Учебный год 22-23 / popandopulo

Решение третейского суда должно быть исполнено в порядке и сроки, указанные в решении; если же в решении срок исполнения не установлен, оно подлежит немедленному исполнению.

Отказ обязанной стороны добровольно выполнить решение третейского суда противоречит обычаям делового оборота, этиче-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 494

ским нормам предпринимательства и является нарушением приня­того на себя обязательства добровольно исполнить решение третей­ского суда.[6] Тем не менее возможность отказов от добровольного исполнения решений третейских судов исключить нельзя, как нель­зя исключить возможность вынесения третейскими судами ошибоч­ных, не соответствующих законодательству решений. Поэтому пред­усматривается возможность принудительного исполнения решений третейских судов через арбитражные суды, которые наделены опре­деленными полномочиями относительно решений третейских судов.

Для того, чтобы решение третейского суда можно было прину­дительно исполнить через арбитражный суд, постоянно действую­щий третейский суд должен быть аккредитован при арбитражном суде региона или субъекта Федерации, на территории которого рас­положен этот третейский суд. Аккредитация происходит путем на­правления в арбитражный суд документов о создании третейского суда и его составе. Третейский суд также информирует арбитражный суд об изменениях в составе третейских судей.

В случае неисполнения решения третейского суда стороне, в пользу которой вынесено решение, предоставлено право обращения с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение. Заявление может быть направлено в арбитражный суд непосредственно либо через третейский суд, вынесший решение. К заявлению прилагаются документы, подтверждающие неисполне­ние решения третейского суда. Заявление должно быть подано не позднее месяца со дня окончания срока добровольного исполнения решения третейского суда. Заявление оплачивается государственной пошлиной в пятикратном размере минимального размера оплаты труда. Заявление рассматривается судьей арбитражного суда едино­лично в месячный срок со дня его получения арбитражным судом. О дне рассмотрения заявления извещаются стороны, которые могут принять участие в заседании арбитражного суда. По результатам рассмотрения заявления выносится определение о выдаче исполни­тельного листа либо об отказе в выдаче исполнительного листа.

Арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа по решению третейского суда в следующих случаях:

если соглашение сторон о рассмотрении спора в данном тре­тейском суде не было достигнуто;

если состав третейского суда или процедура рассмотрения спо­ра не соответствовали соглашению сторон о рассмотрении спора в данном третейском суде;

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 495

если сторона, против которой принято решение третейского су­да, не была надлежащим образом извещена о дне разбирательства в третейском суде или по другим причинам не могла представить свои объяснения;

если спор возник в сфере управления и не подлежал рассмотре­нию в третейском суде.

При рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа арбитражный суд проверяет законность и обоснованность решения третейского суда. Если арбитражный суд придет к выводу, что реше­ние не соответствует законодательству либо принято по неисследо­ванным материалам, исполнительный лист не выдается и дело воз­вращается на новое рассмотрение в третейский суд, принявший ре­шение. При невозможности повторного рассмотрения дела в том же третейском суде исковое заявление может быть предъявлено в ар­битражный суд в соответствии с установленной подсудностью.

Определение арбитражного суда о выдаче исполнительного листа по решению третейского суда или об отказе в выдаче исполни­тельного листа и возврате дела на новое рассмотрение в третейском суде может быть обжаловано в порядке, предусмотренном Арбит­ражным процессуальным кодексом, т. е. путем обращения в апелля­ционную, а также кассационную инстанцию, а после прохождения дела хотя бы в одной из названных инстанций может быть подано заявление о принесении протеста в порядке надзора на предмет из­менения или отмены определения арбитражного суда.

Возможность обжалования и опротестования определений ар­битражного суда, выносимых в связи с заявлениями о выдаче испол­нительного листа по решению третейского суда, является не только формой государственного судебного контроля за законностью и обоснованностью решений третейских судов, но и надежной про­цессуальной гарантией прав и интересов тех предпринимателей, которые доверили их защиту третейскому суду.

Вступившее в законную силу определение арбитражного суда о выдаче исполнительного листа по решению третейского суда являет­ся актом судебной власти, подлежащим в силу закона – ст. 197 АПК – исполнению «всеми государственными органами, органами местного самоуправления и иными органами, организациями, должностными лицами и гражданами на всей территории Россий­ской Федерации...».

Третейские суды играют видную роль в разрешении споров, возникающих в сфере внешних экономических отношений. Создан­ные в различных странах институциональные третейские суды для разрешения внешнеэкономических споров включают в свой состав известных юристов из разных государств, что обеспечивает им авто­ритет и необходимое доверие со стороны участников внешнеэконо­мической деятельности. Ориентированные на разрешение внешне-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 496

экономических споров третейские суды получили название между­народного коммерческого арбитража. Наиболее известными и авто­ритетными арбитражами в мире являются Арбитражный институт торговой палаты города Стокгольма (Швеция)[7], Международный арбитражный суд Международной торговой палаты в Париже[8], Лон­донский Международный Третейский суд[9]. Международный арбит­ражный суд федеральной палаты экономики в Вене(Австрия).[10]

В России действует Международный коммерческий арбитраж­ный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации в Москве, а также другие арбитражи в основном при региональных торгово-промышленных палатах. Порядок учреждения и деятель­ности международных коммерческих арбитражных судов предусмот­рен Законом РФ от 7 июня 1993г. № 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже».[11] Если решения международных коммер­ческих арбитражных судов не исполняются добровольно, они при­водятся в исполнение через государственные суды в порядке, пред­усмотренном Конвенцией о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (Нью-йоркская конвен­ция) 1958г., участником которой является Российская Федерация.[12]

[1] Об истории третейских судов в России см.: Кудряшов С.М. Коммерческие третейские суды в России// Государство и право. 1995. № 8. С. 108–114.

[2] Богуславский М.М. Международное частное право: Учебник, 2-е изд., перераб. и доп. М., С. 393.

[3] См. об этом: Виноградова Е.А. Третейский суд в России. Законодательство, практика, комментарии. М., 1993. С. 34.

[4] Ведомости РФ. 1992. № 30. ст. 1790; См. также в указанной выше книге Е.А. Виноградовой. С. 17–24. Предполагается принятие Федерального закона о третейских судах в Российской Федерации, что предусмотрено ст. 7 Федерального закона «О введении в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации».

[5] См., напр.: Регламент по арбитражу и исполнительному производству Тре­тейского суда Ассоциации «Некоммерческий Арбитражный Центр» // Деловой Мир. 1997. 28 янв. № 10–11. С. 4–5; см. также регламенты ряда постоянно действующих на территории России третейских судов в книге Е.А. Виноградовой. С.41–135.

[6] Нельзя не отметить, к сожалению, что случаи отказов от добровольного ис­полнения решений третейских судов достаточно распространены, что объясняется отчасти как неуважением к своим партнерам, так и отсутствием пока должного авто­ритета у возникших относительно недавно российских третейских судов.

[7] См. о нем: Вестник ВАС РФ. 1994. № 3. С. 76-86.

[8] См. о нем: Ашера Д. Международный арбитражный суд МТП // Хозяйство и право. 1996. № 10. С. 162-166.

[9] См. о нем: Вестник ВАС РФ. 1993. № 11. С. 84-97.

[10] См. о нем: Вестник ВАС РФ. 1995. № 2. С. 64-72.

[11] Ведомости РФ. 1993. № 32. ст. 1240. О работе Международного коммерче­ского арбитражного суда при ТПП РФ см. в кн.: Поздняков B.C. Международный коммерческий арбитраж в Российской Федерации. М., 1996.

[12] См. в кн.: Розенберг М.Г. Контракт международной купли-продажи. Совре­менная практика заключения. Разрешение споров. М., 1996. С. 576–583.

§ 5. Защита прав и интересов предпринимателя в отношениях в сфере управления; роль прокуратуры и нотариата в правовом обеспечении предпринимательской деятельности

Способы защиты прав и интересов предпринимателя в отношениях с государственными органами. В процессе своей деятельности пред­приниматели вступают в правовые отношения с различными орга­нами государственной власти и управления. Этими правовыми от­ношениями опосредуется весь пространственно-временной цикл предпринимательства, начиная от учреждения коммерческой орга­низации и конституирования гражданина в качестве индивидуально­го предпринимателя, поскольку предпринимателю в любом случае необходимо пройти государственную регистрацию, и до прекраще­ния предпринимательской деятельности, поскольку это прекраще-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 497

ние наступает юридически только по принятии соответствующих распорядительных актов, например, по исключении ликвидируемой коммерческой организации из государственного реестра. Отноше­ния предпринимателей с государственными органами носят слож­ный характер: по своей юридической природе это – административ­но-правовые отношения, хотя они при определенных условиях могут быть и гражданско-правовыми. И те, и другие охватываются поня­тием отношений в сфере управления.

Основным элементом содержания этих правоотношений явля­ются обязанности предпринимателей, хотя и в сфере управления предпринимателям предоставляются определенные правовые воз­можности, которые выше были названы организационно-предпосылочными правами.[1] Обязанности предпринимателей в сфере управления носят общеобязательный характер, т. е. все обязаны пла­тить налоги, своевременно представлять налоговым органам бухгал­терскую отчетность и т.д. Перечень обязанностей предпринимателей в сфере управления устанавливается нормативно-правовыми актами, а потому является исчерпывающим. Новые обязанности, наклады­ваемые на предпринимателей, могут вводиться только путем норма­тивных решений, принимаемых органами законодательной или ис­полнительной власти в пределах их компетенции. С учетом сказанного обязанности предпринимателей в сфере управления можно было бы назвать нормативно-административными обязанностями.

Предпринимательская деятельность контролируется государ­ственными органами, наделенными контрольно-надзорными пол­номочиями. Контролируется соблюдение предпринимателями зако­нодательства и выполнение ими конкретных нормативно-административных обязанностей. При осуществлении государ­ственного контроля существует объективная возможность наруше­ния прав и интересов предпринимателей со стороны контролирую­щих органов. Причины этих нарушений различны: объективные – бюрократизм, волокита, буквоедство; субъективные – выход кон­тролирующими органами за пределы своей компетенции, корысто­любие, мздоимство.

При нарушении отдельных прав и интересов предпринимателей в сфере управления нарушается, как правило, и обобщенный пред­принимательский интерес, заключающийся в сохранении и при­умножении своих капиталов. Отказ в выдаче лицензии, например, не дает возможности заняться выгодным бизнесом, а наложение финансовых санкций влечет за собой уменьшение накопленных капиталов. Последствия применения к предпринимателям админи­стративно-фискальных санкций могут быть более существенными, чем применение имущественных санкций в сфере договорных обя­зательств. Вот почему проблема защиты прав и интересов предпри-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 498

нимателей в отношениях в сфере управления стоит чрезвычайно остро во всех аспектах: теоретическом, правотворческом и правоприменительном. С теоретической точки зрения средства правовой защиты интересов предпринимателя должны быть абсолютно адек­ватны тем властно-распорядительным и контрольно-карательным полномочиям, которыми наделены государственные органы. Иначе нормальная предпринимательская деятельность была бы просто невозможна. Но в правотворческом аспекте обеспечить указанную адекватность очень трудно, а может быть, и недостижимо: правовые нормы, устанавливающие штрафные санкции и условия их приме­нения, оторваны от норм, содержащих дозволения и предписания; а кодификация административного законодательства еще не заверше­на; в гражданском законодательстве предусматриваются только гражданско-правовые способы защиты гражданских прав. В правоприменительном аспекте государственные органы наделены широ­кими властными полномочиями относительно предпринимателей. Эти властные полномочия могут быть сгруппированы следующим образом:

– права на решение вопросов, связанных с организационно-предпосылочными условиями деятельности предпринимателей;

например, государственная регистрация нового юридического лица или отказ в государственной регистрации; выдача лицензии или отказ в ее выдаче; отзыв уже выданной лицензии и т.д.;

– права на осуществление проверки деятельности предприни­мателя. Определенные правомочия по проверке деятельности пред­принимателей предоставлены действующим законодательством на­логовым органам, органам, осуществляющим лицензирование раз­личных видов деятельности, органам валютного и экспортного кон­троля, антимонопольным органам; некоторые органы наделены контрольными функциями в пределах системы организаций, на­пример, Центральный банк Российской Федерации относительно коммерческих банков, Министерство финансов Российской Феде­рации относительно страховых организаций;

– права на применение санкций к предпринимателям. Имеют­ся в виду не только финансовые или штрафные санкции, но и санк­ции неимущественные. Так, например, согласно п. 4 ст. 11 Закона «О федеральных органах налоговой полиции» органам налоговой полиции предоставлено право «... приостанавливать операции нало­гоплательщиков по счетам в банках и кредитных учреждениях на срок до одного месяца в случаях непредставления документов, свя­занных с начислением и уплатой налогов. Решение о приостановле­нии операций по указанным счетам принимает начальник органа налоговой полиции или его заместитель»;[2] приостановление опера-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 499

ций по банковским счетам предпринимателя может повлечь для него серьезные отрицательные последствия: нарушение сроков обяза­тельных платежей в бюджет и внебюджетные страховые фонды, на­рушение финансовых обязательств перед контрагентами и партне­рами, невозможность вести нормальную коммерческую деятельность и, как следствие этого, – убытки. Аналогичные последствия могут наступить при наложении органами налоговой полиции админи­стративного ареста на имущество предпринимателя.

Указанные властные полномочия осуществляются государ­ственными органами непосредственно без обращения в суд путем издания соответствующих распорядительных актов: постановлений, решений и распоряжений. Все распорядительные акты такого рода вступают в силу немедленно и влекут за собой определенные отрица­тельные последствия для предпринимателя, которому они адресова­ны. У предпринимателя, не согласного с вынесенным в его адрес распорядительным актом, считающим его необоснованным, имеется единственная легальная возможность воспрепятствовать наступле­нию нежелательных для него последствий – возможность оспаривания этого акта.

Непосредственная реализация властно-распорядительных полномочий государственных органов относительно предпринима­теля без обращения в суд является общим правилом, из которого установлено два исключения. Во-первых, согласно п. 1 ст. 13 Закона «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» взыска­ние недоимки по налогам и другим обязательным платежам, а также сумм штрафов и иных санкций, предусмотренных законодатель­ством, производится с юридических лиц в бесспорном порядке, а с физических лиц – в судебном. Аналогичное правило содержится в п. 9 ст. 7 Закона «О Государственной налоговой службе в РСФСР». Во-вторых, некоторые виды санкций могут быть применены к пред­принимателям только на основании решения суда.

В тех случаях, когда распорядительными актами государствен­ных органов затрагиваются имущественные интересы предпринима­теля, а конечное последствие применяемых к предпринимателю санкций есть уменьшение принадлежащего ему наличного имущест­ва, нарушаемые государственными органами права предпринимате­лей являются по своей юридической природе гражданскими права­ми. Они защищаются средствами гражданско-правовой защиты. Следовательно, если гражданские права предпринимателя затраги­ваются актами в сфере управления, предприниматель вправе защи­щать свои права и интересы способами защиты гражданских прав, предусмотренными ГК РФ.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 500

Устанавливая как общий принцип судебную защиту граждан­ских прав, закон допускает в виде исключения защиту гражданских прав в административном порядке. В п. 2 ст. 11 ГК сказано: «Защита гражданских прав в административном порядке осуществляется лишь в случаях, предусмотренных законом. Решение, принятое в административном порядке, может быть обжаловано в суд». Следо­вательно, административный порядок является исключением из общего принципа судебной защиты. Точно так же должна быть ис­толкована ст. 17 «Защита прав и интересов налогоплательщиков и государства» Закона «Об основах налоговой системы в Российской Федерации», которая гласит: «Защита прав и интересов налогопла­тельщиков и государства осуществляется в судебном или ином по­рядке, предусмотренном законодательными актами Российской Федерации».[3] Отсюда следует, что только в случаях, прямо пред­усмотренных законом, предприниматель не имеет возможности оспорить распорядительный акт непосредственно в судебном поряд­ке и вынужден пройти административные процедуры, прежде чем обратиться в суд.

В юридической литературе высказывалась критика правила п. 2 ст. 11 ГК, предлагалось изменить ее редакцию и установить, что в случаях, когда действующим законодательством предусмотрена за­щита гражданских прав в административном порядке, заинтересо­ванное лицо по своему усмотрению вправе обратиться за защитой нарушенных прав в соответствующий государственный орган или непосредственно в суд. Такая, альтернативная, возможность защиты прав предпринимателя в сфере управления является более опти­мальным вариантом, чем тот, что предусмотрен в п. 2 ст. 11 ГК.[4] К тому же, формулировки относительно порядка рассмотрения спо­ров, которые содержатся в федеральных законах, определяющих правовой статус налоговых органов, нельзя признать корректными.[5] Они не соответствуют ст. 11 ГК. Арбитражная практика идет по дру­гому пути: арбитражные суды принимают к своему рассмотрению иски предпринимателей к налоговым органам, невзирая на то, что административный порядок заявителями не был соблюден. Так, в

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 501

Письме Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.02.94r. № ОЩ-7/ОП-118 «О некоторых вопросах подведомственности споров по искам налогоплательщиков к органам налоговой полиции» подчер­кивается: «...федеральные органы налоговой полиции выполняют как функции правоохранительных органов, так и функции государ­ственных налоговых инспекций. Если налогоплательщик – юриди­ческое лицо или предприниматель – считает, что утвержденный в установленном порядке акт проверки органа налоговой полиции на­рушает его законные права и интересы, он вправе обратиться в арбит­ражный суд с иском о признании недействительным этого акта».[6]

Однако обязательность административного порядка оспаривания распорядительных актов сохраняется для предпринимателей и в сфере отношений с таможенными органами. Согласно ст. 371 Тамо­женного кодекса РФ постановление таможенного органа о примене­нии санкций в отношении предпринимателей может быть обжало­вано в течение 20 дней со дня его вынесения в вышестоящий тамо­женный орган – региональное таможенное управление. И только тогда, когда обжалуемое постановление оставлено без изменения, а жалоба – без удовлетворения, исковое заявление может быть подано в арбитражный суд в течение 10 дней со дня принятия решения по жалобе региональным таможенным управлением.[7]

Таким образом, распорядительный акт государственного органа может быть оспорен предпринимателем в судебном порядке, а в слу­чаях, прямо предусмотренных законом, – в административном по­рядке, но решение, принятое по жалобе предпринимателя в админи­стративном порядке, может быть оспорено им в судебном порядке.

Для применения определенного вида санкций к предпринима­телям государственные властные органы сами должны обращаться в суд. Так, согласно ст. 6, 12, 17 и 18 Закона «О конкуренции и ограни­чении монополистической деятельности на товарных рынках» феде­ральные антимонопольные органы вправе обращаться в суд или ар­битражный суд с заявлениями о нарушениях антимонопольного законодательства, в том числе о признании недействительными пол­ностью или частично договоров, противоречащих антимонопольно­му законодательству, об обязательном заключении договоров с дру­гим хозяйствующим субъектом, о признании недействительной го­сударственной регистрации коммерческих организаций и их объ­единений, созданных или реорганизованных без предварительного

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 502

согласия федерального антимонопольного органа; о ликвидации объединений коммерческих организаций.[8]

Налоговые органы согласно ст. 14 Закона «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» вправе предъявлять иски, в част­ности, о ликвидации предприятий по основаниям, установленным законодательством Российской Федерации; о признании сделок не­действительными и взыскании в доход государства всего полученного по таким сделкам; о признании регистрации предприятия недействи­тельной в случаях нарушения установленного порядка создания пред­приятия или несоответствия учредительных документов требованиям законодательства и взыскании доходов, полученных этим предприя­тием. Как показывает обобщение практики, ежегодно налоговыми органами предъявляется достаточно много исков к предпринимате­лям, большинство из которых удовлетворяется судами.[9] В качестве примера можно привести дело, рассмотренное Арбитражным судом г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области: налоговая инспекция предъявила иск к банку и страховой компании – его клиенту о при­знании недействительным заключенного между ними договора бан­ковского счета. Банк открыл счет филиалу страховой компании, не поставленному на налоговый учет. Арбитражный суд иск удовлетво­рил, указав, что сделки, которые способствуют уклонению от уплаты налогов, должны признаваться недействительными.[10]

При предъявлении исков налоговыми или другими государ­ственными органами предприниматели участвуют в деле в качестве ответчиков, а по некоторым категориям дел, например, по искам о признании недействительной государственной регистрации коммер­ческой организации – в качестве третьих лиц. Но и в этих делах неза­висимо от своего процессуального положения позиция предприни­мателя сводится к защите своих прав и интересов, к доказыванию того, что действия государственных органов или вынесенные ими решения являются необоснованными и несоответствующими зако­нодательству, – не было оснований квалифицировать действия предпринимателя как правонарушения и применять к нему соответ­ствующие санкции.

При рассмотрении споров в сфере управления суды оценивают законность и обоснованность действий как государственных орга­нов, так и предпринимателей. Распорядительные акты государ-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 503

ственных органов, вынесенные относительно предпринимателя, должны соответствовать не только положениям текущего законода­тельства, но и нормам Основного закона государства – Конститу­ции. Применение к предпринимателям различных санкций не должно противоречить конституционным принципам и гарантиям. Под этим углом зрения Конституционный Суд Российской Федера­ции рассмотрел вопрос о соответствии Конституции некоторых по­ложений Закона «Об основах налоговой системы в Российской Фе­дерации» (ст. 13), Закона «О Государственной налоговой службе РСФСР» (п. 8 и 9 ст. 7 и ст. 8) и Закона «О федеральных органах нало­говой полиции» (п. 2 и 3 ч. 1 ст. 11), опираясь на которые органы налоговой полиции производят взыскание недоимок по налогам, а также сумм штрафов и иных предусмотренных законодательством санкций с юридических лиц в бесспорном порядке. В своем поста­новлении по конкретному делу Конституционный Суд РФ сформу­лировал ряд принципиальных теоретических положений, которые должны лечь в основу правоприменительной практики в отношени­ях между государственными органами и предпринимателями.

Конституционный Суд РФ подчеркнул, в частности, что в соот­ветствии со ст. 57 Конституции РФ каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. Данная конституционная обязан­ность имеет особый, а именно публично-правовой, а не частно­правовой (гражданско-правовой) характер, что обусловлено публич­но-правовой природой государства и государственной власти. На­лог– необходимое условие существования государства, поэтому обязанность платить налоги распространяется на всех налогопла­тельщиков в качестве безусловного требования государства. Налого­плательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства. Взыскание налога не может расцениваться как произвольное лише­ние собственника его имущества, – оно представляет собой закон­ное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично-правовой обязанности.