15. Христианская философия средневековья: теоцентризм. Боги античности и христианский бог. Проблема креационизма.

Средневековая, или феодальная, культура и цивилизация в Европе оформляется в Х-ХIV вв., позже она стала размываться индустриальной цивилизацией капиталистического образца. Центральное звено духовной культуры- религия. Выражая стремления к «лучшей жизни», она сопровождала человека (с помощью мощной организации - церкви) от рождения до могилы, определяла все стороны его существования. Главный социальный принцип-иерархичность: Богу, архангелам и ангелам на небе соответствовали на земле короли, герцоги, бароны; в самом низу-крепостной крестьянин. Своя жесткая иерархия была и у церкви. Что касается философской мысли средневековья, то она начала складываться гораздо раньше-в 1-1V вв. (период «патристики»), своего апогея достигает в XIII в., центральная фигура-Фома Аквинский (1225-1274). Широко использовала в своих целях античную философию - на Платона опирался Августин (354- 430), на Аристотеля - Фома.

В центре средневековой философии - Бог и отношение к нему человека (теоцентризм), соответственно и философия выступает в качестве служанки богословия. Это обстоятельством, однако, не должно мешать серьезному, вдумчивому изучению этого важного этапа в развитии философской мысли, по -своему поучительного и плодотворного. В религиозной оболочке тут ставились реальные философские проблемы: природа и человек, душа и тело в человеке, свобода воли, разум и вера, сущность и существование и т. д. Существенно и то, что в рамках схоластики» оттачивалась техника рассуждения и доказательства. Главное же приобретение-сосредоточенное внимание к внутреннему миру каждого человека, приведшее к открытию самосознания (эта проблема будет особенно интересовать немецкую классическую философию).

Приступая к анализу конкретной проблематики средневековой философии, следует прежде всего указать на различие в понимании Бога этой и античной философией. Античность исходила из политеизма, а потому ориентировалась прежде всего на космос, природу, в которой Бог как бы разлит и вне которой не мыслится; такое учение называется пантеизм, его официальная христианская церковь не приемлет. Соотнетственно и в теории познания античность ориентирована главным образом на разум, оперирующий понятиями и способный постигать сущность вещей.

В средневековой же философии налицо монотеизм. Бог обретается не в природе, а над природой, она - его творение, и в самом Боге подчеркивается не разум, а воля, могущество, беспредельность (земной аналог-абсолютная власть монарха). И в теории познания преобладает ставка на откровение, или снерхчувстеенное познание Бога в акте мистического озарения: ведь познается не природа сама по себе, в ее естественном бытии, а «следы» в ней Бога-творца. Впрочем роль разума полностью нс отрицается, он, как и наука в целом, включая сюда и философию, используется лишь в целях лучшего понимания и более глубокого разъяснения людям истин от кровения.

Природа, как видим, теряет в средневековой философии свою самостоятельность, она сотворена, существует не сама по себе, а благодаря другому. Отсюда, во-первых, выводится ее изменчивость, делимость, множественность, преходящность и, во-вторых, становится возможным нарушение естественного хода вещей с помощью божественного чуда. Природа иерархична: ее проявлений тем выше, чем явственнее в них представлено духовное начало, поэтому человек-и венец приро- ды, и ее господин. И интерес она для него имеет лишь аллегорический: намекает на вездесущность Бога и тем самым «несет» человеку поучение и наставление на праведный путь. Аллегоризм этот, естественно, не способствовал объективному изучению природы.

Более благоприятствовало средневековье исследованию сущности человека, хотя, конечно, в специфически - религиозном аспекте. Исходное и принципиальное - представление о двойственной природе человека: с одной стороны, поскольку человек создан «по образу и подобию Божию», он по природе своей добр, наделен такими угодными Богу добродетелями, как правдивость, доброта, любовь, милосердие и т. д., а с другой - в нем есть и злая природа, он греховен, лжив, жестокосерд, эгоистичен, завистлив, находится в рабстве у своих страстей. Словом, соединяет в себе «верх» и «низ». Бога и зверя. Как преодолеть эту двойственность и обрести личное спасение?

Поиск ответа на этот коренной вопрос человеческого существования составляет ядро христианской антропологии, сложившейся в средние века и сохранившей свои основные установки вплоть до настоящего времени (об элементах ее мадер - низаянае см. далее, вопрос 23). Ответ эта антропология дает такой: в челонеке три части - тело, или физически осязаемая часть, физиологический уровень, непосредственно соприкасающийся с материальной сферой, душа, или собственное внут реннее «я» каждого человека, психологический уровень, со прикасающийся со сферой ума, т. е. более глубокая часть, и дух, или самая глубокая часть, сопричастная Богу. Срединное положение «души» обусловливает ее основное предназначение-делать личный осознанный выбор между «духом» и «телом», между добром и злом. Так человек наделяется свободой воли, и его задача-правильно распорядиться этой свободой, т. е. по собственной воле выбрать добро; зло же возни кает из злоупотребления человеком дарованной ему свободой.

Это значит: мало знать, что есть добро, главное-практически следовать ему, т. е. приоритет отдается не разуму и знанию, как у Сократа, а воле, вере и убеждениям. Этот взгляда глубже, чем позиция античного этического рационализма. Далее, акцент здесь делается на личном, индивидуальном характере выбора и соответственно на личной ответственности каждого за свои действия и поступки. Это также новый элемент в сравнении с античностью, растворявшей личность либо в космосе, либо в государстве-полисе. Обусловлен он личным характером Бога в христианстве (Христос- богочеловек; этого не было в политеистических религиях древности, нет и в таких монотеистических религиях, как ислам и иудаизм). Наконец, христианскую антропологию неизменно отличает установка на высокую духовность как основу и стержень проблемы смысла жизни и назначения человека, постоянный и обостренный интерес к анализу и путей реализации в жизни «вечных», общечеловеческих духовных ценностей, прежде всего нравственно-этических, хотя и в аскетической оболочке. При чем, сам аскетизм здесь - не просто отказ от телесного, а подчинение тела духу как тому высшему, к чему должен стремиться в земной жизни каждый человек.

Однало следует постоянно помнить, что абсолютный источник духовности, по этой концепции - Бог и что вне Бога, одними лишь собственными усилиями человек не может реализовать добро. Это недоверие к человеку особенно очевидно у Августина: он считал, что спасение человека является целиком и полностью делом Бога и никак не зависит от поведения самих людей. Иначе у Фомы Аквинского, рассуждения которого обычно и кладутся в основу христианской антропологии. У него индивид обладает определенной самостоятельностью и может быть причиной своих действий, т. е. располагает, как мы говорили выше, свободой воли, но, во-первых, эту свободу дарует ему Бог, во-вторых. Бог же задает ее пределы и конечную цель и, в-третьих, чтобы реализовать ее, индивиду необходима еще божественная благодать, т. е. прямая под держка Бога. Так что и у Фомы сохраняется примат божест венного предопределения, свобода же воли собственно индивида оказывается существенно суженной. Неслучайно поэтому в пику религиозным вариантам решения этой проблемы в истории философии выдвигались, особенно в новое время, и другие, секулярные (т. е. светские, внерелигиозные) вариан ты ее решения.