Учебный год 22-23 / Книга 3 Брагинский, Витрянский
.pdfХарактерной особенностью договора коммерческой концессии является возможность для сторон устанавливать определенные ограничения прав, вытекающих из этого договора, по существу направленных на ограничение конкуренции на рынке соответствующих товаров, работ и услуг. Указанные ограничения могут быть предусмотрены договором в виде некоторых дополнительных обязательств, которые возлагаются на правообладателя и пользователя (п. 1 ст. 1033 ГК). Впрочем, такого рода ограничения в основном касаются пользователя, поскольку речь идет о сдерживании конкуренции именно по отношению к товарам (работам, услугам), выпускаемым (выполняемым, оказываемым) самим правообладателем либо пользователем с использованием исключительных прав, принадлежащих правообладателю, а также его деловой репутации и коммерческого опыта.
На правообладателя договором может быть возложено лишь одно такое обязательство, а именно: не предоставлять другим лицам аналогичные комплексы исключительных прав для их использования на закрепленной за пользователем территории либо воздержаться от собственной аналогичной деятельности на этой территории.
Вместе с тем, как представляется, даже в том случае, если договором предусмотрено соответствующее обязательство правообладателя, указанное ограничение не затронет существенным образом сферу его имущественных интересов. Ведь можно, строго соблюдая обязанность не предоставлять другим лицам "аналогичные комплексы исключительных прав для их использования на закрепленной за пользователем территории", тем не менее давать разрешения на использование отдельных исключительных прав, принадлежащих правообладателю: права на товарный знак или знак обслуживания, полезную модель или промышленный образец, на охраняемую коммерческую информацию. Чего действительно лишается правообладатель в данном случае, так это возможности добиться выпуска товаров, выполнения работ, оказания услуг другими лицами (помимо пользователя) под фирменным наименованием правообладателя.
На весьма относительную роль ограничительного условия договора коммерческой концессии, устанавливающего рассматриваемое дополнительное обязательство правообладателя, ранее обращалось внимание в юридической литературе. Например, А.А. Иванов подчеркивает, что ключевую роль в применении соответствующего законоположения "играет толкование слова "аналогичные", используемого в отношении комплекса исключительных прав или деятельности правообладателя. Если "аналогичные" означает полностью тождественные, то деятельность или комплекс прав будет другим при изменении любого, даже самого незначительного компонента. Однако законодатель все-таки имел в виду под словом "аналогичные" иное содержание - "в основных (существенных) частях такие же (сходные)". Только при таком толковании можно вести
речь о реальной обязанности, возлагаемой на правообладателя" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 645.
С подобным толкованием понятия "аналогичные комплексы исключительных прав" можно согласиться, но это не меняет сути дела: правообладатель всегда имеет возможность, заменив в комплексе исключительных прав, право на использование которого передается другому лицу, один из объектов интеллектуальной собственности, обойти такое ограничительное условие договора. Не следует забывать также, что именно правообладатель является той стороной, которая "диктует" свои условия контрагенту. И если его истинной целью будет являться не заключение отдельного договора коммерческой концессии, а создание на соответствующей территории своей разветвленной товаропроводящей сети, то какие-либо условия, ограничивающие его возможности, просто не попадут в договор.
В отношении прав пользователя договором коммерческой концессии могут быть установлены три ограничительных условия, преследующие цель сократить или вовсе исключить для правообладателя риск конкуренции на рынке соответствующих товаров, работ или услуг.
Во-первых, договором на пользователя может быть возложено обязательство не конкурировать с правообладателем на территории, на которую распространяется действие договора коммерческой концессии в отношении предпринимательской деятельности, осуществляемой пользователем с использованием принадлежащих правообладателю исключительных прав.
По мнению Л.А. Трахтенгерц, в данном случае законодатель имел в виду "отказ пользователя от ведения внедоговорной деятельности на этой территории с использованием переданных ему правообладателем фирменного наименования, товарных знаков, других объектов" <*>. А.А. Иванов полагает, что "содержание данной обязанности может выражаться в ограничении количества, ассортимента, цен товаров (работ, услуг), продаваемых (выполняемых, оказываемых) на данной территории, в необходимости согласовывать порядок ведения предпринимательской деятельности
и т.п." <**>.
--------------------------------
<*> Гражданское право России. Часть вторая. Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. С. 593.
<**> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 645.
Не отрицая наличия обеих отмеченных возможностей для пользователя конкурировать с правообладателем на территории, закрепленной за пользователем, реализация которых может быть ограничена договором коммерческой концессии, все же отметим, что, как представляется, данное положение (если оно реализовано в договоре) в первую очередь призвано ограничить собственную деятельность пользователя (без использования исключительных прав правообладателя) по выпуску товаров, выполнению работ или оказанию услуг, которые относятся к тем же группам, категориям, видам, что и те, которые производятся (выполняются, оказываются) пользователем на основе договора коммерческой концессии.
Нельзя обойти вниманием встречающиеся в юридической литературе попытки толкования данного ограничительного условия договора коммерческой концессии путем отрицания его принципиальной возможности. Так, например, О.А. Городов пишет: "Выражение "с использованием принадлежащих правообладателю исключительных прав" снова возвращает нас к необходимости обратить внимание читателя на некорректность подобной формулировки, поскольку исключительные права (или отдельные исключительные правомочия), будучи переданы даже на определенный срок, по своей природе не предполагают их принадлежности в настоящем передавшему, обязанному в данном случае самому воздерживаться от действий, нарушающих права нового обладателя или, точнее, носителя исключительных прав. В противном случае неизбежно территориальное или временное пересечение исключительных прав, что лишает их
признака исключительности" <*>.
--------------------------------
<*> Коммерческое право: Учебник / А.Ю. Бушев, О.А. Городов, Н.С. Ковалевская и др.; Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. С. 427.
Такой подход, как представляется, не только противоречит сущности обязательств, вытекающих из договора коммерческой концессии, по которому правообладатель не передает пользователю свои исключительные права, а наделяет последнего правом на их использование, но и в целом правовой природе исключительных прав как объектов гражданского оборота.
Во-вторых, договором коммерческой концессии может быть предусмотрен отказ пользователя от получения аналогичных прав у конкурентов (потенциальных конкурентов) правообладателя на основе заключаемых с ними иных договоров коммерческой концессии. Значение данного ограничения состоит в том, что пользователь, вступая в договорные отношения коммерческой концессии с правообладателем, в экономическом смысле становится на соответствующей территории звеном его товаропроводящей сети. При таких условиях запрет на заключение иных договоров коммерческой концессии с другими правообладателями, работающими на рынке тех же товаров, работ или услуг, представляется вполне очевидным и целесообразным.
В-третьих, договором коммерческой концессии может быть предусмотрено обязательство пользователя согласовывать с правообладателем место расположения коммерческих помещений, используемых при осуществлении предоставленных по договору исключительных прав, а также их внешнее и внутреннее оформление. Данное ограничение связано с закреплением за пользователем определенной территории, на которой он может осуществлять предпринимательскую деятельность с использованием фирменного наименования и иных исключительных прав правообладателя, и в конечном счете преследует цель минимизировать для правообладателя риск конкуренции товарам (работам, услугам), выпускаемым (выполняемым, оказываемым) под вывеской последнего.
Все рассматриваемые ограничительные условия, которые могут быть предусмотрены договором коммерческой концессии, объединяет то обстоятельство, что, включая их в договор, стороны действуют "на грани фола", поскольку всякие соглашения участников имущественного оборота, направленные на ограничение конкуренции, могут вступить в конфликт с антимонопольным законодательством. Этим объясняется включение в ГК (п. 1 ст. 1033) положения о том, что ограничительные условия, содержащиеся в договоре коммерческой концессии, могут быть признаны недействительными по требованию антимонопольного органа или иного заинтересованного лица, если эти условия с учетом состояния соответствующего рынка и экономического положения сторон противоречат антимонопольному законодательству.
Комментируя данное законоположение, Г.Е. Авилов указывает: "Большинство ограничительных условий не являются неправомерными в своей основе. В каждом конкретном случае они нуждаются в анализе с точки зрения антимонопольного законодательства, требующем изучения как общей ситуации на определенном товарном рынке, так и выяснения того положения, которое занимают на этом рынке стороны договора. Если будет установлено, что условия договора
нарушают антимонопольное законодательство, то они могут быть признаны недействительными по иску антимонопольного органа или другого заинтересованного лица. Иными словами, такие
условия договора являются оспоримыми" <*>.
--------------------------------
<*> Авилов Г.Е. Указ. соч. С. 556.
Аналогичную позицию занимает А.А. Иванов, который пишет: "Оспоримые ограничения, внесенные в договор коммерческой концессии, могут быть признаны недействительными судом на основании ст. 168 ГК. Это не случайно. Ведь главным признаком монополистического действия (правонарушения) является факт ограничения конкуренции, которая зависит от состояния рынка в
той или иной сфере деятельности, что заранее никому не известно" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 646.
На первый взгляд позиция законодателя, ориентирующего стороны договора коммерческой концессии на включение в договор потенциально недействительных условий и при этом не устанавливающего четких границ между действительными и недействительными ограничительными условиями, кажется довольно странной. Но, учитывая требования антимонопольного законодательства, положения которого должны приниматься во внимание сторонами договора коммерческой концессии при формулировании ограничительных условий договора не в меньшей степени, чем гражданско-правовые нормы, такая позиция представляется вполне приемлемой. Главное требование, которое должно соблюдаться сторонами, как верно замечает Л.А. Трахтенгерц, состоит в том, что "во всех случаях договорные условия, ограничивающие права сторон в их хозяйственной деятельности, не должны подпадать под запреты, защищающие свободу рыночных отношений, установленные Законом РФ от 22 марта 1991 г. "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" в редакции Федерального закона от 25 мая 1995 г. <*>. В противном случае эти условия могут быть оспорены и признаны недействительными по требованию заинтересованного лица или
компетентного органа" <**>.
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 1995. N 22. Ст. 1977.
<**> Гражданское право России. Часть вторая. Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. С. 593.
Не вызывает сомнений и квалификация ограничительных условий договора коммерческой концессии, подпадающих под такого рода запреты антимонопольного законодательства, в качестве оспоримой сделки. Несмотря на то что по общему правилу противоречие сделки закону влечет ее ничтожность, законом предусматриваются и определенные исключения из этого правила. Согласно ст. 168 ГК сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В нашем случае применительно к ограничительным условиям договора коммерческой концессии (п. 1 ст. 1033 ГК) говорится о том, что указанные условия "могут быть признаны недействительными по требованию антимонопольного органа или иного заинтересованного лица", что безусловно свидетельствует о том, что данная сделка является оспоримой (ст. 166 ГК).
Вместе с тем имеется два вида условий, ограничивающих права сторон по договору коммерческой концессии, которые законодатель а priori считает ничтожными.
Во-первых, это условие, в силу которого правообладатель вправе определять цену продажи товара пользователем или цену работ (услуг), выполняемых (оказываемых) пользователем, либо устанавливать верхний или нижний предел этих цен.
Комментируя данное положение, Г.Е. Авилов отмечает, что "возможность согласования цены между сторонами договора полностью не исключается. Однако, если пользователь не последует ценовым рекомендациям правообладателя, тот будет не вправе ссылаться на нарушение
пользователем условий договора" <*>.
--------------------------------
<*> Авилов Г.Е. Указ. соч. С. 556 - 557.
Во-вторых, к категории ничтожных ограничительных условий по договору коммерческой концессии относится также условие о том, что пользователь вправе продавать товары, выполнять работы или оказывать услуги исключительно определенной категории покупателей (заказчиков) либо исключительно покупателям (заказчикам), имеющим место нахождения (место жительства) на определенной в договоре территории. Применительно к данному запрету Г.Е. Авилов подчеркивает, что "прикрепление различных категорий покупателей (заказчиков) к определенным
пользователям имеет для конкуренции на соответствующем рынке те же последствия, что и жесткий территориальный раздел рынка". А в отношении тех случаев, когда за пользователем закреплена определенная территория, названный автор полагает, что это означает, "что пользователь не должен сознательно искать деловых контактов или сбыта продукции вне своей территории. Однако, если к нему обратится лицо, проживающее или имеющее иное место нахождения за пределами его территории, он не вправе отказать такому лицу в заключении договора. Это достаточно очевидный и общепринятый в антимонопольном законодательстве подход выражен в норме о ничтожности условия о праве пользователя реализовывать товары (услуги) "исключительно" лицам, живущим (имеющим место нахождения) на определенной
территории" <*>.
--------------------------------
<*> Авилов Г.Е. Указ. соч. С. 557.
6. Исполнение обязательств
То обстоятельство, что договор коммерческой концессии сконструирован в законодательстве как консенсуальный договор, вступающий для его сторон в силу с момента его заключения (подписания сторонами) несмотря на то, что в отношениях с третьими лицами правообладатель и пользователь вправе ссылаться на этот договор лишь с момента его регистрации, позволяет говорить о двух последовательных стадиях исполнения обязательств, вытекающих из договора коммерческой концессии.
На первой стадии в роли должника выступает в основном правообладатель, который должен совершить определенные действия, право требования которых принадлежит пользователю. Речь идет о действиях, которые в общем-то и составляют круг основных обязанностей правообладателя по договору коммерческой концессии. В частности, правообладатель должен обеспечить регистрацию договора коммерческой концессии (если по условиям договора эта обязанность не возложена на пользователя); передать пользователю техническую и коммерческую документацию и предоставить иную информацию, необходимую пользователю для осуществления прав, предоставленных ему по договору коммерческой концессии, а также проинструктировать пользователя и его работников по вопросам, связанным с осуществлением этих прав; выдать пользователю предусмотренные договором лицензии на использование соответствующих исключительных прав, обеспечив их оформление в установленном порядке.
Очевидно, что пользователь может приступить к исполнению своих обязательств по договору коммерческой концессии лишь после того, как правообладатель исполнит названные обязательства.
На второй стадии исполнения обязательств, вытекающих из договора коммерческой концессии, стороны меняются ролями: в роли должника оказывается пользователь, а на стороне правообладателя остается практически лишь право требования надлежащего исполнения договора.
Некоторые обязанности, лежащие на правообладателе в этот период, могут не приниматься во внимание. Речь идет о таких обязанностях, как оказание пользователю постоянного технического и консультативного содействия, включая содействие в обучении и повышении квалификации работников, а также контроль качества товаров (работ, услуг), производимых (выполняемых, оказываемых) пользователем на основании договора коммерческой концессии. Исполнение данных обязанностей возлагается на правообладателя только в тех случаях, если иное не предусмотрено договором. Кроме того, обязанность контролировать качество товаров (работ, услуг), производимых пользователем, не укладывается в рамки двустороннего обязательственного правоотношения, складывающегося между правообладателем и пользователем, а скорее напоминает обязанность правообладателя перед третьими лицами: покупателями товаров, заказчиками работ и услуг. Во всяком случае, трудно себе представить ситуацию, когда пользователь обратился бы к правообладателю с требованием об осуществлении контроля качества товаров (работ, услуг), производимых самим пользователем.
Сущность исполнения обязательств пользователя по договору коммерческой концессии состоит в совершении им действий по использованию при осуществлении предусмотренной договором деятельности фирменного наименования, коммерческого обозначения правообладателя, охраняемой им коммерческой информации, а также иных исключительных прав, принадлежащих правообладателю, право на использование которых предоставлено пользователю в порядке, предусмотренном договором коммерческой концессии.
Надлежащее исполнение этих обязательств пользователем предполагает, что он при этом обеспечит соответствие качества производимых на основе договора товаров, выполняемых работ, оказываемых услуг качеству аналогичных товаров (работ, услуг), выпускаемых самим правообладателем, а также будет строго исполнять инструкции и указания правообладателя, направленные на обеспечение соответствия характера, способов и условий использования
комплекса исключительных прав тому, как он используется правообладателем, включая указания последнего, касающиеся внешнего и внутреннего оформления коммерческих помещений.
Исполнение договора при изменении обстоятельств
В процессе исполнения пользователем обязательств, вытекающих из договора коммерческой концессии, возможно наступление определенных обстоятельств, влияющих на судьбу этого договора. В силу специфических последствий, порождаемых указанными обстоятельствами для договора, ГК содержит несколько специальных положений, регулирующих соответствующие правоотношения.
Прежде всего это положение о сохранении договором коммерческой концессии своей силы при перемене сторон. Согласно п. 1 ст. 1038 ГК переход к другому лицу какого-либо исключительного права, входящего в предоставленный пользователю комплекс исключительных прав, не является основанием для изменения или расторжения договора коммерческой концессии. Новый правообладатель становится стороной этого договора в части прав и обязанностей, относящихся к перешедшему исключительному праву.
Правообладатель, несмотря на заключенный им договор коммерческой концессии, остается субъектом исключительных прав, право пользования которыми предоставлено пользователю, и сохраняет за собой право распоряжения соответствующими исключительными правами, в том числе путем их отчуждения в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (например, уступка патента, товарного знака или знака обслуживания) либо в составе иных объектов сделок (например, переход права на фирменное наименование в составе предприятия при его продаже). Исключительные права могут перейти к новому обладателю и в результате универсального правопреемства (например, при реорганизации юридического лица). Смысл правила, закрепленного в п. 1 ст. 1038 ГК, состоит в том, что перемена правообладателя соответствующих исключительных прав, которая имеет место в подобных случаях, не прекращает правоотношений по договору коммерческой концессии, напротив, новое лицо, ставшее обладателем указанных исключительных прав, автоматически становится стороной этого договора (правообладателем).
Так, Л.А. Трахтенгерц указывает: "Новый правообладатель становится стороной договора, принимая на себя права и обязанности, связанные с перешедшим к нему правом. Так, если первоначальный правообладатель переуступил ему исключительное право на товарный знак, то он обязан зарегистрировать лицензионный договор с пользователем на этот товарный знак в патентном ведомстве. Он также обязан принять меры к поддержанию в силе свидетельства на товарный знак..." <*> Е.А Суханов не исключает и другого изменения в субъектном составе договора коммерческой концессии на стороне правообладателя, он пишет: "При этом возможно появление множественности лиц на стороне правообладателя (при частичном отчуждении
принадлежавших первоначальному правообладателю исключительных прав)" <**>.
--------------------------------
<*> Гражданское право России. Часть вторая. Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. С. 597.
<**> Суханов Е.А. Указ. соч. С. 633 - 634.
Нельзя не заметить, что правило о сохранении договора коммерческой концессии при переходе от правообладателя к другому лицу исключительных прав, право на использование которых предоставлено пользователю, весьма напоминает право следования, характерное для вещных прав. Однако использование аналогичного подхода при регулировании коммерческой концессии, конечно же, не изменяет правовую природу исключительных прав, а свидетельствует об определенном приеме законодательной техники, который нередко применяется законодателем для регулирования договорных обязательств (например, договора залога - ст. 353 ГК или договора аренды - ст. 617 ГК).
В соответствии с п. 2 ст. 1038 ГК в случае смерти правообладателя его права и обязанности по договору коммерческой концессии переходят к наследнику при условии, что он зарегистрирован или в течение шести месяцев со дня открытия наследства зарегистрируется в качестве индивидуального предпринимателя. В противном случае договор прекращается. Осуществление прав и исполнение обязанностей умершего правообладателя до принятия наследником этих прав или обязанностей или до регистрации в качестве индивидуального предпринимателя возлагаются на управляющего, назначаемого нотариусом.
Очевидно, что данное положение рассчитано на случай, когда в качестве правообладателя выступает гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя. Однако, как отмечалось ранее, обязательным объектом договора коммерческой концессии является фирменное наименование, принадлежащее правообладателю, а условие о предоставлении пользователю права использовать в предпринимательской деятельности фирму правообладателя
относится к существенным условиям этого договора. Фирменное наименование может иметь лишь юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией (п. 4 ст. 54 ГК).
Что касается граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, то они приобретают и осуществляют права и обязанности под своим именем, включающим фамилию и собственно имя, а также отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая (п. 1 ст. 19 ГК). Поэтому в рамках действующего сегодня российского законодательства невозможно представить ситуацию, когда бы в роли единственного правообладателя по договору коммерческой концессии выступал гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя.
И все же нормы, содержащиеся в п. 2 ст. 1038 ГК, имеют свою сферу применения, поскольку не исключена возможность возникновения на стороне правообладателя множественности лиц в обязательстве. Данные обстоятельства имеют место, если первоначальный правообладатель отчуждает отдельные исключительные права из состава комплекса исключительных прав, право на использование которых предоставлено пользователю на основании договора коммерческой концессии. В качестве обладателя такого исключительного права (например, права на товарный знак, патент) может оказаться и гражданин, который в этом случае становится (в отношении соответствующего исключительного права) правообладателем по договору коммерческой концессии.
Не исключено, что в ходе исполнения обязательств по договору коммерческой концессии правообладатель изменит свое фирменное наименование или коммерческое обозначение. На этот случай ГК (ст. 1039) содержит правило о том, что при изменении правообладателем своего фирменного наименования или коммерческого обозначения, права на использование которых входят в комплекс исключительных прав, договор коммерческой концессии действует в отношении нового фирменного наименования или коммерческого обозначения правообладателя, если пользователь не потребует расторжения договора и возмещения убытков. В случае продолжения действия договора пользователь вправе потребовать соразмерного уменьшения причитающегося правообладателю вознаграждения.
Таким образом, произвольное изменение правообладателем своего фирменного наименования или коммерческого обозначения по сути приравнивается к нарушению договора коммерческой концессии и влечет для правообладателя весьма негативные последствия. Однако сейчас важно подчеркнуть, что данное обстоятельство не может повлиять на судьбу договора и служить основанием для прекращения правоотношений по коммерческой концессии (если только на то не будет воля пользователя).
Заслуживают внимания также положения ГК о последствиях прекращения исключительного права, пользование которым предоставлено по договору коммерческой концессии (ст. 1040). Как известно, действие исключительных прав может быть прекращено по основаниям, предусмотренным законами об отдельных объектах интеллектуальной собственности. Так, в соответствии со ст. 30 Патентного закона Российской Федерации действие патента может быть прекращено досрочно: при признании патента недействительным; на основании заявления, поданного патентообладателем в патентное ведомство; при неуплате в установленный срок пошлин за поддержание патента в силе. Согласно ст. 23 Закона РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" регистрация товарного знака (знака обслуживания) аннулируется патентным ведомством в следующих случаях: в связи с прекращением срока ее действия; в связи с использованием коллективного знака на товарах, не обладающих едиными качественными или иными общими характеристиками, предусмотренными законом; по причине неиспользования товарного знака (знака обслуживания) в течение установленного срока; при ликвидации юридического лица - владельца товарного знака; в случае превращения товарного знака в обозначение, вошедшее во всеобщее употребление как обозначение товаров определенного вида; в случае отказа от нее владельца товарного знака.
В таких и иных подобных случаях должно применяться общее правило, согласно которому, если в период действия договора коммерческой концессии истек срок действия исключительного права, пользование которым предоставлено по этому договору, либо такое право прекратилось по иному основанию, договор коммерческой концессии продолжает действовать, за исключением положений, относящихся к прекратившемуся праву, а пользователь, если иное не предусмотрено договором, вправе потребовать соразмерного уменьшения причитающегося правообладателю вознаграждения.
Данное правило не может применяться, когда прекращаются права на фирменное наименование или коммерческое обозначение, принадлежащие правообладателю. Как известно, действие исключительного права на фирменное наименование не ограничено каким-либо сроком, оно прекращается с ликвидацией коммерческой организации - обладателя фирменного наименования.
Кроме того, не исключена возможность признания условия о фирменном наименовании, содержащегося в учредительных документах коммерческой организации-правообладателя,
недействительным, например, в случае, когда суд придет к выводу, что регистрация фирмы осуществлена с нарушением требований законодательства.
В ГК (ст. 1040) на этот счет содержится специальное правило, согласно которому в случае прекращения принадлежащих правообладателю прав на фирменное наименование или коммерческое обозначение наступают последствия, предусмотренные п. 2 ст. 1037 и ст. 1039 ГК. Данное правило представляется не вполне удачным, поскольку нормы, к которым оно отсылает, предусматривают, во-первых, что расторжение договора коммерческой концессии подлежит регистрации (п. 2 ст. 1037 ГК), во-вторых, что в случае изменения фирменного наименования или коммерческого обозначения правообладателя договор коммерческой концессии продолжает действовать в отношении нового фирменного наименования (коммерческого обозначения), если пользователь не потребует расторжения договора и возмещения убытков (ст. 1039 ГК).
Вместе с тем условие о предоставлении пользователю права использовать в предпринимательской деятельности права на фирменное наименование или коммерческое обозначение, принадлежащие правообладателю, относится к существенным условиям договора коммерческой концессии. Поэтому прекращение исключительного права правообладателя на фирменное наименование или коммерческое обозначение может иметь только то последствие, что условие договора о предоставлении пользователю права на использование соответствующего исключительного права становится недействительным, а договор коммерческой концессии, в силу того, что в нем отсутствует существенное условие, следует считать прекращенным. Именно это последствие предусмотрено п. 3 ст. 1037 ГК.
Ответственность за нарушение договора
Применительно к обязательствам, вытекающим из договора коммерческой концессии, с учетом всех правовых норм, регулирующих этот договор, можно говорить о трех различных уровнях правового регулирования ответственности пользователя и правообладателя за неисполнение или ненадлежащее исполнение указанных обязательств.
Первый уровень регулирования ответственности представляют собой содержащиеся в ГК (гл. 25) общие положения об ответственности за нарушение договорных обязательств. В гл. 54 ГК, регламентирующей правоотношения, вытекающие из договора коммерческой концессии, отсутствуют какие-либо специальные правила, исключающие применение отдельных общих положений об ответственности должника за неисполнение или ненадлежащее исполнение гражданско-правового обязательства, как это имеет место в отношении некоторых иных типов договоров (об основаниях и условиях ответственности, о формах и объеме ответственности и т.п.). Следовательно, при неисполнении или ненадлежащем исполнении правообладателем или пользователем встречных обязательств друг перед другом они обязаны возместить контрагенту убытки, причиненные нарушением обязательств (ст. 15, 393 ГК).
Основанием такой ответственности может служить нарушение любого из условий договора коммерческой концессии. Необходимыми условиями для привлечения к ответственности являются: во-первых, наличие убытков (в экономическом смысле) у потерпевшей стороны, т.е. уменьшение ее имущественной сферы, вызванное неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств со стороны контрагента; во-вторых, причинная связь между допущенным нарушением договорных обязательств и указанными убытками.
Поскольку обязательства, вытекающие из договора коммерческой концессии, для обеих его сторон связаны с осуществлением предпринимательской деятельности, их ответственность по этому договору наступает и при отсутствии вины (строится на началах безвиновной ответственности). Согласно п. 3 ст. 401 ГК, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.
Естественно, помимо возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, договором коммерческой концессии может быть предусмотрена ответственность в форме договорной неустойки за нарушение отдельных условий договора.
Поскольку на стороне пользователя имеется денежное обязательство - выплата правообладателю предусмотренного договором вознаграждения за предоставленное право использовать исключительные права, принадлежащие правообладателю, в случае просрочки его исполнения пользователем правообладатель вправе потребовать от него уплаты процентов годовых за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК).
Второй уровень регулирования представляют собой положения, содержащиеся в гл. 54 ГК, о двух особых основаниях ответственности правообладателя, характерных для договора коммерческой концессии.
Первое особое основание ответственности правообладателя служит некоторой гарантией права пользователя, добросовестно исполнявшего свои обязательства по договору коммерческой концессии, срок которого истек, на возобновление договорных отношений с правообладателем. В случае если правообладатель, отказавший такому пользователю в заключении нового договора коммерческой концессии, заключит до истечения трехлетнего срока со дня истечения срока действия прежнего договора договор коммерческой концессии с другим лицом, действующим на той же территории, он должен возместить убытки, понесенные прежним пользователем (п. 2 ст. 1035 ГК).
Во втором случае основанием для возложения на правообладателя обязанности возместить пользователю причиненные ему убытки признается изменение правообладателем своего фирменного наименования или коммерческого обозначения, право на использование которых предоставлено пользователю на основании договора коммерческой концессии. Предъявление пользователем требования о взыскании убытков возможно лишь при том условии, что он одновременно потребует расторжения договора коммерческой концессии (ст. 1039 ГК).
Третий уровень правового регулирования составляют нормы об ответственности правообладателя по обязательствам пользователя перед потребителями товаров (работ, услуг), выпускаемых (выполняемых, оказываемых) пользователем с использованием исключительных прав, принадлежащих правообладателю, на основании договора коммерческой концессии. Согласно ст. 1034 ГК правообладатель несет субсидиарную ответственность по предъявленным к пользователю требованиям о несоответствии качества товаров (работ, услуг), продаваемых (выполняемых, оказываемых) пользователем по договору коммерческой концессии. Более того, по требованиям потребителей, предъявляемым к пользователю как изготовителю продукции (товаров) правообладателя, последний отвечает солидарно с пользователем.
Возможность привлечения потребителями соответствующих товаров, работ и услуг правообладателя к субсидиарной ответственности, как известно, обусловлена необходимостью предъявления требования к пользователю как основному должнику. Однако, если пользователь откажется удовлетворить указанное требование или не даст ответа на него в разумный срок, указанное требование может быть предъявлено непосредственно правообладателю (п. 1 ст. 399 ГК). В случаях, когда правообладатель и пользователь несут солидарную ответственность, потребители вправе требовать привлечения их к ответственности как совместно, так и любого из них в отдельности, как полностью, так и в части долга. Притом, не получив удовлетворения от одного из солидарных ответчиков, кредитор имеет право требовать недополученное от другого солидарного ответчика. Правообладатель и пользователь остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (ст. 322 ГК).
Необходимость введения такой ответственности правообладателя перед потребителями товаров (работ, услуг), выпускаемых (выполняемых, оказываемых) с использованием исключительных прав, принадлежащих правообладателю, объясняется экономической сущностью коммерческой концессии: покупатели товаров, заказчики работ и услуг, неискушенные в правовых вопросах, приобретая соответствующие товары (работы, услуги), производимые под вывеской правообладателя, вправе рассчитывать на то, что их качество окажется эквивалентным качеству товаров (работ, услуг) обладателя соответствующего фирменного наименования, товарного знака или знака обслуживания. Такой подход соответствует и интересам правообладателя, стремящегося расширить свою товаропроводящую сеть на основе единых стандартов качества товаров (работ, услуг). Например, А.А. Иванов подчеркивает, что коммерческая концессия предполагает, "что передаваемые исключительные права используются, как правило, в целях расширения сбыта товаров, выполнения работ или оказания услуг. Качество этих товаров (работ, услуг), производимых (выполняемых, оказываемых) пользователем, должно быть не ниже, чем у правообладателя. Последний, в свою очередь, обязан контролировать качество товаров (работ, услуг), если договором коммерческой концессии не предусмотрено иное. При таких обстоятельствах логично установление особой ответственности правообладателя перед третьими
лицами за ненадлежащее качество товаров (работ, услуг)" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 647.
Чем объясняется различный подход законодателя к определению порядка привлечения правообладателя к ответственности по одним и тем же требованиям потребителей о несоответствии качества товаров (работ, услуг), продаваемых (выполняемых, оказываемых) пользователем по договору коммерческой концессии (в одних случаях субсидиарная, а в других - солидарная ответственность)?
По общему правилу в подобных случаях для правообладателя наступает субсидиарная ответственность. Солидарная ответственность установлена лишь в отношении требований потребителей, предъявляемых к пользователю как изготовителю продукции (товаров) правообладателя. Соответствующие законоположения объясняются в юридической литературе по-
разному. Например, по мнению А.А. Иванова, различия в строгости ответственности правообладателя связаны с тем, что "пользователь, являющийся изготовителем продукции (товаров), более зависим от инструкций (указаний) правообладателя в отношении качества. Солидарная ответственность, наступающая в этом случае, должна... сильнее стимулировать правообладателя к тому, чтобы добиваться необходимого качества. Ведь при простой продаже пользователь обычно имеет дело с товарами, которые произведены самим правообладателем - профессионалом в своей сфере. Что же касается работ (услуг), то применительно к ним
инструкции правообладателя играют менее важную роль" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 648.
Думается все же, что законодатель, ужесточая ответственность правообладателя (солидарная ответственность) именно за недостатки товаров, выпускаемых пользователем на основании договора коммерческой концессии, вряд ли исходил из степени важности инструкций и указаний правообладателя в том или ином случае. Видимо, основой такого решения явилось то обстоятельство, что, выступая в роли заказчика работ и услуг, всякий потребитель имеет полноценную возможность выяснить, кто непосредственно выполняет заказанные работы или услуги, и оценить их качество задолго до их завершения, чего нельзя сказать о потребителе, покупающем в магазине товар, на котором имеется товарный знак правообладателя. В последнем случае значительно повышается вероятность введения потребителя в заблуждение относительно как реального изготовителя товара, так и качества товара. Указанный риск отчасти компенсируется ужесточением ответственности правообладателя. В силу изложенного именно для тех случаев, когда предпринимательская деятельность пользователя состоит в изготовлении продукции (товаров) с использованием товарного знака и иных исключительных прав правообладателя (производственный франчайзинг), по мнению законодателя, наиболее приемлема солидарная ответственность пользователя-изготовителя и правообладателя.
7. Возобновление, изменение и прекращение договора
Возобновление договора
Одной из характерных черт договора коммерческой концессии является наделение пользователя, который добросовестно исполнял свои обязанности в течение всего срока действия договора, правом на заключение нового договора на тех же условиях (право на возобновление договора). Указанное право пользователя нашло отражение в п. 1 ст. 1035 ГК, согласно которому пользователь, надлежащим образом исполнявший свои обязанности, имеет по истечении срока договора коммерческой концессии право на заключение договора на новый срок на тех же условиях.
В юридической литературе признается правомерность такого подхода, однако причины появления соответствующего законоположения, его смысл и значение объясняются по-разному. Так, по мнению Г.Е. Авилова, указанное положение прежде всего призвано защищать интересы пользователя как более слабой стороны договора. "Находясь в зависимости от правообладателя, - пишет Г.Е. Авилов, - пользователь по окончании срока действия договора рискует оказаться в сложном положении: ему практически придется начинать свое дело с нуля, так как он более не сможет пользоваться средствами индивидуализации и коммерческим опытом правообладателя. Это было бы несправедливо, ведь пользователь вкладывал свои собственные средства в развитие предпринимательской деятельности правообладателя (в продвижение на рынок его товаров, работ
или услуг, увеличение объемов его производства)" <*>.
--------------------------------
<*> Авилов Г.Е. Указ. соч. С. 558.
Соглашаясь с тем, что сформулированное в законе право пользователя на возобновление договора коммерческой концессии призвано защищать интересы слабой стороны договора (пользователя) с учетом принципа справедливости, Е.А. Суханов считает также, что "возобновление договора франчайзинга может служить интересам потребителей на устоявшемся
рынке товаров и услуг" <*>.
--------------------------------
<*> Суханов Е.А. Указ. соч. С. 636.
Л.А. Трахтенгерц обращает внимание на экономический аспект взаимоотношений правообладателя и пользователя, связанных с возобновлением договора коммерческой концессии. Она указывает: "При этом учитывается, очевидно, что вложенные пользователем средства на приобретение концессии окупаются не сразу и прибыль начинает поступать лишь через какое-то
время. Возможность продления договора в определенной мере страхует имущественные интересы пользователя, рискующего своим капиталом при создании нового хозяйственного комплекса под
фирмой правообладателя" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право России. Часть вторая. Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. С. 597.
А.А. Иванов видит значение положения о праве пользователя на возобновление договора коммерческой концессии в необходимости поддерживать баланс интересов обеих сторон этого договора. Он пишет: "Пользователь в течение срока договора продвигает на рынок товары (работы, услуги) правообладателя и вправе рассчитывать на стабильность своего положения. Однако стабильность может быть достигнута только при условии длительности срока. Напротив, правообладатель очень часто заинтересован в коротком сроке, с тем чтобы после его истечения заставить пользователя принять более жесткие условия. Для устранения подобного дисбаланса
интересов и введены гарантии прав пользователей при окончании срока договора" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданское право: Учебник. Часть II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 650 -
651.
Конечно же, все приведенные точки зрения относительно смысла и значения законоположения о наделении добросовестного пользователя правом на возобновление договора коммерческой концессии в своей совокупности объясняют действия законодателя. Как уже отмечалось, пользователь, выпуская товары, выполняя работы, оказывая услуги на основе договора коммерческой концессии, т.е. под фирменным наименованием правообладателя и с использованием его товарных знаков, знаков обслуживания и иных исключительных прав правообладателя, по сути своей, в экономическом смысле, действует в качестве одного из звеньев интегрированной товаропроводящей системы правообладателя. Однако в правовом аспекте отношения правообладателя и пользователя строятся на основе договора коммерческой концессии, заключаемого между юридически самостоятельными и независимыми субъектами. При этом применение общего принципа свободы договора (п. 1 ст. 421 ГК) в ситуации, когда истек срок действия договора коммерческой концессии при условии надлежащего его исполнения пользователем, приведет к тому, что пользователь будет лишен своего бизнеса, более того, этот бизнес может быть передан другому лицу - новому пользователю, с которым правообладатель оформит договор коммерческой концессии. Законоположение о праве добросовестного пользователя на возобновление договора направлено на исключение подобных ситуаций, а при отсутствии такой возможности - на компенсацию пользователю ущерба, причиненного в связи с утратой последним своего бизнеса.
Если же правообладатель не преследует цели передачи другому лицу бизнеса пользователя, исполнявшего свои обязательства по договору коммерческой концессии надлежащим образом (замены данного звена в своей товаропроводящей сети), а сворачивает свою деятельность на соответствующей территории, он не может быть обременен перед пользователем какими-либо обязанностями, связанными с возобновлением договорных отношений по договору коммерческой концессии. В этом случае истечение срока договора коммерческой концессии означает прекращение обязательств, вытекающих из этого договора. Поэтому в соответствии с п. 2 ст. 1035 ГК правообладатель вправе отказать в заключении договора коммерческой концессии на новый срок при условии, что в течение трех лет со дня истечения срока данного договора он не будет заключать с другими лицами аналогичные договоры коммерческой концессии и соглашаться на заключение аналогичных договоров коммерческой субконцессии, действие которых будет распространяться на ту же территорию, на которой действовал прекратившийся договор.
Конечно, и в этом случае добросовестный пользователь теряет не только право на возобновление договора коммерческой концессии, но и свой бизнес, связанный с производством и продажей товаров, выполнением работ или оказанием услуг под фирменным наименованием правообладателя и с использованием принадлежащих последнему иных исключительных прав, однако и правообладатель несет определенные потери, связанные с прекращением своего бизнеса на соответствующей территории.
Вместе с тем и при этих условиях возможна ситуация, когда добросовестный пользователь может реализовать свое право на возобновление договора коммерческой концессии. В случае если до истечения трехлетнего срока правообладатель все же пожелает предоставить кому-либо те же права, какие были предоставлены пользователю по прекратившемуся договору, он обязан предложить пользователю заключить новый договор либо возместить понесенные им убытки. При заключении нового договора его условия должны быть не менее благоприятны для пользователя, чем условия прекратившегося договора (п. 2 ст. 1035 ГК).