Учебный год 22-23 / pravo_sobstvennosti
.pdfнарушения. Сами же правила сформулированы применительно к наиболее распространенному из возмездных договоров - договору купли-продажи. На таком толковании соответствующих норм построено и разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, посчитавшего необходимым подчеркнуть, что "преимущественное право покупки не применяется при заключении договора пожизненного содержания с иждивением..." <1>.
--------------------------------
<1> См. подп. "б" п. 1.2 Постановления Пленума ВС РФ от 10 июня 1980 г. N 4 (в ред. от 6 февраля 2007 г.).
Вместе с тем практика применения преимущественного права покупки к договорам мены показала, что применение соответствующих правил, установленных для договора купли-продажи, к другим возмездным договорам должно быть дифференцировано. Известно, что по возмездному договору за исполнение своих обязанностей сторона получает плату или иное встречное предоставление (ст. 423 ГК). Как было отмечено ранее, на разных этапах развития гражданского законодательства, в том числе и вне зависимости от нормативного регулирования, практика склонялась к применению правила о преимущественном праве покупки только к случаям отчуждения доли по договору купли-продажи. И это вполне объяснимо: когда речь идет о денежном эквиваленте, определенно не нарушаются интересы сособственника, отчуждающего долю, и обеспечиваются интересы других сособственников. При заключении других возмездных договоров такого единства интересов достичь сложно. В договоре мены это возможно, если в качестве предоставления по сделке значится имущество, отличающееся родовыми признаками, и собственнику доли, как справедливо указал Ю.К. Толстой, будет предоставлено имущество того же рода, в том же количестве и того же качества.
Если все же по поводу предмета встречного предоставления возникает спор, необходимо иметь в виду, что, как следует из закона, преимущественное право покупки ограничивает свободу распоряжения долей только в отношении выбора субъекта на стороне приобретателя. Отчуждающий сособственник в любом случае должен получить все то, что он получил бы от постороннего приобретателя. Поэтому когда в качестве предоставления по возмездной сделке отчуждателю должны быть переданы индивидуально-определенные вещи, оказаны услуги, выполнены работы, правило о преимущественном праве покупки подлежит применению только с согласия сособственника, отчуждающего свою долю. Это может иметь значение, помимо договора мены, для договора постоянной ренты, в котором предусмотрена выплата ренты путем предоставления вещей, выполнения работ и оказания услуг, соответствующих по стоимости денежной сумме ренты (ст. 590 ГК), для договора пожизненного содержания с иждивением (ст. 602 ГК) <1> и в иных подобных случаях.
--------------------------------
<1> До установления законом такого режима разъяснение Пленума Верховного Суда РФ по поводу неприменения преимущественного права покупки к договорам пожизненного содержания с иждивением не вызывает никаких возражений.
§ 4. Общая совместная собственность
От общей долевой она отличается тем, что доли сособственников в праве общей собственности не определены. Из п. 3 ст. 244 ГК следует, что из двух видов общей собственности основной является долевая, поскольку совместная собственность может возникнуть лишь в случаях, предусмотренных законом. Действующий Гражданский кодекс допускает возникновение совместной собственности на имущество супругов (ст. 256 ГК) и на имущество крестьянского (фермерского) хозяйства (ст. 257 ГК). Еще два вида совместной собственности существуют в соответствии со специальными законами: совместная собственность на приватизированные жилые помещения <1> и на имущество общего пользования, приобретенное или созданное в садоводческих, огороднических и
411
дачных некоммерческих товариществах за счет целевых взносов их членов <2>. Следует отметить, что регулирование тех видов совместной собственности, создание которых предусмотрено ГК, конкретизировано в нормах специального законодательства <3>. Перечень допускаемых законодательством отдельных видов совместной собственности давал и дает возможность исследователям утверждать, что ее возникновение и существование предопределено и связано с наличием между сособственниками семейных, родственных и иных личных, особо доверительных отношений.
--------------------------------
<1> Статьей 2 Закона о приватизации жилищного фонда от 4 июля 1991 г. допускалась приватизация жилья как в долевую, так и в совместную общую собственность. Законом от 15 мая 2001 г. редакция ст. 2 была изменена и указание на возможность приватизации в совместную собственность исключено (Ведомости РСФСР. 1991. N 28. Ст. 959; СЗ РФ. 2004. N 27. Ст. 3213). Однако совместная собственность на жилое помещение, приватизированное до 31 мая 2001 г., продолжает существовать (ст. 3.1 Закона о приватизации).
<2> Статья 4 Федерального закона от 15 апреля 1998 г. "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" (СЗ РФ. 1998. N 16.
Ст. 1801; 2007. N 27. Ст. 3213).
<3> См. ст. ст. 33, 34, 35, 37, 38, 39 Семейного кодекса РФ; Закон о крестьянском (фермерском) хозяйстве от 11 июня 2003 г. (в ред. Федерального закона от 4 декабря 2006
г.) // СЗ РФ. 2006. N 50. Ст. 5279.
Именно особым характером внутренних отношений между сособственниками объясняются особенности правового режима регулирования этих отношений, и в первую очередь особенности осуществления правомочий собственников. Участники совместной собственности, так же как и долевой, по взаимному согласию владеют, пользуются и распоряжаются общим имуществом. Отличие заключается лишь в том, что если при долевой собственности согласие сособственников должно найти объективное выражение, то при совместной оно предполагается. То обстоятельство, что "презумпция согласия" в законе закреплена только для распоряжения общим совместным имуществом, можно объяснить лишь тем, что эта норма (п. 2 ст. 253 ГК) обращена к третьим лицам: распоряжаться общим имуществом может любой из участников общей совместной собственности и его представительство будет законным. Но презумпция согласия все же является оспоримой. Любой участник совместной собственности вправе заявить требование о признании сделки по распоряжению имуществом недействительной по мотиву отсутствия его согласия. Интересы третьего лица в этом случае защищены: сделка может быть признана недействительной по этому основанию лишь в случае, если будет доказано, что вторая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об отсутствии такого согласия, т.е. действовала недобросовестно.
В литературе давно и достаточно широко обсуждается вопрос о сущности этого вида собственности, а точнее, о том, имеет ли участник общей совместной собственности долю в праве собственности.
На базе анализа высказанных точек зрения был сделан вывод, что "...в правовой науке сложилось устойчивое представление об общей совместной собственности как о собственности, в которой отсутствуют доли, т.е. бездолевой" <1>. Между тем в литературе последних лет по этому поводу высказываются противоположные точки зрения. Так, проведя анализ и сделав приведенный вывод, Н.Н. Мисник со своей стороны полагает, что "такое представление (о бездолевом характере общей совместной собственности. - К.Я.) основано на смешении двух принципиально различных вопросов: о наличии доли и ее определении, т.е. определении ее размера. Если в общей совместной собственности доля не определена, т.е. не выяснен ее размер, то это еще не значит, что эта доля вообще не существует" <2>.
--------------------------------
412
<1> Мисник Н.Н. Правовая природа общей собственности // Правоведение. 1993. N 1. С. 24.
<2> Мисник Н.Н. Указ. соч.
Ю.К. Толстой, говоря о большей степени выраженности общности имущества в совместной собственности, о более доверительном и стойком характере отношений между сособственниками, отмечает, что "сказанное, однако, не означает, что в совместной собственности вообще нет долей. Различие здесь состоит в том, что при долевой собственности доли каждого из ее участников, как правило, определены заранее, в то время как при совместной собственности доли определяются лишь при разделе или выделе общего имущества" <1>.
--------------------------------
<1> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. О.Н. Садикова. С. 637.
В то же время З.С. Беляева полагает, что "при долевой собственности каждому из сособственников принадлежит определенная доля в праве общей собственности, а при совместной собственности каждый из сособственников имеет право на имущество в целом" <1>.
--------------------------------
<1> Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая: Научнопрактический комментарий / Под ред. Г.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина и В.И. Мозолина. М., 1996. С. 400.
Со своей стороны полагаю, что из определения сущности общей долевой и общей совместной собственности, закрепленного в ст. 244 ГК, следует, что в праве общей совместной собственности доли сособственников существуют в латентном (скрытом, внешне не проявляющемся) состоянии. В таком состоянии совместная собственность существует лишь до тех пор, пока отношения между сособственниками остаются стабильными. Как только стабильность этих отношений нарушается, у сособственников возникает возможность либо необходимость конкретизировать (определить) свои доли. Определение долей происходит при преобразовании совместной собственности в долевую по соглашению всех сособственников, а в случае отсутствия такого соглашения - по решению суда, вынесенного по требованию одного или нескольких сособственников (п. 5
ст. 244 ГК).
В силу закона определение доли каждого из сособственников должно также предшествовать разделу имущества, находящегося в общей совместной собственности, или выделу из него доли одного из участников (п. 1 ст. 254 ГК).
Нужно отметить, что спор по поводу наличия или отсутствия долей в праве совместной собственности имеет достаточно серьезные последствия для правоприменительной практики.
Так, в судебной практике на протяжении длительного времени не было единообразия в вопросе о судьбе общего имущества в случае смерти одного из участников общей совместной собственности. Достаточно распространенной оказалась позиция, в соответствии с которой приватизированная в совместную собственность квартира в случае смерти одного из сособственников остается в собственности других сособственников.
Мнение об ошибочности такой позиции было аргументировано следующим образом: "Разница между этими двумя формами общей собственности (долевой и совместной) состоит лишь в том, что участник общей долевой собственности имеет право на выдел своей доли, а участник общей совместной собственности - на определение доли и ее выдел. Таким образом, в случае смерти участника общей совместной собственности по
413
требованию его наследников определяется доля умершего, которая и включается в состав наследственного имущества" <1>.
--------------------------------
<1> Ярошенко К.Б. Судебная практика по делам, связанным с приватизацией жилья // Комментарий судебной практики / Под ред. К.Б. Ярошенко. М., 1995. С. 51.
Впоследствии законодатель, отменив возможность приватизации жилья в совместную собственность, включил одновременно в Закон "О приватизации жилищного фонда Российской Федерации" ст. 3.1, основанную на признании наличия долей и в праве совместной собственности <1>.
--------------------------------
<1> Статья 3.1 (введена Федеральным законом от 26 ноября 2002 г. N 153-ФЗ) предусматривает, что в случае смерти одного из участников совместной собственности на жилое помещение, приватизированное до 31 мая 2001 г., определяются доли участников общей собственности на данное жилое помещение, в том числе доля умершего. При этом указанные доли в праве общей собственности на данное жилое помещение признаются равными.
Как уже было отмечено, возникновение общей собственности - это жизненная реальность. Установление видов общей собственности (долевой и совместной) можно расценить как логическое закрепление законом этой реальности.
Вместе с тем определить логику в тенденциях развития действующего законодательства применительно к созданию отдельных видов совместной собственности
иустановлению правового режима их регулирования становится затруднительным.
Содной стороны, наблюдается расширение возможностей самих сособственников по превращению совместной собственности в долевую, а также по отступлению от законного правового режима ее регулирования. Такая возможность обеспечивается прежде всего тем, что многим нормам о совместной собственности придан диспозитивный характер. Это относится и к общему правилу о преобразовании совместной собственности в долевую (п. 5 ст. 244 ГК), и к определению размера долей сособственников при выделе и разделе общей собственности, и к определению порядка распоряжения общим имуществом (ст. ст. 253 - 254 ГК).
Сдругой стороны, законодательство, регулирующее отдельные виды совместной собственности, а также другое специальное законодательство в ряде случаев распространяет правовой режим долевой собственности на совместную.
Так, установлено, что при совершении одним из супругов сделки по распоряжению недвижимым имуществом и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации, необходимо получить согласие другого супруга, при этом такое согласие должно быть нотариально удостоверено (ст. 35 СК). Такое же согласие требуется при получении одним из супругов кредита при приобретении товара с рассрочкой платежа. В этих случаях принцип презумпции согласия не действует.
В Законе о крестьянском (фермерском) хозяйстве установлено, что от имени фермерского хозяйства (т.е. участников совместной собственности) сделки по распоряжению общим имуществом вправе совершать в качестве законного представителя глава фермерского хозяйства (ст. ст. 16 - 17).
Наряду с этим наблюдается ничем не оправданное расширение видов совместной собственности.
Имеется в виду, как уже отмечалось ранее, создание общей совместной собственности членов садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого товарищества на имущество общего пользования, приобретенного или созданного таким товариществом за счет целевых взносов. При этом регулируются отношения сособственников императивными нормами, право принятия иного решения членам товарищества не предоставлено <1>.
414
--------------------------------
<1> В том же Законе о садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях установлена совместная собственность всех членов любого из этих объединений на земельный участок, предоставляемый за плату как первоначальный этап с последующим предоставлением земельных участков в собственность каждого члена объединения (п. 4 ст. 14).
Применительно к этому виду совместной собственности в первую очередь становится очевидным, что основной принцип (наличие между сособственниками особых доверительных отношений), который может служить объяснением создания общей совместной собственности, не соблюден, и смысл введения режима совместной собственности применительно к такому общему имуществу не ясен <1>.
--------------------------------
<1> Е.А. Суханов находит такое объяснение только в некомпетентности законодателя: "Тогдашний законодатель вряд ли ясно представлял себе различие между долевой и совместной собственностью" (Суханов Е.А. Указ. соч. С. 122).
Между тем анализ содержащихся в Законе о садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих организациях соответствующих норм свидетельствует о том, что при их применении на практике возникнет много вопросов: например, обязан ли член такого товарищества при отчуждении своего земельного участка одновременно отчуждать доли в имуществе общего пользования (в п. 6 ст. 19 Закона закреплено только его право); каковы его права, как участника совместной собственности, при выходе из товарищества (п. 9 ст. 19), кто и как может распоряжаться имуществом общего пользования (ст. 8) и др.
Учитывая особенности характера и режима совместной собственности, целесообразно было бы ограничить право законодателя по образованию совместной собственности выработанными доктриной условиями возможности существования этого вида собственности: наличием семейных, родственных, иных личных доверительных отношений между участниками общей собственности <1>, закрепив их в Гражданском кодексе РФ.
--------------------------------
<1> Например, в Украине совместная собственность по этому принципу установлена не только для супружеского имущества, но и для имущества членов семьи, нажитого в результате совместного труда и на общие денежные средства (ст. 368 ГК Украины), для имущества женщины и мужчины, проживающих одной семьей, но не находящихся в браке между собой (ст. 73 СК Украины).
Глава 2. ПРАВО ОБЩЕЙ СОБСТВЕННОСТИ НА ПАЕВОЙ ИНВЕСТИЦИОННЫЙ ФОНД
Федеральный закон от 29 ноября 2001 г. N 156-ФЗ "Об инвестиционных фондах" <1> (далее - Закон об ИФ) (ч. 2 ст. 1 и абз. 2 п. 2 ст. 11) устанавливает, что имущество, составляющее паевой инвестиционный фонд (далее - ПИФ), принадлежит пайщикам на праве общей долевой собственности. В связи с тем что в последнее время в литературе такой подход Закона об ИФ критикуется и высказываются предложения о признании собственником ПИФа управляющей компании (далее - УК) и об отрицании в связи с этим конструкции общей собственности пайщиков на ПИФ <2>, необходимо прежде всего <3> изучить вопрос о том, применимы ли основные правила гл. 16 ГК РФ об общей собственности к ПИФам, ибо если нет, то тогда, действительно, могут быть сомнения в том, что здесь возможна общая собственность <4>.
--------------------------------
<1> В настоящей статье ссылки только на номера статей, без указания нормативного акта, означают ссылки на соответствующие статьи Закона об ИФ.
415
<2> Лебедев В.Н. Особенности гражданско-правового положения инвестиционных фондов в Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 121 и 131; Степанов Д.И. "Постэмиссионные" ценные бумаги // Хозяйство и право. 2004. N 11. С. 59. А. Цыкунов высказывает такую позицию только применительно к ОПИФам и ИПИФам, обходя молчанием ЗПИФы (Цыкунов А. Проблемы права собственности на имущество, составляющее открытый и интервальный ПИФ // Инвестиции Плюс. 2003. N 4 (www.nlu.ru/journal/journal/2003/04_03/02/index.php. 23.11.04)). Некоторые авторы пытаются смягчить утверждение о переходе прав к УК, указывая на фактическую утрату пайщиками прав на переданное имущество (Степанова Т.Г. Гражданско-правовой режим доверительного управления недвижимым имуществом: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 123 - 124), на то, что ПИФ реально находится в собственности УК (Липавский В. Правовые проблемы статуса паевых инвестиционных фондов // Хозяйство и право. 2004. N 5. С. 49).
<3> Вопрос о праве общей собственности на ПИФ также тесно связан с вопросом о возможности конструирования доверительного управления имуществом, в том числе ПИФом, по двум возможным моделям - представительства и перехода права, о которых см.: Зайцев О.Р. Договор доверительного управления паевым инвестиционным фондом.
М.: Статут, 2006. С. 55 - 136.
<4> Конструкция общей собственности используется в российском праве и для других схожих форм коллективного инвестирования - общих фондов банковского управления (далее - ОФБУ) (п. 2.5 Инструкции "О порядке осуществления операций доверительного управления и бухгалтерском учете этих операций кредитными организациями Российской Федерации" (утв. Приказом ЦБ РФ от 2 июля 1997 г. N 02287)) и ипотечного покрытия (абз. 4 ст. 2 Федерального закона от 11 ноября 2003 г. N 152ФЗ "Об ипотечных ценных бумагах"), и хотя возникающие при этом отношения во многом схожи, в настоящей статье эти формы не рассматриваются, хотя рассуждения и выводы, содержащиеся в настоящей статье применительно к общей собственности на ПИФ, по-видимому, могут быть вполне применимы и к ОФБУ, и к ипотечному покрытию. Не случайно Д.И. Степанов предлагает установить режим перехода права собственности не только для ПИФов, но для всех форм коллективного инвестирования (Степанов Д.И. Указ. соч. С. 40 - 41); и в Стратегии развития финансового рынка на 2006 - 2008 гг. (утв. распоряжением Правительства РФ от 1 июня 2006 г. N 793-р) также отмечается, что "для преодоления неоднородности норм, регулирующих деятельность инвестиционных институтов различных форм, важнейшей стратегической задачей в сфере регулирования финансовых рынков должно стать применение единых требований и стандартов инвестирования для всех форм инвестиционных институтов", причем принятие Закона об ИФ, "устанавливающего единые стандарты управления инвестициями коллективных инвесторов, создало платформу для распространения таких стандартов в отношении других организационных форм институциональных инвесторов".
При этом, предвидя возможный вопрос читателя о том, не является ли общая собственность на ПИФ одним из изобретений современного российского законодателя, сразу отметим, что в мировой практике распространены два способа организации инвестиционных фондов: на корпоративных началах - когда фонд наделяется статусом юридического лица и на договорных началах - когда фонд организуется на основе договора без создания юридического лица <1>, при этом для договорного инвестиционного фонда зарубежные правопорядки также часто используют конструкцию принадлежности фонда на праве общей собственности его инвесторам: см. § 30 (1) Закона ФРГ об инвестициях <2>, ст. L214-20 и L214-43 Денежного и финансового кодекса Франции <3>, п. 7 ст. 209 ГК Республики Казахстан и п. 12 ст. 1 Закона Республики Казахстан от 7 июля 2004 г. N 576-II "Об инвестиционных фондах" <4>, ст. 22 Закона Украины от 15 марта 2001 г. N 2299-III "Об институтах совместного инвестирования
416
(паевые и корпоративные инвестиционные фонды)" <5>, ст. 29 Закона Эстонии от 9 апреля 1997 г. "Об инвестиционных фондах" <6>.
--------------------------------
<1> См. об этом: Инвестиционно-финансовый портфель (Книга инвестиционного менеджера. Книга финансового менеджера. Книга финансового посредника) / Отв. ред. Ю.Б. Рубин, В.И. Солдаткин. М.: СОМИНТЭК, 1993. С. 544; Лебедев В.Н. Указ. соч. С. 47; Лузин Г.П., Кобылинская Г.В. Инвестиционные фонды в процессе трансформации экономики: опыт развития в российских условиях. Апатиты, 2001. С. 10; Макарчук З.В. Правовое регулирование деятельности инвестиционных фондов в России и США: Дис. ...
канд. юрид. наук. М., 2000. С. 61; Миловидов В.Д. Паевые инвестиционные фонды. М.:
Анкил; ИНФРА-М, 1996. С. 126; Wallace Wen Yeu Wang, Corporate versus contractual mutual funds: an evaluation of structure and governance, 69 Wash. L. Rev. 927 (1994).
<2> Investment Act. Article 1 of Act for the Modernization of the Investment Infrastructure and the Taxation of Investment Funds (Investment Improvement Act) of 15 December 2003 // Investment Modernization Act. KPMG, 2004 (www.kpmg.de/library/english_language_publications/8998.htm. 16.08.05).
<3> Monetary and Financial Code (Legislative Part) of France. Update May 2004. With the cooperation of Jacques Terray, Alban Caillemer du Ferrage, Philippe Goutay, Hubert Merveilleux du Vignaux, Guenhaelle Surpas-Lemonnier, Stephane Jaffre, Stephane Puel, Philippe Nugue, Edmund Parker, Karine Herman, attorneys at law of Gide Loretta Nouel law firm // www.legifrance.gouv.fr/html/codes_traduits/moneang.htm. 08.06.05.
<4> Ведомости Парламента Республики Казахстан. 2004. N 16 (2425). Ст. 90. <5> Ведомости Верховной Рады Украины. 2001. N 21. Ст. 103.
<6> Правовые акты Эстонии. 1997. N 33 - 34. Ст. 535.
Прежде всего необходимо отметить, что поскольку в состав ПИФа могут входить не только вещи, но и иные объекты, и прежде всего права требования, в том числе безналичные деньги и бездокументарные ценные бумаги, а никакие другие объекты, кроме вещей, не могут быть объектами права общей собственности (как и вообще какихлибо вещных прав), следует признать, что право общей долевой собственности принадлежит пайщикам только в отношении вещей, входящих в состав ПИФа, другие же объекты хотя и принадлежат пайщикам сообща, не являются их общей собственностью - не случайно абз. 2 п. 2 ст. 11 говорит не только о том, что имущество, составляющее ПИФ, принадлежит им на праве общей собственности, но и содержит более общую формулировку - о том, что имущество, составляющее ПИФ, является их общим имуществом <1>, однако, к сожалению, на этом останавливается.
--------------------------------
<1> В связи с этим показателен также опыт Эстонии: если первоначальная редакция Закона Эстонии от 9 апреля 1997 г. "Об инвестиционных фондах" (Правовые акты Эстонии. 1997. N 33 - 34. Ст. 535) говорила о долевой собственности пайщиков на договорный инвестиционный фонд как совокупность имущества, при которой пайщикам принадлежат доли в долевой собственности (п. п. 1 и 2 ст. 29), то в 2002 г. в него были внесены изменения, согласно которым договорный ИФ как совокупность имущества принадлежит совместно пайщикам (общность собственников паев), которым принадлежит доля на это имущество.
Если ситуация принадлежности права собственности на один и тот же объект нескольким лицам довольно подробно урегулирована нормами ГК РФ об общей собственности (гл. 16), то принадлежность других, в том числе обязательственных, прав нескольким лицам как общность имущества в более широком смысле урегулирована им не так детально <1>. Множественность кредиторов в обязательстве (так называемая активная множественность) предусмотрена нормами ст. ст. 321 и 326 ГК РФ. Об общем имуществе ГК РФ упоминает применительно к общему имуществу супругов (ст. 256),
417
общему имуществу крестьянского (фермерского) хозяйства (ст. 257), общему имуществу собственников квартир в многоквартирном доме (ст. 290), общему имуществу товарищей по договору простого товарищества (ст. 1043), однако только применительно к последнему прямо говорит о том, что в его состав входят не только вещи, но и имущество, на которое установлены иные, нежели право собственности, права, т.е., по сути, иные права и права требования, которые также именуются общими (абз. 2 п. 1 ст. 1043 и абз. 3 п. 2 ст. 1050). Представляется очевидным, что и в других указанных случаях соответствующим лицам сообща могут принадлежать не только права собственности, но и иные права. Кроме того, поскольку обязательства по договорам, заключенным доверительным управляющим, также лежат на учредителе, то при доверительном управлении (далее - ДУ) ПИФами общими, причем долевыми, должны быть и обязательства пайщиков по договорам, заключенным УК во исполнение договора ДУ ПИФом <2>, о чем Закон об ИФ уже не упоминает. Об общих обязательствах ГК РФ говорит, по сути, в нормах о множественности должников в обязательстве (так называемой пассивной множественности) - ст. ст. 321 - 325, а также применительно к общим обязательствам товарищей по договору простого товарищества (ст. ст. 1047 и 1053, п. 3 ст. 1054); об общих долгах супругов упоминает Семейный кодекс РФ (п. 3 ст. 39).
--------------------------------
<1> В некоторых зарубежных правопорядках, напротив, помимо специальных норм об общей собственности содержатся и общие нормы об общности прав (разд. 17 кн. 2 ГГУ, гл. XXIX ГК Молдовы, разд. 7 кн. 3 т. II ГК Нидерландов, см. также: Зимелева М.В. Общая собственность в советском гражданском праве // Ученые записки ВИЮН НКЮ
СССР. Вып. II / Под ред. И.Т. Голякова. М.: Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1941. С. 54). В п. 836 проекта Гражданского уложения Российской империи предлагалось установить, что правила гл. 4 кн. 3 о праве общей собственности применяются и в тех случаях, когда какое-либо иное, кроме права собственности, вотчинное право принадлежало нескольким лицам сообща, по долям.
<2> О проблеме должника по обязательствам из договоров, заключаемых доверительным управляющим, в том числе применительно к ПИФам, см.: Зайцев О.Р. Договор доверительного управления паевым инвестиционным фондом. С. 56 - 61, 222 - 223 и 239 - 240; Он же. О стороне в договорах, заключенных доверительным управляющим // Законодательство и экономика. 2005. N 10* (при написании настоящей статьи источники, помеченные знаком *, использованы в том виде, в котором они содержатся в СПС "КонсультантПлюс". В связи с этим в ссылках на такие источники номера страниц не приводятся). К сожалению, в нормативных актах о ПИФах принадлежность пайщикам прав и обязанностей по договорам, заключаемым УК в процессе ДУ ПИФом, не всегда учитывается - так, косвенные указания на то, что стороной в таких договорах является УК, а не пайщики, содержатся в подп. 3 п. 1 и подп. 4 п. 3 ст. 40 Закона об ИФ, абз. 7 и 9 Положения о порядке передачи управляющей компании своих прав и обязанностей по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом другой управляющей компании (утв. Постановлением ФКЦБ от 11 сентября 2002 г. N 37/пс), еще одно прямое указание на это появилось недавно в новом Положении о составе и структуре активов акционерных инвестиционных фондов и активов паевых инвестиционных фондов (утв. Приказом ФСФР России от 8 февраля 2007 г. N 07-13/пз-н) в абз. 12 п. 9.2 (см. об этом: Зайцев О.Р. О новом Положении об активах ПИФов // ЭЖ-Юрист. 2007. N 20. С. 16).
Нормы ст. 244 ГК РФ применимы к ПИФам безо всяких оговорок, более того, ее п. 4 как раз и дает основание устанавливать долевую собственность на вещи, входящие в состав ПИФа, поскольку они вполне могут быть и делимыми. С.В. Хромушин полагает, что если в ДУ передается по отдельности обособленное имущество различных собственников, то в руках управляющего общая собственность возникнуть не может,
418
иначе следует говорить о таком дополнительном основании возникновения общей собственности, как передача имущества в ДУ <1>. Однако здесь основанием возникновения общей собственности будет не договор ДУ, а соглашение соучредителей (пайщиков) и Закон об ИФ <2>, в связи с чем трудно согласиться с В.А. Беловым, отмечающим, что образование общей собственности на ПИФ происходит без соглашения между пайщиками, а посредством заключения каждым из них с УК договора ДУ имуществом, внесенным в фонд <3>.
--------------------------------
<1> Хромушин С.В. Доверительное управление в качестве профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг (правовые аспекты): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000. С. 18. Некоторые другие авторы также отмечают, что факт заключения договоров ДУ ценными бумагами одним доверительным управляющим с несколькими лицами никак не может служить основанием возникновения общей собственности (Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Кн. 3: Договоры о выполнении работ и оказании услуг. Изд. доп., испр. М.: Статут, 2002 (автор гл. 16 - В.В. Витрянский); Московкина О.П. Объект и предмет договора доверительного управления имуществом в гражданском праве Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2002. С. 98).
<2> На это также справедливо указывает Т.Т. Оксюк (Оксюк Т.Т. Гражданскоправовое регулирование доверительного управления паевыми инвестиционными фондами: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 136).
<3> Белов В.А. Имущественные комплексы: очерк теории и опыт догматической конструкции по российскому гражданскому праву. М.: АО "Центр ЮрИнфоР", 2004. С. 95.
А. Цыкунов полагает, что нормы ст. 245 ГК РФ неприменимы к отношениям общей собственности на вещи, входящие в состав ПИФа, так как доли определены заранее, а улучшение имущества пайщики осуществить не могут в силу того, что имуществом пользуется и распоряжается УК <1>. Это утверждение представляется ошибочным, ибо п. 1 ст. 245 ГК РФ вполне применим к ПИФам - в данном случае порядок определения долей пайщиков в ПИФе через определение количества принадлежащих им паев как раз и устанавливается Законом об ИФ (абз. 5 п. 1 ст. 14, ст. 26 и п. 1 ст. 47) и соглашением пайщиков, условия которого содержатся в правилах ДУ ПИФом. Пункт 2 ст. 245 ГК РФ также работает в ПИФах, ибо порядок определения и изменения долей пайщиков в праве долевой собственности устанавливается правилами ДУ ПИФом на основании Закона об ИФ как раз в зависимости от вклада каждого из них в образование и приращение общего имущества, т.е. от того, какова стоимость внесенного ими в ПИФ имущества. Пункт 3 ст. 245 ГК РФ, действительно, не будет применяться к ПИФам, но по причинам, заложенным в нем самом: неотделимые улучшения общего имущества могут осуществляться сособственниками только с соблюдением установленного порядка использования общего имущества, однако устанавливаемый пайщиками порядок пользования общим имуществом как раз исключает пользование общим имуществом кем-либо из них лично, а потому ни один из пайщиков не имеет права осуществлять неотделимые улучшения. Хотя абз. 2 п. 3 ст. 245 ГК РФ не говорит прямо о том, что отделимые улучшения также должны осуществляться только с соблюдением установленного порядка использования общего имущества, к такому выводу нельзя не прийти: произведение каких бы то ни было улучшений невозможно без владения и пользования хотя бы частью общего имущества, а соглашение пайщиков как сособственников исключает это для них.
--------------------------------
<1> Цыкунов А. Указ. соч. @ (при написании настоящей статьи источники, помеченные знаком @, использованы в том виде, в котором они содержатся в Интернете. В связи с этим в ссылках на такие источники номера страниц не приводятся).
419
Пункт 1 ст. 246 и п. 1 ст. 247 ГК РФ вполне применимы к ПИФам. В ситуации, когда лица объединяют свои имущества в единый общий пул для ДУ, наиболее логично, что они достигнут соглашения о том, что владение, пользование и распоряжение им будет осуществлять только нанятый ими управляющий, но не учредители <1>. Применительно к ПИФам, по нашему мнению, именно такого соглашения и достигают пайщики <2> (хотя, к сожалению, на это нет указания в Законе об ИФ - желательно его там сделать <3>), однако возникает другая проблема: они не могут изменить условия достигнутого ими соглашения о порядке владения, пользования и распоряжения их общим имуществом (в части того, что эти полномочия осуществляются ими только в лице УК) или расторгнуть его, в чем как раз и проявляется особенность общей собственности в ситуации с ПИФами. Однако это все-таки особенность, возникшая на почве как раз специфики общей собственности, и потому она не противоречит природе общей собственности, а проблему неизменности их соглашения следует решить путем внесения дополнений в ГК РФ <4>. Действительно, ситуация общей собственности (в том числе складывающаяся при множественности лиц на стороне учредителя ДУ) не может в принципе допускать, что каждый из сособственников сможет лично осуществлять права на общее имущество: даже если каждому из них предоставить право в любое время пользоваться этим имуществом, на деле, если хотя бы двое захотят сделать это одновременно, им придется договариваться, кто будет это делать и в какое время. В связи с этим для общей собственности характерно то, что владение, пользование и распоряжение ею осуществляется в порядке, определяемом соглашением сособственников (п. 1 ст. 246 и п. 1 ст. 247 ГК РФ <5>), а не обязательно самими сособственниками <6>. Невозможность изменения отдельных условий какого-либо соглашения, по нашему мнению, может быть обусловлена только тем, что эти неизменяемые условия являются условиями такого соглашения, установленными императивными нормами, и здесь соглашение сособственников-пайщиков не имеет никакой специфики по сравнению с правилами о договорах, однако имеет специфику по сравнению с правилами об общей собственности. В отличие от нее, невозможность расторжения соглашения сособственников-пайщиков, напротив, представляет собой особый случай и для договорного права, однако она имеет под собой основания. Единственной целью образования общей собственности в ПИФе является передача ее в ДУ УК, самостоятельное управление этой общей собственностью пайщикам не нужно - они нисколько не страдают от невозможности изменения или расторжения своего соглашения сособственников, а если им не хочется более участвовать в ПИФе, они могут погасить или продать свой пай: доля в праве общей собственности на ПИФ как таковая (вне рамок договора ДУ ПИФом) им не нужна.
--------------------------------
<1> В связи с этим представляется недостатком Закона об ИФ то, что в него не вошла норма, аналогичная предлагавшейся в п. 3 ст. 22 проекта Федерального закона "Об акционерных и паевых инвестиционных фондах" (Внесен депутатами ГД ФС РФ А.Л. Головковым, А.Д. Жуковым, М.В. Кузнецовым. Принят к рассмотрению Советом ГД ФС РФ (протокол заседания от 23 июня 1997 г. N 93)** (при написании настоящей работы источники, помеченные знаком **, использованы в том виде, в котором они содержатся в СПС "Гарант". В связи с этим в ссылках на такие источники номера страниц не приводятся)) и ст. 14 проекта Федерального закона "Об инвестиционных фондах" (Внесен депутатами ГД ФС РФ В.А. Тарачевым, С.Н. Гвоздевой, В.Ю. Кузнецовым, Г.И. Лунтовским, Н.Н. Савельевым, А.А. Мазуро. Принят к рассмотрению Советом ГД ФС РФ (протокол заседания от 23 июня 1997 г. N 93)**): пайщики не вправе совершать какиелибо сделки с имуществом, составляющим ПИФ. Такое правило целесообразно было закрепить в нем, однако следует при этом уточнить, что пайщики не вправе лично (а не в лице УК) осуществлять и исполнять права и обязанности, входящие в состав ПИФа, а также распоряжаться ими.
420