dementev_v_v_teoriya_rechevyh_zhanrov

Иванова Ю. М. Стратегии речевого воздействия в жанре предвыборных теледебатов (2001).

Артемова Е. А. Карикатура как жанр политического дискурса (2002). Валуйская О. Р. Глубина текста в различных жанрах английской речи

(2002).

Гайкова О. В. Предвыборный дискурс как жанр политической коммуни- кации (на материале английского языка) (2003).

Кочкин М. Ю. Политический скандал как лингвокультурный феномен

(2003).

Комаров Е. Н. Ценностные ориентиры в заголовках французских и рос- сийских средств массовой информации (2003).

Каратанова О. А. Лингвистически релевантные нарушения педагогиче- ского дискурса (2003).

Маркова Л. Ф. Когнитивная идентификация речевого жанра (2003). Емельянова Н. А. Речевой жанр «жалоба» в различных типах дискурса в

английском языке (2004).

Кусов Г. В. Оскорбление как иллокутивный лингвокультурный концепт

(2004).

Ларина Е. Г. Лингвопрагматические особенности ток-шоу как жанра те- левизионного дискурса (на материале американских телевизионных программ) (2004).

Хохлова Н. В. Способы и средства реализации коммуникативной катего- рии угрозы в русском и английском языках (2004).

Шибанова Е. А. Концептуальное пространство брачных объявлений (на материале русского и французского языков) (2004).

Акименко Н. А. Лингвокультурные характеристики английского сказочно- го дискурса (2005).

Панкратова О. А. Лингвосемиотические характеристики спортивного дискурса (2005).

Горбачева Е. Н. Спор как лингвокультурный концепт (2006).

Дьякова Т. В. Жанрообразующие свойства поэтонимов (на материале ан- глийской и русской авторской сказки) (2006).

Земцова Л. А. Искусствоведческая рецензия как жанр массовоинформационного дискурса (2006).

Колоян Д. Л. Ухаживание как тип коммуникативного поведения (2006). Урванцев К. Г. Жанры современной теле-и радиорекламы (риторический

аспект) (2006).

Черкасова И. С. Реализация коммуникативной стратегии самопрезента- ции в русских и немецких объявлениях о знакомстве (2006).

Ярмульская И. Ю. Духовное послание в документоведческом и стилисти- ческом освещении (2006).

Белозерова Е. В. Реклама как жанровый метаконцепт (на материале со- временной русской лингвокультуры) (2007).

Соловьева А. А. Речевой жанр «совет» в разных типах дискурса (на мате- риале современного английского языка) (2007).

Андреева И. В. Опровержение в институциональном дискурсе (2008). Гончаренко Н. В. Суггестивные характеристики медицинского дискурса

(2008).

Егорова И. Ю. Акцентирование в рекламном интернет-дискурсе (2008). Истомина А. Е. Фельетон как жанр политического дискурса (2008). Романова О. Н. Лингвосемиотическая стереотипизация персонажей в ки-

нотексте молодежной комедии (2008).

Рудова Ю. В. Жанровый статус медицинского буклета (2008).

Следует отметить, что с достижениями волгоградского жанрове- дения (конечно, не только его) ученые в России знакомы благодаря интересным и содержательным серийным сборникам научных работ «Языковая личность», «Аксиологическая лингвистика», «Человек в коммуникации», выходящим под ред. В. И. Карасика, В. И. Ша- ховского, Е. И. Шейгал, а также Н. Н. Красавского, Г. Г. Слышкина, А. В. Олянича и других в Волгограде с начала 80-х г.

1.4.3. Другие центры (Пермь, Екатеринбург, Орел, Воронеж, Новосибирск, Иркутск)3

«Функционально-стилистическое жанроведение» (Пермь)

ОченьзначительнымнаправлениемвизученииРЖявляетсяПерм- ская функционально-стилистическая школа. Данная школа имеет

3 Необходимо подчеркнуть, что, не включая в этот список центров Мо- скву, автор руководствовался не «провинциальным высокомерием» — так, многие исследователи, чрезвычайно существенно обогатившие ТРЖ, мо- сквичи (Н. Д. Арутюнова, М. Ю. Федосюк, Е. А. Земская, М. В. Китайго- родская, Н. Н. Розанова, Н. И. Формановская, В. М. Алпатов, С. И. Гиндин, Т. В. Крылова, М.Я. Гловинская, Е. Я. и А. Д. Шмелевы) или непосредственно связаны с Москвой (Т. В. Шмелева, О. П. Ермакова), однако деятельность на- званных ученых очень трудно было бы охарактеризовать как какое-то единое направление — скорее можно говорить о целом ряде направлений или школ. Теоретические положения и исследования отдельных жанров / групп жанров, осуществленные многими из названных ученых, были уже рассмотрены в на- стоящей историографической главе или будут представлены в последующих главах монографии.

типологических исследований ученых из Украины, Беларуси, Казах- стана, Австрии, Румынии, Нигерии, Австралии, Тайваня, Германии, Испании, Швейцарии, США. Для удобства пользователей данная серия имеет электронную пользовательскую версию, распространяе- мую наряду с бумажной6.

С2003г. накафедреиностранных языковработает постояннодей- ствующий межкафедральный семинар для молодых ученых «Жанро- вая стилистика научного и медийного текста». В рамках семинара об- суждаются ход выполнения диссертационных исследований, новые публикации по проблематике, связанной с темами работ аспирантов и соискателей, отзывы на авторефераты диссертаций и т. д.

Российские жанроведы хорошо знакомы с работами исследовате- лей из Екатеринбурга — прежде всего это работы Н. А. Купиной и Т.В.Матвеевойиихучеников(И.Н.Борисова,И.Т.Вепрева,С.Ю.Да- нилов, Я. Т. Рытникова, И. Г. Сибирякова, И. В. Шалина и др.). Данное направление жанроведения отмечено особым вниманием к проблемам разговорного диалогического текста, при этом опирается на обширные фонды собственных записей РР (некоторые из них опубликованы) и обогатило как жанроведение, так и лингвистику речи целым рядом пионерских работ, например, по проблемам тематической структуры разговорных текстов, речевой агрессии, «тоталитарного языка».

В этой связи нельзя не отметить регулярные публикации, посвя- щенные жанрам политического дискурса, в международном журнале «Политическаялингвистика», выходящем в Екатеринбурге под ред. А. П. Чудинова.

Жанрами речи занимаются в Воронежском государственном уни- верситете — к наиболее активным воронежским жанроведам можно отнести И. А. Стернина, В. Б. Кашкина, Н. А. Лемяскину.

Следует отметить журнал «Критика и семиотика», выходящий в Новосибирске под ред. И. В. Силантьева, — журнал собрал многих авторов из разных городов России и из других стран, которых объеди- няет общий интерес к семиотике культуры и теории литературы. Ряд публикаций посвящены проблемам жанра7.

Жанры речи становились объектом исследований по дискурсу в Иркутске — прежде всего это работы профессоров Иркутского го-

6Подробно о содержании сборника см. информацию на сайте: http:// www.ogiik.orel.ru/kaf14.html.

7Информацию о содержании журнала см. на сайте http://www.nsu.ru/ education/virtual/cs.htm.

сударственного лингвистического университета А. М. Каплуненко, С. Н. Плотниковой, а также А. В. Кравченко и их учеников (как и кол- леги из Волгограда, практически все они являются англистами).

Вероятно, есть некоторая тенденция, состоящая в том, чтобы именно англисты, изучающие дискурс, в большей степени тяготели к идеям М. М. Бахтина (не потому ли, что идеи Бахтина более по- пулярны в англоязычных странах, чем, например, в Германии?), а германисты-«немцы» — к западным «альтернативным» школам, в частности немецкому понятию «Textsorten» (ср. исследования под рук. Н.С. Бабенко в Институте языкознания РАН, в Санкт-Петербурге под руководством В. Е. Чернявской; кроме того, нельзя не отметить периодический сборник «Дискурс и стиль», выходящий в Петербурге под редакцией последней).

Здесь следует упомянуть еще одно направление в изучении РЖ — так называемую когнитивную генристику, в основном разрабаты- ваемую учеными из Саратова и Волгограда (и некоторыми близки- ми по духу к данным центрам учеными из других городов, например Е. Н. Горбачевой). В целом, поскольку данное направление еще толь- ко складывается, буквально на наших глазах (кстати, в соответствии с наиболее актуальными в современной лингвистике содержательны- ми, когнитивными, концептологическими, лингвокультурологически- ми тенденциями), а основные достижения данного направления, по всей видимости, следует искать в будущем, мы рассматриваем его в главе V, посвященной именно перспективам ТРЖ.

В целом же, по нашему убеждению, перипетии истории науки не способны сменить магистральную проблематику жанроведения и главные его задачи. Даже при пунктирном выделении линий развития ТРЖ намечается несколько проблем, которые, по-видимому, следу- ет считать действительно важнейшими и вечными, — структура РЖ (при более широком рассмотрении — место речевого жанра в систем- ной организации речи) и типология РЖ.

Им будут посвящены последующие главы монографии.

ГЛАВА II

Место жанра в речевой системности

2.0. Постановка проблемы

Поставленная в названии главы проблема, естественно, не нова. Категория речевой системы введена в лингвистическую теорию, повидимому, даже раньше, чем Ф. де Соссюр начал утверждать, что на оси времени (т. е. в речи) нет системы [Соссюр 1977: 113]1. Вслед за авторами коллективной монографии «Общение. Текст. Выска- зывание» (1989) мы понимаем структурирование как «выражение некоторой упорядоченности, соответствующей коммуникативной деятельности, эксплицируемой как постоянные или же закономерно варьируемые качества текстов» [ОТВ 1989: 57]. Понятие жанра всег- да занимало в лингвистических концепциях речевой системы важное место.

Будучиключевойдлясобственнолингвистическогоизученияжан- ров, данная проблема не только не решена, но и имеет многолетний отрицательный опыт, сложившийся из неудач и даже случаев отказа от дальнейшего изучения того, что в этом отношении нередко каза- лось полностью лишенным системы хаосом.

Главными препятствиями на пути к «настоящему лингвисти- ческому изучению» жанров, безусловно, стали многообразие жан- ров и их вариативность. Даже если представить, что кем-то будет составлен полный список РЖ, при любой попытке применить его к речежанровому многообразию на практике такой список будет немедленно сведен на нет громадным числом незначительных и очень значительных отклонений от «стандарта», авторской и «слу- шательской» непредсказуемостью, личностной окраской и субъек- тивной волей, участием самых разнообразных и тоже непредска- зуемых компонентов ситуации общения. Забегая несколько вперед, подчеркнем, что неоднократно отмечаемая многими лингвистами-

1В. А. Салимовский связывает первое использование данной категории

влингвистике с работами Г. О. Винокура (1990 [1923]; 1929), изложившего свою концепцию соотношения языка и речи (и вытекающее из нее понима- ние предмета стилистики и поэтики) тоже в связи с интерпретацией «Курса общей лингвистики» Ф. де Соссюра [Салимовский 2002a: 44].

коллоквиалистами множественность компонентов ситуации обще- ния, нерешенность вопроса, какие из них необходимо учитывать для адекватного осмысления речи, стала серьезным препятствием для определения и разграничения отдельных речевых жанров: какие па- раметры значимы для такого разграничения жанров, т. е. типологи- зации, а какие нет; где начинается новый жанр, а где мы имеем дело еще с вариантом старого? Так же как при построении любой дискур- сивной типологии, любое решение будет небезупречным (прежде всего субъективным), любое определение будет грешить отсечением чего-то значимого; попытка же учесть все значимые аспекты, как это обычно бывает в коллоквиалистике при изучении речи в целом, с неизбежностью обернется тем, что количество выделяемых разно- видностей и типов будет разрастаться до совершенно необозримых пределов, пока не сравняется с количеством «образцов».

« ... разработка типологии ситуаций (и следовательно — типо- логии жанров), — пишут М. В. Китайгородская и Н. Н. Розанова, — существенно затруднена из-за того, что пока нет специфических и надежных методов “этнотаксономии общества” (по С. М. ЭрвинТрипп. — В. Д.). Эта задача осложняется и тем, что существуют типы ситуаций, для которых нет принятого обозначения» [Китайгородская,

Розанова 1999: 32].

Естественно, многообразие жанров и их вариативность — не единственный нерешенный аспект проблемы места жанра в речевой системности.

С одной стороны, понятие жанра уже заняло прочное место в тео- рии дискурса в целом как одна из базовых единиц его организации (хотя о сновной единицейорганизациидискурсажанрпризнается не всеми исследователями); с другой стороны, многие современные отечественные работы по теории дискурса / текста вообще не исполь- зуют ни термина жанр, ни положений Бахтина, ни положений сло- жившейся в России «после Бахтина» теории речевых жанров — зато успешно опираются на работы по дискурсу (прежде всего западные: американские, английские, немецкие), где выделяются в качестве ба- зовых другие речевые единицы.

Такимобразом,проблемаречевойсистемностиявляетсяключевой нетолькодлятеорииречевыхжанров:небудетпреувеличениемсказать, что адекватное решение данной проблемы — задача - максимум и лингвистики текст а, и теории дискурс а.

Как известно, в основе лингвистики текста с момента ее воз- никновения на основе прагматики, стилистики и риторики лежало представление об особых — отработанных в общении, стандартных, узнаваемых речевых правилах, упорядочивающих речь и при этом отличных от правил языка. Действительно, если бы правила тек- ста / речи совпадали с языковыми правилами и нормами, было бы не- понятно, с одной стороны, чем отличаются друг от друга разные типы текстов на одном и том же языке (роман, записка, протокол, письмо);

с другой стороны, чем отличется текст как единица речи от предло- жения.

Влингвистике текста установлено, что «правила текста / речи» многомерны, вариативны и обращены к многочисленным сторонам внеязыковой действительности: к языку и тем языковым / речевым единицам, из которых текст построен, к собственному содержанию, т. е. отражаемой реальной или воображаемой действительности, к сво- ему автору (соответственно, к его интенциям и мотивам, т. е. к своей цели) и читателю / слушателю, к другим авторам и текстам, наконец,

ккультуре во всей ее совокупности (в любом тексте как в капле воды отражается вся национальная и человеческая культура).

Естественно, текст обращен к своему жанру как к наиболее оче- видному из текстовых правил.

Вконтексте этих рассуждений сам термин-понятие жанр кажется интуитивно ясным и вполне логично связанным с текстом — однако остается нерешенным вопрос, как определить жанровую принадлеж- ность произведений, лишенных (литературной) традиции, например «Крохоток» А.И. Солженицына (который ставит себе в заслугу «изо- бретение» данного жанра). Еще более очевидным образом сказанное относится к абстрактной — модернистской, символистской, футури- стической — поэзии. Ср.:

ИЗРЕ

Большая честь родиться бедняком.

Д. Бурлюк

Подобные «трудные» случаи, впрочем, представляют собой лишь стилизацию тех действительных трудностей, которые в огромном количестве находим в реальном непосредственном общении. Содер- жательная сложность, дополнительные интерпретационные шаги адресата речи, присущие разновидностям непрямой коммуникации, не являются прерогативой «сложных» сфер общения. Ср.: