5 Задание.

ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Вопросы психологии - 2002

27–28 июня 2002 г. в Бийске состоялась Всероссийская научно-практическая конференция «Дифференциальная психология: проблемы и перспективы» (председатель оргкомитета — С. И. Кудинов), организованная факультетом психологии Бийского педагогического университета и Региональным центром научно-прикладных исследований психологии.

Проблематика конференции включала в себя обсуждение актуального состояния отечественной дифференциальной психологии и перспективных направлений ее развития. В пленарном и секционном заседаниях приняли участие представители основных направлений, занимающихся исследованием индивидуальных различий, из Москвы, Перми, Екатеринбурга, Новосибирска, Томска, Барнаула и Бийска.

На пленарном заседании были представлены доклады, обобщающие экспериментальные исследования научных коллективов.

В докладе М. С. Егоровой И О. В. Паршиковой (Москва) были продемонстрированы возможные подходы к исследованию вариативности развития. Понимание причин индивидуальных различий процесса развития требует особой методологии, заключающейся в междисциплинарном подходе к проблеме развития, в частности, в анализе совместного влияния разноуровневых характеристик (от генетически обусловленных до социальных) и применения методов дифференциальной психологии (от группового до индивидуального). Возможности такого подхода были продемонстрированы двумя эмпирическими исследованиями. Одно из них выполнено в контексте генетики поведения и включает в себя анализ изменений генотип-средовой обусловленности психологических признаков в зависимости от социального контекста развития, второе представляет собой качественный анализ развития разных социальных групп, принадлежащих к одной и той же возрастной когорте.

Доклад А. И. Крупнова (Москва) был посвящен возможностям анализа целостной индивидуальности. На примере двух базовых характеристик индивидуальности (активности и саморегуляции) была продемонстрирована иерархическая структура психологического признака, включающая в себя природные задатки, психодинамические и содержательные характеристики (отношения, мотивы и эффективность их осуществления). Предложенная модель выделяет ту систему координат, которая позволяет наиболее полно отразить индивидуальность человека как на различных ее уровнях, так и в целом.

В докладе М. К. Кабардова (Москва) рассматривалась взаимосвязь фундаментальных и прикладных задач современной дифференциальной психологии и психофизиологии. Автором были представлены научно-теоретическая база дифференциально-психофизиологических исследований, перспективные направления, сохраняющие преемственность научной парадигмы, разработанной в школе Теплова — Небылицына, и показаны возможные направления практико-ориентированных исследований, касающихся, в частности, проблем дифференцированного обучения, профессиональной ориентации, самоопределения и самопознания личности. Основной тезис — необходимость дифференциально-психологического и психофизиологического анализа проблемы способностей (наряду с созданием инновационных образовательных технологий) — был проиллюстрирован экспериментальными исследованиями,

Посвященными индивидуально-типическим характеристикам обучения родному и иностранному языку.

Е. Р. Слободская (Новосибирск) проанализировала сравнительную прогностическую значимость различных моделей личности и темперамента. Ее исследование было посвящено изучению приспособленности подростков в условиях современной России. В качестве критериев приспособленности выступили школьная успеваемость и психическое здоровье. Индивидуально-психологические особенности (темперамент и базовые свойства личности) и социально-экономические условия рассматривались как внешние и внутренние факторы риска и защиты. Результаты работы продемонстрировали информативность

Модели личности М. Уиндли и модели темперамента Дж. Грея.

Г. Г. Князев (Новосибирск) в своем выступлении, посвященном физиологическим коррелятам личностных различий, отметил, что одна и та же физиологическая конституция может способствовать разным поведенческим паттернам и приводить к разным последствиям в зависимости от конкретных условий. Для оценки особенностей личностной сферы использовались опросники Грея–Уилсона (на основании этого были получены оценки систем торможения и активации поведения) и Г. Айзенка. Эти оценки сопоставлялись с рядом параметров ЭЭГ. Автор пришел к выводу, что таламо-ретикулярное нисходящее торможение определяет различие по одной из координат (стабильные экстраверты — нестабильные невротики). В остальных различиях личностной сферы не было обнаружено связей с использованными психофизиологическими параметрами.

Е. А. Силина (Пермь) представила результаты исследования индивидуальных особенностей и межличностных отношений дошкольников из многодетных семей. Сопоставив интеллектуальные характеристики и школьную успеваемость с разноуровневыми свойствами интегральной индивидуальности, она показала, что единственные в семье дети и дети из многодетных семей различаются по структуре связей интеллекта с психодинамическими и личностными свойствами, а также со свойствами социального уровня. Отобрав детей с высоким интеллектом (и единственных, и из многодетных семей), она выявила ряд личностных особенностей, отличающих их от детей с более низким интеллектом. Данные особенности включали в себя, в частности, бОЛьшую активность и жизнерадостность, склонность к риску, меньшую тревожность.

С. И. Кудинов (Бийск) рассмотрел индивидуальные особенности адаптации осужденных подростков к условиям содержания в специальном учреждении, а также этапы и способы адаптации и формы проявления дезадаптации.

В секционных заседаниях, проведенных под руководством С. И. Кудинова, А. И. Крупнова, М. С. Егоровой, Н. Ф. Шляхта, были представлены результаты более частных экспериментальных работ. Следует отметить ориентацию докладчиков (О. А. Сычева, Т. А. Гусевой, Е. В. Базаркиной, Н. А. Першиной, В. А. Сарычева И других) на многоуровневый анализ индивидуальности, присутствующий в работах, связанных как с исследованием структуры психологических свойств, так и с групповым сопоставлением (например, с изучением психологических особенностей представителей разных национальностей).

Обсуждение проблем и перспектив дифференциальной психологии на «круглом столе», ведущими которого были М. К. Кабардов И С. И. Кудинов, не могло не коснуться традиционной проблемы — места дифференциальной психологии (по своей сути.

Связанной с анализом частного и конкретного) в системе психологического знания, ориентированного преимущество на изучение общих закономерностей. Однако основное содержание выступлений и дискуссии было посвящено анализу современного состояния дифференциальной психологии — соотношению дифференциально-психологических и дифференциально-психофизиологических исследований; возможностям интеграции с мировыми исследованиями индивидуальных различий; проблеме соотношения фундаментальных и прикладных исследований; разрешающей способности методов, используемых при изучении индивидуальных различий; необходимости анализа понятийного аппарата (в частности, единиц измерения индивидуальных различий, соотнесения таких понятий, как «личность», «индивидуальность» и «субъектность», и т. д.). Подводя итог дискуссии, М. К. Кабардов Отметил, что развитие отечественных исследований индивидуальных различий, а также адекватное отражение представлений о дифференциальной психологии и психофизиологии в системе психологического образования требует не только авторских (имеющихся в настоящее время), но и федеральных программ. М. С. Егорова, М. К. Кабардов, А. И. Крупнов