Основные формы, в которых находит свое выражение социальная дифференциация языка

1. Наиболее ярким проявлением социальной дифференциации языка в национальную эпоху является существование территориальных диалектов.

Пространство обусловливает возникновение территориальных диалектов. Возникновение территориальных диалектов и сохранение диалектных различий восходят к причинам конретно-историческим и географическим, основная из них – экономический, политический, культурный и географический регионализм (областная ограниченность).

В условиях национальной эпохи (при капитализме и тем более при социализме и в современную эпоху) на роль основной формы существования языка выдвигается литературный язык. Широкое распространение литературного языка социально ограничивает использование территориальных диалектов.

Примеры диалектной лексики: бирюк – волк, певень, кочет – петух, рушник – полотенце, завеска – фартук, баской – красивый, баять – говорить.

2. Язык в качестве орудия общения и мыслительно-познавательной деятельности людей обслуживает все общество в целом. Однако отдельные социальные группы, руководствуясь своими социальными интересами и вкусами, используют средства общеязыковой системы не всегда одинаково,

Классово-сословные различия в использовании языковых средств наиболее ярко проявляются в области лексики.

Герцен отметил, что простой смертный носит рубашку, барин – сорочку, один спит, другой почивает.

3. Одним из ярких проявлений социального расслоения языка является его профессиональная дифференциация.

Профессиональные лексические системы складываются в кругу представителей определенной профессии и обусловливаются практическими потребностями.

В романе Б. Горбатова «Донбасс» используется много профессиональной лексики из сферы горнозаводского дела: забой, уступ, шахтер, забойщик, крепильщик, откатчик, бур, шахта, лава, компрессор, пика, пласт, зарубка, вентило-муфта, штрек и пр.

Профессиональная дифференциация заключается не только в употреблении тех или иных терминов или профессиональных словечек, но шире – в построении и содержании текстов. В романе В. Богомолова «В августе сорок четвёртого..» («Момент истины»), посвященном советским контрразведчикам, ширко представлены профессионализмы. Например, чистильщик (от чис­тить - очищать районы передовой и оперативные тылы от вражеской агентуры) – обозначение розыскника военной контрразведки; волкодав – розыскник, способный брать живьём сильного, хорошо вооруженного и оказывающего активное сопротивление противника'; парш – сильный, способный оказать серьёзное сопротивление противник. «Таманцев не­ожиданно обнял Андрея и быстро доверительно зашептал: – Я обучу тебя стрелять по-македонски, силовому задержанию... поднаберёшься опыта, оперативная хватка появится – да тебе же цены не будет!.. Мы с Пашей сделаем из тебя настоящего чистильщика!.. Волкодава!.. Да ты любого парша голыми руками брать сможешь!..» [Новый мир. - 1974. - № 12. - С. 62].

Считается, что профессионализмы возникают в результате стремления к образности, экспрессии, эмоциональности в условиях замкнутого контакта. Много профессионально-просторечных слов от­мечается в среде военнослужащих: сорокопятка (орудие), тридцать­четверка (танк), сидор (вещевой мешок), самоволка, травить.

4. Социальная дифференциация языка проявляется в существовании различного рода жаргонов. Различают три разновидности жаргонов:

а) групповые (или корпоративные) жаргоны;

б) условные или тайные языки;

в) арго деклассированных слоев общества.

Групповые (или корпоративные) жаргоны обычно возникают в группах людей, тесно связанных между собой чем-либо. Это может быть совместная служба в армии, учеба в институте, в школе, спорт, туризм, общее направление интересов (например, коллекционирование) и т. д.

Возникновение групповых жаргонов обусловливается не практическими потребностями, а стремлением к экспрессии, выразительности речи, к игре словами. Существует много групповых жаргонов.

В качестве примера рассмотрим молодежный жаргон. Носители молодежного жаргона – студенты, школьники, молодые рабочие и служащие, которые живут в городах и рабочих поселках.

Молодежный жаргон не отличается разнообразием означаемых (10-12 рубрик). Отрицательные состояния: загреметь, замолкнуть, базарить; стремно, отстой и т. д. Название лиц: тупица, балда, трепло, ребенок – короед, огрызок, пенек и т. д.

Студенческий жаргон: степа, степуха, стипеша – стипендия, заход – попытка сдать экзамен, столкнуть, спихнуть – сдать экзамен, шпора - шпаргалка, хвост – задолженность, филонить, загорать, опухать – отдыхать, пескарь – пятерка, удочка – удовлетворительно т. д.

б) Условные или тайные языки, специально изобретенные или искусственно деформированные слова, непонятные для окружающих.

в)Арго деклассированных слоев общества

В нем богато представлены слова, обозначающие уголовные профессии (домушник – квартирный вор).

5. Социальная дифференциация языка находит свое выражение в возрастной вариативности языковых элементов, т. е. в вариативном использовании языковых элементов в разных возрастных группах общества.

В русском литературном языке распределены варианты [ж^,] – [ж]:

Старшее поколение: езж^,у (мягкий вариант) – среднее и младшее поколение: езжу (твердый вариант).

Современные исследователи установили, что в условиях конкуренции в современном русском литературном языке нулевое окончание - и окончание

-ов родительном падеже множественного числа существительных мужского рода имеют возрастные тенденции в употреблении (солдат – солдатов).

При употреблении существительных, обозначающих национальность, этническую принадлежность людей, представители старшего поколения предпочитают форму родительного падежа множественного числа с нулевым окончанием (монгол, грузин), а младшее поколение – форму на – ов (монголов, грузинов). Напротив, при названии овощей и плодов старшее поколение тяготеет к формам на – ов (мандаринов, апельсинов), а младшее – к формам с нулевым окончанием (мандарин, апельсин).

Существенные возрастные различия существуют в употреблении форм мужского и женского рода в обозначении профессий:

Врач пришла (молодое поколение) – Врач пришел (старшее поколение).

7. Одним из проявлений социальной дифференциации языка является наличие функционально-стилевых разновидностей литературного языка, т. е. наличие в литературном языке функциональных стилей.

Функционально-стилистические разновидности литературного языка обслуживают различные сферы общественной деятельности и – соответственно – различные сферы и ситуации общения (очи – глаза – гляделки, зенки, моргалы).

2. В национальной речевой культуре разли­чаются ее внутринациональные типы. Типы речевой культуры, как известно, были выделены Н.И. Толстым и дополнены Голдиным В.Е., Сиротининой О.Б. и отражают социальную дифференциацию языка по степени образованности его носителей.

Применительно к русской культуре могут быть выделены типы, находящиеся за пределами ли­тературного языка:

• народно-речевой (сохранился у сельского населения, говоря­щего на диалекте);

• просторечный (характерен для малообразованных горожан);

• арготический (используется для сокрытия информации от по­сторонних, не включенных в какое-то сообщество);

• и типы, связанные со сферой действия литературного языка:

• элитарный; |

• средне -литературный;

• литературно-разговорный;

• фамильярно-разговорный.

Элитарный тип речевой культуры представлен сравнительно узким кругом высокообразованных людей, более узким, чем круг людей с высшим образованием.

Элитарный тип – эталонная речевая культура. Элитарный тип означает максимально полное владение всеми воз­можностями языка: умение использовать нужный в данной ситуации функциональный стиль, строго различать нормы устной и письмен­ной речи, пользоваться всем богатством языка (синонимами, образ­ными выражениями, в устной речи — всем разнообразием русских интонаций), не нарушать орфоэпических и орфографических норм, соблюдать все этические нормы общения, а главное — всегда и все использовать в своей речи целесообразно, не злоупотребляя ино­странными словами и никогда не искажая ни их значения, ни их про­изношения при необходимом употреблении. Вместе с тем носитель элитарного типа речевой культуры настолько хорошо и свободно вла­деет языком, что может себе позволить и поиграть с ним, интонаци­онно выделяя употребленные намеренно неправильные, простореч­ные, диалектные слова и формы, при этом всегда зная, когда можно а когда это будет совершенно неуместно.

Для носите­ля элитарного (высшего) типа литературного языка образцами речи являются прежде всего тексты классической художествен­ной литературы — шедевры русской и мировой культуры. Возмож­но, многие из шедевров мировой культуры он читал не только в пе­реводе, но и в оригинале. Тексты газет, радио и телевидения вос­принимаются носителем элитарного типа не как образец речи, а критически.

Носитель элитарного типа литературного языка критически относится к своей речи. Для него характерны самоконтроль и постоянное стремление прове­рять себя (свои знания о нормативности того или иного ударения, правильности написания того или иного слова, его значения и т.д.). Словари — это его настольные книги независимо от профессии.

Носителей элитарного типа не может быть очень много.

Средне-литературный тип речевой культуры составляет значительную в количественном отношении часть образованного населения города. В языковом отношении этот тип речевой культуры отличает недостаточно полное по сравнению с элитарным типом культуры владение всеми возможностями языка: отклонение от норм литературного языка, немотивированное, частое употребление иностранных слов. Для этого типа речевой культуры характерна ориентация на письменную форму речи, поэтому для представителей средне-литературного типа речевой культуры представляется сложным правильно «выстроить» монологическую речь, риторически ее организовать.

Если у носителей элитарного типа речевой культуры отступления от любого типа норм (речевые и поведенческие ошибки) либо слу­чайны, единичны, либо намеренны (например, в ре­чи писателя или журналиста, стилизующих чью-то малокультурную речь), то у носителей средне -литературного типа речевые и поведен­ческие отступления от норм закономерны и образуют систему. Если человек говорит квартал, шофер с ударением на первый слог, он обычно говорит и средства (с ударением на последний слог) и ёхай, использует одностороннее ты-общение, злоупотребляет иностранны­ми словами, часто искажая их смысл и произношение.

Образцами текстов для носителей средне -литературного типа являются специальные тексты и тексты развлекательной литера­туры (детективы, фантастика, часто в своих малохудожественных про­явлениях), а также средства массовой информации, на которые носи­тели средне -литературного типа в своей речи и ориентируются.

Носители средне-литературного типа речевой культуры владеют далеко не всеми возможностями языка: пользуются, как правило, двумя функциональными стилями (обычно свойственным их про­фессии и разговорной речью). В результате такой ученый не может подготовить газетную статью, злоупотребляет при ее написании науч­ным стилем, а администратор или юрист — деловым. Носители средне-литературного типа не представляют себе принципиальных различий устной и письменной речи, поэтому строят свою письменную речь по законам устной (неправильный для письменной речи порядок слов, очень короткие предложения, разговорные словечки), или в своей устной речи ориентируются на письменную (сложные длинные предложения с причастными и деепричастными оборотами, злоупо­требление книжными и иностранными словами). Часто их речь пестрит грубыми словами и даже ругательствами. Отсутствие должной культуры приводит не только к недостаточной уважительности по отно­шению к собеседнику, но и к прямым оскорблениям (неслучайно так часто подают в суд на журналистов). Вместо свежих образных выра­жений в такой речи господствуют привычные штампы.

Отсутствие необходимого самоконтроля и предварительной под­готовки, излишняя уверенность в своих знаниях приводят к досад­ным «ляпам», резко снижающим авторитет человека или средства массовой информации: вирус вместо «вибрион» холеры, ложат цветы к памятникам из уст ведущего телепередачи, «глубокомысленные» и одновременно абсолютно не соответствующие действительности ут­верждения типа. Сам русский язык, оказывается, придумали болгары («Час пик»). При обсуждении предлагаемых изменений в написании отдельных слов говорят о «предстоящей реформе русского языка» (хотя реформа языка в принципе невозможна).

Носитель средне-литературного типа не имеет привычки прове­рять свои знания по словарям и справочникам, поэтому очень часто, стремясь улучшить свою речь, делает грубые ошибки ( например в произношении уже обрусевших слов с несвойственным русскому языку э: акадэмия, тэма, пионэр).

Средне-литературный тип речевой культуры очень неоднороден как из-за его массовости, так и из-за разницы в путях его формирова­ния. Неоднороден не только уровень общей культуры его носителей, а отсюда и круг текстов-образцов , но и сам «принцип» отношения к элитарному типу: стремление к нему или отталкивание от него. Чем выше уровень общей культуры, тем ближе речь носителей средне-ли­тературного типа к элитарному.

Неоднороден средне-литературный тип и по отношению к чужому (иностранному) слову: ему свойственно или стремление ко всему иностранному, мода на иностранное (как в одежде, так и в словах), или ксенофобия (боязнь всего чужого). И в том и в другом случае осуществляется насилие над русским языком: в первом иностранные слова искажаются в их значении, произношении (одиозно в значении «слишком хвалебно, от ода», хотя оно означает «неприятно, мерзко в высшей степени»), употребляются вместо русских слов (тинейджер вместо подросток), во втором делаются попытки просто запретить их употребление, хотя многие из них нужны

Литературно-разговорный тип речевой культуры характеризуется преобладанием форм разговорной речи во всех сферах речевого общения (в официальной и неофициальной речи). Неумение пользоваться функциональными стилями в зависимости от ситуации общения; нарушение

норм литературного языка, использования нелитературной лексики, неумение публично говорить в официальной обстановке.

В последнее время формируются особые типы речевой культуры: литературно-разговор­ный и фамильярно-разговорный. Общим для них является владение лишь одним функциональным стилем — разговорным, который и ис­пользуется в любой обстановке. Например, в передачах радио или те­левидения допускается свойственная разговорной речи фонетическая нечеткость, лексическая и синтаксическая небрежность, ты-общение, именование людей домашними именами и т.д. Различают эти типы речевой культуры степенью сниженности речи. В фамильярно-разговорном она такова, что его носители даже в официальной обста­новке используют жаргонизмы и даже ненормативную лексику.

Следует обратить внимание на коммуникативную ущербность всех не элитарных типов культуры, не учитывающих ограничения в ис­пользовании тех или иных элементов языка (например, недопусти­мость обращения только по имени к малознакомому человеку стар­шего возраста, недопустимость номинаций только по имени в офи­циальной обстановке, если речь идет не о детях и т.д.).

Фамильярно-разговорный (жаргонизирующий) тип речевой культуры характерен для молодежной среды города. Его отличительными чертами является широкое использование сниженной, жаргонной лексики, отсутствие этикетных форм.

Характерной чертой нашего времени является способность жаргонизирующего типа речевой культуры к проникновению в другие типы

культуры. Лингвисты говорят о создании общего жаргона, которому не препятствуют факторы образования, профессии и др. Такие слова, как крутой, прикол, продвинутый, беспредел, тусовка и др. очень многие носители языка активно употребляют в своей речи. Разница между говорящими лишь в том, что представители речевых культур в сфере литературного языка употребляют жаргонные слова сообразно ситуации общения, т.е. коммуникативно целесообразно.