. В этом случае как раз можно сказать: "Право не есть возможность пользования, потому что такая возможность способна существовать независимо от права, и наоборот, наличность права еще не обеспечивает возможности пользования"*(44). Нормы, охраняющие абсолютные права, должны лишать нарушителя возможности самостоятельно использовать объект чужого права. Особенность защиты абсолютных прав - в необходимости исключить не основанное на предполагаемом праве использование блага. Отличие же вещно-правового иска от иных способов защиты абсолютных прав заключается в том, что для достижения поставленной цели достаточно отобрать телесную вещь у нарушителя. Напротив, объект исключительного права невозможно отобрать, исключив тем самым возможность его использования, а потому необходимы другие способы защиты.

Специфика виндикации, как вещного иска, состоит в том, что ответчиком по ней может быть и лицо, не утверждающее о своем праве на спорное имущество. Владение - факт, который может существовать без всякого права по определению, в то время как существование имущественного права возможно лишь до тех пор, пока не доказано отсутствие права. При виндикации доказывание отсутствия имущественного права является лишь необходимым условием отобрания вещи, а при споре о неимущественных благах - единственной целью. Вследствие указанной особенности вещных прав институт виндикации, направленный на восстановление положения титульного владельца, предполагает исследование двух вопросов - о праве владения и о факте владения. Предметом виндикации является не только (а порой и не столько) доказывание титула, сколько физическое отобрание вещи у ответчика. Разрешения вопроса о титуле, если будет лишь подтверждено право, но не возвращена вещь, для удовлетворения истца недостаточно. Спецификой виндикации, таким образом, является отобрание материального объекта, осуществляемое после разрешения вопроса о титуле. Именно институт принудительного изъятия материального объекта конституирует виндикацию.

Собственно, спор идет скорее даже не о применении общей "виндикационной" нормы статьи 301 ГК РФ, а о том, чтобы распространить на добросовестных приобретателей нематериальных объектов гарантии, предусмотренные для добросовестных приобретателей вещей пунктом 1 статьи 302 ГК РФ. Однако условием невозможности виндикации, помимо добросовестности приобретателя, является выбытие вещи из владения собственника по его воле. Автоматически распространять нормы пункта 1 статьи 302 ГК РФ на нематериальные объекты невозможно, так как владеть можно лишь вещами, а условием применения статьи 302 ГК РФ является именно совершившийся переход владения. Сколь добросовестным ни будет лицо, приобретшее вещь у неуправомоченного отчуждателя, оно не может требовать защиты от собственника, если вещь не будет передана ему во владение. Более того, утверждать о приобретении права собственности в таком случае не приходится.

В итоге положения о невозможности виндикации вещи у добросовестного приобретателя и предположительном возникновении у него права собственности применимы лишь к случаям, когда первоначальный собственник утратил владение своим имуществом. А так как владеть нематериальным объектом невозможно, нельзя и утратить такое владение. Стало быть, рассматриваемые нормы применимы лишь к материальным объектам. Вопрос об обосновании подобного подхода законодателя выходит за рамки заметки, но пару слов сказать можно. Даже если не рассматривать владение как отдельное право, отчуждаемое собственником, оно в большинстве случаев легитимирует лицо в качестве собственника. Если же лицо добровольно передало вещь, оно несет риск заблуждения приобретателя вещи.

Обосновать защиту добросовестного приобретателя нематериального блага сложно даже с точки зрения "цивильной политики". Предположим, некое лицо, выйдя за пределы предоставленных ему полномочий, уступило имущественные авторские права писателя добросовестному приобретателю. Справедливо ли будет отказать писателю в защите, использовав аналогию пункта 1 статьи 302 ГК РФ?

На наш взгляд, "автоматически" использовать пункт 1 статьи 302 ГК РФ "в интересах" всех без исключения имущественных прав нельзя. Возможность такого использования недостижима даже через соответствующие изменения в законодательстве в силу физических свойств нематериальных объектов.

Итак, с точки зрения позитивного права полное распространение режима права собственности на "невещные" абсолютные права в принципе невозможно. Вопрос этот можно обсуждать с точки зрения правовой политики, не забывая при этом, что физические свойства объектов права ограничивают нас в выборе средств правового регулирования. И обвинять в ретроградстве сторонников классического понимания права собственности не нужно. Попытка "натянуть" нормы вещного права на отношения с нематериальными объектами не урегулирует данные отношения, а только усугубит положение в силу объективной невозможности совершения с нематериальными объектами тех же действий, которые возможны с вещами.

А.О. Рыбалов,

г. Санкт-Петербург

"Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ", N 10, октябрь 2005 г.

─────────────────────────────────────────────────────────────────────────

*(1) Дозорцев В.А. Принципиальные черты права собственности в Гражданском кодексе // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика: Сборник памяти С.А. Хохлова. М., 1998. С. 23.

*(2) Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 219.

*(3) Гражданское Уложение Российской империи: Проект Высочайше учрежденной Редакционной Комиссии по составлению Гражданского Уложения. СПб, 1902. Кн. 3. Т. 1. С. 57.

*(4) Старженецкий В.В. Россия и Совет Европы: право собственности. М.: Городец, 2004. С. 20.

*(5) Автором цитаты излагается постановление Европейского суда по правам человека по делу Тре Тракторер Актиболаг против Швеции от 07.07.84.

*(6) Старженецкий В.В. Указ. соч. С. 52.

*(7) Старженецкий В.В. Указ. соч. С. 24.

*(8) Там же. С. 20.

*(9) Старженецкий В.В. Указ. соч. С. 25.

*(10) Цитируется работа В.А. Белова: Бездокументарные ценные бумаги. М., 2001.

*(11) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Информация. Собственность. Интернет. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 30.

*(12) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Указ. соч. С. 31.

*(13) Васьковский Е.В. Учебник гражданского права. М.: Статут, 2003. С. 117.

*(14) Гай. Институции. Кн. 2: Памятники римского права. М.: Зерцало, 1997. С. 49.

*(15) См.: Санфилиппо Ч. Курс римского частного права. М.: Бек, 2000. С. 52.

*(16) Агарков М.М. Право на имя // Избранные труды по гражданскому праву. Т. 2. М.: Центр ЮрИнфоР, 2002. С. 93.

*(17) Новоселова Л.А. Определение объектов права собственности // Гражданин и право. 2001. N 2.

*(18) Старженецкий В.В. Указ. соч. С. 30.

*(19) Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 187.

*(20) Там же. С. 333.

*(21) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Указ. соч. С. 45.

*(22) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Указ соч. С. 112, 141.

*(23) И. Бентам писал: "We shall see what there is no such thing as natural property, and that it is entirely the work of law... Property and law born together and die together. Before laws were made there was no property; take away laws, and property ceases" (John E. Cribbet, Corwin W. Johnson. Property. Cases and materials. NY, The Foundation Press, Inc. 1984) - "Мы должны понимать, что нет никакого "естественного права собственности" и что оно целиком есть творение закона... Собственность и закон рождаются вместе и вместе умирают. До того, как были созданы законы, не было никакого права собственности; уберите законы, и собственность исчезнет" (перевод мой. - А.Р.).

*(24) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Указ. соч. С. 95.

*(25) Там же. С. 141.

*(26) Васьковский Е.В. Учебник гражданского права. М.: Статут, 2003. С. 117.

*(27) Дозорцев В.А. Понятие исключительного права // Проблемы современного гражданского права: Сб. ст. М.: Городец, 2000. С. 290, 291, 298.

*(28) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Указ. соч. С. 43.

*(29) Там же. С. 42.

*(30) Дозорцев В.А. Понятие исключительного права. С. 289.

*(31) Старженецкий В.В. Указ. соч. С. 25.

*(32) Там же. С. 26.

*(33) Старженецкий В.В. Указ. соч. С. 101.

*(34) Там же. С. 30.

*(35) Новоселова Л.А. Указ. соч. С. 17.

*(36) См. об этом: Бушев А.Ю. Виндикация бездокументарных ценных бумаг: теория и судебно-арбитражная практика // Арбитражные споры. 2003. N 2.

*(37) Старженецкий В.В. Указ. соч. С. 26.

*(38) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Указ. соч. С. 46.

*(39) Васьковский Е.В. Указ. соч. С. 229.

*(40) Дозорцев В.А. Понятие исключительного права. С. 290, 291, 298.

*(41) Толстой Ю.К. Понятие права собственности//Проблемы гражданского и административного права. Л., 1962. С. 149.

*(42) Скворцов О.Ю. Виндикационные иски в судебно-арбитражной практике. СПб.: Брайт Лайт, 1997. С. 40.

*(43) Войниканис Е.А., Якушев М.В. Указ. соч. С. 46.

*(44) Шершеневич Г.Ф. Наука гражданского права в России. М.: Статут, 2003. С. 158.