Глава 1. Доказательства.

§ 1. Соотношение назначения уголовного судопроизводства и доказательственного права. Теория доказательств. Значительную часть науки об уголовном судопроизводстве во все времена и во всех правовых системах составляет наука об установлении фактических обстоятельств по делу, о средствах, которые закон разрешает использовать для установления (или опровержения) фактических обстоятельств прошлого события и формирования убеждения суда в виновности или невиновности лица. Все эти знания составляют теорию судебных доказательств. Работы по теории доказательств составляют значительную часть работ в науке уголовного судопроизводства1. Для того чтобы выполнить назначение уголовного судопроизводства, необходимо: установить, имело ли место событие, по поводу которого было возбуждено уголовное дело; кто совершил преступные действия (бездействие); виновность обвиняемого и мотивы преступления, а также другие обстоятельства, характеризующие происшедшее событие и личность обвиняемого. В ходе производства по делу может быть установлено, что событие не имело места или что обвиняемый не причастен к совершению преступления. Сложность установления обстоятельств события преступления и виновности лица, совершившего преступное действие (бездействие), состоит в том, что обстоятельства расследуемого события имели место в прошлом, они не могут быть воспроизведены повторно. Поэтому знание о фактах происшедших в прошлом событий может быть получено путем восстановления картины события на основе тех сведений об этом событии, которые остались в объективном мире. Это может быть сообщение очевидцев, документы, предметы, которые служили орудиями преступления или сохранили следы преступления, и др. Познание обстоятельств уголовного дела осуществляется путем, который в философской литературе именуется ретросказанием и определяется как «процедура опосредованного выводного получения знаний о настоящих или других прошлых предметах». Именно следы отражения прошлого события в памяти людей, на предметах, в документах несут сведения, которые являются тем объективным материалом, на котором основывается ретросказательное исследование и формируются его выводы (например, в истории, археологии и др.), а также в уголовном процессе. При этом исследование и установление обстоятельств прошедшего события в каждой из областей знаний имеет свои особенности и методики познания. Особенность опосредованного познания в уголовном процессе состоит в том, что, в отличие, например, от исторического исследования, оно происходит в строго определенных законом порядке, процедуре с использованием только указанных в законе средств, которые должны отвечать определенным в законе требованиям. Установление фактических обстоятельств дела составляет сердцевину всей уголовно-процессуальной деятельности, поэтому значительная часть норм уголовно-процессуального закона регулирует средства и порядок (процедуру, форму) установления фактических обстоятельств дела. Эти нормы содержатся и в «общих положениях» УПК (гл. 10, 11), и в разделах УПК, регулирующих производство по делу в той или иной стадии, в том числе правила собирания, проверки и оценки фактических данных о расследуемом событии. Доказательственное право — часть уголовно-процессуального права состоящее из норм уголовно-процессуального права, устанавливающих, что может служить доказательством по делу, круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, правила собирания, проверки и оценки доказательств, выполнение обязанности доказывания. В гл. 10, 11 УПК указан круг обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу (ст. 73), дано понятие доказательств (ст. 74), определены способы их собирания (ст. 86), сформулированы правила оценки доказательств (ст. 88), названы субъекты, на которые возложена обязанность доказывания (ст. 14), определены виды доказательств. УПК регламентирует порядок доказывания в различных стадиях уголовного процесса и по отдельным категориям дел. Нормы о доказательствах и доказывании неразрывно связаны со всеми нормами уголовно-процессуального права, определяющими назначение судопроизводства и его принципы, полномочия государственных органов, права, обязанности и гарантии прав участников процесса, порядок производства следственных и судебных действий, требования, которым должны отвечать решения, принимаемые в уголовном процессе. Теория судебных доказательств, как часть всей науки об уголовном процессе, имеет предметом изучение методологических и правовых основ познания в уголовном процессе; раскрывает фактическую и логическую природу доказывания, правовые свойства доказательств: относимость и допустимость доказательств, предмет и пределы доказывания, процесс доказывания как практическую и мыслительную деятельность, исследует теоретические основания и практическое значение классификации доказательств, природу отдельных видов доказательств, особенности доказывания в различных стадиях процесса и пути обеспечения достоверности выводов по делу. В науке о доказывании в уголовном процессе широко используются достижения различных наук, в том числе криминалистики, судебной экспертизы, логики, психологии, судебной медицины, психиатрии и др. Предметом теории доказательств являются не только нормы доказательственного права, но и практика их применения, что способствует развитию теории доказательств и совершенствованию следственной и судебной деятельности. Теория доказательств изучает общие закономерности образования, восприятия и передачи доказательственной информации: механизм отражения следов преступления в окружающем мире, перенос информации об обнаруженных следах преступления в материалы уголовного дела. Познание этих закономерностей позволяет понять смысл норм доказательственного права и тем самым обеспечить их правильное применение в следственной и судебной практике, что должно способствовать выполнению назначения уголовного судопроизводства. Следует обратить внимание на то, что наибольшее число допущенных в следственной и судебной практике ошибок связано с односторонностью или неполнотой исследования обстоятельств дела, нарушением правил собирания доказательств, неправильной оценкой доказательств, что влечет за собой принятие незаконных, необоснованных и несправедливых решений по уголовному делу.

Понятие доказывания в уголовном процессе по своему содержанию близко к пониманию логического доказательства и его структуре. В логике «доказательство» обозначает логическую операцию, в ходе которой обосновывается истинность какого-либо суждения с помощью других связанных с ним суждений проверенных наукой и практикой.

Преодолению этих негативных явлений в практике следственных органов и суда должно способствовать дальнейшее совершенствование доказательственного права и развитие теории доказательств, неразрывно связанной и опирающейся на достижения в различных областях науки и техники.

§ 2. Вопросы понимания истины в уголовном судопроизводстве. Практическая задача расследования, рассмотрения и разрешения уголовного дела состоит в том, чтобы установить обстоятельства дела в соответствии с тем, что имело место в действительности. Однако возложение обязанностей по выполнению этой задачи на участников судопроизводства определяется функциональным различием полномочий в уголовном процессе. Это означает, что государственные органы, должностные лица, действующие на стороне обвинения, обязаны использовать все предоставленные им процессуальные средства для обоснования доказательствами выдвинутого против лица обвинения. Обвиняемый презюмирует невиновным и не обязан доказывать свою невиновность. Суд в состязательном процессе исследует доказательства, представленные сторонами, и разрешает дело по существу. Полномочия суда отличаются от полномочий органов дознания, следователя, прокурора, а поэтому законодатель в УПК РФ в отличие от УПК РСФСР не ставит перед ними единой, общей задачи «принять все меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления» (ст. 3 УПК РСФСР), и не обязывает председательствующего в суде принимать меры «...к установлению истины...» (ч. 2 ст. 243 УПК РСФСР). Иное означало бы обязывать суд действовать в интересах стороны обвинения, так как для признания лица не причастным к преступлению и его оправдания достаточно неустранимых сомнений в его виновности и его оправдания. Основу такого решения составляет презумпция невиновности, а не установление истины по делу. Назначение уголовного судопроизводства, его принципы, в первую очередь презумпция невиновности и состязательность, объясняют отказ в УПК РФ от возложения на суд обязанности установить истину по делу. Обязанность доказывать виновность обвиняемого лежит на том, кто эту виновность утверждает, т. е. на стороне обвинения.

Поэтому нельзя согласиться с утверждением, что в новом УПК «не совсем логично воспринимается статус самого суда, его председательствующего в установлении истины по делу как ведущей цели правосудия. Почему-то это стержневое целеполагание изъято из процессуального оборота...». Истине как цели доказывания в уголовно-процессуальной теории на протяжении десятилетий уделялось очень большое внимание, придавалось особое идеологическое значение, которое должно направлять деятельность следователя, судьи. При характеристике истины, достигаемой в уголовном процессе, использовались такие высокие философские понятия, как «абсолютная», «относительная» истина. При этом практические задачи, поставленные перед следователем, прокурором, судом, обосновывались с этих методологических и идеологических позиций, а именно как доступность познания абсолютной истины применительно к обстоятельствам дела, устанавливаемым в уголовном процессе (или даже и применительно к квалификации преступления и назначаемой судом меры наказания). В изданной в 1966 г. и переизданной в 1973 г. «Теории доказательств в советском уголовном процессе», которая была основополагающей книгой для теоретиков и практиков в области уголовного процесса, истина в уголовном процессе характеризовалась, опираясь на философские категории марксизма-ленинизма. Исходя из философских обоснований отсутствия каких бы то ни было гносеологических препятствий для установления истины в уголовном процессе, отрицалась сама возможность недостижения этой цели. Поэтому вопреки фактическому положению, когда зачастую осуждались люди, вина которых не была установлена, указывались отдельные факты подобного рода, которые объяснялись исключительно плохой работой отдельных следователей, прокуроров, судей, а не объективными препятствиями на пути установления истины. В литературе последних лет к этому идеологическому постулату выражено различное отношение. Так, Ю. В. Кореневский исходит из чисто практического понимания истины в уголовном процессе, как соответствию выводов о происшедшем событии тому, что имело место в действительности, и пишет о неприемлемости философских характеристик истины («абсолютная» и «относительная» истина) к практической задаче, стоящей в уголовном процессе. Противоположный взгляд на этот вопрос выражает Ю. К. Орлов, который считает, что все философские аспекты характеристики истины в уголовном судопроизводстве и ее предмета не потеряли своего значения, и поэтому критикует УПК РФ за отсутствие в нем норм, которые были в УПК РСФСР (ст. 2, 3, 20, 243) и обязывали суд, наравне со следователем, прокурором принимать меры к установлению истины2. Если понимать истину в сфере уголовного судопроизводства как соответствие выводов следствия и суда фактическим обстоятельствам дела, тому, что имело место в действительности, то для ответа на вопрос о том, может ли истина рассматриваться как цель доказывания, без достижения которой не может быть достигнуто назначение уголовного судопроизводства, необходимо обратиться к процессуальным средствам и процедуре доказывания в уголовном судопроизводстве. Очевидно, что принцип презумпции невиновности и вытекающие из него правила доказывания, право обвиняемого на молчание (п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК), право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и родственников, а также иные случаи освобождения лиц от обязанности давать свидетельские показания могут служить объективным препятствием для установления обстоятельств дела такими, какими они были в действительности. Устанавливая право на свидетельский иммунитет, законодатель явно предпочел охрану лежащих в основе этого иммунитета ценностей (презумпция невиновности, сохранение родственных отношений и др.) установлению истины «любыми средствами». Записанное в Конституции РФ и развитое в нормах УПК правило о недопустимых доказательствах также является существенной гарантией прав обвиняемого и в то же время препятствием на пути установления истины любыми средствами. Не случайно установление «истины» любыми средствами было одним из постулатов инквизиционного процесса, в котором «царицей доказательств», определявшей истинность приговора, было признание обвиняемым своей вины. Вопрос о истине как необходимом условии достижения назначения уголовного судопроизводства должен рассматриваться с учетом различий требований, которые закон предъявляет к обвинительному и оправдательному приговору. По существу, об истине, понимаемой как соответствие установленных обстоятельств дела тому, что имело место в действительности, можно говорить применительно к обвинительному приговору. Обвинительный приговор не может быть основан на предположении и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств (ч. 4 ст. 302 УПК). Выводы, содержащиеся в обвинительном приговоре, должны быть достоверны, т. е. доказаны, обоснованы совокупностью доказательств. Поэтому доказанность обвинения, при условии строгого соблюдения закона, регулирующего правила собирания, проверки и оценки доказательств, дает основание считать установленные судом обстоятельства соответствующие тому, что имело место в действительности. Поэтому ряд авторов утверждали и утверждают, что в силу ряда процессуальных правил (в том числе права обвиняемого на молчание, недопустимость получения доказательств путем применения угроз или насилия и др.), а также учитывая принцип презумпции невиновности и характер состязательного процесса, «необходимо заменить принцип истины принципом доказанности обвинения». Убедиться в истинности полученного знания можно, лишь сопоставив знание с действительностью, что невозможно в уголовном процессе (проверить знание о преступлении опытным путем невозможно), поэтому при действии принципа свободной оценки доказательств, приходит «решимость признать известное мнение за истинное или ложное и положить его в основу своей деятельности».

Рассматривая категорию истины как идеальную и нравственную цель уголовного судопроизводства, нельзя отождествлять стремление суда установить истину с обязанностью истину установить. Состязательность судопроизводства невозможна без независимости суда. Суд, стремящийся во что бы то ни стало установить истину, неизбежно переходит на позицию обвинения. Тем самым нарушается равенство сторон, а истина, вне состязания или в условиях, когда стороны были поставлены в неравное положение, считается нелегитимной1. Поэтому для выполнения назначения уголовного судопроизводства, суд, постановляя приговор, должен быть убежден, что судебное разбирательство было справедливым, а убеждение суда, выраженное в обвинительном приговоре, основано на установленных с соблюдением всех правил доказывания обстоятельствах. Обоснованное убеждение, выраженное в приговоре (или ином решении), означает его доказанность, именуемую в теории уголовного процесса «формальной» или «материальной истиной». Эти достоверные знания, принимаемые за истину, дают право судьям (должностным лицам в досудебном производстве) действовать в соответствии со своими полномочиями2. Правила вынесения оправдательного приговора не требуют доказанности невиновности лица, так как в силу презумпции невиновности «недоказанная вина есть доказанная невиновность». При этом принцип презумпции невиновности требует толковать неустранимые сомнения в виновности лица в его пользу (ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК). Доказанная «вне разумных сомнений» виновность лица, положенная в основу обвинительного приговора, подлежит проверке путем сопоставления сделанного вывода с имеющейся совокупностью доказательств, которые, в свою очередь, должны быть проверены с точки зрения соблюдения процессуальных и логических законов, при проверке и оценке доказательств. Поэтому вышестоящий суд вправе отменять приговор не потому, что истина по делу не установлена, а потому, что выводы суда, не изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции (п. 1 ст. 379 УПК).

§ 3. Обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу (предмет доказывания). Обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу (предмет доказывания) — это совокупность юридически значимых фактических обстоятельств, которые необходимо установить для разрешения уголовного дела или принятия решений по отдельным правовым вопросам. Входящие в предмет доказывания обстоятельства являются фактическим основанием всех решений, принимаемых по существу уголовного дела (обвинительное заключение, постановление о прекращении уголовного дела (уголовного преследования), приговор, определение кассационной инстанции и др.). Перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию, дан в ст. 73 УПК. Он и непосредственно вытекает из понятия преступления (ст. 14 УК), оснований уголовной ответственности (ст. 8 УК) или освобождения от нее (ст. 75—78 УК), общих начал назначения наказания, а также признаков конкретных составов преступления. Без установления фактических обстоятельств происшедшего события, действий лица, побуждений, мотивов его действий и их последствий невозможно решить вопросы о том, имело ли место преступление и какое именно, виновно ли лицо и в чем именно, какое должно понести наказание или быть освобожденным от ответственности или наказания. Следовательно, правильное установление обстоятельств, составляющих предмет доказывания, дает возможность достигнуть назначения уголовного судопроизводства. При производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: 1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); 2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; 3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 4) характер и размер вреда, причиненного преступлением; 5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; 6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания; 8) обстоятельства, подтверждающие, что имущество подлежащее конфискации в соответствии со ст. 104-1 УК, получено в результате совершения преступления или является доходом от этого имущества либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления либо для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации). Очевидно, что без установления этих фактических обстоятельств происшедшего события невозможно судить о том, имело ли место преступление и каков состав преступления. Из круга обстоятельств, подлежащих доказыванию, выделяют так называемый главный факт, т. е. совокупность обстоятельств, относящихся к событию, действию (бездействию) лица, свидетельствующих о вине лица и наступивших последствиях (ст. 5 УК) или о его невиновности (п. 1, 2, 5 ч. 1 ст. 73 УПК). Неустановление любого из элементов состава преступления влечет вывод о невиновности и оправдании лица (п. 3 ч. 2 и ч. 3 ст. 302 УПК). По существу, главный факт — это обстоятельства, дающие основания для вывода о наличии или отсутствии состава преступления. Главный факт выражен в трех основных вопросах, которые стоят перед судьями и присяжными заседателями: 1) доказано ли, что соответствующее деяние имело место; 2) доказано ли, что это деяние совершил подсудимый; 3) виновен ли подсудимый в совершении этого деяния (ст. 299, 339 УПК). УПК исходит из того, что назначение уголовного судопроизводства достигается тогда, когда личность защищена от незаконного и необоснованного обвинения. Поэтому в круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, включены и обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания (п. 5, 7 ч. 1 ст. 73 УПК).

Установление того, имело ли место событие преступления, требует доказывания обстоятельств, характеризующих это событие, а именно: время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления. В большинстве случаев на событие преступления указано в заявлении о краже, о хулиганских действиях, о нанесении телесных повреждений и т. п. Однако указание на событие преступления в заявлении, жалобе не исключает необходимости доказывания того, имело ли место в действительности событие преступления, и установления всех его обстоятельств. Зачастую выяснение того, имело ли место в действительности событие преступления, представляет значительную трудность для доказывания (например, имело ли место убийство или произошел несчастный случай, были ли обвиняемым превышены пределы необходимой обороны и т. п.). Способ совершения преступления в одних случаях — один из элементов состава (например, ст. 117 УК), в других — обстоятельство, отягчающее наказание (п. «и» ч. 1 ст. 63 УК). Время совершения преступления в одних случаях может быть одним из признаков преступления (ст. 331 УК), в других — установление точного времени преступных действий важно для ответа на вопрос, находилось ли лицо на месте преступления в момент, когда было совершено преступление, или было в другом месте. Если будет установлено, что обвиняемый (подозреваемый) в момент совершения преступления находился в другом месте (его алиби), исключается его ответственность как исполнителя преступления. Должно быть установлено лицо, совершившее преступление (субъект преступления), и его вина (субъективная сторона преступления). В зависимости от конкретных обстоятельств дела должно быть доказано, что лицо может быть субъектом преступления (возраст, вменяемость). Если речь идет о преступлении, где ответственность несет только специальный субъект (должностное лицо, военнослужащий), необходимо установить признаки, характеризующие специального субъекта преступления. Должны быть установлены факты, характеризующие субъективную сторону совершенного обвиняемым деяния, т. е. нужно доказать, умышленно или неосторожно совершены действия. С этой целью должны быть-установлены те фактические обстоятельства, которые дают основание для вывода о форме вины лица, в соответствии с признаками, указанными в ст. 25—28 УК. Доказывание цели преступления в одних случаях имеет значение для квалификации (ст. 201 УК), в других — мотивы, побуждения являются обстоятельствами, отягчающими наказание (п. «е» ч. 1 ст. 63 УК). В предмет доказывания по делу кроме обстоятельств, влияющих на степень и характер наказания, указанных в ст. 61 и 63 УК, входят также иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого (ст. 73 УПК). Данные о личности обвиняемого необходимы не только для назначения ему справедливого наказания, но в ряде случаев они могут использоваться и для раскрытия обстоятельств преступления, и в особенности мотивов его совершения, или поставить под сомнение саму возможность совершения данного преступления обвиняемым1. Доказыванию подлежит наличие причинной связи между совершенным деянием и наступившим преступным последствием, характер и размер вреда, причиненного преступлением, и другие связанные с этим факты (п. 4 ст. 73 УПК). От размера вреда зависит квалификация преступления и также степень вины и тяжесть наказания, определение материального ущерба или морального вреда, который подлежит возмещению. Подлежат доказыванию обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, смягчающие и отягчающие наказание, а также обстоятельства, которые могут повлечь освобождение от уголовной ответственности и наказания (п. 5—7 ст. 73 УПК). Выявление обстоятельств, способствовавших совершению преступления, не является обязательным по каждому делу. Установление таких обстоятельств обязательно при производстве по уголовным делам в отношении несовершеннолетних (ст. 421 УПК). Выявление обстоятельств, способствовавших совершению преступления, может иметь значение при установлении объективной стороны преступления, вины обвиняемого, выборе справедливого наказания. Установление обстоятельств, способствовавших совершению преступления, служит основанием для соответствующего представления следователя, прокурора, определения суда, направленных на устранение обстоятельств, способствовавших совершению преступления. Вместе с тем недопустимо использование факта судимости лица как доказательства совершения им нового, расследуемого преступления. Поэтому с участием присяжных заседателей не исследуются обстоятельства, связанные с прежней судимостью подсудимого (ст. 335 УПК), этот факт может вызвать предубеждение присяжных по отношению к подсудимому и повлиять на формирование убеждения в его виновности.

Установленные по делу обстоятельства, имеющие правовое значение, указываются в принятых решениях как их фактическое основание (п. 2 ст. 171, 220, 305, 307 УПК). Таким образом, предмет доказывания в уголовном судопроизводстве — это юридически значимые фактические обстоятельства, которые предусмотрены в уголовном и уголовно-процессуальном законе и подлежат установлению посредством доказательств для принятия решений по делу в целом или по отдельным правовым вопросам. Фактические «обстоятельства, установленные по делу, являются фактическими основаниями для принятия решений по делу. Законность и обоснованность решений требуют соответствия между юридическими основаниями решения, указанными в законе, и установленными по делу фактическими обстоятельствами. Предмет доказывания, указанный в ст. 73 УПК, является единым для досудебного и судебного производства. При этом установление обстоятельств, составляющих предмет доказывания, происходит при расследовании дела и в судебном разбирательстве. При этом фактические обстоятельства, установленные на последующих стадиях процесса, могут быть такими же, как обстоятельства, установленные на предыдущей стадии, но могут быть и иными или вовсе не быть установленными, что влечет за собой изменение обвинения, прекращение дела или вынесение оправдательного приговора.

§ 4. Понятие доказательства. Доказательства как средства доказывания. Как отмечалось выше, познание происшедшего события в уголовном процессе происходит опосредованным путем. Средством такого познания являются доказательства. Формирование доказательств как сведений о происшедшем событии основано на способности любого предмета или явления под воздействием другого изменяться или сохранять следы (отпечатки) этого воздействующего предмета, явления. Высшей формой отражения объективного мира является мыслительная деятельность человека, включающая восприятие, получение и переработку информации, на основе которых появляется знание, в том числе и о фактах прошлого. События преступления и связанные с ним обстоятельства оставляют в памяти людей, на вещах, документах какие-то следы (отражение происшедшего). Эти следы в той или иной форме отражают событие прошлого, несут информацию о нем. Когда речь идет о следах-отображениях, то имеют в виду как следы события, оставшиеся на вещах (например, отпечатки пальцев, поломанная машина, письмо, на котором изложен план преступления и т. п.), так и сохранение в памяти людей тех событий, которые они наблюдали. Эта отражательная способность человека, как и вещей, делает их носителями тех сведений о фактах прошлого, на основе которых следователь, прокурор, суд приходят к определенным выводам по делу. В ст. 74 УПК дается характеристика содержания доказательства (ч. 1) и его формы в уголовном деле (ч. 2). В ч. 1 ст. 74 УПК доказательства характеризуются с их содержательной стороны. Это «любые сведения», на основе которых доказывают наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение по уголовному делу. По содержанию сведения о происшедшем событии или связанных с ним обстоятельствах могут быть самыми разнообразными. Это могут быть сведения о действиях людей (например, приобретение огнестрельного оружия, яда, нанесение ударов, подделка пропуска на вывоз похищенных со склада товаров и т. п.), о физическом и психическом состоянии (например, о состоянии опьянения лица в момент совершения преступления, о психическом заболевании обвиняемого, поведении потерпевшего и др.). Это могут быть данные о явлениях природы (например, время наступления темноты в определенной местности в день совершения преступления, температура воды в реке и т. п.) или о событиях (например, время взлета самолета и т. п.), важных для установления фактических обстоятельств расследуемого события. Любые сведения могут стать доказательством по делу, если они так или иначе связаны с происшедшим событием, действием, т. е. если на их основе можно установить какое-либо обстоятельство, имеющее значение по делу. Это свойство доказательства своим содержанием служить средством познания фактов прошлого называется относимостъю доказательства. Доказательство признается относящимся к делу, если оно содержит сведения о фактах или предметах, которые подтверждают, опровергают или ставят под сомнение обстоятельства, имеющие значение по делу. Сведения, которые следователь, суд получают в ходе допросов, осмотра вещей, из документов, могут быть как достоверными, так и ложными. Установить, соответствуют ли полученные сведения действительности, составляет задачу следователя, суда. Только после этого можно говорить о доказательстве как факте. Факт может быть установлен и совокупностью доказательств. Для того чтобы «любые сведения» могли быть доказательствами по делу, они должны быть получены в установленном законом процессуальном порядке, а именно: путем допроса лиц, назначения экспертизы и получения заключения эксперта, осмотра вещей, истребования документов, т. е. путем проведения следственных и других процессуальных действий и закрепления их результатов в соответствующих процессуальных документах (протоколе допроса, обыска осмотра и др.). Получение и закрепление сведений по делу в установленном законом порядке, определяет допустимость их в качестве доказательств. Порядок получения сведений и их фиксирование в процессуальных документах дает основание для выделения указанных в ч. 2 ст. 77 УПК видов доказательств: 1) показания подозреваемого, обвиняемого; 2) показания потерпевшего, свидетелей; 3) заключения и показания эксперта и специалиста; 4) вещественные доказательства; 5) протоколы следствия и судебных действий; 6) иные документы. Различия в источниках получения сведений по делу (свидетели, обвиняемый, потерпевший), в процессуальных действиях, в ходе которых эти сведений сообщаются (допрос обвиняемого, свидетеля) или обнаруживаются (осмотр документа, предмета) и правилах закрепления в материалах дела, лежат в основе деления доказательств на виды (ч. 2 ст. 74 УПК). Если имеющими значение по делу могут быть признаны любые сведения, то видами доказательств (содержащих эти сведения) могут быть только перечисленные в законе. :; Изложенное дает возможность определить доказательство скак сведение, имеющее значение для установления обстоятельств уголовного дела, полученное и закрепленное в установленном законом порядке. V Доказательство по уголовному делу выступает в единстве -своего содержания (сведения) и процессуальной формы получения и закрепления этих сведений.

Под фактами понимают проверенные, истинные, вполне установленные на соответствующем научном уровне знания об объективной реальности. Поэтому нельзя признать правильным встречающееся в литературе понимание доказательств как фактов.

Содержание полученных сведений, характеризуется относимостью, если содержание сведений дает возможность установить какие-либо из обстоятельств, имеющих значение по делу. Процессуальная форма получения и закрепления этих сведений предполагает соблюдение процессуальных правил, которые делают доказательство допустимым. Таким образом, доказательство по делу должно отвечать требованию относимости и допустимости. Достоверность доказательства устанавливается путем его проверки и оценки в совокупности всех доказательств.

Вопрос о том, относятся ли те или иные сведения к делу или, иначе говоря, могут ли они способствовать установлению имеющих значение для дела обстоятельств, определяют следователь, суд, руководствуясь правилами, указанными в законе (например, ст. 73, 171, 305, 307 УПК). Очевидно, что в законе невозможно предопределить, какие именно сведения будут иметь значение по делу. Эти вопросы решают лица, ведущие производство по делу в ходе проверки выдвигаемых версий происшедшего события, показаний и объяснений, полученных при допросе подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетелей данных, полученных в показаниях экспертов, специалистов и др. По общему правилу все относящиеся к делу сведения должны быть собраны и проверены, так как иное приводит к неполноте, односторонности в установлении обстоятельств дела. Надо иметь в виду, что для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК, обычно приходится доказывать целый ряд различных обстоятельств, которые не являются обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, но служат основой для установления этих обстоятельств. Поэтому производство по уголовному делу, особенно если речь идет о тяжком преступлении, когда не известно лицо, его совершившее, требует установления целого ряда «промежуточных» или «побочных» обстоятельств, на основе которых выдвигаются версии происшедшего события и в конечном итоге раскрывается преступление. Очевидно, что каждое из этих «промежуточных» обстоятельств (например, приобретение подозреваемым оружия, которое найдено на месте происшествия, угрозы в адрес потерпевшего и др.), в свою очередь, требует доказывания. Для установления фактических обстоятельств совершения преступления следователю, суду приходится исследовать разного рода обстоятельства, предшествовавшие, сопутствовавшие или следовавшие за преступлением. Сами по себе эти обстоятельства не имеют юридического значения с точки зрения норм уголовного права, но они являются средством установления тех обстоятельств, которые входят в предмет доказывания по делу. Поэтому эти обстоятельства, прежде чем стать доказательствами по делу, сами должны быть установлены (доказаны). Такие обстоятельства называют доказательственными фактами. Например, для установления лица, виновного в совершении убийства, по конкретному делу необходимо было установить, где было изготовлено оружие, найденное на месте происшествия. В другом деле по номеру завода-изготовителя, найденному на месте взрыва автомашины, следователь узнал, когда была выпущена машина и куда направлена для продажи. Это дало ему возможность выйти на пункт продажи автомобиля и установить лицо, купившее машину и пользовавшееся этой машиной в день взрыва. Таким образом, заранее установить круг обстоятельств, которые могут иметь значение для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по конкретному делу, невозможно. Круг этих обстоятельств в первую очередь определяет и устанавливает следователь, разрабатывая и проверяя версии происшедшего события. Они могут быть установлены и по ходатайству участников процесса. Имеющими значение для дела являются и обстоятельства, выяснение которых необходимо для проверки и оценки собранных доказательств (например, установление неприязненных отношений между обвиняемым и свидетелями может иметь значение при оценке показаний свидетеля, установление дефектов слуха у потерпевшего может поставить под сомнение достоверность его показаний). Очевидно, что разнообразие относящихся к делу обстоятельств влечет за собой и разнообразие тех сведений, которые признаются относящимися к делу.

§ 6. Допустимость доказательств. Основания признания доказательства недопустимым. В правилах доказывания особое место занимают правила допустимости доказательства. Эти правила должны создать надежную основу для признания доказанными или недоказанными определенных обстоятельств.

Допустимый — возможный, позволительный, разрешенный. В литературе и практической деятельности допустимость доказательств понимается в двух аспектах: 1) допустимость, относящаяся к оценке содержания доказательства (содержание сведений). Это означает, что допустимо доказывать то, что относится к делу, имеет значение для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Такое понимание допустимости доказательств имеет практический смысл в том, чтобы исключить из предварительного или судебного следствия те сведения, которые не имеют значения по делу, не способствуют выяснению интересующих следствие и суд обстоятельств. По этому основанию следователь, суд, руководствуясь ст. 119, ч. 2 ст. 159 УПК, могут отклонить ходатайство участника судопроизводства о допросе названного ими лица в качестве свидетеля, о истребовании какого-либо документа и т. п. Ходатайства сторон об исследовании доказательств, относящихся к делу, имеющих значение по делу, должны быть удовлетворены (см. ч. 2 ст. 159 УПК). Таким образом, допустимыми являются относящиеся к делу доказательства; 2) допустимость доказательства определяется соблюдением закона при получении, закреплении этого доказательства. Основу процессуальных правил о допустимости доказательств составляет конституционная норма о том, что «при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона» (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ). Это правило относится не только к осуществлению правосудия, но и ко всем стадиям, действиям, решениям в уголовном судопроизводстве. В УПК выделена специальная ст. 75, содержащая общее понятие недопустимых доказательств (ч. 1) и основания признания доказательства недопустимым (ч. 2). В нормах УПК содержатся правила заявления ходатайств об исключении недопустимых доказательств и виды решений, принимаемых по этим ходатайствам (см., например, ст. 235, ч. 4 ст. 236 УПК). Доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК. Из этого записанного в ст. 75 УПК правила следует, что не только обвинение, но и доказывание любых иных обстоятельств, в том числе и смягчающих ответственность обвиняемого или освобождающих его от ответственности, должны основываться на допустимых доказательствах. Условия допустимости доказательств: 1) доказательство должно быть получено надлежащим субъектом, правомочным по данному делу проводить то процессуальное действие, в ходе которого получено доказательство; 2) фактические данные должны быть получены только из источников, перечисленных в ч. 2 ст. 74 УПК; 3) доказательство должно быть получено с соблюдением правил проведения процессуального действия, в ходе которого получено доказательство; 4) при получении доказательства должны быть соблюдены все требования закона о фиксировании хода и результата следственного действия. Отсюда следует, что доказательства недопустимы, если: 1) доказательство получено ненадлежащим субъектом вследствие нарушения закона о подследственности, подсудности и т. п., например при проведении дознавателем следственных действий без поручения о том следователя, прокурора; проведение допроса лица следователем, не принявшим дело к производству или не включенным в группу следователей; проведение следственного действия лицом, подлежащим отводу; 2) сведения по делу получены без проведения следственного действия или с нарушением порядка его проведения. Представленные вместе с жалобой, заявлением о возбуждении дела документы, вещи, фото-, киноматериалы могут использоваться в качестве доказательств только тогда, когда после возбуждения дела лица, представившие эти материалы, были допрошены, установлено, кем, когда, где, при каких обстоятельствах были обнаружены представленные вещи, документы или произведена кино-, фотосъемка и т. п. Необходимым условием использования представленных вещей в качестве доказательств является постановление о приобщении их к делу в качестве вещественных доказательств, которое выносится после их осмотра. Должно быть известно лицо, представившее эти материалы. Все это дает основание для решения вопроса о допустимости представленных материалов- в качестве доказательств по делу. Например, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий предметы, документы, фотоснимки приобщаются к делу по правилам ст. 81 УПК или в приобщении их к делу в качестве доказательств отказывается.

Предметы, документы, приобщенные к делу в качестве доказательств, проверяются и оцениваются в совокупности с другими. Сведения, предметы, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, должны пройти процессуальный путь получения этих сведений лицом, ведущим производство по делу. Лицо, располагающее этими сведениями, должно быть допрошено в качестве свидетеля; документы, предметы приобщены к делу и проверены по общим для доказательств правилам; 3) нарушены запреты, ограничения, установленные применительно к отдельным доказательствам. Закон устанавливает, кто не подлежит допросу в качестве свидетеля (ч. 3 ст. 56 УПК). Ряд лиц пользуются правом свидетельского иммунитета. Согласно ст. 51 Конституции РФ «никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом» (см. ч. 4 ст. 56 УПК). Когда в качестве свидетеля допрашивается лицо, которое фактически подозревается допрашиваемым в преступлении, но процессуально его положение как подозреваемого или обвиняемого не оформлено, а предметом допроса является выяснение у лица его причастности к преступлению, использование показаний этого лица, допрошенного в качестве свидетеля, недопустимо. В этом случае нарушается привилегия против самообвинения; 4) подозреваемый, обвиняемый не подтверждают свои показания, данные в ходе досудебного производства по делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника (п. 1 ч. 2 ст. 75). Это правило направлено на то, чтобы предотвратить случаи получения «признательных показаний» подозреваемого, обвиняемого под влиянием физического или психического насилия. Кроме того, они ориентируют лиц, ведущих расследование, на то, что не само по себе признание обвиняемым своей вины, а совокупность доказательств, подтверждающих это, могут быть положены в основу обвинительного приговора; 5) нарушены процессуальные правила собирания, проверки доказательств и фиксирования проведенных процессуальных действий в соответствующих документах. Лишаются юридической силы доказательства, полученные в результате проведения следственного действия без получения согласия руководителя следственного органа или решения суда на его проведение, если такое согласие или решение предусмотрены законом (ст. 23, 25 Конституции РФ, ст. 165 УПК). Очевидно, что нарушение правил получения доказательств, основанных на конституционных гарантиях прав и свобод человека и гражданина, нарушающих неприкосновенность жилища, тайну переписки или затрагивающих иные права человека, делает такие доказательства недопустимыми. В литературе высказана мысль о том, что в некоторых случаях, соответственно по решению прокурора или суда, доказательство, представленное с нарушением процессуальной формы (например, в протоколе осмотра нет подписи одного из понятых), может быть использовано в доказывании при условии допроса этого понятого об обстоятельствах осмотра и причины отсутствия его подписи. Здесь как бы имеет место «восполнение» формы доказательства. Показания потерпевшего, свидетеля основаны на догадке, предположении, слухе, а также если свидетель не может указать источник своей осведомленности (п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК). Отнесение этих доказательств к недопустимым продиктовано тем, что любые сведения, которые сообщает потерпевший или свидетель, должны иметь под собой какое-либо фактическое обоснование, подлежать проверке. «Слухи», «догадки», «домыслы» этим требованиям не отвечают. Точно так же, если свидетель говорит о том, что у обвиняемого и потерпевшего были враждебные отношения, о чем он узнал из услышанного разговора между незнакомыми ему людьми, показания такого свидетеля недопустимо использовать как сведения о враждебных отношениях обвиняемого и потерпевшего.

Признание недопустимыми таких показаний основано на том, что все показания должны быть доступны для проверки и оценки их достоверности. Проверка исключена, если в ее основе «догадка», предположение или лицо, дающее показание, скрывает или не может назвать источник своей осведомленности. В последнем случае сторона, заинтересованная в проверке показаний лица, дающего показания, лишена возможности задавать ему вопросы, допросить в суде то лицо, которое являлось «источником» сведений, которые сообщает суду свидетель. Это нарушает равенство сторон и право на состязательность судебного разбирательства, а тем самым и обеспечение справедливого судебного разбирательства (ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод). Допрос в судебном заседании в качестве свидетелей следователей, производивших допрос подозреваемого, обвиняемого, в отсутствие защитника для воспроизведения показаний подозреваемого, обвиняемого, отказавшихся от дачи показаний в суде, недопустим. Статья 75 УПК, исходя из предписаний ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, исключает возможность любого прямого или опосредованного использования сведений, содержащихся в недопустимом доказательстве. Поэтому важно процессуально оформить исключение недопустимых доказательств. Порядок исключения недопустимых доказательств подробно описан в УПК применительно к предварительному слушанию и к деятельности суда присяжных. Исключение недопустимых доказательств в суде присяжных имеет особое значение, так как там особенно важно исключить из судебного следствия недопустимое доказательство, с тем чтобы оно не оказало воздействия на формирование убеждения присяжных в доказанности каких-либо обстоятельств. Это разъяснение Пленум Верховного Суда РФ дал в постановлении от 29 апреля 1996 г. № 1. Признать доказательство недопустимым может и следователь, и прокурор. На стадии предварительного расследования исключение недопустимых доказательств означает невозможность основывать на них свои выводы по делу, указывать эти доказательства как основания решения, ссылаться на них в обвинительном заключении. Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК, суд должен в каждом случае выяснить, в чем конкретно выразилось допущенное нарушение. В силу ч. 7 ст. 235 УПК при рассмотрении уголовного дела по существу суд по ходатайству стороны вправе повторно рассмотреть вопрос о признании исключенного доказательства допустимым1. Практика судов создала прецеденты исключения недопустимых доказательств2. Например, были признаны недопустимыми доказательствами . протокол изъятия и осмотра одежды потерпевшей, поскольку эти действия совершены не уполномоченным на эти действия лицом и 1 совершены до возбуждения уголовного дела. Соответственно недопустимым было признано и заключение эксперта о происхождении ' пятен на этой одежде3. Признан не имеющим доказательственной силы протокол допроса обвиняемого в случае вынужденного отказа его от защитника ввиду отсутствия средств на оплату адвоката или неявки адвоката. Исключен из доказательств протокол осмотра места происшествия, в котором не участвовал защитник, так как ему не была предоставлена возможность встретиться с подзащитным, заключенным под стражу до начала следственного действия. Не имеют доказательственной силы данные подсудимым на предварительном следствии показания, если он допрашивался в качестве свидетеля с предупреждением об уголовной ответственности.

Недопустимо использовать в качестве доказательства оружие, если факт изъятия этого оружия не зафиксирован в протоколе осмотра, обыска, или если осмотр, обыск проведен следователем, не включенным в следственную группу по расследованию данного дела. Доказательства по делу о нарушении правил дорожного движения (протокол осмотра места происшествия, схема ДТП), составленные с нарушением уголовно-процессуального закона, повлекли отмену приговора. Не могут быть признаны допустимыми по делу доказательствами протоколы следственных действий, если следственные действия и их закрепление в протоколе произведены с нарушением уголовно-процессуального закона (например, нет подписи обвиняемого на протокола осмотра, следственного эксперимента: свидетель не был предупрежден о его праве не давать показание в соответствии с ч. 3 или ч. 4 ст. 56 УПК. Не имеют доказательственной силы заключение эксперта, полученное с нарушением прав обвиняемого при назначении экспертизы.

Суд обязан исследовать доводы участников судебного разбирательства о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы, а при возникновении сомнений в допустимости или достоверности этих доказательств отвергнуть их в соответствии с требованием ч. 3 ст. 49 и ч. 2 ст. 50 Конституции РФ. В теории и практике судопроизводства встает вопрос об «асимметрии» при решении вопроса о допустимости доказательств. Речь идет о праве стороны защиты ссылаться на важное для защиты доказательство, которое может быть признано недопустимым, ввиду допущенных нарушений закона при его собирании стороной обвинения (например, допущено нарушение процедуры опознания, но в протоколе записан категорический ответ потерпевшей о том, что среди предъявленных ей лиц нет человека, нападавшего на нее).

§ 7. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. Результаты оперативно-розыскной деятельности (ОРД) — сведения, полученные в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступления и скрывшихся от органов дознания, следствия, суда. Согласно названному Закону результаты ОРД могут быть представлены в орган дознания, следователю и в суд, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положением УПК, регламентирующим собирание, проверку и оценку доказательств. Из этого следует, что сведения, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ), сообщенные лицам, ведущим расследование по делу, могут быть использованы в качестве доказательств, если они сообщены (переданы) лицу, ведущему расследование с указанием таких данных о лице, способе и времени получения определенных сведений в ходе ОРМ, которые дают возможность проверить эти сведения путем проведения соответствующих следственных и иных процессуальных действий (например, путем допроса лица, указанного в оперативно-розыскных материалах), проверки наличия разрешения суда на прослушивание телефонных переговоров с соблюдением периода времени, на которое такое прослушивание было разрешено, проведение экспертизы представленной записи телефонных переговоров для установления лиц, чьи телефонные разговоры прослушивались (например, заключение фонографической экспертизы). Такие ОРМ, как оперативный эксперимент, проверочная закупка, контролируемая поставка направлены на выявление, пресечение и раскрытие преступления (дача и получение взятки, приобретение или продажа оружия, наркотических средств). Для того чтобы обстоятельства, установленные в ходе этих ОРМ, были использованы в качестве доказательств по уголовному делу, «необходимо, чтобы предоставляемый Законом «Об оперативно-розыскной деятельности» уровень гарантий прав личности был не меньше, чем уровень гарантий, предоставляемый Уголовно-процессуальным кодексом. К законности же самой оперативно-розыскной деятельности не могут предъявляться меньшие требования, чем к законности деятельности процессуальной». Поэтому, там где речь идет о получении объяснений от лица, фактически подозреваемого в преступлении, или об ограничении свободы его передвижения, ему должны быть разъяснены и обеспечены права, вытекающие из непосредственного действия норм Конституции РФ, обеспечивающие предоставление квалифицированной юридической помощи (ст. 48) и право не свидетельствовать против себя самого (ч. 1 ст. 51). Ограничение права на тайну телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений при проведении ОРМ, как и в уголовно-процессуальной деятельности, допускается только на основании судебного решения (ст. 23 Конституции РФ)2. Никакие сведения не могут быть рассмотрены в качестве доказательств, если они получены путем провокации со стороны сотрудников оперативных служб. Это отражено в решении Европейского Суда по правам человека по делу Ваньян против Российской Федерации. Суд признал, что в деле Ваньяна, осужденного по ст. 28 УК, имело место нарушение п. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суд установил, что некто О., выполняя инструкции милиции, согласился принять участие в «проверочной закупке» наркотиков, чтобы выяснить причастность лица (впоследствии осужденного) к обороту наркотических средств. В деле не было никаких доказательств того, что до действий О. у милиции были основания подозревать это лицо в распространении наркотиков. Поэтому Суд пришел к выводу, что милиция спровоцировала приобретение осужденным наркотиков по просьбе О. Обвинение в приобретении, а осужденным наркотиков для О., было основано, главным образом, на доказательствах, полученных в ходе милицейской операции, в том числе на показаниях О. и сотрудников милиции. Европейский Суд указал, что вмешательство со стороны милиции и использование полученных вследствие этого доказательств при рассмотрении уголовного дела против заявителя (лица, обратившегося в Европейский Суд по правам человека) непоправимо подрывали справедливость судебного разбирательства1. Использование результатов ОРД практически необходимо при расследовании наиболее тяжких преступлений — заказные убийства, наркобизнес и др. ОРД по характеру и особенностям мероприятий, ограниченности прав лиц, в отношении которых такие мероприятия проводятся, отсутствию гарантии, имеющейся для граждан в уголовно-процессуальной деятельности, и т. п. может приводить к нарушению или ограничению прав граждан. «Поэтому нельзя допустить вытеснения, подмены результатами оперативно-розыскной деятельности легальных доказательств, некритического восприятия оперативных данных и принятия на их основе процессуального решения». Для использования результатов ОРД в доказывании необходимо прежде всего проверить исполнение предусмотренных законом и подзаконными актами правил проведения ОРМ. Порядок представления оперативными подразделениями органов, осуществляющих ОРД, результатов ОРД дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд, регулируется Инструкцией, утвержденной 17 апреля 2007 г. совместным приказом федеральных органов, осуществляющих ОРД, и согласованной с Генеральной прокуратурой РФ. В этой Инструкции записано, что результаты ОРД должны «содержать сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, имеющих значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, указания на источник получения предполагаемых доказательств или предмета, который может стать доказательством, а также данные, позволяющие проверить в условиях судопроизводства доказательства, сформированные на их основе». Поэтому для использования результатов ОРД в доказывании, как это следует из ст. 89 УПК, необходимо установить, соблюдены ли установленные Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» правила проведения ОРМ. Представление результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд осуществляется на основании постановления руководителя органа, осуществляющего ОРД, в порядке, предусмотренном ведомственными нормативными актами. При этом надо учитывать, что результаты негласных ОРМ могут быть использованы в процессе доказывания только в том случае, если полученные сведения и надежность их источника могут быть подвергнуты гласной проверке. Результаты ОРМ, представляемых для использования в доказывании, должны содержать сведения, которые имеют значение по делу, указание на источники этих сведений, а также иные данные, позволяющие проверить эти сведения по правилам УПК, т. е. допросить в качестве свидетеля лицо, располагающее сведениями, осмотреть и подвергнуть экспертному исследованию полученные в ходе ОРМ предметы, документы, видеоаудиозаписи, кинофотоматериалы и др. Далее устанавливается, кем были обнаружены и представлены предметы, которые могут стать доказательствами, или сообщены сведения о лицах, которые могут быть вызваны для допроса в качестве свидетелей. После приобщения предметов в качестве доказательств, допроса лиц в качестве свидетелей по правилам УПК они становятся доказательствами по делу. Могут быть использованы в качестве доказательств аудиозаписи телефонных переговоров, видеозаписи или фотографии. Однако для этого должно быть установлено, кем, когда, при каких обстоятельствах эти материалы получены. С этой целью может быть допрошено лицо, производившее эти записи или фотографирование.

§ 8. Классификация доказательств. Доказательства могут быть классифицированы, отнесены к той или иной группе в зависимости от того, от кого получены сведения, относятся ли полученные сведения к обстоятельствам, составляющим главный факт доказывания, или к другим, которые подтверждают или опровергают эти обстоятельства. Каждое доказательство по этим признакам может быть отнесено к той или иной группе. Это означает, что, исследуя доказательство, надо учитывать, получено ли оно из «первых рук» или надо установить первоисточник сведений, какова связь сообщаемого с тем, что надо установить, являются ли сведения по своему характеру обвинительными или оправдательными. Эти признаки лежат в основе классификации доказательств, но не влияют на силу доказательства. В науке и практике выработаны определенные правила, с учетом которых необходимо исследовать каждое доказательство в той или иной классификационной группе, что способствует обязательной проверке доказательств и его оценке. Различают следующие классификационные группы доказательств. Первоначальные и производные доказательства. Доказательства делятся на первоначальные и производные в зависимости от того, получают ли следователь, суд сведения из первоисточника или из «вторых рук». Первоначальным доказательством будет, например, показание свидетеля-очевидца об обстоятельствах, которые он лично наблюдал. Показание свидетеля о событии, которое он не наблюдал, но слышал о нем от другого лица, бывшего очевидцем, будет доказательством производным, полученным из «вторых рук». При получении сведений из «вторых рук» должно быть выяснено, кто именно сообщил эти сведения, и это лицо должно быть допрошено. Обычно очевидец происшествия сообщает о нем полнее и точнее, чем лицо, сообщающее сведения со слов другого лица. Если свидетель не может указать, от кого им получены сведения, то эти показания свидетеля (потерпевшего) признаются недопустимым доказательством. Такие показания называют показаниями «по слухам». Стремление использовать по возможности доказательства первоначальные не означает, что производные не могут привести к достоверным выводам, что это доказательства «второго сорта». Категорический запрет использовать производные доказательства может в ряде случаев лишить суд важных доказательств, полученных из «вторых рук», если из первоисточника их получить невозможно (например, в случае смерти потерпевшего могут быть использованы в качестве доказательства показания лица, которому он перед смертью сообщил имя или приметы стрелявшего в него человека). Обвинительные и оправдательные доказательства. Деление доказательств на обвинительные и оправдательные зависит от содержания полученных сведений. Доказательства совершения преступления обвиняемым, его вины или обстоятельства, отягчающие ответственность обвиняемого, являются обвинительными; а доказательства, которые опровергают обвинение, свидетельствуют об отсутствии состава преступления, либо о непричастности обвиняемого к преступлению либо смягчают его ответственность, — оправдательными. Участник уголовного судопроизводства со стороны обвинения (дознаватель, следователь, прокурор) обязаны собирать не только обвинительные, но и оправдательные доказательства. Такая их обязанность вытекает из сформулированного в законе назначения уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК) и предмета доказывания (ст. 73 УПК), а также из требований, предъявляемых к приговорам (см. п. 3, 4 ч. 1 ст. 305, п. 2, 3 ст. 307 УПК). Одним из критических замечаний в адрес УПК РФ является отсутствие в нем прямого указания (как это было в ст. 20 УПК РСФСР) на обязанность должностных лиц, ведущих дознание, следствие и суд всесторонне, полно и объективно исследовать дела, выявлять как уличающие, а также оправдывающие обвиняемого, так и смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства, т. е. иначе говоря, собирать и оценивать как обвинительные так и оправдательные доказательства. Как указывалось ранее, суду в состязательном процессе такого рода обязанность вменена быть не может. Что касается участников судопроизводства со стороны обвинения, необходимость всестороннего полного, объективного исследования дела вытекает из самого назначения их деятельности. Как справедливо пишет проф. И. Михайловская, реализация функции обвинения и обвинительный уклон — вещи совершенно разные. «...Поскольку положительное установление какого-либо факта невозможно без исключения любых иных вариантов события прошлого, то обязанность доказывания виновности обвиняемого включает в себя и обязанность органа расследования собирать и исследовать доказательства опровергающие версию обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК РФ). Обвинительный же уклон — это игнорирование сведений, свидетельствующих о невиновности либо о меньшей степени ответственности обвиняемого. Другими словами, обвинительный уклон является проявлением ненадлежащего выполнения функции обвинения...». Прямые и косвенные доказательства. Деление доказательств на прямые и косвенные основано на том, что одни из них содержат сведения об обстоятельствах, составляющих главный факт в предмете доказывания, другие — о так называемых доказательственных, «промежуточных», «вспомогательных» фактах.

Прямые доказательства указывают на совершение лицом преступления или исключают его причастность к нему. Показания обвиняемого, признающего свою вину и объясняющего, по каким мотивам, когда, где и при каких обстоятельствах он совершил преступление, являются прямым доказательством. Прямым доказательством является показание свидетеля о том, как обвиняемый наносил удары потерпевшему. При использовании прямых доказательств задача следователя, суда состоит в установлении их достоверности (т. е. надо установить, говорит ли обвиняемый, свидетель правду), так как значение сообщенных сведений для установления предмета доказывания здесь однозначно. Никаких преимуществ в силе прямое доказательство не имеет, поэтому недопустимо считать «главным» доказательством, «царицей» доказательств такое прямое доказательство, как признание обвиняемым своей вины. Признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств (ч. 2 ст. 77 УПК). Косвенные доказательства содержат сведения о фактах, которые предшествовали, сопутствовали или следовали за устанавливаемым событием и по совокупности которых можно сделать вывод о том, имело ли место событие преступления, виновен или не виновен обвиняемый. Так, при расследовании дела об убийстве на основании косвенных доказательств (принадлежность обвиняемому ножа, которым совершено убийство, обнаружение на месте совершения преступления следов обуви обвиняемого, установление неприязненных отношений обвиняемого и потерпевшего и других фактических данных) формируется вывод следователя, суда о совершении обвиняемым данного преступления. Очевидно, что путь установления обстоятельств дела на основе косвенных доказательств более сложный, чем при прямых доказательствах. При доказывании с помощью косвенных доказательств надо, во-первых, установить, достоверны ли сведения, которые стали известны следователю, суду (говорит ли свидетель правду о наличии неприязненных отношений между обвиняемым и потерпевшим, действительно ли нож, найденный на месте происшествия, принадлежит обвиняемому и т. д.); во-вторых, определить, связаны ли ставшие известными сведения с совершением преступления обвиняемым (например, обвиняемый мог быть в неприязненных отношениях с потерпевшим, но это не повлекло за собой каких-либо преступных действий с его стороны; на месте преступления обнаружен нож, принадлежавший обвиняемому, но это не значит, что он совершил преступление, так как его нож мог взять другой человек, и т. п.). Поэтому при использовании косвенных доказательств важно установить не только какое-либо обстоятельство, но и объективную связь этого обстоятельства с устанавливаемыми по делу обстоятельствами и причастностью определенного лица к преступлению. Связь может быть различной (связь причинная, пространственно-временная, связь соответствия и др.). Устанавливая эту связь, надо иметь в виду возможность случайного стечения обстоятельств. Из приведенной характеристики косвенных доказательств вытекают следующие правила их использования: 1) косвенные доказательства приводят к достоверным выводам по делу лишь в своей совокупности; 2) косвенные доказательства должны быть объективно связаны между собой и с доказываемым положением; 3) система (совокупность) косвенных доказательств должна приводить к такому обоснованному выводу, который исключает иное объяснение установленных обстоятельств, исключает разумные сомнения в том, что обстоятельства дела были именно такими, как они установлены на основе этих доказательств и отражены в соответствующих процессуальных документах, решении по делу.

Косвенные доказательства могут служить не только основанием для вывода об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания. Они могут быть использованы и для проверки достоверности доказательств (например, показания свидетеля о том, что потерпевший находился в ссоре с обвиняемым, могут быть учтены при оценке достоверности показаний потерпевшего), указывать путь получения новых доказательств.