Восточная литература на русском языке / Ли Юй - Двенадцать башен
.pdfОт стихотворной концовки он фактически отказался, видимо, как от ненужной условности. Сравнительно редко прибегает Ли Юй к стихотворному портрету или пейзажу, предпочитая дать их в прозаическом тексте.
Прозаический текст и стихи у Ли Юя часто носят весьма личностный характер, чего почти не было в предшествующей прозе. Например, в шестой повести после стиха следуют слова: «Эти стихи сочинил лет двадцать назад один поэт, которого звали Литератором, мир пробуждающим. Как-то раз он отправился к Тигровому холму, собираясь купить там цветы...» Ли Юй пишет здесь о самом себе, так как «Литератор, мир пробуждающий» — это он сам. В последнем рассказе он говорит прямо: «Эти стихи я сочинил еще до смутного времени, в те годы, когда покинул город и поселился в деревне». Далее следуют воспоминания о «смутной поре». Примечательно, что Ли Юй часто выступает в рассказе от первого лица. Раньше в повествовательной прозе этого практически не было. «Я намерен нынче поведать вам сию историю, с тем чтобы...» Подобные фразы, абзацы, даже в том случае, когда рассказ дальше развивается в русле повествования от третьего лица, заостряют субъективные, личностные черты повествования. Или такой распространенный сказовый штамп, как обращение к читателю и слушателю, поскольку сказ обычно слушали и смотрели, как театральное представление. Ли Юй охотно прибегает к нему, считая, что он придает повествованию динамичность и эмоциональность. Но в отличие от более ранней прозы Ли Юй превращает это клише в оживленную беседу автора с читателем, доверяет читателю свои мысли, высказывает сомнения, спорит, убеждает.
К особенностям художественной манеры Ли Юя можно добавить еще одну важную черту — его удивительное умение свободно и смело использовать разговорный язык своей эпохи, причем не только в диалоге, но и в авторском тексте. Диалоги у Ли Юя очень живые, звучат легко и свободно. Авторская речь богата и колоритна. Конечно, автор прибегает и к книжному языку (порой усложненному), но лишь в тех случаях, когда это совершенно необходимо. Читатель без труда заметит еще одну особенность художественной речи Ли Юя — обилие образных слов, пословиц и поговорок, народных выражений, крылатых слов и книжных речений. «Герой ростом в семь чи от страха сократился сразу на несколько цуней»; когда юноша хочет получить сразу двух дев, автор замечает: «Не захватив местности Лу, он уже думает о царстве Шу». Для XVII века, когда демократическая литература, в том числе и ее язык, находились в стадии формирования, появление повестей Ли Юя было явлением знаменательным.
* * *
Судьба творческого наследия Ли Юя сложилась не вполне благополучно. В маньчжурскую эпоху произведения Ли Юя почти не печатали, если не считать пьесы. Малоизвестен Ли Юй и в переводах на другие языки. Исследования этого интересного автора до последнего времени почти не велись. Научный интерес к Ли Юю возник лишь в последние годы, когда о нем появились очерки синологов X. Мартина (ФРГ), Н. Мао (США), Хуан Ли-чжэня (Тайвань). Начинают появляться отдельные очерки и статьи в КНР. Частичный перевод цикла «Двенадцать башен» сделан был в свое время Ф. Куном на немецкий язык. Американский синолог Н. Мао пересказал повести на английском языке.
Настоящая книга представляет собой первый полный перевод повестей Ли Юя, осуществленный по китайскому изданию книги «Двенадцать башен» («Ши эр лоу»), опубликованной в 1947 году в Шанхае.
Д. Воскресенский.
Двенадцать башен
Повести
БАШНЯ СОЕДИНЕННОГО ОТРАЖЕНИЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Страшась сластолюбцев воров, хотели от них уберечься, однако нежданная страсть явила подлинный образ
Случается в жизни: возжаждет кто-то Пресечь сокровенные чувства влюбленных. Глубокий ров он тогда прорывает, Чтоб разделить две души истомленных. Надеждой он тешится, что друг друга
До самой кончины не встретить влюбленным, И вправду глубок этот ров, но вряд ли
Для них он станет вечным заслоном. Пусть доверху ров заполнен водою, Но вспыхнувшей страсти он не потушит,
Как древле Хуннян2, так зеленые воды Помогут — сведут влюбленные души. Воды из дворцового рва черпнешь,
И в ней благовонную тушь3 найдешь4.
Эти стихи, написанные на мелодию «Красавица Юй», таят в себе мысль о том, что люди, живущие в нашем мире, могут без труда удержаться от опрометчивых действий, дабы не нарушать правил поведения. Гораздо труднее преодолеть влечение, которое возникает между мужчиной и женщиной, желание насладиться на ложе любви. И если удается погасить страсть, то лишь в самом начале. А так здесь бессильны даже сила верховной власти, не то
что домашние запреты. Да, все бесполезно! Пусть сам Нефритовый владыка5 грозит
грешникам суровой карой, а правитель ада Яньло6 велит тащить их в обитель мрака — влюбленным все нипочем. Что задумали, то и сделают, наперекор всем и вся. Ополчатся на них горы, реки, деревья и травы; обрушат град стрел и каменьев небесные светила — они все равно не отступятся. Ведь через тысячи, тысячи лет, если в этой жизни им не повезет, они
уверены, что вознесутся в высотные дали7 и там, став небожителями, сочетаются в браке. Потому они и готовы погибнуть или, оставаясь демонами сластолюбия, ждать десять тысяч лет, отказавшись от перерождения в человеческом облике8. Где же, скажите мне, найти в мире запрет, способный остановить этих грешников, если им все в жизни постыло и они мечтают о смерти? Вот почему и надобно выдернуть с корнем росток сластолюбия, пресечь разврат, пока он не набрал силу. Тогда и не потребуются особые запреты, разве что строгость в общении обитательниц внутренних покоев дома с посторонними мужчинами, и то без излишней подозрительности.
В сочинениях ученых-конфуцианцев9 говорится: «Мужчинам и женщинам в общении
2Хуннян — женский персонаж из пьесы конца XIII в. «Западный флигель» Ван Шифу, в которой рассказывается о любви девушки Цуй Инъин и юноши Чжана. Служанка девушки Хуннян помогает их союзу. Впоследствии имя Хуннян стало нарицательным для обозначения ловкой и сметливой служанки.
3Благовонная тушь. — В китайскую тушь нередко добавлялись ароматические вещества. Здесь эти слова скорее являются метафорой, намекающей на любовное послание.
4Здесь и далее стихи в переводе С. Северцева.
5Нефритовый (Яшмовый) владыка — верховное божество в народных верованиях.
6Яньло (или Яньван) — согласно китайской мифологии правитель преисподней, владыка ада, ведает судьбами людей и определяет сроки их жизни.
7Высотные дали — согласно даосским верованиям обиталище бессмертных.
8Перерождение в человеческом облике. — Согласно буддизму смерть человека не есть полное завершение его существования. Он может через какое-то время вновь возродиться, но в ином облике, то есть в образе другого человека или животного, в зависимости от совершенных им при жизни поступков.
9Ученые-конфуцианцы — последователи этико-политического учения философа древности Конфуция (Кунцзы), жившего в 651—479 гг. до н. э.
своем сближаться не должно!» В даосских книгах10 пишется так: «Если нет в сердце влечений, в нем не найдется места для метаний». Оба этих речения необыкновенно точны. Допустим, некий мужчина сделал девице подарок или назначил свидание, пренебрегая запретами дома: я-де сам себе хозяин, наплевать мне и на преграды, и на запреты! Заметим, однако, что в древности совершенномудрым людям тоже не были чужды страсти. В то же время они знали: если ты возжелал с кем-то увидеться или чем-то обладать, значит, совершил сие действие хоть и без особого умысла, но не случайно. Но тогда ты уже сам себе не хозяин, тебя охватило смятение. Скажем, какая-то дева вознамерилась передать тебе пустяковую вещицу. Протянула руку и, будто невзначай, легонько коснулась тебя. А ты уже возомнил, будто дева к тебе неравнодушна, возможно, даже заигрывает с тобой, словом, как говорится, «пририсовал змее ноги». Ее легкое прикосновение навело тебя на мысль об известной истории про добрую жену, которая подносила пищу на уровне бровей11 или, на худой конец, ты усмотрел в нем проявление добрых чувств и некое намерение, которое презреть невозможно. Едва сия мысль втемяшилась тебе в голову, ты не раздумывая ответил деве согласием, забыв о возможных бедах. Но уверен ли ты, что она не помышляет обратить твою слабость себе на пользу? Этими рассуждениями мы и хотели предварить нашу любовную историю, очень похожую на пьеску. Заметим, что встречи влюбленных чреваты большими опасностями. Случайно брошенный взгляд, неосторожно оброненное слово, даже вздох грозят бедой. Потому лучше, когда люди остерегаются взаимных сближении или вовсе друг с другом не общаются. Если не верите, напомню вам две истории, случившиеся в древности. Первая рассказывает о певичке Чжан — Красное Опахало, которая досталась аптекарю Ли. Когда она жила еще в покоях Яна (того самого, что носил титул Юэского гуна12), то, пожалуй, не разбиралась в мужчинах. Так же, как и девица Хунсяо — Красная Шелковинка, которая в свое время жила у вельможи Го. Ее умыкнул некий Цуй по
прозванию Тысяча Буйволов 13 . Обе истории произошли оттого, что хозяева, вознамерившись похвастаться своей роскошью перед гостями, заодно показали посторонним мужчинам и своих возлюбленных. Глупцы! Они, видно, забыли, что беседу можно вести и глазами, и даже перстами. И тот, чью душу всколыхнула подобная беседа, не остановится ни перед высоким забором, ни перед стенами, даже если они сделаны из железа и меди. Кто-то рано или поздно убежит из дома, а кто-то умыкнет предмет своей страсти. Ничего такого не случится, если чтить две заповеди, упомянутые выше: «...в общении своем сближаться не должно», а также вторую: «Если нет в сердце влечений, в нем не найдется места для метаний».
Я намерен поведать вам нынче сию историю, с тем чтобы предостеречь каждого, кто живет в семье. Дабы уберечь себя даже от самой малой опасности, не следует показывать без надобности не только своего облика, но даже тени своей. В противном случае в душе
10Даосские книги. — Даосизм — одно из трех (наряду о конфуцианством и буддизмом) философских и религиозных учений в Китае. Его основоположник — легендарный мыслитель Лаоцзы, который создал учение
оДао — Пути познания бытия. Согласно легендам жил примерно в то же время, что и Конфуций.
11Подносить пищу на уровне бровей. — В «Книге о Поздней Хань» рассказывается о некоем Лян Хуне и его жене, которые относились друг к другу с большим уважением. Когда жена подносила мужу тарелку с едой, она держала ее на уровне бровей, тем самым выражая свое почтение супругу.
12Юэский гун. — Гун — почетный титул в старом Китае (один из пяти и второй по значению после титула вана — князя). Юэ — название местности и княжества в южном Китае. Здесь имеется в виду история живших при династии Суй (VI—VII вв.) вельможи Ян Суи певички Чжан Красное Опахало.
13Тысяча Буйволов — прозвание героя одной из танских новелл. История героя Цуя и певички Хунсяо рассказана литератором Пэй Сином.
родится легкомыслие, и тогда перед талантливыми юношами и прелестными девами14 раскроются врата любовных страстей.
В годы Высшей Истины — Чжичжэн15 — династии Юань16 в уезде Цюйцзян области Шаочжоу, которая, как известно, расположена в провинции Гуандун17, жили в праздности два шэньши18: Ту и Гуань. Тот, кто прозывался Ту, однажды добился больших успехов на столичных экзаменах19, получил степень Первейшего20, а позже дослужился до поста
инспектора. А вот второй, Гуань, имевший степень сянгуна 21 , дослужился лишь до тицзюя — чиновника по делам обучения. Случилось так, что оба собирались стать зятьями в доме некоего человека, которому до сих пор не удавалось подыскать женихов для своих дочерей внутри своего рода, а потому он согласился принять женихов, как говорится, со стороны. По уму и образованности молодые люди как будто не уступали друг другу, зато различались нравом и некоторыми привычками. Гуань, на редкость упрямый, был приверженцем старого уклада и истинного учения22. Что до инспектора Ту, то его за необузданный и вольнолюбивый нрав можно было причислить к «ветротекучим
талантам»23. Их жены поначалу были дружны, однако со временем они, как ни странно, вдруг стали между собой враждовать. Видно, так было угодно Небу, которое ниспослало им это наказание за какую-то былую провинность. Однако супруга Гуаня, внемля истинам праведного учения, пуще всего боялась услышать легкомысленные речи. Жена Ту, напротив, привыкнув к ветреным мыслям, не могла терпеть заумных речений. Обе сестры, еще недавно близкие, как полы одного халата или как две тыквы, растущие на одной плети, теперь всячески поносили друг друга и возводили хулу. Понятно, что привязанности и склонности они имели сейчас вовсе различные. Они были как две враждующие державы — день ото дня их распря росла.
Поначалу обе семьи жили вместе, однако после смерти родителей усадьбу пришлось
14Талантливый юноша и прелестная дева — поэтический образ средневековой китайской литературы. Обычно это молодой ученый муж (студент) и красавица из богатого дома.
15Годы Высшей Истины — Чжичжэн. — Китайское летосчисление было связано с годами правления владыки той или иной династии. Годы (девиз) правления обозначались благожелательными словами. В данном случае речь идет о годах правления юаньского Шунь-ди (1341—1368 гг.).
16Династия Юань — монгольская династия, правившая в Китае с 1279 по 1368 гг.
17Гуандун — южная провинция Китая, центром которой является город Гунчжоу(Кантон).
18Шэньши — одно из привилегированных сословий ж старом Китае — землевладельцы, обладатели ученых степеней.
19Столичные экзамены. — Столичные экзамены завершали третий (основной) тур государственных экзаменов (после уездных и областных) на получение ученых степеней. Выдержавший столичные экзамены получал высшую степень — цзиньши.
20Первейший (Чжуанъюань) — почетное звание лучших из сдавших столичные экзамены и прошедший через дворцовые (тронные) испытания.
21Сянгун — ученая степень, кандидат от уезда и округа для последующих испытаний.
22Истинное учение. — Имеется в видуконфуцианство — система взглядов и правил поведения человека.
23«Ветротекучий талант». — Понятие «ветротекучий» (или «ветер-поток») — эпитет человека, лишенного условностей, свободного в проявлении своих мыслей и чувств, порой легкомысленного.
разделить на две половины с отдельными дворами. Между двумя частями ее появилась высокая стена, дабы обитатели той и другой половины не могли видеть друг друга. В саду позади усадьбы находился пруд и на его берегах два павильона. Обращенный на запад принадлежал инспектору Ту, на восток — Гуаню. В этом месте очень уместно привести такой стих:
Давно известно: ивы возле дома Нам помогают вход быстрей найти, А здесь цветущий лотосами пруд Не позволяет к дому подойти.
Итак, обе семьи разделяла теперь высокая стена и глубокий водоем, спуститься к которому без ступеней было невозможно. По правде говоря, этот водоем был серьезной преградой, все равно что река Хуанхэ. И все же Гуань не чувствовал себя в безопасности. Он боялся, как бы свояк не стал подглядывать со своего берега и пялить глаза на его жен и наложниц. Потому он не поскупился на деньги и врыл в дно пруда каменные столбы, а на них наложил каменные плиты наподобие заслона. Словом, соорудил еще одну стену, разделив на сей раз не только сушу, но и воду. С этого времени ни один мужчина ни из той, ни из другой семьи не мог увидеть своих родственниц. Да и вообще семьи теперь меж собой почти не общались.
Рассказывают, что у инспектора Ту родился сын, которого назвали Чжэньшэном, Драгоценно-рожденным. За полгода до его рождения на свет появилась дочь Гуаня, и нарекли ее Юйцзюань — Прекрасная Яшма. Поскольку их матери были единоутробными сестрами, мальчик и девочка, оба прелестные, очень походили друг на друга — ну прямо две картинки, вышедшие из-под печатной доски. В ту пору, когда младенцы еще лежали в пеленках, обе семьи жили вместе, и матери нередко путали детей. То госпожа Ту покормит грудью Прекрасную Яшму, то госпожа Гуань начнет баюкать Чжэньшэна. Дети росли и
кормились как будто сразу у двух матерей. В «Книге песен» 24 есть такие строки: «Шелкопряд имеет детей своих, но порой оса похищает их, учите и вразумляйте детей своих, подобными себе воспитайте их».
Известно, что дитя обычно походит на мать, которая его кормит, ибо связаны они нерасторжимыми узами.
Покуда семьи жили вместе, детям, по их несмышлености, было решительно все равно, как они выглядят и на кого походят. Когда же они подросли и изменили прическу25 (мальчику отрастили длинные волосы, а девочке заплели косички — рожки), дети, слушая взрослых, стали размышлять над их разговорами, и им захотелось посмотреть друг на друга, дабы убедиться в достоверности услышанного. Но сделать это было невозможно, к этому времени семьи уже жили порознь, и расстояние, которое их разделяло, хоть и ничтожное, превратилось в преграду, такую же непреодолимую, как грань между Небом и Землей.
Прошло несколько лет. Молодые люди часто любовались своей наружностью перед зеркалом, и каждому, как это ни странно, приходили в голову одинаковые мысли. «Как видно, в Поднебесной нет никого мне под пару», — скажет, бывало, один из них с восхищением. «В самом деле, вряд ли есть кто-то еще, обликом похожий на меня. Ведь в жизни редко встречаются люди с одинаковой внешностью!» — подумает другой.
Надо заметить, что в подобных рассуждениях чувствовалась не столько симпатия к
24«Книга песен» («Шицзин») — древнейшее собрание китайского фольклора: песен, гимнов; одна из канонических книг в древнем Китае.
25Изменить прическу. — Распространенный в Китае обычай; по достижении совершеннолетия мальчику меняли прическу.
тому, другому, сколько зависть. В жизни часто бывает, что рядом с девятью долями согласия непременно соседствует частица несогласия. Но наши герои не знали, что в неприязни порой таится и взаимное расположение. Вот отчего и произошла история, которую мы назвали любовной пьеской.
Юйцзюань, как и положено приличной девице, не могла выйти за ворота своего дома, чтобы встретиться с двоюродным братом. А Чжэньшэн действовал свободно и смело. Ведь он был юношей!
— Почему бы мне их не навестить? Надо же поддерживать родственные отношения! Навещу вторую матушку, и, может быть, посчастливится увидеть сестру! А родители пусть остаются в ссоре, нас это не касается!
И вот, вопреки запретам, он отправился навестить родственников. Но в доме Гуаня на стене гостевой залы вдруг обнаружил надпись, сделанную, видимо, его дядюшкой, предугадавшим заранее визит племянника. Несколько фраз, написанных крупными иероглифами, гласили: «Родственникам по линии жены входить во внутренние покои воспрещается! В нашем доме соблюдаются строгие различия между мужчинами и женщинами, какие бы узы их ни связывали. Уразумей сие каждый сюда входящий!» Юноша невольно замедлил шаг, не рискнув переступить порог внутренних покоев. В это время вошел хозяин — господин Гуань. Юноша сообщил дяде, что хотел бы встретиться с матушкой и сестрицей. Гуань позвал жену. Имени дочери он будто не расслышал. Молодой человек повторил просьбу, однако дядя промолчал, напустив на себя вид серьезный и важный. Чжэньшэн все понял и не дерзнул вновь досаждать дядюшке своей просьбой. Он посидел какое-то время и откланялся.
После его ухода госпожа Гуань спросила мужа:
—Почему ты отказал ему? Он двоюродный брат нашей девочки, и они имеют полное право встречаться.
—Ничего-то ты не понимаешь, жена! Видно, не знаешь простой истины, что мужчине
иженщине не должно общаться друг с другом. Это касается даже самых близких родственников. А о посторонних и говорить не приходится. С какой стати я должен пускать соседей во внутренние покои? Чтобы дать пищу для пересудов? Представь себе, что я счел бы неудобным отказать ему как родственнику. В этом случае он под любым предлогом стал бы входить в наш дом, даже в женские покои, и ни к чему, кроме нарушения приличий и взаимных подозрений, это не привело бы. В родственных связях, и далеких и близких, должен быть свой порядок. Но когда младенцы рождаются от единоутробных сестер, родственные отношения неизменно запутываются. Говорят, будто такие дети не являются братом и сестрой, ибо рождены не одной матерью. Но, с другой стороны, они как бы восходят к одному корню, а потому чувства их схожи. Говорят и обратное — будто они брат
исестра. Тут можно возразить, что они принадлежат к разным фамилиям, к тому же появились не из одного чрева. Даже древние затруднялись разгадать эту загадку и отказывались давать объяснения. Вот почему еще в далекие времена говорили о водах рек
Цзин и Вэй26, которые различить очень трудно, ибо они текут в одном русле. Отсюда и
происходят разные нечистые деяния. Когда я листаю «вольные истории»27 и всякие любовные повестушки, то часто замечаю, что плотские чувства рождаются именно у людей, связанных родством. Как ты думаешь, отчего? Оттого, что родители, по своей тупости, разрешают братьям и сестрам свободно общаться. Вот отсюда и неразбериха в отношениях! Я же, сторонник строгих правил поведения, должен делать различия между родственниками
26Реки Цзин и Вэй — название рек, упомянутых в «Книге песен». Считалось, что воды Вэй отличались чистотой, воды Цзин были мутными. Впоследствии образ двух рек стал метафорой, намекающей на разность человеческих характеров или сложность человеческих взаимоотношений.
27«Вольные истории» — неофициальные истории, записи фактов жизни, не регламентированные официальными властями. «Вольные истории» нередко воспринимались как художественная литература.
и не намерен потворствовать низменным наклонностям, существующим в нашей жизни! Супруга Гуаня в знак согласия кивнула головой. Видимо, слова мужа пришлись ей по
душе.
С той поры молодые люди отбросили прочь пустые надежды и сокровенные желания. Они давно поняли, что родители их не рассудят, не скажут, на кого они похожи, кто из них красивей, походят ли они друг на друга.
Но однажды по счастливой случайности молодые люди все же встретились, что, впрочем, должно было рано или поздно произойти. Нет, им вовсе не довелось свидеться на берегу пруда! Они увидели лишь свое отражение в бирюзовой воде. Здесь мы приведем стихи с оборванной строфой (так их обычно называют), в которых воспето место, где произошла встреча:
Долгие дни горячего лета. Дремлет под деревом тень густая. Образ резной перевернутой башни Светится, в гладком пруду блистая. Повеяло легким ветром — и сразу Качнулось кристальное покрывало,
И с этим примчавшимся с юга ветром Прохлада ласковая настала.
Стояла середина лета — самая знойная пора года. Неудивительно, что в этот день оба наши героя, не сговариваясь, пришли в павильоны возле пруда насладиться прохладой. Легкий ветерок едва колыхал водную гладь, и отражения в ней были на редкость отчетливыми. Девушка внимательно всмотрелась в свое отражение и с изумлением воскликнула:
— Как странно! Мое отражение как будто отделилось от меня и перешло на сторону соседей. Что бы это значило? Дурной знак!
Ее охватило тревожное чувство. Вдруг в голове мелькнуло: «А может быть, это отражение вовсе не мое, а брата? — Последнее время она часто думала о нем. — Нынче на брате нет шляпы ученого мужа, и без нее он очень похож на девушку. Вот я и приняла его за себя. — Она невольно сопоставила его внешность со своей. — Разницы почти никакой, мы очень похожи!»
Понятно, что теперь у нее больше не было оснований считать себя единственной красавицей на всем белом свете. Странно, но от этого в душе ее не родилось ни сожаления, ни горечи, напротив, какая-то безотчетная радость. Зато, думая о родителях, она не испытывала ничего, кроме острой досады. Зачем они прогнали брата, когда он пришел к ним в дом!
Облокотившись на перила, юноша глядел на воду. И когда увидел в воде отражение Юйцзюань, возликовал. Полными восторга глазами он смотрел на девушку. Правду говорили, что она красавица.
Надобно вам сказать, что юноша, талантливый, но ветреный, нравом совсем не походил на дочь праведного ученого мужа. Голова его была забита всякими непутевыми мыслями, свидетельствующими отнюдь не о строгом воспитании. И вот вертопрах решил испытать те знания, которые успел почерпнуть в жизни.
— Вас зовут Юйцзюань, не так ли? — тихо спросил он. — Как вы прекрасны! И как похожи на меня! А почему бы нам не пожениться? — С этими словами он нагнулся к самой воде, словно хотел выловить отражение красавицы.
Слова юноши породили в душе девушки радость. Она с большим удовольствием протянула бы ему руку, ответила бы взаимностью, презрев суровые запреты. Но могла ли она себе позволить преступить приличия? Робость сковала ее уста. Чувства, теснившиеся в груди, выразились лишь в легкой улыбке.
Ветреник Чжэньшэн владел особым секретом обольщения. Заигрывая с женщиной, он вовсе не ждал от нее немедленного согласия. Вполне достаточно было лишь улыбки. Если алые уста разомкнулись — это добрый знак. Отражение в воде как бы говорило о том, что
юношу ожидает пояс согласия28.
С этого дня юноша и девушка постоянно искали удобный случай, чтобы прийти к пруду, где они, будто спасаясь от жары, могли насладиться прохладой. Они старались приходить туда без слуг и служанок и, облокотясь на резные перила павильона, вели задушевный разговор. Впрочем, говорил обычно только Чжэньшэн, а девушка молчала. Но даже в малозначительных фразах она так хорошо умела выразить свои чувства, что молодой человек понимал ее с полуслова. Иногда девушку охватывал страх. Что, если их разговор услышат родители? Ее наверняка побьют, а глядишь, и лишат жизни.
Уважаемый читатель, ты только что прочел первую главу нашей истории, где рассказывалось о том, как слились воедино отражения двух молодых людей. Если хочешь узнать, что случилось потом, прочитай следующую главу, где многое разъяснится.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Родитель, выслушав брань, решил сделать доброе дело; отвергнутую деву охватывает любовный недуг
Рассказывают, что влюбленные после памятного дня не раз встречались и беседовали друг с другом и, глядя на отражения в воде, с досадой думали о высокой стене, их разделявшей. Однажды девица Юйцзюань, плененная демоном сна, поднялась позже
обычного — в час «сы»29. Наспех умывшись и едва уложив волосы, она поспешила к пруду, но, увы, знакомого отражения в воде не увидела. Видно, юноша, не дождавшись ее, ушел. И тут вдруг ей показалось, будто к ней кто-то сзади подходит. Обернулась — двоюродный брат Чжэньшэн. Нет, не какое-то там отражение, а сам человек во плоти. Широко раскинув руки, он приближался к ней с намерением заключить ее в объятия. Как он здесь оказался? А
произошло это так. Чжэньшэн, обуреваемый страстным желанием «умыкнуть аромат»30, перебрался вплавь через пруд и, затаившись в укромном месте, ждал удобного момента. Юйцзюань, надо вам сказать, не отличалась смелостью и очень боялась, как бы кто-нибудь не услышал их беседы. И вдруг юноша средь белого дня появляется на их половине! Любовное свидание с мужчиной! Стыд и срам! Чего доброго, еще обвинят в блуде!
— Ай-я! — испуганно вскрикнула красавица и бросилась прочь.
Целых пять дней после этого случая не появлялась она в павильоне у пруда. Уважаемый читатель! Да будет тебе известно, что в доме Гуаня царили суровые
порядки, и обитательницы женских покоев проявляли большую осмотрительность. В противном случае Чжэньшэн и Юйцзюань давно впали бы в блуд.
Бегство красавицы привело юношу в смятение. Он прыгнул в воду, думая сейчас лишь об одном — как побыстрее убраться восвояси. К слову заметим, что девица Юйцзюань вовсе не хотела прогонять юношу. Она просто испугалась, а когда пришла в себя, почувствовала жалость и раскаяние. Она быстро сочинила стихи, вложила листок в бутон цветка, а бутон
28Пояс согласия — образ брачного союза.
29Час «сы». — В старом Китае сутки делились на двенадцать отрезков по два часа. Каждый отрезок обозначался особым циклическим знаком, и каждому соответствовало животное китайского зодиака. Час «сы» — с 9 до 11 ч. утра.
30«Умыкнуть аромат» — поэтический образ запретной любовной встречи, тайного свидания.
завернула в лист лотоса, чтобы не промок в воде. В следующую встречу, увидев отражение юноши, она опустила послание в воду.
— Этот цветок предназначен тому, кто находится на том берегу! — проговорила она. Чжэньшэн, вне себя от радости, выбежал из павильона и устремился к воде. Схватив
лист лотоса, он развернул его и в нем нашел стихотворение:
«Колышутся воды, зеленые воды, Душе навевая сладкую дрожь.
Но молви, молви, бесплотный призрак: Когда же ты образ живой обретешь? Нет, я цветка избегать не стану, Хочу отраженье его разглядеть.
Но только боюсь: цветок колыхнется — Начнет «золотой колокольчик»31 звенеть».
Ошалевший от счастья, юноша сей же миг сочинил ответное стихотворение, вложил его в свернутый трубкой лист лотоса и положил на воду.
Вот что он написал девушке:
«Глядеть, как блестит на воде отраженье, Весенним утром нравится мне, Но в это утро мне показалось:
Цветком я любуюсь в волшебном сне. Хотел бы сейчас прикоснуться к плоти, Что лилий нежней и нефрита белей, Приблизиться к той красоте чудесной, Приникнуть к ней без лишних речей».
Прочитав послание, девица сразу же поняла, что любовная страсть Чжэньшэна, как говорится, долетела до самого неба. Презрев смертельную опасность, он несомненно снова попытается пробраться к ней. Дабы отвратить беду, Юйцзюань написала ему короткое послание на листке узорчатой бумаги — всего несколько строчек бисерным почерком: «Вы появились вдруг, и я убежала в страхе. Если появитесь вновь, меня ожидает беда. Мой родитель и ваш совсем не похожи нравом. Потому нас обоих ждет смерть! Будьте осторожны!»
Получив столь решительный ответ, юноша не дерзнул более прибегать к игривым намекам, но со всей искренностью, на какую был способен, стал предлагать девушке стать его супругой. В одном из писем он написал: «В вашем доме царят строгие правила, а
потому витает уныние, подобное тому, какое былое царстве Ци 32. Ваши слова пронизаны холодом, и мне кажется, что вы собираетесь нарушить наш союз в тутах 33. Но если
31...Начнет «золотой колокольчик» звенеть. — «Золотой колокольчик» — название насекомого, наподобие сверчка. Вся фраза являет собой метафорулюбовных встреч.
32Царство Ци — одно из удельных княжеств в старом Китае. Очевидно, имеется в виду история, рассказанная в древней книге «Лецзы», где говорится о человеке из Ци, боявшемся, как бы небо не рухнуло на землю.
33Союз в тутах — любовное согласие, свиданье. Образ восходит к «Книге песен», где говорится о свиданье в тутовнике.