Учебный год 22-23 / pravo_sobstvennosti
.pdfпоскольку п. 1 ст. 244 ГК РФ ясно указывает на то, что право общей собственности может быть установлено только на имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц", а с другой стороны, в Законе об ИФ постоянно подчеркивается, что имущество ПИФа принадлежит пайщикам на праве общей долевой собственности. Для объяснения ситуации далее он, опираясь на то, что права пайщика удостоверяются ценной бумагой, которая и определяет объем и характер его прав, приходит к выводу о том, что единственный пайщик имеет не единое право собственности на ПИФ, а множество долей в праве собственности на него, что представляется ему юридически неразумным и свидетельствующим о том, что пай не является ценной бумагой, удостоверяющей долю в праве общей собственности на ПИФ <1>. Между тем, как представляется, ситуация является прямо противоположной: именно то, что доля в праве собственности на вещи в составе ПИФа удостоверяется паем как ценной бумагой, и объясняет тот факт, что при концентрации всех паев в руках одного пайщика ему принадлежат все паи, в том числе все доли в праве общей собственности, а не единый пай, включающий единое право собственности; точно так же и при наличии у пайщика не одного, а нескольких (но не всех) паев нельзя говорить о том, что ему принадлежит одна общая доля в праве общей собственности, большая по размеру, чем та, которую удостоверяет один пай, напротив, ему принадлежит столько долей, сколько удостоверяют его паи. В связи с этим показательно различие между правовым режимом прав участников общества с ограниченной ответственностью и акционерного общества. Если указанные права не удостоверены ценными бумагами, как в обществе с ограниченной ответственностью, то у каждого участника всегда одна доля, размер которой может быть разным, соответственно, при приобретении участником общества, помимо уже имеющейся доли, еще одной, он становится не обладателем двух долей, а одной, большей по размеру доли, а если кто-то скупает все доли, то он становится единственным участником, т.е. обладателем единственной доли, номинальный размер которой равен размеру уставного капитала общества (абз. 6 п. 2 ст. 12, п. п. 2 и 3 ст. 14, п. п. 1 и 2 ст. 19 и ст. 39 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью") <2>. Но если указанные права удостоверены ценными бумагами, как в акционерном обществе, то каждый участник обладает не единой долей, а определенным количеством акций - соответственно, при приобретении акционером общества, помимо уже имеющейся акции, еще одной, он становится обладателем двух акций, а не одной, большей по стоимости акции, а если кто-то скупает все акции, то в таком случае он становится обладателем всех акций общества, но не обладателем его единственной акции (п. 1 ст. 25, п. 1 ст. 44, п. 3 ст. 47 и п. 3 ст. 51 Закона об акционерных обществах) <3>.
--------------------------------
<1> Плющев М. Инвестиционный пай с позиций бездокументарной ценной бумаги // Хозяйство и право. 2004. N 5. С. 55.
<2> Еще четче этот вопрос урегулирован в § 169 (2) Закона Венгрии о хозяйственных обществах 1988 г., согласно которому у каждого участника товарищества с ограниченной ответственностью может быть только один пай, если участник приобретает права другого, то его пай пропорционально увеличивается, и в § 114 (2) Торгового кодекса ЧСФР 1991 г., согласно которому каждый участник товарищества с ограниченной ответственностью может иметь только один торговый пай; если участник вносит еще один вклад, его торговый пай соразмерно увеличивается (оба акта цитируются по изданию: Акционерное общество и товарищество с ограниченной ответственностью: Сборник зарубежного законодательства / Сост., отв. ред. и автор вступ. ст. В.А. Туманов. М.: БЕК, 1995).
<3> В связи с этим возникает вопрос, может ли обладатель нескольких или всех акций общества осуществлять по отдельности удостоверенные его акциями права, в частности, выдавать разным лицам доверенности на осуществление каждым лицом прав,
431
удостоверенных только соответствующей частью акций, голосовать по-разному разными своими акциями и т.п., но он уже выходит за пределы настоящей работы.
Признание ПИФа общей собственностью пайщиков порождает, однако, возможные препятствия на пути приобретения паев ПИФов некоторыми участниками оборота. Так, Н. Пиксин и Т. Оксюк дополнительно аргументируют невозможность для публичноправовых образований быть пайщиками ПИФов тем, что раз имущество, переданное в ДУ ПИФом такими субъектами, становится общей собственностью пайщиков, а затем и вовсе может быть отчуждено УК, то в случае участия этих лиц в формировании ПИФа происходила бы передача государственного или муниципального имущества в частную собственность, т.е., по сути, приватизация, а такой способ приватизации не предусмотрен Федеральным законом от 21 декабря 2001 г. N 178-ФЗ "О приватизации государственного
имуниципального имущества" <1> (далее - Закон о приватизации). Действительно, согласно указанному Закону государственное и муниципальное имущество отчуждается в собственность физических и (или) юридических лиц исключительно на возмездной основе (п. 2 ст. 2), при этом такое возмездное отчуждение государственного и муниципального имущества в собственность физических и (или) юридических лиц и является приватизацией (ст. 1), которая осуществляется только способами, предусмотренными этим Законом (п. 5 ст. 13), среди которых нет передачи имущества в ДУ ПИФом. Однако попытка приложить приведенные нормы к ДУ ПИФом обнаруживает следующую проблему: из буквального толкования ст. 1 следует, что приватизация имеет место тогда, когда имущество, бывшее собственностью только публично-правового образования, становится собственностью только физических и юридических лиц. Между тем при передаче имущества в ДУ ПИФом переданное имущество попадает в состав общей собственности, участниками которой будут и физические, и юридические лица, и публично-правовые образования. Таким образом, формально рассуждая, сама по себе передача публичного имущества в ДУ ПИФом не может быть квалифицирована как приватизация <2>. Но и дальнейшее отчуждение имущества, входящего в состав ПИФа, также не будет с тех же формальных позиций приватизацией, ибо теперь нет ситуации отчуждения имущества, бывшего собственностью только публично-правового образования. Здесь сразу возникает вопрос: а возможно ли существование общей собственности с участием и публично-правовых образований, и частных лиц? ГК РФ в гл. 16 напрямую этот вопрос не регулирует <3>, но и не содержит правила, которое содержалось в ст. 123 ГК 1964 г., требовавшей, чтобы право общей долевой собственности государства и граждан, кооперативных или иных общественных организаций и граждан было прекращено в течение одного года со дня ее образования. В связи с этим для обоснования признаваемой в литературе <4> возможности участия публично-правовых образований в общей собственности вместе с частными лицами можно сослаться на принцип равенства участников гражданских правоотношений, означающий в том числе и право публично-правовых образований участвовать в них на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами (п. 1 ст. 1, абз. 2 п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 124 ГК РФ), а также на конституционный принцип равенства всех форм собственности, ибо, как справедливо отмечает К.И. Скловский, "равенство всех форм собственности означает, что не может быть запрета на возникновение общей собственности, участниками которой выступают публичные органы
ичастные лица" <5>. Кроме того, очевидно, что не может не возникнуть ситуации "сособственничества" государства и частных лиц при приватизации отдельных квартир в многоквартирном доме в отношении общего имущества (ст. 290 ГК РФ, ст. 36 ЖК РФ) <6>, при выморочности имущества, в состав которого входит доля в праве общей собственности (п. 2 ст. 1151 ГК РФ) <7>. Необходимо также учитывать, что в ДУ ПИФами чаще всего передаются деньги. Хотя Закон о приватизации прямо не исключает деньги как таковые (вне имущественного комплекса) из числа объектов приватизации,
432
отчуждение которых относится к сфере его регулирования, этот вывод напрашивается из его содержания: из всех способов приватизации, предусмотренных Законом о приватизации (п. 1 ст. 13), к деньгам могут быть теоретически применены только два: внесение государственного или муниципального имущества в качестве вклада в уставные капиталы открытых акционерных обществ и преобразование унитарного предприятия в открытое акционерное общество (все остальные способы представляют собой продажу имущества, деньги же как таковые продать невозможно), но и для этих последних очевидно, что речь может идти о передаче денег только в составе имущественного комплекса: ст. 12 Закона о приватизации требует обязательного определения цены подлежащего приватизации имущества, в то время как деньги как таковые оценивать бессмысленно. Кроме того, признание необходимости соблюдения Закона о приватизации во всех случаях отчуждения публично-правовыми образованиями денег как таковых привело бы к невозможности заключения с ними любых договоров, по которым они производят платеж, ибо Закон о приватизации такого способа приватизации не предусматривает, между тем такие договоры заключаются, и об их возможности упоминает законодательство <8>, <9>. Можно также добавить, что безналичные деньги (а именно они чаще всего имеются у публично-правовых образований), как не являющиеся объектами права собственности, тем более не подпадают под действие Закона о приватизации. В связи с изложенным, по нашему мнению, Закон о приватизации не мог бы быть препятствием для приобретения публично-правовыми образованиями паев ПИФов <10>.
--------------------------------
<1> Пиксин Н., Оксюк У. Правовой статус учредителей доверительного управления паевым инвестиционным фондом // Хозяйство и право. 2004. N 11. С. 67.
<2> Впрочем, исходя из того, что публичная собственность все же фактически охраняется у нас особо, вполне можно ожидать от правоприменителя расширительного толкования Закона о приватизации как исключающего и передачу публичного имущества в общую собственность. Так, К.И. Скловский отмечает, что не находят поддержки в судах такие договоры, в результате которых возникает общая собственность на объект, который до того находился в исключительной государственной (муниципальной) собственности (Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении*). Представляется, что до внесения уточнений в Закон о приватизации риск указанного расширительного толкования будет сохраняться.
<3> В отличие от ст. 116 ГК 1964 г., прямо допускавшей существование общей собственности государства и одной или нескольких кооперативных и общественных организаций.
<4> Гражданское право: В 4 т. Т. 2: Вещное право. Наследственное право. Исключительные права. Личные неимущественные права: Учебник для студентов вузов / Отв. ред. Е.А. Суханов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2005. С. 118 (автор гл. 22 - Е.А. Суханов); Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н. Садиков. С. 639 (автор коммент. к гл. 16 - Ю.К. Толстой); Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. М.: Юрайт, 2004 (автор коммент. к гл. 16 - З.С. Беляева)*; Научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. В.П. Мозолина и М.Н. Малеиной. М.: Норма, 2004 (автор коммент. к гл. 16 - А.А. Рябов)*. По-видимому, допускает такую долевую собственность и Федеральный закон от 24 июля 2002 г. N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" (абз. 3 и 4 п. 2 ст. 12).
<5> Скловский К.И. Некоторые вопросы применения земельного законодательства, регулирующего предоставление земельных участков в городе // Хозяйство и право. 2004. N 10*.
433
<6> На что справедливо указывает Е.А. Суханов (Гражданское право: В 4 т. Т. 2 / Отв. ред. Е.А. Суханов. С. 118).
<7> Ю.К. Толстой также указывает на то, что такая ситуация возникнет и при частичной выморочности имущества (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н. Садиков. С. 639). Отметим, что по изложенным причинам наиболее бесспорным является то, что государство станет пайщиком в случае выморочности наследства, в состав которого входят паи, а также выморочности наследства в части паев.
<8> См., например, п. 1 ст. 817 ГК РФ и ст. 72 БК РФ.
<9> Хотя в судебной практике можно встретить случай, когда суд счел, что деньги не исключаются из сферы действия Закона о приватизации - см. Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 10 ноября 2005 г. N Ф04-8092/2005(16829-А03-11) и Ф04- 8092/2005(16830-А03-11).
<10> Однако для этого есть другие препятствия - подробнее о возможности участия публично-правовых образований в ПИФах см.: Зайцев О.Р. Договор доверительного управления паевым инвестиционным фондом. С. 265 - 273.
Также и для государственных и муниципальных унитарных предприятий и учреждений возможным препятствием быть пайщиками ПИФов <1> является то, что последние являются долевыми собственниками вещей в составе ПИФа, а возможность участия этих видов юридических лиц в долевой собственности (включая как участие в ней этих видов юридических лиц вместе с сособственниками - физическими и юридическими лицами, так и их же участие вместе с другими такими же юридическими лицами) является весьма спорной <2>. Ряд исследователей указывают на допустимость такого участия исходя из того, что участником общей собственности становится тогда собственник имущества такого юридического лица, а само оно приобретает все же право хозяйственного ведения или оперативного управления (фактически на долю в праве общей собственности) <3>; встречается такой подход и в нормативных актах <4>. Между тем он вызывает возражения, поскольку доля в праве общей собственности не является вещью и не может быть объектом никакого вещного права. В то же время можно привести как минимум два примера, когда предприятию или учреждению так или иначе придется решать вопрос о форме участия в общей собственности. Во-первых, если оно приобретет квартиру, то одновременно с ней оно должно приобрести и долю в праве общей собственности на общее имущество многоквартирного дома (ст. 38 ЖК РФ). Во-вторых, п. 4 ст. 18 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" допускает участие унитарных предприятий в договорах простого товарищества, а абз. 1 п. 1 ст. 1043 ГК РФ устанавливает, что по этому договору внесенное товарищами имущество, которым они обладали на праве собственности, а также произведенная в результате совместной деятельности продукция и полученные от такой деятельности плоды и доходы признаются их общей долевой собственностью, если иное не установлено законом <5>; могут быть участниками этого договора и учреждения <6>. Соответственно, в судебной практике можно встретить споры по договорам простого товарищества с участием предприятий или учреждений, при разрешении которых у судов не возникало сомнений в возможности возникновения по ним общей собственности <7>; считает возможным возникновение общей собственности в этом случае и В.В. Чубаров <8>. В то же время абз. 2 п. 1 ст. 1043 ГК РФ устанавливает, что внесенное товарищами имущество, которым они обладали по основаниям, отличным от права собственности, используется в интересах всех товарищей и составляет наряду с имуществом, находящимся в их общей собственности, общее имущество товарищей, т.е. оно не становится общей собственностью, и одним из таких случаев, как отмечают Б.Л. Хаскельберг и В.В. Ровный, является внесение имущества, которым товарищ обладает на праве хозяйственного ведения <9>; однако, как видно, абз. 2 п. 1 ст. 1043 ГК РФ касается
434
только имущества, внесенного товарищами, но не произведенных в результате совместной деятельности продукции и полученных от такой деятельности плодов и доходов, о которых говорит абз. 1. Если же рассуждать с теоретических позиций, то, по нашему мнению, пример с долями в праве общей собственности как потенциальном имуществе предприятий и учреждений лишний раз свидетельствует в пользу того, что в характерной для нашей правовой системы дискуссии о природе прав государственных юридических лиц на закрепленное за ними имущество правы те, кто предлагает считать их его собственниками <10>.
--------------------------------
<1> Есть для этого и другие препятствия - подробнее о возможности участия этих видов юридических лиц в ПИФах см.: Зайцев О.Р. Договор доверительного управления паевым инвестиционным фондом. С. 251 - 253.
<2> Упоминание о возможности существования, в частности, второго варианта (имущество находится в хозяйственном ведении или оперативном управлении нескольких организаций), см., например, п. 1.2 распоряжения премьера правительства Москвы от 11 сентября 1996 г. N 832-РП "О порядке финансирования работ по ремонту нежилых помещений", абз. 18 разд. VIII проекта Концепции содержания, эксплуатации, ремонта и восстановления объектов жилищно-коммунального хозяйства в городе Москве (утв. Постановлением правительства Москвы от 22 мая 2001 г. N 464-ПП), п. 6 ст. 14 областного Закона Свердловской области от 16 октября 1995 г. "О плате за землю на территории Свердловской области". Считают его возможным и некоторые авторы: Пятков Д.В., Фролов О.В. Право ограниченного владения земельным участком: быть или не быть? // Журнал российского права. 2004. N 7* (в этой же статье указывается, что допускает это и Д.В. Петров в своей работе: Петров Д.В. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. С. 155 - 159).
<3> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный). 4-е изд., испр. и доп. с использованием судебно-арбитражной практики / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н. Садиков. С. 760 (автор коммент. к гл. 55 - В.В. Чубаров); Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР. 3-е изд., испр. и доп. / Отв. ред. С.Н. Братусь, О.Н. Садиков. С. 153 (автор коммент. к ст. 116 - Е.А. Поссе); Кряжевских К.П. Право оперативного управления и право хозяйственного ведения государственным имуществом. СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. С. 160.
<4> Пункт 6.6 формы примерного договора на право реализации инвестиционного проекта (приложение 5 к Постановлению правительства Москвы от 13 мая 2003 г. N 365ПП "О порядке организации и проведения конкурсов по объектам комплексной реконструкции и реновации зданий, сооружений и территорий сложившейся застройки в городе Москве"). В судебной практике также можно найти примеры, когда учреждения пытаются установить право оперативного управления на долю в праве общей собственности (см. Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 9 сентября 2004
г. N А74-1632/04-К1-Ф02-3684/04-С2, ФАС Северо-Западного округа от 19 июня 2002 г. N
А56-356/02, ФАС Центрального округа от 1 ноября 2004 г. N А64-514/04-9) или даже когда такое право на долю уже зарегистрировано в реестре прав на недвижимость (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 2 декабря 2004 г. N А56-50027/03). В то же время иногда суд справедливо указывает на то, что "право оперативного управления и право собственности на имущество являются различными вещными правами. Возможность признания права оперативного управления на долю в общей долевой собственности гражданским законодательством не предусмотрена" (Постановление ФАС Центрального округа от 1 ноября 2004 г. N А64-514/04-9).
<5> Этот аргумент выдвигает, в частности, сторонник обсуждаемой общей собственности К.П. Кряжевских (Кряжевских К.П. Указ. соч. С. 155).
435
<6> См. п. 3 Обзора практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с договорами на участие в строительстве (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25 июля 2000 г. N 56).
<7> Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 7 июля 2004 г. N А33- 3541/02-С2-Ф02-2450/04-С2 и ФАС Дальневосточного округа от 6 мая 2004 г. N Ф03-
А51/04-1/911.
<8> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный). 4-е изд., испр. и доп. с использованием судебно-арбитражной практики / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н. Садиков. С. 759 - 760.
<9> Хаскельберг Б.Л., Ровный В.В. Индивидуальное и родовое в гражданском праве. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Статут, 2004. С. 134.
<10> Как отмечает М.И. Кулагин, такой подход является одним из самых распространенных в странах Запада (Кулагин М.И. Предпринимательство и право: опыт Запада // Кулагин М.И. Избранные труды по акционерному и торговому праву. 2-е изд., испр. М.: Статут, 2004. С. 272). Из современных российских авторов сторонником такого подхода является, в частности, Н.Д. Егоров (Егоров Н.Д. Правовое опосредование отношений собственности // Труды по гражданскому праву: К 75-летию Ю.К. Толстого / Под ред. А.А. Иванова. М.: ТК Велби; Проспект, 2003. С. 35 - 38); по-видимому, склоняются к этому Е.Е. Кузнецова (Кузнецова Е.Е. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления // Актуальные проблемы гражданского права: Сб. ст. Вып. 8 / Под ред. О.Ю. Шилохвоста. М.: Норма, 2004. С. 95 - 97) и Н.Е. Кантор (Кантор Н.Е. Вопросы реформирования правового регулирования деятельности унитарных предприятий // Актуальные проблемы гражданского права: Сб. ст. Вып. 8. С. 120 - 121).
В завершение следует упомянуть, что признание пайщиков общими собственниками ПИФа имеет значение не только с гражданско-правовой точки зрения, но и с точки зрения других отраслей права. Прежде всего имеется интересный парадокс: с одной стороны, ПИФы как договорная форма инвестиционных фондов приобрели популярность во многом потому, что, в отличие от корпоративной формы, в которой доход от инвестирования является прибылью инвестиционного фонда как юридического лица, подвергающейся соответственному налогообложению, ПИФ не является юридическим лицом (абз. 2 п. 1 ст. 10 Закона об ИФ) и потому не платит налог на прибыль, а с другой стороны, признание пайщиков сособственниками ПИФа влечет по идее возможность признания их плательщиками налогов на имущество, входящее в ПИФ, а также НДС, налога на доходы физических лиц и налога на прибыль от операций по ДУ ПИФом. И хотя отечественное налоговое законодательство уже накопило определенный опыт регулирования налогообложения в случаях ДУ, в том числе ПИФом (см. ст. ст. 174.1, 214.1, п. п. 2 и 6 ст. 276, абз. 3 и 4 п. 2 ст. 280 и ст. 332 НК РФ), тем не менее проблемы налогообложения в сфере ПИФов остаются и по сей день актуальными, однако их рассмотрение уже выходит за рамки настоящей работы <1>. Кроме того, определенные сложности представляет применение к ПИФам валютного законодательства: поскольку в составе пайщиков могут быть как резиденты, так и нерезиденты, то при осуществлении УК сделок с иностранной валютой затруднительно сказать, кто ее приобретает или отчуждает - резиденты или нерезиденты. По нашему мнению, целесообразно было бы в подп. 6 п. 1 ст. 1 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" (далее - Закон о валютном регулировании и валютном контроле) уточнить, как разрешать данную ситуацию, например, указать, что пайщики ПИФа, созданного в соответствии с законодательством Российской Федерации, являются резидентами в отношении операций, осуществляемых УК в ходе ДУ этим ПИФом. Попутно также заметим, что предлагаемое дополнение Закона о валютном регулировании и валютном контроле может быть мотивировано не только нахождением иностранной валюты в составе ПИФа, но и существующей в настоящее время
436
возможностью нахождения в составе ПИФов и иных валютных ценностей, а именно ценных бумаг иностранных эмитентов; кроме того, нельзя исключить существования ПИФов, где все пайщики являются нерезидентами - в них и приобретение российских денежных средств, и ценных бумаг российских эмитентов теоретически может быть подведено под понятие валютной операции (подп. 9 п. 1 ст. 1 указанного Закона).
--------------------------------
<1> О проблемах налогообложения в сфере ПИФов см. недавно вышедшее первое юридическое диссертационное исследование этой проблематики: Сафрай М.А. Правовое регулирование налогообложения доходов, получаемых от деятельности институтов коллективного инвестирования в Соединенных Штатах Америки и Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007; а также статьи: Аболяев А.В. Правовое регулирование и особенности налогообложения паевых инвестиционных фондов // Закон и право. 2004. N 12; Архипова Е. Закрытый паевой инвестиционный фонд недвижимости: вопросы налогообложения // Финансовая газета. Региональный выпуск. 2001. N 21. Май; Вахрамеев Э.Ю. Дискуссионные вопросы налогообложения закрытых паевых инвестиционных фондов // Финансовый рынок и кредитно-банковская система России. Сб. науч. трудов. Вып. 7 / Под ред. А.С. Селищева, Л.П. Давыденко, И.П. Леонтьевой. СПб.: Инфо-да, 2006; Комраков К.И. Налогообложение владельцев инвестиционных паев паевых инвестиционных фондов при совершении операции обмена // Налоги (газета). 2006. N 22; Чулюков Ю.В. Проблемы налогообложения закрытых паевых инвестиционных фондов // Законодательство. 2005. N 8. С. 17.
Глава 3. ОБЩАЯ СОБСТВЕННОСТЬ В СЕМЕЙНОМ ПРАВЕ
К необходимости правового регулирования складывающихся между супругами отношений собственности <1> привело объективное обстоятельство - общность их жизни. В интересах как самих супругов, так и третьих лиц должно быть определено, кому из супругов и какое имущество принадлежит, каким образом они управляют и распоряжаются общим имуществом и как оно распределяется в случае прекращения брака. Эти вопросы решаются в соответствии с условиями брачного договора, если таковой заключен, или в соответствии с законным режимом имущества супругов. Выделяют три вида законного режима: режим раздельности, той или иной степени общности и условной ("отложенной") общности имущества <2>.
--------------------------------
<1> Право общей собственности, субъектами которого являются другие члены семьи, в том числе дети, регулируется гражданским законодательством (п. п. 4, 5 ст. 60 Семейного кодекса Российской Федерации, далее - СК РФ) и не рассматривается в настоящей главе.
<2> См. подробнее: Гражданское и торговое право зарубежных стран: Учебное пособие / Под общ. ред. В.В. Безбаха и В.К. Пучинского. М., 2004. С. 622 - 627 (автор главы - О.В. Протопопова); Жилинкова И. Законный режим имущества супругов // Гражданское законодательство: Статьи. Комментарии. Практика. Вып. 27. Алматы, 2007.
С. 69 - 77.
Свод законов Российской империи (ст. 109 т. X ч. I) предусматривал раздельность имущества супругов. Вместе с тем Д.И. Мейер отмечал, что у супругов имеется возможность в брачном договоре установить общность их имущества или передать имущество жены в собственность мужа, но на практике такие сделки между супругами почти не встречаются <1>. В российской науке гражданского права система раздельности находила и сторонников, и критиков. Загадочность ее происхождения и объяснения существования в России (хотя известна она со времен римского права <2>) привела к тому, что принцип раздельности имущества супругов был назван в одной из публикаций "сфинксом русского права" <3>.
437
--------------------------------
<1> Мейер Д.И. Русское гражданское право. СПб., 1910. С. 571.
<2> См.: Дернбург Г. Пандекты. Т. III (кн. IV и V). Семейственное и наследственное право. СПб., 1911. С. 25 - 57.
<3> См. об этом: Шершеневич Г.Ф. Наука гражданского права в России. М., 2003. С. 191 - 194.
В Кодексе законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве 1918 г. <1> (ст. 105) система раздельности была сохранена. Судебная практика, однако, стала от нее отходить <2>, и уже в Кодексе законов о браке, семье и опеке 1926 г., как указывалось в Постановлении о введении его в действие, "для...
уравнения супругов в имущественном отношении" <3> было установлено сочетание двух принципов, которое называют режимом частичной общности имущества: нажитое в течение брака имущество являлось общим, совместным, а имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, - раздельным. Вопросам собственности супругов была посвящена всего одна статья Кодекса (ст. 10), в связи с чем важную роль по делам о разделе общего супружеского имущества играла судебная практика <4>. В ст. 13 Кодекса было закреплено право супругов вступать между собой во все дозволенные законом имущественно-договорные отношения, благодаря чему по конкретному делу было признано возможным по соглашению между супругами установить неравные доли в праве на общее имущество (уже имеющееся у них) <5>. Кодекс законов о браке и семье РСФСР 1969 г. (ст. ст. 20 - 23) вслед за Основами законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье 1968 г. (ст. 12) сохранил указанное сочетание принципов.
--------------------------------
<1> СУ РСФСР. 1918. N 76. Ст. 818.
<2> Граве К.А. Имущественные отношения супругов. М., 1960. С. 29; Пергамент А.И. Судебная практика и семейное право // Судебная практика в советской правовой системе / Под ред. С.Н. Братуся. М., 1975. С. 189 - 190.
<3> Постановление ВЦИК от 19 ноября 1926 г. "О введении в действие Кодекса законов о браке, семье и опеке" // СУ РСФСР. 1926. N 82. Ст. 612.
<4> См.: Постатейные материалы к статье 10 // Кодекс законов о браке, семье и опеке. Официальный текст с приложением постатейно-систематизированных материалов. М.: Наркомат юстиции РСФСР, 1942. С. 40 - 42; Пергамент А.И. Указ. соч. С. 190 - 194.
<5> Советская юстиция. 1938. N 20/21. С. 95.
Радикальное изменение в регулирование отношений собственности супругов было внесено частью первой Гражданского кодекса Российской Федерации 1994 г. (далее - ГК РФ), предоставившей им возможность на основании договора вывести наживаемое в браке имущество (его часть) из-под действия законного режима совместной собственности (п. 1 ст. 256), а также сохранить в раздельной собственности имущество, в которое в течение брака были произведены вложения, значительно увеличивающие его стоимость (п. 2 ст. 256).
ГК РФ закрепил принципиальные положения об общей и раздельной собственности супругов при законном режиме имущества супругов и отнес к предмету законодательства о браке и семье правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела (ст. 256). Урегулировав порядок владения, пользования и распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности, ГК РФ допустил возможность установить в других законах иные правила для отдельных видов совместной собственности (ст. 253). Нормы ГК РФ об общей совместной и раздельной собственности супругов, о договорном регулировании их отношений собственности были восприняты СК РФ 1995 г. Таким образом, в настоящее время отношения собственности супругов регулируются как ГК, так и СК РФ.
438
СК РФ, назвав договор супругов о режиме их имущества брачным, предусмотрел для него обязательную нотариальную форму и возложил на стороны обязанность по извещению кредиторов о его заключении, изменении и расторжении. СК РФ пошел заметно дальше по сравнению с ГК РФ в определении содержания договора: в частности, согласно ст. 42 СК РФ супруги, а также лица, вступающие в брак, вправе в брачном договоре "установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов" <1>. Данная формулировка позволяет помимо имущества, нажитого в браке, изменить режим имущества, приобретенного до брака, - установить на него общую (долевую или совместную) собственность.
--------------------------------
<1> СК РФ предусмотрел еще одну новеллу, немаловажную при договорном режиме имущества супругов, не имеющих общего гражданства или совместного места жительства на территории какого-либо государства. Заключение брачного договора позволяет таким супругам избрать законодательство, подлежащее применению "для определения их прав и обязанностей по брачному договору" (п. 2 ст. 161 СК РФ). Причем супруги, как и стороны иных договоров с иностранным элементом (ст. 1210 ГК РФ), вправе избрать законодательство любого государства. Ограничителем автономии воли сторон брачного договора служит только оговорка о публичном порядке (ст. 167 СК РФ). Подробнее см.: Марышева Н.И. Семейные отношения с участием иностранцев: правовое регулирование в России. М., 2007. С. 145 - 146.
Отмечая это несоответствие между ст. 42 СК РФ и п. 2 ст. 256 ГК РФ и ссылаясь на ст. 3 ГК РФ, Т.И. Зайцева считает, что установить брачным договором вместо раздельной собственности супруга на добрачное имущество их общую собственность нельзя <1>. Высказано также мнение, что это неправомерно, поскольку до брака стороны не были супругами <2>. Л.Б. Максимович полагает, что в п. 2 ст. 256 ГК РФ допущено досадное упущение, которое следует устранить <3>, а Е.А. Чефранова указывает на довольно типичную ситуацию, когда заключению брака предшествует продолжительное совместное проживание мужчины и женщины и их брачный договор, распространяющий режим совместной собственности на добрачное имущество, защищает интересы одного из супругов <4>.
--------------------------------
<1> Настольная книга нотариуса: Учебно-методическое пособие: В 2 т. Т. II. 2-е изд., испр. и доп. М., 2003. С. 158 - 159 (автор главы - Т.И. Зайцева).
<2> Звенигородская Н.Ф. Действие брачного договора во времени // Нотариус. 2005. N 2 (46). С. 9 - 11.
<3> Максимович Л.Б. Брачный договор в российском праве. М., 2003. С. 83 - 85. <4> Чефранова Е.А. Имущественные отношения в российской семье: Практическое
пособие. М., 1997. С. 54.
Положительно оценивая все предоставленные ст. 42 СК РФ возможности, отметим, что установление общей собственности на добрачное имущество имеет с точки зрения соблюдения интересов кредиторов супруга преимущество по сравнению со сделками об отчуждении этого имущества: во-первых, на супруге лежит обязанность по уведомлению кредиторов о заключении, изменении или расторжении брачного договора (ст. 46 СК РФ); во-вторых, в соответствии со ст. 45 СК РФ возможно обращение взыскания по обязательству одного из супругов на его долю в ставшем общим имуществе, тогда как при заключении супругом других сделок указанной обязанности не существует, а имущества у должника вообще может не остаться. К сожалению, правила СК РФ об уведомлении кредиторов вряд ли можно признать разработанными, фактически в ст. 46 была закреплена сама идея. На вопрос, когда и в какой форме должно состояться извещение
439
кредитора, эта статья ответа не дает. Следует согласиться с Н.Ф. Звенигородской в том, что уведомление должно включать в себя сообщение не только о факте заключения, изменения или расторжения брачного договора, но и о его содержании <1>.
--------------------------------
<1> Звенигородская Н.Ф. Изменение и расторжение брачного договора // Гражданское законодательство Российской Федерации как правовая среда гражданского общества: Материалы международной научно-практической конференции: В 2 т. Т. 1.
Краснодар, 2005. С. 259.
Чтобы придать публичность факту заключения брачного договора, в литературе предлагается ввести регистрацию для данного вида договоров, проставлять в паспорте гражданина отметку (штамп) о его заключении <1>, указывать в свидетельстве о регистрации брака дату заключения брачного договора и место нахождения нотариуса, его удостоверившего <2>, регистрировать брачные договоры, в которых участвует индивидуальный предприниматель, по месту его регистрации в указанном качестве <3>. Эти предложения учитывают зарубежное законодательство <4>. В частности, Французский гражданский кодекс предусматривает отметку о наличии или отсутствии договора в свидетельстве о браке (ст. ст. 1394, 1397), Гражданский кодекс Квебека - регистрацию извещения о брачном договоре в реестре личных прав и вещных прав на движимое имущество на основании требования составившего его нотариуса (ст. 442). Представляется, что формирование открытого и полного реестра брачных договоров, благодаря которому стало бы возможным получить достоверную информацию о брачных договорах, в том числе о не фиксируемых в государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним брачных договорах о режиме движимого имущества, а равно о режиме имущества, которое будет приобретено супругами после заключения брачного договора (в будущем), отвечает интересам добросовестных супругов, кредиторов супругов и их наследников.
--------------------------------
<1> Максимович Л.Б. Указ. соч. С. 64.
<2> Смолина Л.А. Правовое регулирование отношений супругов и бывших супругов: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2006. С. 17.
<3> Амирханова И. Особенности реализации права общей собственности при осуществлении предпринимательской деятельности // Гражданское законодательство: Статьи. Комментарии. Практика. Вып. 27. Алматы, 2007. С. 10 - 11.
<4> Низамиева О.Н. Договорное регулирование имущественных отношений в семье.
Казань, 2005. С. 102.
С принятием части первой ГК РФ и СК РФ значительных изменений в соотношении принципов раздельности и общности, на которых построен законный режим имущества супругов, не произошло. Оба Кодекса предусматривают в качестве законного режима имущества супругов (действующего, если брачным договором не установлено иное) режим общей совместной собственности супругов - частичной общности (общности приобретенного), при котором нажитое в период брака имущество поступает, за отдельными изъятиями, в их общую совместную собственность (п. 2 ст. 256 ГК РФ, п. 1 ст. 33, ст. 34 СК РФ). Общее имущество может быть разделено между супругами как во время брака, так и в случае его расторжения, исходя из равенства их долей, если иное соотношение долей не предусмотрено договором сособственников (п. 1 ст. 39 СК РФ). При разделе общего имущества суду предоставлено право отступить от начала равенства долей супругов с учетом интересов несовершеннолетних детей и (или) из заслуживающего внимания интереса одного из супругов (п. 2 ст. 39 СК РФ).
В то же время имущество, принадлежавшее супругу до вступления в брак, имущество, полученное одним из супругов во время брака в порядке наследования, в дар или по иным безвозмездным сделкам, а также отдельные виды имущества считаются
440