2. Равновесие на товарном рынке.

Понятие потребления и сбережения: сущность и графическое отображение. Равновесный объем национального производства в кейнсианской модели. Инвестиции и доход. Эффект мультипликатора. Взаимосвязь модели совокупного спроса – совокупного предложения и кейнсианского креста.

Распределение дохода на потребление и сбережения

 Потребление (С – consumption) – это индивидуальное и совместное использование потребительских благ, направленное на удовлетворение материальных и духовных потребностей людей. В стоимостной форме потребление – это сумма денег, которая расходуется населением на приобретение товаров и услуг:

Сбережение (S – saving) – это потребление, перенесенное на будущее, т.е. часть дохода, которая не потребляется в настоящее время:

 

,                                               (1)

 

где Y – доход общества.

Рассмотрим более подробно эту проблему.

Существует три следующих ниже мотива, которые объясняют, почему доход больше потребления или почему существуют сбережения:

1) нивелирование потребления во времени;

2) формирование богатства;

3) наличие процентной ставки.

Рассмотрим подробно эти мотивы.

Нивелирование потребления во времени

В рыночной экономике величина дохода подвержена колебаниям во времени. Но это, отнюдь, не означает, что аналогичные колебания совершает и потребление. Напротив, величина потребления более или менее постоянна.

Проиллюстрируем возможное изменение дохода y_t в период времени t₀T (рис. 10). Предположим, что экономический агент полностью зависит от получаемого дохода в период t₀T. При этом его потребление C_t  во времени не совпадает с изменением дохода y_t, а тяготеет к некому постоянному уровню.

 

 

Рис. 10. Изменение во времени дохода и потребления

 

Пусть доходы экономического агента за период t₀T равны расходам, т. е. суммарные сбережения равны нулю. Таким образом, экономический агент может переживать такие периоды времени, когда его доходы превышают величину расходов и, наоборот, когда его расходы больше, чем доходы. Причем эти отклонения в итоге должны уравновешивать друг друга, если экономический агент живет по средствам.

Представим теперь, что рассматриваемый период t₀T равен человеческой жизни (рис.11). Именно такой случай исследован учеными Андо иМодильяни на основе их «гипотезы жизненного цикла» В качестве субъекта ими был использован “экономический человек”, модель которого в свое время была сформулирована А. Смитом. Экономический человек обладает симметричной информацией, то есть знает про себя все: сколько лет проживет, каким будет его меню и пр. Он эгоист. Он ничего после себя не оставляет: ни долгов, ни сбережений, все потребляет сам. Данный выбор модели был не самым лучшим, и большая часть критики пришлась именно на эту часть работы при присуждении Нобелевской премии авторам.

Поток дохода Y_t экономического человека минимален в начале и в конце жизни. На этих двух отрезках времени доход экономического агента меньше потребления. В зрелые годы величина дохода поднимается и превышает потребление, т. е. сберегается и служит основой существования в пассивный период времени. В общем же за время человеческой жизни совокупные сбережения равны нулю, т. е. экономический агент полностью потребляет свой доход на протяжении жизни.

Проиллюстрируем эту концепцию на примере.

 

 

Рис. 11. Иллюстрация гипотезы жизненного цикла

 

Пусть Т_раб – ожидаемый период трудовой активности экономического агента; Т_пас – ожидаемый пассивный период жизни (нетрудовой возраст);  Т – текущий срок трудовой жизни; W – ожидаемый среднегодовой заработок за весь период трудовой активности; С – среднегодовой объем потребления; S – среднегодовой объем сбережений.

Чтобы сохранять в течение всей оставшейся жизни примерно одинаковый уровень благосостояния, экономический агент должен потреблять так, чтобы заработанного в течение периода Т_раб хватило бы на период Т_раб + Т_пенс, т. е. среднегодовое потребление С составит Т_раб /(Т_раб + Т_пенс) от среднегодовой заработной платы W:

 

                         .                                       (2)

 

С другой стороны, среднегодовое сбережение, равное среднегодовому доходу минус среднегодовое потребление, составит:

 

.                 (3)

 

Допустим, экономический человек в начале своей трудовой жизни (20 лет) рассчитывает прожить еще 60 лет, т. е. примерно до 80 лет, и в 60 лет прекратить трудовую деятельность. Пусть ожидаемый им среднегодовой заработок равен 50 тыс. руб. Сколько в таком случае он может позволить потреблять себе ежегодно? Итак: Т_раб = 40 лет; Т_пенс = 20, отсюда среднегодовое потребление экономического агента составит:

Таким образом, экономический человек должен ежегодно сберегать  16,67 тыс. руб. (50,00 – 33,33) для того, чтобы в оставшиеся 20 лет по-преж­нему ежегодно не снижать уровень потребления.

Теперь несколько усложним условия. Рассчитаем, к примеру, потребление экономического человека на сороковом году жизни. К этому сроку он уже отработал 20 лет, т. е. скопил (50,0000 – 33,3333) 20 = 333,33 тыс. руб., которые составили его фонд имущества W. За оставшиеся 20 лет трудового стажа он должен заработать себе «на старость» еще столько же, или W(Т_раб – Т), где Т– текущий год трудовой жизни, Т = 20.

Таким образом, можно вывести формулу определения объема потребления согласно концепции жизненного цикла на любой год:

 

             .                  (4)

 

Здесь МРСv = 1/(Т_раб + Т_пенс – T) – предельная склонность к потреблению от имущества, a МРCw = (Т_раб – Т)/(Т_раб + Т_пенс – Т) – предельная склонность к потреблению от заработной платы.

Если подставить в данную формулу новые данные, то получим, что и на сороковом году своей жизни годовой фонд потребления экономического человека составит 33,33 тыс. руб. Действительно: С = 0,025 ´ 333,33 + 0,5 ´ 50 = = 33,33 тыс. руб.

Формирование богатства

До сих пор мы предполагали, что экономический человек формирует свое потребление таким образом, чтобы сумма отклонений сбережений от дохода равнялась нулю. Однако весьма вероятно, что он предпочтет, чтобы его доходы в целом превышали расходы, дабы иметь возможность создать более или менее солидное богатство W. Богатство создается по мотивам престижа, власти, независимости, предосторожности, образования, наследства и т. п.

 

 

Рис. 12. Формирование постоянного богатства W

 

Рассмотрим случай, когда экономический человек формирует свое потребление таким образом, чтобы создать богатство W (рис. 12). Эта иллюстрация весьма напоминает рис. 2, разница лишь в том, что новая линия потребления C_1t расположена ниже первоначальной C_t. В результате возникают дополнительные сбережения, которые и формируют богатство W.  Величина этого богатства равна площади четырехугольника, заключенного между линиями потребления C_t и C_1t в рассматриваемом отрезке времени t₀T. Таким образом, создание богатства требует от экономического агента определенного снижения своего текущего потребления.

Наличие процентной ставки

До сих пор мы игнорировали существование финансовых рынков и процентной ставки (считали ее равной нулю).

Теперь рассмотрим, каким образом процентная ставка может повлиять на потребление и сбережение. Существование процентной ставки, а точнее дисконтирование будущего потребления, делает его менее значимым по сравнению с настоящим. Другими словами, замена настоящего потребления на равновеликое будущее невыгодна для экономического человека, так как сбережения в настоящем способны из-за наличия процентной ставки увеличить богатство в будущем. Это также стимулирует экономического человека к сбережению.

Следует различать номинальную и реальную ставку процента. Номинальная ставка процента i назначается банками по кредитным операциям. Реальная ставка процента r отражает реальную покупательную способность дохода, по­лучаемого в виде процента с учетом динамики цен π. Взаимосвязь номинальной и реальной процентной ставки описывается уравнением американского экономиста Ирвинга Фишера:

 Уравнение Фишера — уравнение, описывающее связь между темпом инфляции, номинальной и реальной ставками процента:

,

где   — номинальная ставка процента;

 — реальная ставка процента;

 — темп инфляции.

Уравнение показывает, что номинальная ставка процента может измениться по двум причинам:

• из-за изменений реальной ставки процента;

• из-за темпа инфляции.

Например, если субъект положил на банковский счёт сумму денег, приносящую 10 % годовых ежегодно, то номинальная ставка составит 10 %. При уровне инфляции 6 % реальная ставка составит только 4 %.

                            i = r + π, или r = i – π.                                     (5)

 

где π – темп инфляции.

При высоких темпах инфляции используется более точная формула для опре­деления реальной ставки процента:

 

.                                                 (6)     

 

При учете ожиданий формула Фишера модифицируется следующим образом:

i = r + π^е, где π^е – ожидаемые темпы инфляции.

Познакомимся с оптимальным распределением дохода между настоящим и будущим потреблением (теория межвременного выбора Ирвинга Фишера).

Ирвинг Фишер разработал модель, с помощью которой экономисты анализируют как рациональные субъекты осуществляют межвременной выбор, т. е. выбор между потреблением и сбережениями, или, что то же самое, между настоящим потреблением и будущим. Делая этот выбор, домашнее хозяйство исходит из своих настоящих доходов. При этом оно должно рассчитать доход, который предполагает получить в будущем, и оценить потребление товаров и услуг, которое сможет себе при этом позволить.

Принятие решения основывается, с одной стороны, на «объективных факторах»: настоящий и будущий доход, данная процентная ставка, а с другой – на «субъективных факторах»: функции полезности в настоящем и будущем.

Домашние хозяйства стремятся к повышению своего потребления. 

Однако они вынуждены исходить из имеющихся возможностей. Другими словами, по­требление людей ограничено уровнем их доходов, или бюджетным ограниче­нием.

На рис. 13 изображена линия бюджетного ограничения В₁В₁, расположение которой определяет объем настоящего дохода у₁ и потребления С₁, а также будущего дохода у₂ и потребления С₂. Угол наклона линии бюджетного ограничения определяется ставкой процента r. Домашнее хозяйство не может себе позволить выйти за пределы бюджетного ограничения (вне треугольника, формируемого осями координат и линией бюджетного ограничения). С другой стороны, и потребление, определяемое любыми точками внутри треугольника, не является оптимальным. Оптимум потребления следует искать на самой линии бюджетного ограничения.

 

 Рис. 13. Линия бюджетного ограничения в теории И. Фишера

 

В первом периоде сбережения S равны доходу за вычетом потребления:

 

S = у₁ – С₁.                                                                             (7)   

 

Во втором периоде экономический субъект живет за счет сбережений, осуществленных в первом периоде S, с учетом процентов на эти сбережения r, а также дохода второго периода:

 

C₂ = (1 + r)S + у₂.                                                                     (8)

 

Подставив уравнение 7 в уравнение 8, получим:

С₂ = (1 + r)(у₁ – С₁) + у₂.

Затем осуществим следующие преобразования. Во-первых, сведем все значе­ния потребления в левую часть уравнения, а все значения дохода – в правую:

(1 + r)С₁ + С₂ = (1 + r)у₁ + у₂.

Во-вторых, разделим обе части уравнения на (1 + r):

 

                          .                                        (9)

 

Мы получили уравнение межвременного бюджетного ограничения, которое определяет потребление и доход в двух периодах. Наклон линии бюджетного ограничения равен 1/(1 + r).

Любая точка на данной линии представляет собой одну из возможных комбинаций для настоящего потребления C₁ и для потребления будущего – С₂.

Первым экстремальным случаем будет такой, когда весь возможный доход потрачен на нынешнее потребление (т. е. С₂ = 0): в точке В₁ на оси С₁ весь доход складывается из дохода настоящего у₁ и стоимости дохода будущего: у ₂/(1 + r). Таким образом, потребление первого периода:

 

                            .                                          (10)

 

Второе экстремальное решение заключается в том, чтобы потратить весь доход на будущее потребление (C₁ = 0): это точка В₁ на оси С₂теперь весь доход слагается из настоящего дохода у₁, дохода по процентам rу₁ и дохода будущего у₂:

С₂ = (1 + г) у₁+ у_2.

Наконец, в любой точке, находящейся на линии бюджетного ограничения В₁В₁, соответствующее потребление равно соответствующему доходу:  С₁ = Y₁, а С₂ = Y₂. То есть, между этими периодами нет ни сбережений, ни заимствований.

Прямая пунктирная бюджетная линия B₀B₀ представляет собой гипотетиче­ский случай, когда ставка процента равна нулю:

С₁ + С₂ = у₁ + у_2.

Линия B₀B₀ является гипотенузой равнобедренного треугольника, длина каждой из сторон которого равна у₁ + у₂.

Итак, если процентная ставка равна нулю, то бюджетное ограничение показывает, что общее потребление за два периода равно суммарному доходу за эти периоды. Если же процентная ставка больше нуля, то потребление и доход дисконтируются на 1 + r.

Дисконтированием называется оценка будущих благ в нынешних (текущих) единицах измерения.

Так как потребитель получает процент на ту часть текущего дохода, которая переводится в сбережения, текущий доход имеет большую ценность по сравнению с будущим доходом. Это относится и к потреблению: будущее потребление стоит меньше по сравнению с текущим потреблением.

Известно, что оптимум потребления следует искать на линии бюджетного ограничения. Из курса микроэкономики мы знаем, что это делается при помощи кривых безразличия.

Кривая безразличия показывает варианты потребления в первый и второй пе­риоды, которые имеют одинаковую полезность или обеспечивают одинаковое благосостояние потребителя. Чем выше находится кривая безразличия, тем больший уровень полезности ей соответствует.

Как известно из курса микроэкономики, «нормальная» кривая безразличия выпукла к началу координат. Наклон кривой безразличия свидетельствует, сколькими единицами сегодняшнего блага мы готовы пожертвовать ради дополнительной единицы в будущем. Каждая новая единица снижения потребления в первом периоде вызывает все большее увеличение потребления в будущем периоде.

И наоборот, перемещаясь вдоль кривой безразличия влево, сегодняшнее по­требление возрастает, в то время как будущее – снижается. Кривая становится все круче, так как мы готовы поступиться все меньшим объемом завтрашнего по­требления в обмен на сегодняшнее. Наклон этой кривой безразличия в каждой ее точке демонстрирует «предпочтение во времени», т. е. оценку экономическим агентом настоящего и будущего потребления.

Предпочтение во времени измеряется предельной нормой замещения (MRS – marginal rate of substitution) настоящего и будущего потребления. Рассмотрим, как величина MRS демонстрирует готовность потребителя пожертвовать единицей настоящего потребления DC₁ в обмен на определенную величину будущего потребления DC₂, т. е. MRS = DC₁/DC₂ (рис.5).

Как видим (рис. 14), точка А демонстрирует «нейтральное» предпочтение во времени, потребление настоящее и будущее имеют одинаковую полезность. В данном случае величина MRS равна 1.

В точке В настоящее предпочтительнее будущего (MRS < 1), т. е. уменьшение потребления настоящего на одну единицу должно компенсироваться увеличением потребления в будущем, превышающим единицу, с тем чтобы экономический агент остался на прежнем уровне полезности.

 

 

Рис. 14. Изменение предельной нормы замещения

 

Точка D (в которой MRS > 1), демонстрирует «предпочтение будущего»: в ней снижение потребления экономического агента в настоящем должно быть компенсировано увеличением потребления в будущем в меньших масштабах при условии сохранения прежнего уровня полезности.

Итак, мы рассмотрели понятие бюджетного ограничения и формирование предпочтений потребителя. Выясним теперь, как осуществляется выбор оптимального потребления во времени. Чисто геометрически это происходит путем наложения на линию бюджетного ограничения множества кривых безразличия. Оптимальный выбор между настоящим и будущим потреблением достигается в точке касания М линии бюджетного ограничения с максимально доступной кривой безразличия (рис. 15).

 

Рис. 15. Оптимум межвременного потребления

 

В точке оптимума М наклон линии бюджетного ограничения касается кривой безразличия, т. е. MRS = 1/(1 + r).

 

Кейнсианская функции потребления и сбережений

 

К основным факторам, влияющим на потребление, относятся:

·     ставка процента;

·     количество денег в стране;

·     богатство домашних хозяйств;

·     ожидание изменения дохода;

·     реальное и ожидаемое изменение потребительских цен;

·     реклама;

·     демографические, психологические и многие другие факторы.

Настоящую революцию в исследовании потребления совершил Джон Кейнс, который связал потребление, прежде всего, с величиной текущего дохода:

С = С(у).

Проанализируем кейнсианские аксиомы потребления.

Первая кейнсианская аксиома потребления. Реальные потребительские расходы являются стабильной функцией реального дохода.

Тем самым Кейнс хотел подчеркнуть, что прочие факторы (процентная ставка, богатство, ожидания и пр.) либо несущественны, либо взаимно исключают друг друга.

Вторая кейнсианская аксиома потребления, или «основной психологический закон Кейнса»: «Люди склонны, как правило, увеличивать свое потребление с ростом дохода, но не в той же мере, в какой растет доход».

То есть при возрастании дохода у потребление С также увеличивается, но в целом отстает от увеличения дохода.

Используя известное понятие кейнсианской макроэкономики – предельную склонность к потреблению – МРС, можно определить угол наклона линии потребления к оси абсцисс в каждой данной точке. Предельная склонность к потреблению – это величина, на которую изменяется объем потребления при увеличении дохода на одну единицу:

.

Предельная склонность к потреблению – величина положительная – меньше единицы (0 < Cу < 1).

Если линия потребления прямая, то величина МРС постоянна, если же линия потребления выпукла, то МРС изменяется, постепенно уменьшаясь.

Третья кейнсианская аксиома потребления: предельная склонность к по­треблению (МРС) меньше средней склонности к потреблению (АРС).

Средняя склонность к потреблению (АРС – average propensity to consume) – это величина, равная отношению потребления С к доходу у при каждом данном значении дохода:

 

                                      .                                            (11)

 

Средняя склонность к потреблению демонстрирует угол наклона луча, исходящего из начала координат к данной точке на линии потребления.

Четвертая кейнсианская аксиома потребления: при низких уровнях дохода потребление С может превышать доход.

В этом случае АРС > 1, возникает расходование сбережений или так называ­емые «отрицательные сбережения» (dissaving).

Пятая кейнсианская аксиома потребления: с увеличением дохода величина АРС уменьшается, приближаясь к величине МРС.

Рассмотрим линейную функцию потребления (рис. 16): 

 

Рис. 16. Линейная функция потребления

 

С = С_а + С_у,

 

где С – текущее потребление, С_а – автономное потребление по отношению к доходу, т. е. потребление, независимое от величины дохода. В свою очередь, произведение С_уу можно назвать индуцированным потреблением, т. е. потреблением, зависящим от величины дохода.

Что касается АРС, то она определяется вложением:

 

                            .                                    (12)

 

Шестая кейнсианская аксиома потребления: предельная склонность к потреблению снижается с ростом дохода.

Проиллюстрируем эту ситуацию (рис. 17). Шестую гипотезу Кейнса, невозможно изобразить в рамках простой линейной функции.

         а                                                       б

 

Рис. 17. Средняя и предельная склонность к потреблению (линейная функция)

 

Поэтому в данном случае мы предлагаем вниманию относительно простую нелинейную функцию второй степени, полученную путем эмпирических исследований в 1971 г. Ральфом Хасби:

С = 506 + 0,92у – 0,000014у².

В данном случае предельная склонность к потреблению

С_у = 0,92 – 0,0028у.

То есть, здесь предельная склонность к потреблению сама по себе является линейной функцией по доходу, а значит, при росте дохода предельная склонность к потреблению снижается, а линия функции потребления имеет выпуклый вид (рис. 18).

 

 

Рис. 18. Линия функции потребления

 

По мнению Кейнса, в основе снижения МРС при росте доходов кроются, по крайней мере, две причины. Во-первых, при конъюнктурном подъеме экономической активности доходы предпринимателей растут быстрее, чем доходы домашних хозяйств. Однако МРС предпринимателей в целом ниже, чем МРС домашних хозяйств. Поэтому совокупная МРС имеет тенденцию к снижению. Во-вторых, при конъюнктурном спаде экономической активности (падение дохода) увеличивается доля безработных, живущих за счет пособий по безработице. Безработные же имеют наиболее высокий уровень МРС.

Мы знаем, что сбережения представляют собой отсроченное потребление, т. е. ту часть дохода, которая не потребляется в настоящее время. Простейшая функция сбережения в кейнсианской трактовке имеет вид

 

                                    S = –C_a + S_yy,                                              (13)

 

или

S = –C_a + (1 – C_y) y,

где S – объем сбережений в частном секторе; S_y – предельная склонность к сбережению, равная  . Мы уже знаем, что С + S = у, т. е. совокупный доход распадается на потребление и сбережение. Но и ΔС + ΔS = Δy. Отсюда легко доказать, что С_у + S_y = 1:

 

                ,                        (14)

 

тo есть C_y = 1 – S_y, и наоборот: S_y = 1 – C_y.

Например, имеются данные о функции потребления: С = 40 + 0,8y. Тогда легко изобразить соответствующую ей функцию сбережения: S = –40 + 0,2у.

Продемонстрируем взаимозависимость между потреблением и сбережением графически (рис. 19).

Для построения данного графика отложим на горизонтальной оси абсцисс величину дохода (у), а на оси ординат – величины дохода, потребления и сбережения (у, С, S). Изобразим теперь данную линию потребления:

С = С_а + MPCy,

а также биссектрису. Каждая точка биссектрисы отвечает условию:

y = С + S.

В точке А (пересечение линии потребления с биссектрисой) величина дохода равна у₀, а величина сбережения равна нулю. Данная точка называется точкой «нулевого сбережения».

При доходе, меньше у₀, линия потребления выше биссектрисы, т. е. линии дохода. Это означает, что в зоне 0 – у₀ общество живет не по средствам: у < С. Например, в точке А' потребление общества превышает его доходы на величину А' – а' («отрицательное сбережение»). При таком доходе общество вынуждено жить в долг. Отметим при этом, что А' – а' равно В' – b'.

При доходе, больше у_о, линия потребления расположена ниже биссектрисы (доход), а это означает, что общество живет по средствам и создает сбережения S. Например, в точке А" доход общества превышает потребление, а величина сбережения равна А" – а", при этом А" – а" равно В" – b".

При нулевом доходе общество вынуждено жить только за счет автономного потребления С_а.

 

 

Рис. 19. Взаимозависимость простейших кейнсианских функций потребления и сбережения

 

Построение линии сбережений. Для построения линии сбережений необходимо знать две точки. Для этого спроецируем точку «нулевого сбережения» (А) на ось абсцисс и получим точку «нулевого сбережения» (В) на будущей линии сбережения.

Вторую точку линии сбережений легко найти на оси ординат: при нулевом доходе потребление равно автономному, т. е. чтобы потреблять, неизбежно приходится «проедать» прошлые сбережения или брать в долг.  Вторая точка линии сбережения откладывается на оси ординат на расстоянии С_а и имеет отрицательное значение. Соединим две точки (В и –С_а), и получим искомую линию сбереже­ния: S = –С_а + S_y у. При этом обратим внимание на то, что если наклон линии потребления к оси абсцисс, равный  , соответствует величине предельной склонности к потреблению, то наклон линии сбережения, равный  , соответствует величине предельной склонности к сбережению. При этом tgα + tgβ = 1, т. е. соответствует углу в 90°.

Вернемся к составной части кейнсианской модели. А именно к предельной склонности к потреблению (МРС, или С_у), но в нашем случае мы исходим из того, что потребление есть функция от дохода и предельной склонности к сбережению (MPS, или S_y). Как мы знаем, основные свойства этих категорий следующие (табл. 1).

 

Таблица 1- Основные свойства С_у и S_у

 

1	2	3	4	5
		Су + Sy = 1	0 < Су < 1	0 < Sy < 1

 

Интенсивное исследование природы этих категорий началось уже в 1940-е гг. В большинстве учебников эти свойства не подвергаются сомнению.

Так, в 1957 г. Милтон Фридмен опубликовал работу по итогам исследования МРС и АРС в США за 60 лет. Результаты приведены в табл. 2.

 

Таблица 2- Итоги исследования МРС и АРС в США за 60 лет

 

Изменение предельной склонности к потреблению и средней склонности потребления в США	Исследовательская выборка	Средний доход, у.е.	МРС	АРС	Среднее потребление при доходе  2000 у.е.
Годы
1880–1890	Семьи с трудовыми  доходами	682	0,67	0,90	1610
1900	Семьи с трудовыми  доходами	651	0,68	0,92	1565
1917–1919	Семьи с трудовыми  доходами	1513	0,78	0,91	1735
1935–1936	Городские семьи	1952	0,73	0,89	1880
1941	Городские семьи	2865	0,79	0,92	1930

 

Как видим (табл. 2), величина предельной склонности к потреблению за исследуемый период (1880–1941 гг.) колебалась между 0,67 и 0,79, а величина средней склонности к потреблению – от 0,89 до 0,92. При этом неизменно МРС < АРС.

Однако, если два первых свойства MRC и MRS (табл.4.1) безусловны и носят характер аксиом, то три последних вызывают следующие вопросы:

• действительно ли сумма MRC и MRS всегда равна единице?

• действительно ли всегда 0 < MRC < 1?

• действительно ли всегда 0 < MRS < 1?

Многочисленные эмпирические исследования это опровергают.

 Эдвард Шапиро на основании этих данных делает вывод, что экономическое развитие США с 1929 по 1972 г. разбивается на три периода, каждый из которых имеет собственную функцию потребления со «сглаженной» МРС:

1) 1929–1940 гг.: С = 22,6 + 0,79у;

2) 1947–1959 гг.: С= 10,8 + 0,88у;

3) 1960–1972 гг.: С = 21,6 + 0,86у.

О том, что величина МРС < 0 имела место в условиях войны, писал еще Дж. Кейнс. Однако это справедливо только для США, которые баснословно наживались на военных поставках и ВВП, которые во время войны росли быстрее личного потребления населения  . Для стран же, несущих все тяготы военного времени, такая зависимость весьма сомнительна.

Возможность МРС ≥ 1 проявляет себя в период кризисов (предполагается, что в период кризисов доход сокращается быстрее потребления). 

Мы проверили это на примере развития российской экономики за 1990-е гг.

 

Кейнс считал, что предельная склонность к потреблению в условиях нормальной экономической конъюнктуры является более или менее постоянной величиной. Однако выводы Кейнса не распространяются на аномальные условия.

Потребление колеблется от 60 до 90 % в большинстве развивающихся стран и составляет от 45 до 65 % совокупного спроса в подавляющем ряду стран с высокими доходами.

Таким образом, если между доходом и предельной склонностью к потреблению существует обратная зависимость, то логично допустить, что в процессе экономического цикла предельная склонность к потреблению совершает колебания, обратные амплитуде изменения ВВП.

Если амплитуда делового цикла не превышает нормы, то изменения и величины предель­ной склонности к потреблению не выходят за рамки примерно 0,5 < С_У < 0,9. Если же кризисные явления катастрофичны, то С_у приближается к 1 и далее превышает ее значение. Когда текущее потребление превышает доход, то оно может образовываться либо за счет займов, либо за счет ранее накопленного богатства.

Предельная склонность к потреблению в России продемонстрировала аномаль­ные отклонения в 1995 и 1998 гг. Чем это было вызвано? Наиболее очевидной является ситуация августа 1998 г. – коллапс, вызванный авантюрой с ГКО, крахом рынка ценных бумаг и четырехкратным падением курса рубля. Во время событий августа 1998 г. мгновенному разорению подверглось большинство держателей ценных бумаг и вкладчиков. Финансовая паника привела к тому, что население стремилось любой ценой конвертировать остающуюся в руках рублевую массу в товары (так как возможности превратить рубли в валюту практически не было). Во время августовской паники цены на многие товары выросли в 10 раз и более.

Ситуация 1995 г. не столь ярко выражена и очевидна. Однако и здесь можно выделить ряд причин, приведших к аномальному увеличению потребления.

Во-первых, это последствия финансового кризиса конца 1994 г., когда только за один день курс рубля упал более чем на 20 %.

Во-вторых, резкое обострение внутриполитической обстановки в стране (события в Чечне, подготовка к президентским выборам). К примеру, перед президентскими выборами СМИ проводили активную политику запугивания населения «возвращением коммунистов». Это, в частности, привело к небывалому ажиотажу на рынке недвижимости и т. п.

Кроме того, на протяжении 1990-х гг. в России функция потребления составляла: С_у + S_y > 1.

В чем причина этого превышения? Объяснение может заключаться в следующем.

1. Российская экономика – незамкнутая система. Поэтому в определенной мере упомянутое превышение может быть плодом внешних заимствований.

2. Данное превышение может быть следствием отмывания части доходов в теневом секторе и перекачки этих средств в легальную экономику.

3. Большое значение имеет перемещение из «сектора богатства» (V = 25) в потребление, особенно во время обострения кризиса.

   Неоклассическая функция потребления

 До сих пор мы рассматривали функцию потребления как функцию дохода (и богатства). Но такой подход отражает кейнсианское мировоззрение. 

У классиков и неоклассиков, извечных оппонентов  всего кейнсианского, естественно, имеется своя точка зрения на природу потребления.

Классики (т. е. последователи А. Смита и Дж.Ст. Милля) считают, что только ставка процента определяет объем совокупного потребления. 

Согласно их логике: у = С + S. При этом сбережение S находится в прямой зависимости от ставки процента, а потребление С – в обратной.

Неоклассики (последователи А. Маршалла) солидарны с классиками в том, что ставка процента определяет потребление. Но считают, что важное воздействие на потребление оказывает также и категория богатства.

Особенность неоклассической функции потребления сводиться к тому, что она построена на концепции эндогенности дохода (в модели кейнсианцев доход является экзогенной величиной). Исходя из критерия максимизации полезности в неоклассической модели экономический субъект сам определяет, какова будет величина его дохода, посредством распределения своего календарного времени на рабочее и свободное.

Доход экономического субъекта складывается из двух компонентов: дохода от труда WТ и дохода от имущества V:

 

Y = WТ + V,

 

где W – ставка заработной платы, Т – рабочее время, V – доход от имущества, равный доходу от прежних сбережений: V = (1 + r)S₀.

Предполагается, что на рынке труда существует полная занятость и что экономические субъекты не встречают никаких ограничений на рынке труда при устройстве на работу. Экономический субъект должен определить, сколько времени он должен посвятить труду Т и тем самым сформировать свой доход Y. На решение проблемы о количестве рабочего времени воздействуют два фактора: 1) бюджетное ограничение, 2) ограничение календарного времени К. Что касается календарного времени, то оно равно:

К = Т + F,

где К – календарное время; Т – рабочее время; F – свободное время.

 

Функция полезности, которую экономический субъект предполагает максимизировать, задается уравнением

.

где F = K – N; y = W N + S₀(1 + r).

 

В случае повышения процентной ставки в данной модели линия бюджетного ограничения не поворачивается, а перемещается вверх вместе с процентной ставкой. То есть при повышении процентной ставки рабочий, не изменяя количества труда, может увеличить свой доход. Более того, он может уменьшить количество труда (антиблаго), но увеличить доход.

Оптимальное распределение дохода между потреблением и сбережением в концепции неоклассиков базируется на теории межвременного выбора  И. Фишера, т. е. зависит от процентной ставки.

Как и классики, неоклассики считают, что при росте ставки процента экономический субъект будет стремиться меньше потреблять в текущем периоде (а сберегать больше), чтобы больше потреблять в периоде будущем: потребление в текущем периоде С будет обратно пропорционально ставке процента, а сбережение (или потребление в будущем – S) – прямо пропорционально. Однако, кроме процента, на потребление влияет объем богатства.