Вопрос 1

Концепции гражданского общества

Античность и средние века

В античной философской мысли категория «гражданское общество» впервые появляется у Цицерона, но ее представляется возможным выделить внутри текстов Платона и Аристотеля. Идеи, высказанные в античности, сформировали основу для всех последующих концепций, по сути являющихся их развитием, систематизацией или критикой.

В «Государстве» Платона появляется разделение категорий «частное» и «общественное», относящееся к семье и к государству соответственно. Тем не менее, в модели Платона общество, государство и гражданское общество едины, гражданское общество неотрывно как от государства, так и от догосударственного состояния общества. При этом оно выступает не как некое «связующее звено», не как приобретенное со временем свойство, а как неотъемлемое условие существования сообщества людей. Тем самым «гражданское общество» отождествляется с обществом в его современном понимании и закладывается основание для отделения его от государства.

В «Политике» Аристотеля подтверждается разделение «семьи» и «общества», формально приравнивая последнее к «государству», но при этом оставляя возможность интерпретации. Семья является «первичной ячейкой общества», подчиненной государству и одновременно целью его существования. Государство определяется как «ассоциация равноправных граждан, проживающих в полисе», или как «общество, сформированное из нескольких селений», что сформировало распространенную до Просвещения идею о том, что государство состоит из нескольких обществ, отождествленных с городами. Основой общества и государства Аристотель называет частную собственность, а целью – ее защиту. По мнению Аристотеля гражданское общество есть общество граждан, то есть разницы между обществом и гражданским обществом нет.

В «О Государстве» Цицерона, помимо классических формулировок ключевых для гражданского общества понятий (гражданин, правовое государство, частная собственность), предложил термины «гражданская община» и «гражданское общество». Развивая идеи Платона и Аристотеля, Цицерон фиксирует появление «гражданской общины» с появлением межличностной коммуникации, причем этот процесс не обязательно совпадает с появлением государства и статуса гражданина у личности, состоящей в гражданской общине. Вслед за Аристотелем, под «гражданской общиной» понимается также город-государство, тогда как государство есть совокупность городов. По Цицерону, государство – это вещь, находящаяся в пользовании у гражданской общины. Таким образом, впервые «гражданская община» (в современной транскрипции – гражданское общество) отделена от государства и названа первоосновой, а государство – лишь надстройкой. Понятия «общество граждан» и «гражданское общество» характеризуют общество, в котором закон служит общественным регулятором и связующим звеном между его членами, то есть как синоним «правового государства». Тем самым создана основа для отделения «гражданского общества» от «общества». Концепция Цицерона является наивысшим этапом развития античной государственной мысли.

В средние века «гражданское общество» не привлекало внимания со стороны ученых, ограничиваясь фрагментарными высказываниями, как правило, заимствованными в античных текстах. Так, А. Августин в «О граде божьем» пишет о «гражданском обществе» как о высшем над семьей объединении, совокупности семей, все в которых – граждане. Повторяются мысли Аристотеля о том, что государство есть объединение городов, а город есть гражданское общество. Основным вкладом средневековья в теорию гражданского общества были гуманистические идеи свободы и распространение их в сознании людей. Движущей силой гражданского общества Августин считает добродетель, условием его состоятельности – гармонию и соразмеренность входящих в него групп людей. «Общество» от «гражданского общества» по-прежнему не отделено.

Концепции гражданского общества Нового времени

В Новое время Т. Гоббсом, Д. Локком и Ж. Руссо было сформулировано и окончательно отделено от государства понятие «гражданского общества» как системы, обеспечивающей реализацию прав личности. Концепции этого времени повторяют друг друга, поэтому детально рассмотрим лишь классическую теорию Д. Локка.

В «О двух типах правления» Д. Локк рассматривал гражданское общество как сферу, противостоящую природному состоянию вещей. Целью гражданского общества является сохранение собственности, гражданское общество есть там и только там, где каждый из его членов отказался от естественной, традиционной власти, передав ее в руки обществу. Тем самым гражданское общество является противостоящим и даже антагонистическим естественному состоянию, т.е. традиции.

Так как Дж. Локк исходил из договорной теории происхождения государства, он обосновывал право народа на сопротивление государству в том случае, если оно пренебрегает его правами и интересами. Он доказывал, что, заключив общественный договор, государство получает от людей ровно столько власти, сколько необходимо и достаточно для достижения главной цели политического сообщества - создания условий для того, чтобы все и каждый могли обеспечивать свои гражданские интересы, и не может посягать на естественные права человека - на жизнь, свободу, собственность и т.д.

Современные концепции гражданского общества

По мнению отечественных исследователей гражданского общества (Н. Бойчук, А. Грамчук, Я. Пасько, В. Скворец, Ю. Узун, А. Чувардинский), наиболее полно и систематично современная либеральная модель гражданского общества изложена Э. Геллнером в «Условиях свободы. Гражданское общество и его исторические соперники» (1994 г.).

Последовательно подходя к определению гражданского общества, Геллнер дает ему следующие определения: «… гражданское общество — это совокупность различных неправительственных институтов, достаточно сильных, чтобы служить противовесом государству и, не мешая ему, выполнять роль миротворца и арбитра между основными группами интересов, сдерживать его стремление к доминированию и атомизации остального общества»[8]. Гражданское общество есть то, что «отрицает и удушливый коммунализм, и централизованный авторитаризм»[9].

Окончательно же Геллнер утверждает: «Гражданское общество основано на отделении политики от экономики и от социальной сферы (то есть от гражданского общества в узком смысле этого слова, представляющего собой социальный остаток, полученный от вычитания государства как такового), которое сочетается с принципом невмешательства власть имущих в социальную жизнь»[10].

Отделение политики от экономики, по Геллнеру, отличает гражданское общество от традиционалистского. При этом экономическая составляющая является децентрализованной и приоритетной, а политическая – вертикальной с централизованным принуждением. В отличие от одномерности и экономического холизма марксизма, современному гражданскому обществу присуща как минимум трехосевая стратификация – экономическая, политическая и культурная (социальная). Подтверждается классическая триада, характеризующая современное общество: экономика транснационального капитализма, идеология неолиберализма и выборная система демократии. Вслед за Аристотелем, Локком и Гегелем развивается положение о праве частной собственности как основы гражданского общества. Оно основано на понимании гражданского общества как формы производственных отношений, впервые предложенном Марксом. В равной степени можно утверждать, что основой гражданского общества является то чувство гражданского долга и толерантности, которое является основой современного типа человека, названого им «модульным».

Геллнер считает, что суть гражданского общества заключается «в формировании связей, которые оказываются эффективными и в то же время являются гибкими, специализированными, инструментальными. Значительную роль здесь и в самом деле сыграл переход от статусных взаимоотношений к договорным: люди стали соблюдать договор, даже если он никак не соотносится с ритуально оформленной позицией в обществе или принадлежностью к той или иной общественной группе. Такое общество по-прежнему структурировано — это не какая-нибудь вялая, атомизированная инертная масса, — но его структура подвижна и легко поддается рациональному совершенствованию. Отвечая на вопрос, каким образом могут существовать институты и ассоциации, уравновешивающие государство и в то же время не сковывающие по рукам и ногам своих членов, мы должны сказать: это возможно главным образом благодаря модульности человека»[11].

Геллнер ассоциирует гражданское общество с новым типом массового сознания, названного им «модульным человеком» – способным занимать положения в обществе иные от тех, которые ему предписаны государством.

Появление «модульного человека», по Геллнеру, стало возможным благодаря распространению средств обработки и передачи информации. Помимо отрицания традиционалистского монизма, «модульному человеку» присуще неприятие тех изменений, которые ставят под угрозу его собственное существование.

Современная неолиберальная точка зрения на гражданское общество, адаптированная к текущей политической ситуации, хорошо выражена комиссаром Совета Европы по правам человека Т. Хаммарбергом, который заявил, что на постсоветском пространстве «исключительно важна роль гражданского общества в правозащитных проектах и защите основных ценностей и прав меньшинств». Также Хаммарбергом отмечено, что гражданское общество ни в странах СНГ, ни в Европе не имеет каких бы то ни было механизмов, контролирующих его компетентность и формализующих его легитимность. Таким образом, современная Европа заинтересована в гражданском обществе исключительно как в средстве контроля власти.

Важнейшей особенностью западной концепции гражданского общества является органическое соединение этой концепции с идеей толерантности, которую можно охарактеризовать следующими принципами:

- истинно толерантный человек верит, что каждый вправе защищать при помощи рациональных аргументов свое понимание того, что является для индивидов благом, независимо от того - будет ли это понимание истинным или ложным, а также стремиться убедить других в том, что он прав;

- ни один толерантный человек не будет терпеть действий, разрушающих внутреннее право выбора его самого и других;

- зло должно быть терпимо исключительно в тех случаях, когда его подавление создает равные или большие препятствия к благам того же самого порядка или же препятствия ко всем благам высшего порядка.