2. Эвакуация войск из Сибири должна быть осуществлена по заключению соглашения по принципиальным вопросам Дайренской конференции» [285].

В японской печати появились статьи с угрозами по адресу ДВР. Например, газета японских милитаристов «•Кокумин» в номере от 15 декабря 1921 г. писала: «Чите доброжелательно советуется подписать соглашение в духе предложений, сделанных японской делегацией, если ДВР не желает снова быть ареной продолжительной гражданской войны» 1.

Японская делегация стала более настойчивой в своих грабительских требованиях после того, как организованное японцами наступление белых на ДВР и на партизан Приморья привело к некоторым временным успехам.

Ободренная успехами белогвардейцев японская делегация отказалась от ранее принятого ею решения об участии представителей РСФСР в переговорах. Но в конце концов Ю. Мархлевский все же был допущен к ведению переговоров, однако не как представитель Советской России, а как частное лицо. Выжидая результатов Вашингтонской конференции, японская делегация намеренно затягивала работу Дайренской конференции, добиваясь частых и длительных перерывов в ее работе под предлогом «изучения вопросов», согласования их с правительством и т. д. До марта 1922 г. никакой договоренности по основным вопросам, поставленным на конференции, достигнуто не было.

В первый период работы Дайренской конференции до окончания Вашингтонской конференции выявились масштабы империалистических притязаний Японии на русском Дальнем Востоке. В это же время определилась политика США, направленная на то, чтобы сорвать Дайренскую конференцию и использовать русский Дальний Восток в качестве разменной монеты на Вашингтонской конференции.

2. Новое наступление белогвардейцев на двр в конце 1921 г. И его разгром

Осенью 1921 г. империалистические государства, используя засуху и голод в Советской России, организовали новое дипломатическое и военное наступление на нашу страну.

По замыслам империалистов, выступления контрреволюционных сил в Карелии, Средней Азии, на границах

Польши с Белоруссией должны были сочетаться с вооруженным выступлением на Дальнем Востоке.

Японское командование начало вести активную подготовку к наступлению на ДВР из Приморья сразу же после меркуловского переворота. Одновременно с подготовкой наступления основных белогвардейских сил из Приморья на Хабаровск велась интенсивная подготовка нападения мелких белогвардейских отрядов из Маньчжурии на Амурскую область и на Забайкалье. Перед этими отрядами была поставлена задача нарушать коммуникации в тылу частей НРА и попытаться поднять восстание казачества.

В подготовке вооруженного выступления японские империалисты и белогвардейцы встретили и на этот раз активную поддержку империалистов других стран.

Министр иностранных дел Англии Керзон в июле

1921 г. предложил государственному секретарю США Юзу не ставить на Вашингтонской конференции вопроса о территориальной неприкосновенности России [286]. Вскоре после этого английская газета в Пекине «Пекин Тяньц- зин тайме» писала: «Было бы бесплодным предполагать, что японское правительство согласится действовать, как сторожевая собака, ожидающая окончательного урегулирования с Россией без какого-либо существенного обещания вознаграждения» [287]. Подобная поддержка со стороны Англии усиливала империалистические притязания Японии.

В сентябре 1921 г. на пароходе «Франц Фердинанд» во Владивосток было переброшено с Ближнего Востока около тысячи белогвардейцев и уральских казаков [288], перевозка которых была организована английским правительством на свои средства[289].

В начале 1922 г. в Приморье по КВЖД прибыло несколько эшелонов с остатками белогвардейских банд Анненкова [290]. Анненковцы, для того чтобы попасть на КВЖД, проделали огромный путь из Синьцзяна в Маньчжурию. При этом они получали помощь реакционного пекинского правительства, ориентировавшегося на США.

Накануне наступления белогвардейцев среди каппе- • левских и семеновских частей, расположенных в Приморье, распространялись провокационные слухи о восстаниях против Советской власти в Сибири, о свержении Советской власти в Поволжье и т. д. В ноябре 1921 г. командир меркуловской армии Молчанов издал приказ, в котором говорилось, что «наступление против большевиков начали европейские державы и что необходимо занять Хабаровск для того, чтобы оттянуть силы большевиков» [291].

В конце 1921 г. в Приморье было сконцентрировано около 20 тыс. солдат и офицеров японской армии. А всего в Приморье, Корее, Маньчжурии и на Сахалине находилось около 100 тыс. японских солдат и офицеров. Белогвардейские отряды в Приморье насчитывали

26 тыс. штыков и сабель[292]. Летом и осенью 1921 г. мер- куловское «правительство» вело энергичную работу по вооружению белогвардейских частей, расходуя на это крупные суммы[293]. Одновременно вооружались части кап- пелевцев, расположенные во Владивостоке, Никольске- Уссурийском, Спасске и других пунктах Приморья. Обмундирование для белогвардейских частей было закуплено в Маньчжурии, США или получено из Японии.

На основании соглашения от 29 апреля 1920 г. между Японией и временным правительством областной земской управы во Владивостоке японское командование не должно было допускать формирования каких-либо военных отрядов в пределах нейтральной зоны и тем более вооружать их. Но последнее постоянно нарушало это соглашение. Правда, передача оружия белогвардейским частям производилась тайно: японское командование старалось сохранить хотя бы видимость «нейтралитета».

В начале ноября 1921 г. в адрес меркуловского «правительства» было получено отношение из японской военной миссии во Владивостоке за подписью полковника Гоми, в котором сообщалось, что «генерал Тачибана, принимая во внимание происходящие в Дайрене переговоры с правительством ДВР, а также согласно русско- японскому соглашению от 29 апреля 1920 г. не может допустить официально формирование каких-либо вооруженных частей, кроме милиции и резерва ее в пределах тридцативерстной нейтральной зоны, но в то же самое время, идя навстречу временному приамурскому правительству в деле национального строительства, генерал Тачибана отдает соответствующее распоряжение начальникам гарнизонов о том, чтобы формированию указанных отрядов за пределами тридцативерстной полосы не чинить препятствий. Что же касается выдачи винтовок, пулеметов и патронов, то генерал Тачибана сего числа сделал распоряжение в селе Раздольном майору Нагасаки выдать генерал-майору Овсяновскому 800 штук винтовок, 10 пулеметов и соответствующее количество патронов» !.

Далее, начальник спасской уездно-городской милиции Бурмейстер в рапорте на имя начальника меркуловской милиции в феврале 1922 г. писал, что «японцы, выдавая русским воинским частям оружие... в большинстве случаев делают это под соусом милиции, стараясь выбрать для этого человека, которого знают. Действительно через мои руки проходило не только официально выдаваемое оружие, но и секретное для снабжения воинских частей» 2.

К началу ноября 1921 г. переформированные, вооруженные и обмундированные белогвардейские войска, названные «белоповстанческой дальневосточной армией», были готовы к наступлению. Меркуловская армия состояла в основной своей массе из офицеров, богатых казаков и кулаков. Во многих полках были роты, целиком составленные из офицеров. Укомплектованная опытным командным составом, белогвардейская армия проявляла большое упорство в бою. Ее положение облегчалось тем, что все важнейшие пункты Южного Приморья и линию

Железной дороги занимали японские войска, охранявшие тылы белых частей от партизанских ударов.

5 ноября 1921 г. крупные части белогвардейцев двинулись против центров партизанского движения в Приморье — Сучанского и Анучинского районов. В борьбе против партизанского движения белогвардейцы часто получали прямую вооруженную поддержку японских войск. В ноте протеста правительства Дальневосточной республики против вероломных действий интервентов, которая 17 ноября 1921 г. была вручена японской делегации в Дайрене, указывалось, что, в то время как японское правительство ведет переговоры в Дайрене, его командование в Приморье вооружает белогвардейские отряды, японские солдаты участвуют в карательных экспедициях против местного населения [294].

21 ноября меркуловская армия основными своими силами начала наступление вдоль Уссурийской железной дороги на север. 30 ноября белые заняли станцию Уссури, 4 декабря — Иман, а 22 декабря захватили Хабаровск. Попытки белогвардейских частей продвинуться от Хабаровска вдоль линии железной дороги на запад встретили решительный отпор Народно-революционной армии под станцией Ин, где 28 декабря 1921 г. произошел бой, в результате которого наступление белых было остановлено.

Одновременно с наступлением белогвардейских частей была сделана попытка поднять против ДВР восстание амурских казаков. В начале ноября 1921 г. в Саха- ляне (т. е. на территории Китая) был издан приказ, подписанный есаулом Рязанцевым, в котором амурское казачество призывалось к восстанию против ДВР, причем в приказе указывалось, что «правительство союзной нам державы возлагает на казачество великие надежды» 2. Поднять казачество на восстание против ДВР белогвардейцам и империалистам не удалось, хотя для этой цели из Маньчжурии в Амурскую область было переброшено несколько крупных белых банд, которые, не встретив поддержки местного населения, начали разрушение железной дороги в тылу частей НРА. 16 декабря

1921 г. отряды белых взорвали железнодорожный мост между станциями Вяземская и Дормидоновка. 5 января

1922 г. банда под командованием полковника Илькова напала на деревню Надеждинскую, ограбила жителей деревни, затем банда перенесла свою деятельность на линию Амурской железной дороги, где она разрушила несколько железнодорожных мостов К

Для разгрома империалистов и белогвардейцев, начавших новую кровавую авантюру, потребовалось чрезвычайное напряжение сил. На помощь трудящимся ДВР пришла Советская Россия. Дальневосточными партийными организациями и правительством ДВР были приняты энергичные меры по подготовке к разгрому белогвардейской армии, вторгшейся в пределы ДВР. Была объявлена мобилизация в Народно-революционную армию двух возрастов, а также объявлен призыв добровольцев. Партийные организации произвели отбор коммунистов для отправки на фронт. В декабре 1921 г. Амурский обком РКП (б) мобилизовал и отправил на фронт 200 членов и кандидатов РКП (б) [295]. Парторганизация Читы направила на фронт 500 коммунистов[296]. Члены партии, прибывшие в НРА, проводили большую политико-воспитательную работу среди бойцов и командиров Народно-революционной армии, они служили примером мужества и бесстрашия в боях с врагами. Все это сказалось на повышении боеспособности НРА.

В декабре 1921 г. в городах и селах ДВР прошли со[297] брания, на которых трудящиеся в своих выступлениях и решениях выражали резкий протест против новой провокации интервентов и белогвардейцев и обещали оказывать всемерную поддержку правительству в деле обеспечения быстрейшего разгрома интервенции и белогвардейщины. Митинг и собрания сыграли большую роль в деле мобилизации сил народа на борьбу с врагом.

Началось массовое движение рабочих и крестьян по организации материальной помощи фронту. Рабочие отчисляли определенный процент заработной платы в пользу армии, организовывали трудовые дни. Крестьяне собирали продовольствие, фураж и деньги. В январе 1922 г. постановлением правительства ДВР был организован Центральный Комитет помощи фронту, первое заседание которого состоялось 23 января 1922 г. [298] В областях и уездах были созданы комиссии помощи фронту, под руководством которых было собрано большое количество ценностей, продовольствия и фуража для армии. Из многих cej, крестьяне отправляли со своими делегатами собранное для НРА продовольствие и подарки. Крестьяне села Бахирева, Амурской области, постановили вместо установленных местными органами власти трех пудов сена со двора для нужд армии вывезти не менее 20 пудов с каждого двора [299]. Как только выяснилась острая нужда Амурской железной дороги в топливе, 50% крестьян Завитин- ского района, Амурской области, до специального постановления Народно-революционного комитета приступили к подвозке дров на линию железной дороги[300]. Всенародная помощь и поддержка НРА и партизан со стороны трудящихся масс были решающим условием в успешной мобилизации сил на разгром белогвардейцев и интервентов.

В районах, которым непосредственно грозило вторжение врага, постановлением правительства ДВР было введено военное положение. Амурская область также была объявлена на военном положении. Всю полноту власти принял на себя Народно-революционный комитет Амурской области.

Народно-революционные комитеты в областях и уездах вели работу по мобилизации сил и средств для разгрома белогвардейских банд.

Все было поставлено на службу одной цели — достижению победы над врагом. 30 января 1922 г. Народно-революционный комитет Амурской области принял постановление, в котором указывалось: «Для возможно полного обеспечения военных нужд использовать все, что имеется в государственных и военных учреждениях и предприятиях, оставляя на местах только то, что может потребоваться в ближайшее время для удовлетворения тех же военных нужд» [301].

Одновременно росло движение сопротивления 6 тылу меркуловской армии. Реквизиции продовольствия у крестьян, широко проводившиеся меркуловской армией в занятых ею районах, вызывали отпор со стороны основной массы крестьян. Многие из них уходили в партизанские отряды. Дальбюро ЦК РКП (б) и правительство ДВР приняли ряд мер по укреплению партизанских отрядов Приморья и усилению партизанского движения в других районах, занятых меркуловской армией.