Лицей 1535 и 57-ая школа: внутренняя дифференциация

Как показывает ряд исследований, описанных в теоретическом обзоре, формы и степень образовательной вовлеченности могут варьироваться в зависимости от «стартовых» условий учащегося в новой школе. К таким условиям относятся социально-экономические характеристики семьи, уровень культурного капитала, самооценка учащегося, в т.ч. оценки академических достижений [англ. self-assessment], восприятие новой школьной среды. Кроме того, важным для школьников из менее «ресурсных» семей становится осознание отличий от своих более обеспеченных одноклассников, и их стиля жизни. Для начала обратимся к формам академической вовлеченности. Предыдущая задача показала, что учащиеся из менее ресурсных семей болезненно воспринимают несоответствие своего уровня знаний тому, чего требует от них новая, «статусная» школа. В связи с этим, мы предполагали, что учащиеся из менее ресурсных семей будут стремиться соответствовать образовательным требованиям сильнее, чем их более удачливые одноклассники, и, в целом, характеризовать процесс обучения как более стрессовый.

Во всех четырех рассмотренных школах наблюдалась ситуация ранжирования классам по уровню подготовки учащихся. Только в лицее «Вторая школа» и в СУНЦе МГУ эта декларируется открыто: там существуют специальные «олимпиадные» классы для участников всероссийских и международных олимпиад по математике и физике с другим педагогическим составом. Более сложная ситуация возникает в лицее 1535. В школе существует четыре образовательных профиля: экономико-математический, социально-экономический, социально-гуманитарный и историко-филологический. Информанты из лицея 1535 описывают отличия состава разных классов не только относительно их успеваемости, но и по принципу материальной обеспеченности. Примечательная черта этой дифференциации – то, что позиции в социальном пространстве школы являются осознанными. Информанты различают положение друг друга, и, в зависимости от этого, выстраивают свои отношения внутри классов и между ними.

«Ты сам приходишь от метро, и ты видишь эти хорошие машины, из которых выходят эти люди, и они все из одного класса! Плюс, у них там была одна брендовая, дизайнерская одежда…А вот те ребята, с которыми я училась, они были другие» (1535, «победитель»)

Учащиеся 1535 лицея из менее ресурсных семей отмечают сложность освоения учебной программы, в то время как «наследники» не акцентируют на этом особого внимания.

Первое время у меня были все тройки, очень плохие оценки. Первое время мне было адски тяжело. Нужно было реально пахать, нужно было включать мозги, делать домашнее задание. У меня 7-8 класс прошел очень жестко». (1535, «победитель»).

Аналогичная разница в отношении к учебе наблюдается и среди информантов из 57 школы с разными социально-экономическими статусами. Как и в лицее 1535, «наследники» относятся к процессу обучения расслабленно:

«Я скорее брал не знаниями, а креативными методиками, то есть мог сымпровизировать, или попросить помощи у старших классов» (57, «наследник»)

Для детей из менее ресурсных семей вовлеченность непосредственно в процесс обучения представляется еще и способом «выровнять» свое положение со своими одноклассниками из более ресурсных семей и приобщиться к «высокой» культуре после неприятного опыта обучения в слабой районной школе.

«После «районки», которая реально край и ужас, в 57-й, конечно, не очень интересно слушать про Гомера, которого ты не читал, потому что всё лето играл в футбик, но ты знаешь, что ты учишься с нормальными людьми, ты в безопасности» (57, «победитель»)

Если ситуация перехода в «элитную» школу воспринимается учащимися с низким статусом тяжелее, и в дальнейшем сказывается на их академической самооценке [self-assessment], то подобное усердие в образовательных достижениях также можно интерпретировать как способ учащихся с более низким статусом доказать и окружающим, и самим себе свою ценность. Академическая успеваемость поднимает самооценку учащихся, показывает им, что они могут быть «такими же талантливыми, как и их более обеспеченные и интеллигентные коллеги» [Aries, Seider, 2005]. На контрасте с этим, ребенок из «правильной» семьи, несмотря на пренебрежение академической культурой, делает «неприкасаемой» всю школу, что, по мнению выпускников и преподавателей, необходимо для того, чтобы школа сохраняла свой особый статус и привилегии. В данной логике, от наличия «статусного» двоечника выигрывают все остальные, в том числе отличники из малообеспеченных семей.

Наше изначальное предположение базировалось на том, что практики академической вовлеченности и статусные факторы, оказывающие на них влияние, будут сходными для всех четырех селективных школ, выпускники которых приняли участие в исследовании. Однако достаточно быстро между практиками образовательной вовлеченности в двух других школах – лицее «Вторая школа» и СУНЦ МГУ им. Колмогорова выявились заметные различия.