Учебный год 22-23 / Курс лекций ГП

Законодательство допускает также возможность ограничения размера подлежащих взысканию убытков. Во-первых, в силу ст. 358 ГК это может быть предусмотрено законом. Статья гласит: «По отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законодательными актами может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность)».

Выше уже говорилось о некоторых случаях такого ограничения. Они обычно сводятся к следующим:

а) ограничению суммы убытков только реальным ущербом; б) предельному ограничению суммы, которая может быть взыскана

за нарушение обязательства; в) допустимости взыскания только исключительной неустойки, но не

убытков, вызванных нарушением.

Уменьшение размера убытков, подлежащих взысканию, возможно также соглашением сторон, но не всегда. Об ограничениях размера подлежащих возмещению убытков соглашением сторон (п. 2 ст. 350 ГК) уже говорилось.

П. 3 ст. 359 ГК предусматривает, что заключенное сторонами заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства недействительно.

И, наконец, п. 2 ст. 358 ГК признает недействительным соглашение об ограничении размера ответственности должника по договору присоединения или иному договору, в котором кредитором является гражданин, выступающий в качестве потребителя, если размер ответственности для данного вида обязательств или за данное нарушение определен законом.

Известно, что помимо возмещения материального ущерба, при-

чиненного нарушением обязательства, лицо, потерпевшее от нарушения, вправе требовать возмещения и морального ущерба сверх взыскания убытков (ст. 352 ГК).

Возмещение морального ущерба. Понятие морального вреда со-

держится в ст. 951 ГК. Это – «нарушение, умаление или лишение личных неимущественных благ и прав физических и юридических лиц, в том числе нравственные или физические страдания (унижение, раздражение, подавленность, гнев, стыд, отчаяние, физическая боль, ущербность, дискомфортное состояние и т.п.), испытываемые (претерпеваемые, переживаемые) потерпевшим в результате совершенного против него правонарушения».

621

Особенности возмещения морального вреда, причиненного гражданину, предусмотрены нормативным постановлением №3 Верховного суда РК от 21 июня 2001 г. «О применении судами законодательства о возмещении морального вреда».

Под нравственными страданиями как эмоционально-волевыми переживаниями человека следует понимать испытываемые им чувства унижения, раздражения, подавленности, гнева, стыда, отчаяния, ущербности, состояния дискомфортности и т.д. Эти чувства могут быть вызваны, например, противоправным посягательством на жизнь и здоровье как самого потерпевшего, так и его близких родственников (родителей, супругов, ребенка, брата, сестры и т.д.); незаконным лишением или ограничением свободы либо права свободного передвижения; причинением вреда здоровью, в том числе уродующими открытые части тела человека шрамами и рубцами; раскрытием семейной, личной или врачебной тайны; нарушением тайны переписки, телефонных или телеграфных сообщений; распространением несоответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина; нарушением права на имя, на изображение; нарушением его авторских и смежных прав и т.д.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, испытываемую гражданином в связи с совершенным против него противоправным насилием или причинением вреда здоровью».

Термин «моральный вред» как обозначение одного из последствий правонарушения занял прочное место в законодательстве как антоним имущественного вреда.

Таким образом, в законодательстве моральный вред означает наступающее от правонарушения последствие, которое носит неимущественный характер и проявляется в нравственных и физических страданиях человека.

Как вытекает из п. 4 ст. 951 ГК, моральный вред может иметь место в случаях, предусмотренных законодательными актами, и при нарушении имущественных прав лица, например, причиненный вследствие недостатков товаров, работ, услуг.

В правоприменительной практике нередко наблюдается стремление ввести понятие морального вреда, причиняемого юридическим лицам. Несмотря на то, что коллективное образование как социальная общность не обладает телесными и духовными свойствами, а представляет собой аморфное явление, используемое лишь в качестве фикции для призна-

622

ния его субъектом права, встречаются утверждения о претерпевании юридическими лицами морального вреда.

Так, в Алматинском городском суде рассматривалось дело по иску корпорации «Девелопед Технолоджи Рисорс Инк» (иностранной организации США) к Мешеловой о взыскании морального вреда в сумме 31 247 680 тенге. По мнению истца, моральный вред ему причинен в результате обращений ответчика в правоохранительные органы республики и в редакцию газеты «Новое поколение» с сообщениями о якобы незаконных действиях корпорации1 .

ТОО «АНОШ» обратилось в городской суд г. Астаны с иском к Генеральной прокуратуре РК о взыскании материального и морального вреда, причиненного вследствие допущения волокиты при расследовании уголовного дела по обвинению бывшего директора Жезказганского филиала ОАО «Игилик банк» Ниязбекова, по вине которого истец понес значительные убытки .

Постановление Верховного суда РК от 21 июня 2001 г. специально посвященное вопросам возмещения морального вреда, не содержит ка- ких-либо положений о юридических лицах как субъектах, признаваемых потерпевшими моральный вред.

Вопределениях морального вреда наиболее значимыми его характеристиками являются физические и нравственные страдания. Такие эмо- ционально-волевые ощущения в состоянии испытывать только человек как психо-физическая особь. Юридическое лицо является социальной общностью, состоящей из коллектива людей. Невозможно представить себе такое состояние, когда бы после нарушения деловой репутации юридического лица поголовно все входящие в этот коллектив люди из-за этого лишились сна, постоянно находились в стрессе и т.д. Быть может, только руководители и лица из административного персонала будут переносить подобные переживания, но немыслимо, чтобы коллектив юридического лица в полном составе впал в состояние нравственных страданий. Поэтому категория морального вреда, как нам кажется, не присуща юридическому лицу. В случае нарушения неимущественных прав юридического лица можно вести речь лишь о возмещении имущественных потерь – убытков. К примеру, если в результате распространения ложных сведений о том, что предприятие при выпуске товаров использует сомнительное сырье, будет сокращено число контрактов, то убытки могут быть определены в размере упущенной выгоды.

Влитературе высказывалось мнение о неприменимости понятия морального вреда к юридическим лицам.

1 «Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика» Под ред. А.Г. Диденко. Вып. 14. Астана. 2002. С. 22.

623

Судебная практика также иногда отрицательно относится к признанию морального вреда за юридическим лицом.

Так, при рассмотрении дела по иску ТОО «Нефтегаз Казахстан» к ТОО «Нефть и газ Казахстана» о прекращении использования товарного знака и взыскании морального ущерба в сумме 2 млн. тенге в Алматинском городском суде было отмечено, что нравственные и физические страдания имеют отношение к физическому лицу1 .

Таким образом:

-моральный вред представляет собой такое последствие правонарушения, которое имеет непосредственное влияние на психо-физическое состояние человека, поэтому он может быть причинен только физическому лицу;

-юридическое лицо обладает неимущественными правами, которые могут подвергаться посягательствам и нарушениям, однако последствия этих правонарушений проявляются в убытках, подлежащих возмещению на общих основаниях;

-с целью придания понятию морального вреда необходимой ясности

ичеткости следует исключить из ст.ст. 142 и 951 ГК упоминания о юридических лицах, как субъектах, претерпевающих моральный вред.

Право на возмещение морального, а также в подлежащих случаях и имущественного вреда за нарушение чести, достоинства и деловой репутации гражданина остается неизменным с момента его введения Основами гражданского законодательства. Оно воспроизведено текстуально как в ГК РФ (п. 5 ст. 152), так и в ГК РК (п. 6 ст. 142). В развитие этого положения возможность компенсации морального вреда распространена за посягательства и на иные неимущественные права и нематериальные блага (ст. 151 ГК РФ, п. 1 ст. 141 ГК РК).

Таким образом, начиная с момента действия Основ гражданского законодательства на территориях РФ и РК и до настоящего времени применяется правило: при нарушении личных неимущественных прав гражданина подлежат возмещению понесенный им моральный вред, а если имел место также вред имущественный, то возмещается одновременно моральный и имущественный вред.

Сложнее обстояло дело с регулированием последствий нарушения имущественных прав гражданина и юридического лица. Если нарушение имущественных прав лица вызывало только причинение имуще-

1«Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика». Под ред. А.Г. Диденко. Вып. 9. Алматы, 2000. С. 187

624

ственного вреда, то действовало традиционное общее положение – убытки должны быть возмещены правонарушителем. Но в случае появления наряду с убытками также и морального вреда как следствия нарушения имущественных прав потерпевшего законодательство о его возмещении развивалось не последовательно. Вначале Основы гражданского законодательства ввели единую норму, согласно которой возмещение морального вреда должно осуществляться независимо от того, причинен ли этот вред посягательством на личное неимущественное право или на имущественное право потерпевшего лица (ст. 131). Затем 1 января 1995 г. в Российской Федерации был введен в действие Гражданский кодекс (первая часть), ст. 151 которого установила следующее правило: если моральный вред причиняется посягательством на какое-либо материальное благо, которое находит свое выражение в имущественном праве, то он подлежит возмещению лишь на основании специального закона (например, Закона «О «защите прав потребителей»). Действие в Российской Федерации ст. 131 Основ, предусматривавшей возмещение морального вреда во всех случаях нарушения как неимущественного, так и имущественного права, охватывает период с 3 августа 1992 г. до 1 января

1995 г.

Иначе был решен этот вопрос в Казахстане. В принятом в 1994 г. ГК РК (общая часть) нормы, аналогичной ст. 151 ГК РФ, не содержится. Более того, ст. 352 ГК РК предусмотрено совершенно противоположное приведенной ограничительной норме положение: моральный вред, причиненный нарушением обязательства, возмещается сверх убытков. Постановлением Верховного Суда от 22 декабря 1995 г. круг случаев возмещения морального вреда гражданам был еще более расширен. В частности, суду предоставлялось право на основании ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. обязать работодателя компенсировать причиненные работнику нравственные и физические страдания в связи с незаконным увольнением, переводом на другую работу, невыплатой заработной платы, трудовым увечьем, профзаболеванием и т.п.

Эта нормативная основа послужила поводом к тому, что в Казахстане судебная практика столкнулась с расширением случаев предъявления исков о взыскании морального вреда за нарушение не только личных неимущественных прав, но и имущественных прав.

625

Всуде г. Усть-Каменогорска рассматривалось исковое заявление двух граждан к АО «Адиль» о взыскании дивидендов и морального вреда1 , в Алмалинском районном суде г. Алматы – дело по иску Жаркова и Филиповского о взыскании убытков и компенсации морального ущерба, вызванных ненадлежащим исполнением ТОО «Туран» своих обязательств2 .

ВЛениногорском городском суде в результате рассмотрения дела по иску Качура Л. к Качуре В. об истребовании своей машины было решено взыскать

сответчика моральный вред в сумме 20 тыс. тенге3 .

Всудах Жамбылской области длительное время находилось на рассмотрении дело по иску 68 работников химических предприятий – АО «Каратау», ЗАО «Фосдорит», МКК «Тексуна Кемиклз Инк» о взыскании несвоевременно выданной заработной платы, неустойки и компенсации морального вреда по

150 тыс. тенге каждому работнику .

Изучение судебной практики показало, что суды взыскивают моральный вред, причиненный гражданам в результате несвоевременной выплаты денежных сумм в возмещение вреда, неправильного исчисления сроков выплаты, в результате неправомерного отказа в возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью граждан4 .

Как видно из указанных примеров, в практике судов не проводилось разграничение между моральным вредом, причиняемым нарушением личных неимущественных прав (на жизнь, здоровье) и моральным вредом, наступающим из-за нарушения имущественных прав (на своевременное получение заработной платы, на получение дивидендов, на неприкосновенность права собственности и т.д.).

Что касается возмещения морального вреда, как результата нарушения имущественных прав потерпевшего, то в законодательстве Казахстана ограничения на этот счет были введены, в отличие от РФ, только с принятием Особенной части ГК РК. П. 4 ст. 951 ГК РК установлена норма, в соответствии с которой моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, возмещению не подлежит, кроме случаев, предусмотренных законодательными актами.

1«Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика». Под ред. А.Г. Диденко. Вып. 7. Алматы, 1999. С. 144

2«Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика». Под ред. А.Г. Диденко. Вып. 9. Алматы, 2000. С. 176

3«Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика». Под ред. А.Г. Диденко. Вып. 9. Алматы, 2000. С. 214

4Обзор судебной практики по рассмотрению дел о возмещении вреда, причиненного здоровью. «Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика». Под ред. А.Г. Диденко. Вып. 9. Алматы, 2000. С. 95

626

В гражданском законодательстве прочно закрепилось положение принципиального значения: на требования о защите нематериальных благ и личных неимущественных прав исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законодательными актами (п. 2 ст. 43 Основ, п. 1 ст. 187 ГК РК, п. 4 постановления Верховного Суда РК от

21июня 2001 г.).

Специального внимания заслуживает ответственность за неправомер-

ное пользование чужими деньгами. П. 1 ст. 353 ГК гласит по этому поводу:

«За неправомерное пользование чужими деньгами в результате неисполнения денежного обязательства, либо просрочки в их уплате, либо их неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежит уплате неустойка. Размер неустойки исчисляется, исходя из официальной ставки рефинансирования Национального банка Республики Казахстан на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части».

Таким образом, данная статья устанавливает ответственность за то, что одно лицо-должник по денежному обязательству передает другому лицу-кредитору определенную сумму денег с нарушением срока платежа. Под неправомерным пользованием чужими деньгами понимается очевидная возможность (не обязательно реализованная) для должника на период задержки платежа использовать деньги в обороте, давать их в кредит другому лицу, зачислять на депозитный счет банке или иным образом извлекать из них доход.

Значение ответственности, установленной ст. 353 ГК, возрастет в условиях инфляции, означающей заметную для кредитора имущественную потерю, поскольку, получая свои деньги с опозданием против срока платежа, кредитор получает деньги и, уже обесцененные за время задержки. Ст. 353 ГК позволяет компенсировать такое обесценение.

Исходя из данного понимания ответственности, следует считать, что она не должна применяться в случаях, когда должник был лишен возможности пользоваться чужими деньгами (наложение ареста на имущество в силу ст. 30 Закона «О банкротстве» и в других аналогичных случаях).

Ответственность предусмотрена за неправомерное пользование чужими деньгами. Правомерное пользование (с разрешения кредитора или с законным установлением отсрочки платежа) не дает основания для привлечения должника к ответственности.

627

К таким же, по нашему мнению, следует относить случаи, когда должник не знает и не должен знать, что он пользуется чужими деньгами. Например, наследник по закону распоряжается деньгами, перешедшими по наследству, не зная, что есть другой наследник – по завещанию, либо, не зная о долгах наследодателя. Ответственность может наступить лишь с того дня, когда должнику становятся известны претензии других лиц на находящиеся у него, у должника, чужие денежные суммы.

Под чужими денежными средствами следует понимать не только деньги, переданные должнику другим лицом и своевременно не возвращенные, но также суммы, которые должник обязан был выплатить в качестве вознаграждения за выполненную работу, неустойки, возмещения убытков и т.п., но не платил.

Если за несвоевременный возврат долга либо за иной несвоевременный платеж установлена уплата пени (неустойки), то она может начисляться на сумму основного долга и на вознаграждение за кредитные услуги.

Проценты за пользование чужими деньгами должны начисляться со дня, когда они подлежат возврату, по день фактического платежа. День, до которого начисляются и взыскиваются проценты, предусмотренные ст. 353 ГК, не следует смешивать с днем, на который определяется ставка рефинансирования.

Поскольку ставка рефинансирования сама может изменяться1 , ст. 353 ГК указывает, на какой день она определяется: день предъявления иска, день вынесения решения или день фактического платежа. Выбор производится судом, который, конечно, может принять во внимание предложения сторон. Но далее эта избранная судом ставка применяется в течение всего периода задолженности до полного ее погашения.

Мы считаем поэтому допустимым, чтобы суд в резолютивной части решения называл не точную сумму взыскания, а способы ее определения и день, на который она должна определяться.

Размер процента, начисляемый на денежную сумму, которой неправомерно пользуется должник, может устанавливаться соглашением сторон. Закон не препятствует сторонам иным образом определять способ компенсации за обесценивание денег, которыми неправомерно пользуется должник, например, путем инфляционной оговорки.

Неустойка, предусмотренная ст.353 ГК, является согласно п. 3 статьи зачетной.

1 Ставка рефинансирования, например, на 1апреля 2006 г. составляла 8,5%.

628

Ст. 355 ГК устанавливает особенности ответственности за неисполнение должником обязательства передать кредитору индивидуально-опре- деленную вещь в собственность, хозяйственное ведение, оперативное управление или пользование.

Такое обязательство основывается обычно на договорах купли-про- дажи, поставки, имущественного найма и т.п. Кредитор вправе требовать изъятия этой вещи у должника и передачи вещи ему, кредитору.

Помимо этого, кредитор вправе требовать от должника возмещения убытков, вызванных задержкой передачи и (или) выплаты неустойки, установленной за нарушение.

Кредитор не имеет права требовать передачи, если установлено, что третье лицо имеет преимущественное право на спорную вещь.

При наличии нескольких кредиторов, претендующих на равных правовых основаниях на одну и ту же вещь, по сложившейся практике возникает система приоритетов. Первый приоритет у того, кто уже получил вещь, претензии других кредиторов удовлетворению не подлежат. При отсутствии первого вступает в силу второй приоритет, который принадлежит тому, у кого право возникло ранее, чем у других кредиторов. Наконец, при отсутствии и первого, и второго возникает третий приоритет, принадлежащий кредитору, ранее других предъявившему иск об истребовании вещи. При любом из вариантов кредиторы, не обладающие приоритетом, сохраняют право привлекать должника к денежной ответственности за неисполнение обязательства передачи вещи.

Например, В. договорился о продаже комплекта мебели с двумя лицами, сначала с Т., а затем с К. Т., заказав автомашину, явился за мебелью, но оказалось, что К. уже увез ее к себе. Требовать мебель Т. не может ни у В., у которого ее нет, ни у К., ставшего собственником вещей, хотя он договор о покупке заключил позже. Если же, однако, оба покупателя одновременно явятся к продавцу, право требовать передачи комплекта мебели будет у Т., который ранее заключил договор.

При условии же, что В. каждому из покупателей написал письмо с предложением о продаже мебели и от обоих получил одновременно согласие, мебель, еще находящаяся у продавца, должна быть передана тому, кто раньше обратился в суд с требованием об исполнении договора. Во всех случаях тот из покупателей, кто не получит мебели, имеет право требовать от продавца возмещения транспортных расходов и других своих убытков, вызванных нарушением договора.

Ст. 356 ГК предусматривает особенности ответственности при нарушении должником обязанности выполнить работу или оказать услугу. Из

629

текста статьи вытекает, что при неисполнении должником обязательства изготовить вещь для кредитора, выполнить для него определенную работу или оказать услугу кредитор приобретает альтернативное право:

а) самому выполнить работу за счет должника; б) поручить выполнение работы другому лицу за счет должника;

в) отказаться от работы и взыскать с должника убытки, вызванные ее невыполнением.

Право выбора в этой альтернативе принадлежит кредитору. Соединение требований и оплаты работ должником, и взыскания с

него убытков, связанных с выполнением работ другим лицом, не применяется, поскольку сама сумма оплаты работ уже включает связанные с этим расходы кредитора.

Но если убытки последнего, вызванные неисполнительностью должника, выходят за пределы расходов по выполнению работ самим кредитором или третьим лицом, то они (убытки) могут быть взысканы с должника помимо расходов по выполнению работ. Должник, например, не отремонтировал склад, на котором хранились овощи. Вследствие этого овощи погибли. Их стоимость может быть взыскана с должника сверх стоимости ремонта, который был по просьбе кредитора произведен третьим лицом.

Если же за неисполнение обязанностей по выполнению работ предусмотрена неустойка, то она может быть взыскана с должника независимо от возмещения расходов кредитора на производство работ.

М.И. Брагинский утверждает, что существуют две формы ответственности за нарушение обязательства: возмещение причиненных убытков и уплата неустойки1 . В действительности существуют и другие, хотя и более редко встречающиеся формы ответственности, даже не в виде денежных взысканий. Например, лишение нарушителя каких-либо прав.

Особой формой ответственности можно признать удержание (или выплату в двойном размере) задатка, установленного сторонами в обеспечение исполнения договора (ст. 337 ГК). Задаток, как и неустойка, соединяет в себе качества и способов обеспечения исполнения обязательства, и форм ответственности.

Специальные формы ответственности предусмотрены ст.ст. 365 и 366 ГК на случаи просрочки исполнения обязательства.

1 Гражданское право России. Общая часть. Курс лекций. М., «Юрист», 2001.

С.672.

630